Кира Стрельникова 
Я – нечисть, или Как выжить среди своих

Текст предоставлен правообладателем http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=8741086
«Я – нечисть, или Как выжить среди своих: Роман»: Альфа-книга; Москва; 2014
ISBN 978-5-9922-1910-4
Аннотация

Таня – обычная студентка филфака, каких много в городе Питере. С одной стороны. С другой – она нечисть, редкого вида, и в друзьях у нее нимфы, дриады, водяные, лешие, и даже сатир есть. А еще два демона, которые твердо намерены каждый заполучить скромную феечку только для того, чтобы стать ее первым мужчиной. Банально, казалось бы? Ни Димка с Максом, ни Таня не представляли, к чему приведет противостояние в их треугольнике и чем закончатся попытки избежать судьбы…

Кира Стрельникова
Я – нечисть, или Как выжить среди своих

Большое спасибо моей бессменной бете, только благодаря ей эта книга увидела свет, и именно в таком виде. Дорогая моя, ты лучшая, спасибо тебе за мое вдохновение. 

Пролог

– Ну что, Танечка, добегалась? – ласково произнес наглый похититель невинных дев тихим рокочущим голосом и довольно ухмыльнулся.
Я мрачно созерцала Жаркова, жалея, что взглядом нельзя убить. Мы сидели в кабинете его хаты на Миллионной, в центре Питера. Учитывая, что пришла в себя я тоже здесь, на кожаном диванчике у стены, и первое, что увидела, – это физиономия склонившегося надо мной Димки, возможности проверить, заперта ли дверь, не было. Но, думаю, да. Заперта. А ключ мне вряд ли любезно вручат. Обидно, черт… Страх от того, что я в полной его власти, перекрывала злость. Похитил, зараза такая! Прямо около дома!! И вычислил ведь, куда я переехала из общаги. Сволочь! Гад! А папа в командировке, далеко…
– Итак, Танюша, – тем же ласковым голосом продолжил Жарков, переплетя пальцы и не сводя с меня своих проклятущих глаз цвета старого янтаря, в которых затаился красноватый огонек. – Я просил по-хорошему, ты заупрямилась.
Я невольно вздрогнула – с таким предвкушением это прозвучало, а от следующих слов пробрал мороз до самых костей.
– Теперь условия диктую я. Будешь моей девушкой, и мы это пропишем в договоре. И никуда ты не сбежишь от меня больше.
– Разбежался! – тут же взвилась я, скрыв под возмущением отчаяние и новую волну страха. – Жарков, ты охренел, что ли?!
Нет, нет, не хочу, не буду, инстинкты, заткнитесь, эмоции, пошли на фиг, я не хочу  встречаться с ним!.. Ведь только успокоилась, только пришла в себя!
– Тань, твое упрямство мне надоело. – Жарков пропустил мимо ушей мои слова. – Я сказал, будет так, как я решил, раз упорно шарахаешься и не хочешь слушать, что говорю, – негромко продолжил он, не сводя с меня пристального взгляда, пока я хватала ртом воздух, онемев от беспредельной наглости и уверенности этого… демона волосатого! – Родителей твоих все равно нет, я проверял, они уехали. И не делай такого возмущенного личика, – он снова улыбнулся, а я подавилась очередным воплем, испуганно уставившись на него. Улыбка вышла мечтательной и нежной. – Я помню, как ты реагировала на мои поцелуи, Танюша. И не только, – выразительно так намекнул он, а у меня спину как ледяной крупой обсыпало. – Ну а если ты до сих пор дуешься за тот маленький срыв в клубе. – Димка на мгновение замолчал и продолжил: – Сама понимаешь, я не люблю, когда кто-то чужой трогает мою девушку. И уж тем более так нагло ее лапает. – В золотистых глазах блеснули багровые сполохи. – У тебя час на сбор вещей, Танюша. Я подвезу и помогу, – продолжил он, ухмылка стала шире.
– Я никуда не перееду и ничего собирать не буду! – выкрикнула, стиснув подлокотники. – И да, знаешь ли, в том клубе вы со своим приятелем показали свою истинную натуру! Кстати, где его потерял, а? – язвительно добавила, черпая в злости хоть какое-то спасение от страха.
Он… он так уверенно себя вел, и отчаяние во мне поднялось с новой силой. Закралось подозрение, что у Жаркова припрятан козырь, который не позволит мне противиться его наглым действиям. Что там демон про договор упоминал?..
– Ты дружишь с Катей, да? – Тот же ласковый тон, от которого тело против воли наполнялось сладкой истомой, а мысли сворачивали совсем не в ту сторону.
Танька, очнись!! Но в глазах Димки горел мрачный огонек решимости. Рубинового цвета. На слова о друге он не обратил никакого внимания.
– А она простой человек. Думаю, тебе не слишком понравится, если с ней что-то случится, да? Или этот, как его, водяной? Мне, знаешь ли, не нравится, если моя девушка предпочитает общество какого-то пацана моему. – Жарков чуть сузил глаза. – Но ты же хочешь дальше с ним… дружить, Танюша?
Вот эта пауза перед последним словом взбесила несказанно. На что он намекает?! Мы с Пашкой действительно дружим, он вообще ни разу ничего такого по отношению ко мне не позволил! Маньяк, придурок озабоченный! Я скрипнула зубами, злость бушевала внутри, успешно подавляя тихую радость от того, что этот вот конкретно зарвавшийся индивид все-таки здесь, рядом, протяни руку – дотронешься. И пусть сейчас он вел себя как последняя сволочь, я… черт, я скучала. Сильно. И, как с ужасом поняла, не только по нему. Хотя… Димка умел быть разным. Стоп, не буду вспоминать о наших свиданиях! Сейчас он зашел слишком далеко! Шантаж – это уже перебор, как и похищение, как и выставление мне условий. Но с другой стороны, я слишком ясно понимала: Димка не отступится. Да еще и приятеля своего подключит наверняка, а с ним я тем более не хотела встречаться! Вот про Катьку это Жарков зря, подставлять бывшую соседку не хотелось, она же ни сном ни духом, кто я такая на самом деле. А она – просто человек, хоть и живет теперь с лешим.
– Это подло, Жарков, – глухо отозвалась я, стиснув подлокотники кресла, в котором сидела. – Слышишь, подло! Не трогай их!..
Раздражение мешалось с отчаянием и… радостью… Ненавижу, ненавижу!!!
– Умница моя, значит, согласна? – мурлыкнул Жарков.
– Да, – сухо бросила я. – Где договор?
Не сомневаюсь, демон уже подготовил его. Кошмар какой, встречаться с ним по договору! Заключить… сделку, будто куплю-продажу обсуждаем! Моей невинности, ага.
– Пожалуйста, моя девочка, – весело ответил Димка и подвинул ноут. – Там просто и понятно.
Вопреки всему, от того, как он назвал меня, тело затопила жаркая истома, загубив на корню намерение ругаться дальше. Демон, тьфу! Вот когда я пожалела о своей сущности и неспособности сопротивляться обаянию Жаркова! Я вцепилась в мышку, но… обнаружила, что файл защищен от исправлений и открыт только для чтения. Точно, подготовился. Начала читать… Действительно, все предельно просто:

«1. Спальня общая, спим вместе.
2. Обязательно отвечать на звонки и сообщения.
3. Ставить в известность, если куда-то отлучаюсь без сопровождения.
4. Не находиться в обществе незнакомых мужчин дольше пяти минут.
5. Быть послушной девочкой».

Ну и все. Кратко, лаконично, внизу моя фамилия и фамилия демона. Блин. Блин, блин, блинский. Попадос!!! Я не буду с ним спать, на фиг, ни просто так, ни… никак вообще! Мне нельзя, черт возьми! Я не хочу, не хочу, не хочу-у-у!.. И плевать, что при мысли о том, что мы с ним окажемся в одной постели, внутри все радостно обмирает и становится невыносимо жарко! Вспомнились те выходные на даче, когда я все-таки оказалась в этой постели… Подняла на Жаркова взгляд и решила уточнить некоторые моменты. Уже все равно, что он там подумает.
– Секса не будет. – Я смело встретилась с его глазами, в которых мелькали рубиновые сполохи.
– Без твоего желания, – тут же подхватил он с похабной ухмылочкой.
Только открыла рот, чтобы согласиться, но тут же его захлопнула, с подозрением прищурившись. В чем подвох? Я и так не соглашусь, ни за что и никогда! Даже несмотря на то, как реагировала на Жаркова и его поцелуи!
– Его и не будет, – осторожно ответила, напряженно глядя на собеседника.
– Танюша… – вкрадчиво произнес хозяин кабинета, и меня как в теплый сироп окунули. Стало жарко и сладко, и снова страшно. – Я буду к тебе прикасаться, вредная моя, и целовать тоже буду. И я знаю, тебе это понравится.
Мало ли что знаешь! Я сглотнула сухим горлом, ладошки вспотели от нервного волнения. Памятуя, как плавлюсь от поцелуев и… и остального, да уж, секс будет, и в ближайшее время. И… есть большая вероятность, что после моей первой ночи с демоном Жарков получит персональную игрушку, а я… я навсегда потеряю себя как личность. Не хочу-у-у-у! Я прикусила губу, едва сдерживаясь, чтобы не всхлипнуть от отчаяния.
– Жарков… – прохрипела, но он перебил.
– Танечка… – И голос мягкий такой, нежный. И… глаза… тоже так нежно смотрят, ругаться как-то совсем расхотелось. – Я не отпущу тебя. Никуда. Поняла? Даже не надейся.
Я откинулась на спинку кресла, растерянно моргнула, облизала губы. Он не шутил. Он на полном серьезе говорил! Слова резко позабылись, что сказать в ответ, я понятия не имела. Демон же вернул себе ноут, подключил его к принтеру, пару раз щелкнул мышкой, и через несколько минут передо мной лежал экземпляр договора. Ну… подпишу его и что? Что мешает нарушить?..
– Кровью, Танюша.
У меня похолодели пальцы. Кровью – это серьезно, это значит, придется соблюдать! Каждый пункт. Глаза защипало, лист расплылся перед глазами, и пришлось пару раз моргнуть, чтобы прогнать ненужную сейчас влагу. Без истерик, Танюха, только не хватало тут раскисать перед подлым шантажистом!
– Ты… я тебя ненавижу, демон, – пробормотала, слизнув соленую влагу с губ, – пара слезинок все же скатились по щекам. – Тебя и твоего приятеля.
Ответом стали преувеличенно печальный вздох и невозмутимые слова:
– Да кто ж виноват, Танечка, ты сама отказывалась разговаривать со мной. Пришлось идти на крайние меры. А с договором я придумал, – усмехнулся он.
– Не сомневалась, – зло огрызнулась я. – Шантаж тоже, уверена!
Меня одарили прищуренным взглядом, потом хозяин кабинета откинулся на спинку кресла, потянулся, демонстрируя подчеркнутые рукавами футболки рельефные бицепсы. Невольно отвела взгляд, чтобы не дразнить себя привлекательным зрелищем и не провоцировать лишний раз слюноотделение. Красив, зараза такая. И самое поганое, я знаю, он может быть другим! Нежным, внимательным, заботливым… Нет, нет, не хочу с ним встречаться! Ни на каких условиях!! Потому что и другую сторону его увидела, в том же клубе, например. Не прерви нас тогда… Оборвала мысль – и так не по себе, нечего нагнетать обстановку.
– Девочка моя, я буду долго и тщательно вымаливать твое прощение, – проникновенно сказал Димка, и такой неприличный подтекст мне послышался в его словах, что щеки как огнем опалило от вспыхнувшего румянца. – Но только после того, как подпишешь.
В кабинете воцарилась тишина. Я хмуро уставилась на листок, не видя написанного – строчки прыгали перед глазами, от волнения опять сжало горло. Не знаю, как далеко он готов зайти в стремлении заполучить меня, правда ли что-то сделает Пашке и Катьке, и не хочу проверять. Черт. Припер к стенке, зараза такая! И самое печальное, где-то ну очень в глубине души я этому даже рада…
– Тут… тут срок действия договора не указан, – тихо произнесла я, голос позорно дрогнул.
– А он без срока, Танечка, – последовал ответ.
Я недоверчиво прищурилась, уставившись на него. Эм, мне послышалось?
– Это как? – вырвалось у меня.
– Не отпущу, – тихо, внушительно так повторил Жарков. – Сказал же, Таня.
– А… а как же приятель твой? – рискнула спросить, памятуя его заявление в выходные, на его даче.
– Мы договорились, – спокойно произнес Димка. – Еще вопросы, Танюша? Или подписываем?
Вот как. Ну что ж, уже легче, одного демона я… как-нибудь переживу. И подумаю, как справиться с ситуацией. Может, папа, когда вернется, что подскажет – сразу во всем ему повинюсь, честное слово! Жарков подождал возражений, которых не последовало – дар речи опять мне временно отказал, – молча достал из ящика стола упаковку с иголками и надорвал. Я кусала губы, отчаянно не желая становиться девушкой этого демона, у которого бездна эгоизма, непомерное самомнение, непробиваемая уверенность, что есть его мнение и неправильное, и еще куча недостатков, бесивших несказанно. И… и который может быть нежным, заботливым, безумно обаятельным, и только для меня одной… Нет, нет! Не-э-эт, не буду вспоминать! Мой рыжий кошмар так же без слов поманил, пришлось встать, подойти и протянуть руку. Жарков сграбастал мою ладошку своей лапищей, и от этого прикосновения по телу легкой волной пробежала колкая дрожь. Теплые, мягкие пальцы аккуратно сжали мою кисть, быстрый укол иглой, я прикусила язык, чтобы не ойкнуть. Красная капля шлепнулась на лист с договором, потом Димка отпустил мою ладонь и точно так же уколол свой палец – вторая капля упала на бумагу.
Его кровь смешалась с моей, мягко засветилась бледно-розовым и погасла, мгновенно высохнув. Меня на мгновение пронзило странное ощущение, как будто сотни иголочек закололи тело, и я невольно передернулась – магия сработала. Осталось последнее – чистая формальность, потому что кровь скрепила договор крепче подписей. Жарков протянул ручку, по-прежнему не говоря ни слова, но вот во взгляде плескалась радость, и… слишком довольно он улыбался.
– Давай, Тань, – поторопил он, и я заподозрила подвох.
Опустила взгляд на лист бумаги, где следовало поставить подпись. Моргнула, не поверив глазам. Содержимое договора слегка изменилось. Черт, когда, как?! Нет, все пункты остались на месте, только вот…
– Жарков!!! Это как понимать?! – прошипела, толкнув ему листок. – Откуда здесь это ?! – Мой палец обвиняюще ткнулся в самый низ.
– Я же сказал, мы договорились, – широко ухмыльнулся Димка, ничуть не смущенный, и кивнул. – Подписывай, Танюш, у тебя выбора нет. Кровь уже на договоре.
Пока я хватала ртом воздух, подбирая цензурные слова, зазвонил Димкин телефон. Не сводя с меня веселого взгляда, он ответил:
– Да? Да, все нормально, заходи, – и отключился.
Я застыла, уже догадываясь, с кем Жарков разговаривал и кого сейчас увижу, если повернусь. Дверь за спиной тихо скрипнула, мое сердце скатилось в пятки и там затаилось, а воздух в легких резко закончился.
– Та-а-а-ань, – позвал Димка и подтолкнул договор обратно. – Не тяни время, бесполезно.
На плечи легли ладони, ноздрей коснулся знакомый аромат, а около уха раздались тихие слова:
– Все, Танюша.
Действительно все. Меня охватило оцепенение, я отстраненно наблюдала, как Димка поставил размашистую подпись, видя, что я не тороплюсь, и в третий раз вернул договор мне. Пальцы сжали ручку, которая ощутимо дрожала, кое-как накорябали мои инициалы… Боже, что будет со мной дальше?!

Глава 1

– Танюш, ну зачем тебе куда-то ехать, а? – Папа вздохнул, подперев ладонью подбородок. – У тебя лучшие учителя, ты сдала зимнюю сессию на одни пятерки, Танечка, зачем тебе переводиться на очное отделение?
– Па-а-а-а-ап, ну пожалуйста. – Я умоляюще посмотрела на родителя, сложив руки на груди. – Мне хочется, чтобы как у всех, чтобы студенты, общага, лекции, семинары, зачеты, – мечтательно протянула, и про себя добавила: «И еще свобода действий, новые знакомые, прогулки по Питеру…»
– Тань, ты же понимаешь, как только появишься среди наших без маскировки, на тебя начнется негласная охота, – негромко и серьезно сказал папа. – Ты слишком лакомый кусочек. Думаешь, почему я тебя в закрытую школу отдал учиться и поступила ты на заочное?
– Я буду очень-очень осторожной, – проникновенно посмотрела ему в глаза. – Согласна на маскировку, как скажешь, пап, ну не могу же я всю жизнь здесь просидеть! – искренне возмутилась.
Здесь – это в нашем доме, в коттеджном поселке в Коломягах. Нет, не спорю, тут здорово, тихо и спокойно, а еще я недавно получила права, машину водила аккуратно, папа был доволен. Но… Мне почти девятнадцать, а я кисну тут, как в болоте! Даже на своей машине в город выезжала с одним из охранников.
– Тебе два года до совершеннолетия, – напомнил папуля то, что и так знала. – Тань, ну потерпи всего два года!
– Па-а-а-а-ап, – снова протянула, аж в горле запершило, так себя жалко стало. – Я буду очень осторожной, честно! Ну, па-а-а-а-а-ап… – даже всхлипнула искренне.
– Ладно, – сдался родитель и встал из-за стола. – Как же ты на мать похожа, та тоже веревки из меня вила, – вздохнул он.
Я тихонько взвизгнула и рванула к нему, повиснув на шее.
– Обожаю тебя!!! – пропищала ему на ухо, счастливая, как удав, обожравшийся мышей до икоты. – Папуль, ты лучший!
Он басовито рассмеялся, обнял меня, на мгновение прижав к себе, потом отстранил и снова стал серьезным.
– Тань, студенчество – это не только учеба, ты же понимаешь. – Папа внимательно посмотрел на меня. – Тем более, если хочешь жить в общежитии.
– На меня алкоголь почти не действует, ты знаешь. – Я безмятежно улыбнулась. – И я не любитель, разве что бокал для настроения.
– Почти, – поднял родитель палец и стал строгим. – Кроме того, в алкоголь много чего добавить можно…
– Фи, – скривилась я. – Меня дурь не интересует, своей хватает, – снова разулыбалась. – Пап, я любую дрянь учую, мы же проверяли недавно на спор, помнишь? – изогнула бровь.
Папочка вздохнул. Я умилилась: беспокоится, переживает. Прия-а-а-а-а-а-тно… Нет, я знала, папа меня любит, безусловно, но каждый раз, получая подтверждение этому, все равно от удовольствия растекалась сиропной лужицей.
– Ладно, ладно. – Он помолчал, прошелся по кабинету, заложив руки за спину. – Тань, с тобой будут пытаться познакомиться. – Папа косо глянул на меня. – Я лишь немного подправлю твою ауру, внешность трогать не стану. На качественную иллюзию прорву сил надо угрохать: для амулета постоянного действия и чтобы под личину никто не смог заглянуть. Все равно почувствуют, что что-то с тобой не так, лучше не будем лишнее внимание привлекать.
На этот раз моя улыбка вышла снисходительной.
– Па-а-а-ап, меня мальчики не интересуют, – успокоила его. – С той точки зрения, которую ты подразумеваешь. Даже целоваться с ними не хочется.
– Есть те, которые могут пробудить тебя и без ритуала, – тихо возразил папа, и я заметила в его глазах мелькнувшую тревогу.
Я перестала улыбаться.
– Кто? – так же тихо спросила. – От кого мне держаться подальше, пап?
– Ну, оборотни только на своих западают, по запаху, – родитель начал издалека. Я приготовилась терпеливо слушать. Особенности нечисти и выбора ими партнеров знала и так, но, раз папа хочет еще раз повторить, возражать не буду. Одно дело теория, а другое – практика… – Вампиры, те людьми интересуются, у них кровь вкуснее и под контроль легче взять. Инкубы. – Папа покосился на меня. – Ну, иногда бывают, конечно, исключения, но на тебя их магия не подействует. – На его губах мелькнула улыбка. – Как и личное обаяние. Это если брать высшую нечисть. Об остальных даже упоминать не буду. Ну и остаются только одни, кого тебе надо избегать всеми силами.
– Мм? – вопросительно посмотрела на папулю.
– Демоны, Таня.
– Оу, – озадаченно подняла я брови. – Они же предпочитают между собой общаться, заносчивы больно. А какие именно демоны? – уточнила, потому что на самом деле их много разновидностей.
– Любые, Тань. Любой из них может разбудить тебя и без ритуала. – Голос папы оставался таким же тихим, а взгляд – напряженным. – И… ты знаешь, чем тебе это может грозить.
Невольно поежилась, прекрасно осознавая масштабы гипотетических неприятностей, если наши дорожки пересекутся с каким-нибудь демоном. До сих пор не встречалась, но знала: они для меня опасны. Я же девственница, а это для демона как красная тряпка. А еще, если позволю соблазнить себя, поддамся обаянию… Привязка на всю жизнь, прощение любых поступков, потеря личной свободы. Я перестану быть собой, стану просто придатком, игрушкой, с которой можно делать что хочешь. А я буду лишь улыбаться и покорно выполнять… Брр, не надо мне такого счастья!! Потерплю до совершеннолетия и инициации, а все прелести взрослой жизни, без губительных последствий для психики, – потом.
– Хорошо, от демонов буду держаться как можно дальше, если вдруг кто-то из них появится в пределах видимости, – послушно кивнула я.
– Ох, Танька. – Батя вздохнул и покачал головой. – Ладно, иди, вкушай студенческую вольницу. Только помни, если что…
– Да-да, сразу звоню тебе! – торопливо закивала я. – Пап, а в кого меня превращать будем?
Он почесал затылок, пожевал губами.
– В кого-то, кто обратит на себя меньше всего внимания, – выдал наконец папа и широко улыбнулся, щелкнув пальцами. – Феей будешь!
Ну да, самый оптимальный вариант. С моей роскошной золотисто-рыжей гривой и зелеными глазами даже внешность особо подправлять не придется. Мамина порода. Отогнав грустные мысли, я вернулась в настоящее. Жизнь продолжается, а что было, то было, и давно.
– Здорово! – Я улыбнулась в ответ.
– Куда устраиваться будем? – папа вернулся за стол, подвинул к себе тонкий серебристый ультрабук и открыл его.
– Универ, конечно, – уверенно ответила я. – Филфак, туда все феи идут.
Из-за любви к путешествиям и смене впечатлений большинство фей выбирали профессию переводчика и изучали в основном языки. Я же свободно знала английский и как раз начинала немецким заниматься, так что легко попала бы сразу на второй курс, на английскую филологию и перевод. Ага, изучала, куда бы хотела, конечно, – я подготовилась к разговору. Папа кивнул, сосредоточенно шурша клавишами.
– Общежитие?.. – бросил на меня вопросительный взгляд.
– Да, – твердо ответила я.
Вздох, но возражать родитель не стал.
– Так, документы я тебе сделаю новые, легенда такая: твои родители много путешествуют, видишь ты их крайне редко, – начал говорить папуля, не отрываясь от компа. – Кто они и где живут, скажу, как все сделаю. Открою счет на твое новое имя, каждый месяц буду перечислять деньги, так что ни в чем себе не отказывай. – Он быстро улыбнулся, бросив на меня ласковый взгляд, и снова вернулся к ноуту. – Но если что, сразу звони, – тут же добавил строгим голосом.
– Да-да. – Я закивала, чуть не подпрыгивая в нетерпении – уже хотелось нестись к себе и начать собирать вещи.
– Сейчас семестр заканчивается, сессия через две недели, потом летние каникулы, – продолжил объяснять папа. – Как сдашь экзамены и официально переведешься на дневное, за тобой приедут родители, и вы отправитесь отдыхать, до осени, – подмигнул он с довольной улыбкой. – Все, беги собирайся, я пока подготовкой займусь. Завтра поедешь заселяться. – Любимый родитель неслышно вздохнул.
– Пап, все нормально будет, – заверила я его, довольная, как слон после ведра бананов. – Спасибо, ты лучший!! – поколебалась и задала еще один вопрос: – Пап, а… следить не будешь? – с опаской посмотрела на него.
Он поднял голову, одарил внимательным взглядом. Я замерла в ожидании ответа.
– Нет, – ответил наконец папа. – Верю в твое благоразумие, Танюш.
Я с облегчением улыбнулась.
– Спасибо, – снова поблагодарила и со спокойной душой вышла из кабинета.
Пока отец решал вопросы с документами, вселением в общежитие и устройством меня в универ, я металась по комнате, пытаясь сообразить, что же взять необходимого, а что можно и потом купить. Ведь во избежание провала моей легенды мы с ним увидимся только через месяц, когда сессия закончится… Эх, скучать буду. И он тоже. С тех пор как мама оставила нас, мы держались друг за дружку, как за спасательный круг, став кем-то большим, чем отец и дочь. Ради папы я готова горы свернуть, как и он ради меня, и я получала практически все, что хотела. Но при этом не разбаловалась: папа плотно занялся моим образованием и обучением, так что времени скучать и капризничать почти не оставалось. Однако сейчас хотелось свободы, школа закончилась год назад, и домашняя учеба… утомляла. Как и выходы в город в сопровождении охранника папы или его самого. Ну на самом деле были причины такого трепетного надзора за мной, и я их прекрасно понимала, но… Мне восемнадцать с половиной, и хочется праздника жизни. Поэтому я очень рада, что папа пошел мне навстречу. Постараюсь оправдать его доверие.
Итак, вещи. Шмоток много не надо, только самое основное: джинсы, пара футболок, юбка, любимый короткий сарафанчик, белье, свитер – по вечерам и ночам еще прохладно, все же май в Питере капризный в плане погоды. Всякие мелочи, косметика, украшения, конечно, половина моей роскошной библиотеки любовные романы. Мм, вкусняшечка, вечерком завалиться на диван или кровать, с чаем или горячим шоколадом, включить музычку поромантичнее и погрузиться в сладостный мир мужественных мужчин и нежных женщин… И помечтать, что когда-нибудь и мне встретится такой же понимающий, романтичный, заботливый, любящий… Мдам-с, отвлеклась, однако. Учитывая мой замкнутый образ жизни, опыт общения с противоположным полом у меня удручающе мал, только в школе с мальчишками дружила. Были, конечно, осторожные попытки пригласить на свидания, но дальше трогательного держания за руку никто не заходил. Моего папу знали и знали, что он никого и близко ко мне не подпустит до совершеннолетия. А меня действительно не привлекали особи мужского пола, ни обычные люди, ни наши, из нечисти. Как объяснил папа, это нормально для таких, как я, – до инициации либидо дремлет, а уж после… В общем, там много нюансов, но до них еще два года. Так что можно расслабиться и всласть повеселиться, когда стану обычной студенткой.
Через несколько часов я закончила сборы, заглянул папа, сказал, что все устроил и завтра утром документы будут, с общагой тоже договорился. Дал адрес – Васька, здорово, центр мне нравился, – Восьмая линия. Вообще здорово! Остаток вечера прошел в нервном волнении, ночью снились всякие сны про студенческие будни, и утром я подскочила в девять, горя нетерпением поскорее начать новую жизнь. Наконец все утряслось, я получила новенький паспорт на имя Татьяны Теренской, лесной феи, студенческий, где значилось, что я учусь на филфаке СПбГУ, пропуск в общежитие на Восьмой линии Васильевского, пластиковую карточку, и… Папа лично проводил до остановки маршрутки, крепко обнял, одарил долгим взглядом напоследок, поцеловал в кончик носа, подождал, пока я сяду, и потом еще стоял, пока маршрутка не свернула.
Меня потряхивало от волнения и предвкушения, я то и дело кусала губы и ловила сердце, норовившее скатиться в пятки от избытка эмоций. Я – студентка! Наконец-то!! Свобода! Ура, ура! Замечтавшись, чуть не проехала свою остановку, выскочила на «Пионерской» и нырнула в метро. Поначалу такое количество людей нервировало, но потом я снова отвлеклась на мысли о предстоящей жизни и вскоре перестала вздрагивать, если меня случайно кто-то касался. До общаги шла пешком, с удовольствием вдыхая влажный питерский воздух, глазея на дома, вывески, витрины – как же редко я выбиралась в город, просто погулять! В основном видела улицы из окна машины. Зато сейчас… Нет, все-таки как же хорошо, что я решилась на эту авантюру и папа не стал запрещать. И что отказалась от предложения взять машину. Лучше пешком, как все, да и в центре неудобно ездить, слишком плотное движение. И вообще, я студентка, пусть и нечисть, какая у меня машина в восемнадцать, почти в девятнадцать лет? Слухи поползут всякие, оно мне надо?
Я свернула на нужную улицу и уже подошла к входу, собираясь войти, как вдруг дверь распахнулась, и мимо проплыла в воздухе приторных духов роскошная платиновая блондинка с ногами от ушей, четвертым размером бюста, высокомерно вздернутым подбородком и пухлыми, чувственными губами. Я чуть прищурилась, изменила зрение, глянув на ауру, – опа, вампирочка. Понятно теперь, зачем она вылила на себя содержимое парфюмерной лавки, от вампиров всегда еле уловимо пахло кровью. Обычный человек не чувствовал, а нечисть – да, как и животные: кошки, собаки. Но хороша, ничего не скажешь. Осиная талия, аристократически бледная кожа, тонкие длинные пальцы с ярко-алыми ногтями. Я невольно проводила фифу взглядом, озадаченно уставившись на восьмисантиметровые шпильки. И как она в них ходит?! Никак, поняла спустя буквально минуту – у тротуара притормозила роскошная тачка густо-синего цвета, какой-то спорткар с открытым верхом. Я в моделях не разбираюсь, к железу отношусь ровно, и какой там значок на капоте машины, мне перпендикулярно. Блондиночку возят, она сама ножками только от двери до двери передвигается.
Между тем мой взгляд наткнулся на владельца авто, благо он развернулся к блондинке, но выходить и проявлять замашки джентльмена явно не торопился. Мм… Небрежно растрепанная ветром шевелюра цвета осенних листьев, удивительно яркая, в которой смешались солнечно-желтый, янтарно-оранжевый, медный – я зависла как зачарованная, наблюдая переливы оттенков и золотистые искорки, мелькавшие в прядях, и задалась нелепым вопросом: натуральное или результат двухчасовых усилий стилиста в салоне красоты?.. Потом взгляд с некоторым трудом оторвался от этой шевелюры, спустился ниже, на лицо. До неприличия красивое, но не смазливое, а – в голове вертелось слово «порочное» – безумно притягательное. Взгляд владельца синего авто, ленивый, равнодушный, медленно прогулялся по вампирше, от макушки до пяток, особо задержавшись на бюсте и смелом вырезе, и я вздрогнула, уловив на самом дне зрачков теплившийся красноватый огонек. Не человек, нечисть, отметила машинально, и продолжила изучение незнакомца. Прямой нос, легкая небритость, полные губы, скривленные сейчас в подобии усмешки. От него исходила такая волна властности, уверенности в себе и непонятного притяжения, что я словно приросла к асфальту. А время растянулось, секунды и минуты длились и длились, словно позволяя мне получше разглядеть индивида и запечатлеть его образ.
Плечи и внушительные бицепсы обтягивала светлая футболка с известным логотипом-крокодилом, а расстегнутая пуговичка открывала ямочку. Что-то внутри встрепенулось, дернулось, запустило по нервам бессознательный импульс – хочу потрогать! По позвоночнику как будто провели горячим угольком, и я бы натворила глупостей, несомненно, если бы не вампирша – спасительница!
– Димка! – воскликнула она переливчато, на лице расцвела улыбка, и весь вид блондинки говорил о том, что она готова отдаться поименованному Дмитрием прямо здесь, на капоте его тачки, буде он возымеет такое желание. – Привет!
Волшебство момента разбилось на сотни осколков, я моргнула и осторожно отвела глаза, чувствуя, как щеки залил горячий румянец. Повезло, что рыжий брутал не сводил взгляда со своей пассии и не заметил, как я тут беззастенчиво пялилась на него. Ведь не заметил, да? Кстати, а кто он? Перестроила зрение… И чуть позорно не шлепнулась на пятую точку. Аура владельца авто переливалась багровыми сполохами, четко указывая на его принадлежность к демонам. Мама!!! Что я тут до сих пор делаю?! Папа же сказал, держаться подальше! Теперь понятно, чего внутри все так встрепенулось! Я резко развернулась и вытащила пропуск из кармана, собираясь зайти наконец в общежитие.
– Привет, зая, – раздался за спиной ленивый, равнодушный голос. – Падай, нас уже ждут.
От негромких бархатистых ноток волосы на затылке встали дыбом, и я поспешно дернула дверь, юркнув в прохладный холл. Фух. Опасный тип, не зря папа говорил, что только демоны могут пробудить меня раньше срока. Оно мне надо?! Радовало одно, после такой вот «заи» он вряд ли посмотрит на скромную меня, всего-то со вторым с половиной размером, росточком чуть выше метра пятьдесят, в неизменных джинсах, рубашке и мягких кожаных мокасинах. Поспешила на ресепшен и протянула администратору студенческий и пропуск.
– Здрасьте, я на вселение! – бодро заявила, пинками выгоняя из головы воспоминания о демоне.
Как же хорошо, что я решила в общаге поселиться, такие, как он, вряд ли даже слово-то такое знают. Интересно, а чего блонди свою не поселил в какой-нибудь отдельной хате? Хотя, судя по надменному виду, вампирша для него всего лишь развлечение, а демоны денег – как и слов – на ветер не бросают.
– Теренская? Комната триста одиннадцать. – Администратор протянула ключи. – Правила наши знаете? – Тетенька строго посмотрела на меня поверх очков.
Я закивала с самым честным видом. Потом ознакомлюсь.
– Хорошо, – кивнула она. – Прачечная, тренажерный зал и, если надо, белье, кладовая – на первом этаже. Плита, мойка и душевая в каждой комнате, комната на двоих. Курить строго на улице. – Снова пристальный взгляд.
– Я не курю, – заверила администратора, забрала ключи и поспешила к лифту.
Сейчас вот разложусь, и потом можно пойти, погулять по окрестностям, разведать, где магазины, посмотреть, как лучше дойти до универа. Неожиданная встреча с демоном, к моему облегчению, отошла на задний план, и я была уверена, мы виделись первый и последний раз.

Дмитрий Жарков смотрел на приближавшуюся вампиршу Светочку, с которой встречался последнюю пару недель, и не испытывал ничего, кроме легкого раздражения. Она ему уже надоела, и даже в постели с ней скучно – слишком много наигранных вздохов и стонов. А он и не старался особо, заботясь только о своем удовольствии. Свете не секс от него нужен, а шмотки, брюлики, дорогие рестораны и модные тусовки среди своих. Ну и, конечно, возможность похвастаться, что она – девушка самого Жаркова!.. Нет, надо с ней заканчивать, однозначно. Макс намекал, что познакомился недавно с потрясающими близняшками-русалками, и настойчиво звал в гости на днях…
И тут ноздрей Димки коснулся дивный тонкий запах, который ни с чем не спутаешь и который нынче весьма редкая штука. Не отрывая взгляда от вампирши, демон осторожно втянул аромат и бросил по сторонам неуловимо быстрый взгляд. Неподалеку группа студентов курит, бурно обсуждая лекции и какого-то козла-препода, который завалил Ваську чисто из вредности. Нет, не то, просто люди. Женщина средних лет с отсутствующим лицом, идущая по своим делам, – тоже нет. В ее возрасте вряд ли можно остаться девственницей, при любых раскладах. А вот эта малышка, застывшая столбом у двери общаги – мм… Димон едва не потерял контроль и не облизнулся, в паху стало горячо и тяжело. Аромат исходил от девушки, судя по ауре и внешности, обычной лесной феи. Ух ты, как ей удалось остаться невинной так долго? Обычно феи расстаются с девственностью чуть ли не в последних классах школы, с их тягой к новым впечатлениям и эмоциям. Интересно, на каком она факультете? Было бы интересно совратить ее, давно у него девственниц не было.
– Димка! – Голос Светы ворвался в его размышления, и пришлось отвлечься от незнакомой феи. – Привет!
Успеется еще узнать про нее. Если, конечно, Димка вспомнит о малышке, с его-то насыщенной жизнью. Выглядела она, прямо скажем, до неприличия обычно и незаметно, хотя в голове Жаркова промелькнуло, что вытряхнуть бы ее из джинсов, распустить косу, босоножки на каблучке – конфетка получится. Изящная, милая, прелестная в своей невинности конфетка. Которую бы он с удовольствием… попробовал… Тут Димка очнулся и вспомнил, что Света ему, кажется, что-то там сказала. А студенточка уже отвернулась и собралась уходить. Справившись со смутным сожалением по этому поводу, Жарков обратил внимание на вампиршу.
– Привет, зая, – равнодушно поздоровался он, и не подумав поухаживать за Светкой и открыть ей дверь машины. – Падай, нас уже ждут.
А про феечку он все-таки узнает…

Комната оказалась вполне себе ничего, даже, скорее, не комната, а реально маленькая однокомнатная квартирка. В коридорчике – холодильник, мойка, плита газовая, туалет отдельно, и даже самая настоящая ванна – я была готова к душевой кабинке. Ура, обожаю валяться в горячей воде, с ароматной пеной, приятной музыкой, свечками и чем-нибудь вкусным! В комнате – две кровати, шкаф-купе, полки, один большой стол у окна, типа обеденного, и два поменьше, письменных, у стенок рядом с кроватями. Ну, тумбочки, понятное дело, и даже два отдельных зеркала. Вообще супер. И телевизор. Прикольно, но я его дома как фон использовала, там крайне редко что интересное показывают. Бросила сумку на кровать и с воодушевлением начала обживать новую жилплощадь, раскладывая вещи и мурлыча под нос.
Когда послышался звук открываемого замка, я удивленно покосилась в сторону коридора: это еще кто? Вроде конец года, вряд ли еще, кроме меня, есть вселяющиеся… Я, конечно, не против соседки, но мало ли, какая попадется? Предпочла бы сама выбрать. Через пару минут в комнату вошла невысокая, крепко сбитая девушка где-то одних со мной лет, с круглым улыбчивым лицом и добрыми карими глазами.
– Привет! – Она ничуть не удивилась, увидев меня. – Ты моя соседка, да?
– Ну, наверное, – осторожно ответила я, посмотрев на ауру – человек, обычный.
Улыбка чуть увяла на лице незнакомки.
– Ты одна хотела жить? – в лоб спросила она, удивив прямолинейностью и проницательностью.
– Да я как-то не думала об этом, – пожала плечами, почесала в затылке. – Просто конец года, не ожидала, что есть еще желающие в общагу переселиться. – Еще раз посмотрела на девчонку, внимательнее.
Нет, просто человек.
– А меня хозяйка квартиры выселила. – Она поморщилась, подошла к свободной кровати и плюхнулась на нее. – Внезапно сынок ее вернулся из Москвы, да еще и с невестой беременной. – Соседка возмущенно фыркнула. – Ну и вот, искать хату долго, мне поставили срок в две недели выехать. – Она вздохнула. – Повезло, что места здесь оказались, обычно с этим в универе сложно. Я в начале года не смогла, только Петергоф предлагали. Катя, кстати, – запоздало представилась говорунья.
– Таня, – кивнула я. – Понятно. А сама где живешь?
– В Колпино. – Катерина вскочила и начала с воодушевлением копаться в сумке. – Можно, конечно, оттуда кататься, но надоело с предками жить, да и денег и времени прорва уходит. – Судя по всему, мне досталась очень общительная соседка. – А ты откуда? Тебя тоже выселили, да?
– Из Соснового Бора. – Феи, поскольку любили природу, предпочитали селиться в пригородах. – Что-то вроде, хозяйка решила продавать квартиру и в другой город уезжать, – наспех придумала причины моего переселения в общагу.
– Клево здесь, правда? – Катя повернулась ко мне с широкой улыбкой и блестевшими от возбуждения глазами. – Я в других общагах была в гостях, там вообще мрак. – Она округлила глаза. – Двери фанерные, кухни общие, душевые тоже, коридоры грязные, короче, полный абзац. – Соседка бодрым галопом проскакала к шкафу и начала раскладывать шмотки. – А тут почти как квартира. Даже холодильник есть! – Восторгу Кати не было предела. – Ты на каком факультете? – перескочила она на другую тему.
– Филфак, первый курс заканчиваю. – Пусть щебечет, мне проще, ибо про себя рассказывать следовало осторожно.
Чем больше вранья, тем сильнее в нем запутаться можно, а я не горела желанием возвращаться под крылышко папы. Я его люблю, конечно, и все такое, но вольной жизни тоже хочется. Хотя легенду, которую он рассказал, о моих родителях, помнила хорошо и, надеюсь, в ее рамках соображу придумать подробности жизни. Проверять все равно никто не станет.
– Вау, – восхищенно отозвалась Катя. – Эх, а я психфак. На иняз не хватило баллов, – вздохнула она, снова вернувшись к сумке. – Хотя по инглишу в школе пять всегда было. У тебя есть планы на день?
– Нет, а что? – Неприязни к Кате я не испытывала, ее жизнерадостность и говорливость не раздражали, как я втайне опасалась.
Вообще, вроде Катюха неплохая девчонка, главное, чтобы хрюшкой не оказалась. Я, конечно, не за стерильный порядок, но разбросанные колготки и лифчики на стульях не вдохновляют.
– Пойдем погуляем? Окрестности изучим, – предложила она. – Магазины всякие, чего тут есть, посмотрим, как до универа добираться отсюда.
– А пойдем. – Я широко улыбнулась ей.
Пока спускались, встретили еще нечисть: парочку фей, весело щебечущих о предстоящей поездке на Бали, компанию оборотней, они бурно обсуждали завтрашний выезд за город. В холле, у стойки администрации, даже молоденький водяной стоял, по виду лет двадцати с небольшим. Моя рука непроизвольно потянулась к простенькой сережке, золотому обручу – мощный артефакт надежно скрывал мою настоящую ауру, для окружающих я всего лишь молодая фея.
Остаток субботы и воскресенье мы с Катькой обживались, осваивали территорию вокруг общаги, решали бытовые вопросы – у меня-то с деньгами все в порядке, а соседке родители выделяли определенную сумму в месяц. О работе она пока не думала, слишком большая нагрузка по учебе, но и не страдала от финансовых ограничений. Катька вообще оказалась девочкой со скромными запросами, при этом жизнерадостной, веселой, местами слегка наивной. Короче, она мне понравилась. Думаю, проблем с ней не будет.
Наступило утро понедельника, мой первый день настоящей учебы. Я нервничала, хотя и не показывала виду. Сонная Катька, зевая во весь рот – она сова оказалась, поспать любила и пополуночничать, – с видом свеженького зомби готовила себе завтрак, я, проснувшись на десять минут раньше будильника, потрусила умываться. Сна ни в одном глазу, сердце беспорядочно мечется в груди при одной только мысли, что уже через час я окажусь среди множества незнакомых людей и нелюдей… Уф, м-да. Отвыкла от общества за год затворнической жизни под крылышком папы, печально. В школе замкнутостью не страдала, я вообще общительная. Почистив зубы, покосилась в окно – солнечно, небо чистое, значит, можно рискнуть вылезти из джинсов. Юбка, свободная рубашка навыпуск, волосы в хвост и в косу, чтобы не мешались, и я готова к труду и обороне. Сварганила бутерброды, с трудом запихнула их в себя – от волнения еда поперек горла стояла, – дождалась, пока Катька, давясь зевотой, наведет марафет – тушь и светлая помада, ничего лишнего, – и мы вывалились из общаги.
– У-у-у-у, у меня через полторы недели зачеты, – уныло протянула Катька. Как и большинство студентов, напрягаться она не любила. – А по общей психологии препод козел, прикинь, если пропустил хоть одну лекцию, он потом на зачете именно по ней завальные вопросики задает, – закатила глаза соседка. – Надо узнать, может, кто из наших тоже тут живет, мне пару лекций содрать надо…
– Угу, – односложно отозвалась я, напряженно размышляя, что еще предстоит узнать список литературы и загрузиться в библиотеке.
Некоторые предметы, как предупредил папа перед отъездом, сильно отличаются от тех, которые для обычных людей. Ладно, справлюсь. Не съедят же в самом деле. Да и прикрытие у меня мощное, а второй раз нарваться на демона вряд ли светит – они птицы высокого полета, выбирают факультеты престижные и в основном финансовой направленности. Демоны же дельцы отменные. Так что можно не дергаться. Наши с Катькой факультеты располагались с разных сторон Васьки, так что до своего я добиралась в одиночестве, мужественно борясь с мандражом. Хорошо хоть с запасом времени вышла – надо расписание узнать и выяснить, где мои аудитории находятся.
Едва переступила порог здания на набережной, вместе с галдящей толпой остальных студентов, переживать стало некогда: до пары оставалось всего двадцать минут. Я узнала, где деканат, порысила туда, на ходу доставая смартфон, чтобы сфоткать расписание, краем уха ловя разговоры вокруг:
– …прикинь, эта коза засекла, что я скатываю, и заставила другой вариант делать!..
– …у тебя с последнего семинара задачки есть? Дашь списать?
– …о да-а-а-а, Машка звезда была, помнишь, она пыталась у столба в вестибюле стриптиз изобразить? Охранник, пока отдирал ее от него и к выходу вел, уржался…
– …А что у нас после теории перевода? История языка? Бли-и-и-и-ин, нудятина такая, я по жизни путаюсь в этих староанглийских местоимениях!
– …Девчонки, а пошли на следующих выхах в клубешник? Оторвемся перед сессией!..
Перед расписанием, как всегда, толпился народ, и мне стоило определенных трудов пробиться поближе, а также не обращать внимания на заинтересованные косые взгляды мужской части студенчества. М-да, с этим придется смириться, оборачиваться будут. Спасибо маме-фее за яркую внешность. Эх, ладно, станут наглеть, придется учиться вежливо отшивать – здесь про моего папу никто не знает, как и о том, кто я такая на самом деле. Придется рассчитывать только на себя. Так, отвлеклась, расписание. Первой парой стояла лекция, языкознание, потом у моей группы семинар по английской грамматике и последней – тоже лекция, по мировой истории. Сфотала на сегодня и завтра, потом прищурилась и сменила зрение: так и есть, вместо истории природоведение, для фей и дриад, коих на нашем курсе оказалось аж две группы. Интересно, много вообще народа со мной будет учиться? Скоро узнаю… Глянула номер аудитории, почесала репу, поймала мимо пробегавшую студентку и спросила, куда идти.
– На второй этаж, коридор направо, – протараторила та и понеслась дальше.
Второй этаж так второй этаж. Времени совсем в обрез, поэтому ускорилась, не желая вваливаться в аудиторию после начала занятий, чтобы все пялились на меня. Подлетела к двери аккурат когда в нее гурьбой заходили мои будущие сокурсники, пристроилась в хвост, тихонько переведя дыхание и стараясь не смотреть по сторонам, юркнула за парту где-то в серединке. По спине бегали противные мурашки, я чувствовала на себе любопытные взгляды, но мужественно старалась держать невозмутимое лицо. Я тут на официальных правах, до сессии можно свободно посещать лекции, а после уже зачислят на второй курс дневного, как полагается. Пока народ рассаживался, я достала тетрадь, ручку, записала сегодняшнее число и… довольно улыбнулась. Я – учусь, нормально, как все студенты! Ур-ра-а!! Нервозность из-за большого количества незнакомых людей отошла на второй план, радость накатила огромной волной, затопив по самую макушку. Жизнь прекрасна и удивительна! Справа от меня присели две барышни гламурной наружности, слева – какой-то встрепанный паренек с рассеянным взглядом. Зуб даю, ботаник. Проверка внутренним зрением показала: все трое люди.
– Всем доброго дня, – раздался звучный, хорошо поставленный голос. – Садимся, начинаем.
Я подняла голову: за кафедру стремительно прошел высокий, подтянутый мужчина в очках в тонкой оправе, небольшой аккуратной лысиной и очень серьезным лицом.
– Итак, темы к зачету будут на следующей неделе, дата пока уточняется. – Профессор разложил перед собой листы, исписанные мелким почерком. – Тема сегодняшней лекции – «Грамматические категории в разных языках».
Где-то к середине занятия, слушая препода, я почти окончательно успокоилась, перестав дергаться от повышенного внимания к своей скромной персоне. Это неизбежно, в конце концов, я тут новенькая, а они друг друга давно знают. Ну и внешность, да. Хорошо, тут парней почти не было, к моему тайному облегчению. Перерыв подкрался незаметно, гламурные барышни упорхнули куда-то, ботаник зарылся в учебник, а ко мне совершенно неожиданно подсела еще одна девчонка, и, даже не глядя на ее ауру, я уверенно могла сказать – дриада. Заплетенные в замысловатую прическу каштановые волосы украшены многочисленными заколками в виде цветов, сережки и кулон в форме веточек, легкий сарафан, тоже с растительным орнаментом, и тонкий приятный запах, больше похожий на аромат цветов. Дитя леса, она во всем старалась подчеркнуть свою принадлежность природе.
– Привет. Новенькая? – непринужденно поинтересовалась она, разглядывая меня большими глазами чистого голубого, как летнее небо, цвета.
– С заочного. – Я кивнула. – Переводиться буду, после летней сессии.
– Здорово, Варя, – представилась дриада. – Тебя в какую-нибудь группу уже определили?
Вроде обычный вопрос, но в свете того, что мы обе не совсем люди, он имел скрытый подтекст.
– Вторую, – снова кивнула я. – Таня.
– О, я во второй как раз староста, – жизнерадостно улыбнулась Варя. – Давай к нам садись? Все равно последняя пара вместе, познакомлю с девчонками, – предложила дриада, и я не нашла причин отказываться.
– Слушай, поможешь с учебниками? – попросила я, захватив сумку и взяв тетрадь. – А то зачет скоро, вдруг программы отличаются.
– Не вопрос, – легко согласилась староста. – Ты питерская? – продолжила она расспросы, пока мы перебирались на соседний ряд, к компании девушек – моей группе. Сплошь дриады и феи, всего человек десять.
– Ну почти, из Соснового Бора, – повторила придуманную легенду. – Родители путешествуют, мама очень любит, – на всякий случай добавила.
– А, понятно, мои тоже. Оставили мне квартиру, сами уехали в Новую Зеландию. – Варя беспечно махнула рукой. – Мама давно туда хотела, они даже домик купили. Ты, кстати, в общаге или снимаешь?
– В общаге, – послушно ответила, уже зная, что последует дальше.
– Ну, если что, я гостям рада, у нас весело, – известила дриада и повернулась к остальным. Мы как раз подошли. – Девчонки, это Таня, с нами будет учиться.
Остаток дня прошел весело и непринужденно: я успешно влилась в новый студенческий коллектив, в немалой степени благодаря Варе и ее подругам. Повезло, что у дриад и фей характер легкий и с ними найти общий язык не составляет труда. В их компании никогда не чувствуешь себя зажато, неловко или неуютно. Прекрасные создания, пожалуй, правильно я решила под них маскироваться. Бойкая и веселая Варенька обрушила на меня водопад сведений о нашем курсе. Большинство людей, девушки, парней всего четверо. Тот ботаник, Рома, явно не от мира сего, фанат английского и всего с ним связанного. У него все разговоры сводились к структуре английской грамматики и прекрасному звучанию фонетического ряда английских дифтонгов.
Еще Женька, гроза всего женского населения факультета, как насмешливо выразилась Варя. Женька – сатир, и хотя внешность у него ну самая обыкновенная, от природы он обладал убойной харизмой и мог легко соблазнить любую девушку, даже самую неприступную. При этом ко всем своим пассиям относился с искренним восхищением, никогда не заводил одновременно несколько романов, и все его бывшие сохраняли с ним теплые дружеские отношения. Душа любой компании, балагур и весельчак, кладезь шуток, прибауток, забавных случаев, Женька был «своим в доску». Я опасалась, что начнет приставать, но, как выяснилось, у него сейчас была девушка, наша же, и мне всего лишь отвесили парочку замысловатых комплиментов да одарили восхищенным взглядом. Варька, хихикая, пояснила, что сегодня нимфы, с которой встречался Женька, нет, поэтому он так вольно ведет себя. Обычно же в присутствии своей нынешней сатир не нервирует девушку слишком пристальным вниманием к другим особам женского пола.
Остальные двое – люди, обычные, держались особняком и предпочитали общаться с девчонками из своей группы. Еще Варя снабдила меня списком литературы, показала, где библиотека, столовка, пригласила на выходные к себе на дачу, где они, оказывается, регулярно группой собираются. – Я обещала подумать. – И решительно заявила, что после сессии у них запланирована грандиозная вечеринка по случаю окончания первого курса и я просто обязана на ней быть. В общагу возвращалась с ворохом эмоций, увесистой стопкой книг – и это я еще не все взяла! – и с легким головокружением от обилия впечатлений. Итак, с почином меня, все складывалось просто отлично!
Ну а дальше понеслись студенческие будни. Признаться, встреча с демоном потерялась в глубинах памяти, меня захватили учеба, новые знакомые, прогулки с Катькой по Васильевскому, и вообще, я вовсю наслаждалась жизнью. Неделя пролетела незаметно, и наступила пятница. Завтра мы с девчонками едем к Варьке на дачу – я согласилась, решив, что проводить выходные в душном городе не хочу. Катя все равно к родителям собиралась на побывку…
Я сидела на скучнейшей лекции по истории английского языка. Профессор, нудный лысый мужик в очках, с постной физией вещал о том, как в Англию вторглись норманны и какие изменения они привнесли в язык. Откровенно клонило в сон: вчера я зачиталась свежекупленным любовным романом и легла далеко за полночь, Катька еле растолкала утром. Поэтому сейчас, подперев ладонью лицо, дремала с прикрытыми глазами – лекцию потом у Вари скатаю, она всегда прилежно все записывала. За окном вовсю светило солнце, хотелось на улицу, прогуляться, зайти в кафе, выпить вкусного кофе… Рассеянно глянула сквозь ресницы в окно – и, вздрогнув, разом проснулась.
Из аудитории прекрасно просматривалась набережная перед корпусом, кучки студентов и просто гуляющие. А еще напротив стоял тот самый рыжий демон, засунув руки в карманы, и пристально смотрел… на меня?! Я сидела у окошка, и вряд ли этот товарищ просто разглядывал внешние украшения на здании филологического корпуса. Взгляд демона четко был направлен в окно, на мою скромную персону. Ой! По спине сначала прокатилась волна холода, потом тепла. Я выпрямилась, не в силах отвести глаза и не понимая – он что, тогда все-таки заметил?! Но как, вроде же только на свою Светку смотрел! Проснулось беспокойство, рука сама потянулась к сережке-артефакту, надежно прикрывавшей мою настоящую сущность. Неизвестно, сколько бы мы играли в гляделки, положение спас Женька, сидевший за нашими с Варей спинами.
– Пс-ст! Девчонки! Зацените!.. – раздался его веселый шепот, и между нашими с дриадой плечами появилась рука с каким-то листком, выдранным из журнала, судя по картинке с бегемотом.
Варя оторвалась от лекции, взяла послание, глянула – и вдруг начала давиться хихиканьем. Э? Я отвернулась от окна и тоже посмотрела… На фотографии, из «Юного натуралиста», что ли, изображались слоны, сзади. Маленький слоник и его родственник, мама или папа – первичных половых признаков не видать, так что не определить. Так вот. На заднице большого слона какой-то умник – подозреваю, все-таки Женька, только у него фантазии могло хватить, – пририсовал круглые очки, как у профессора английской истории, пару морщин на типа лбу, и… Ну е-мое, реально, одно… кхм, лицо!! Даже хвостик в тему, типа носа. Все-о-о-о-о-о, капец полный. Я зажала рот ладонью, тихо всхрюкивая и переводя взгляд с картинки на лектора и обратно. Просто портрет. Пустила листочек дальше, и началось. По аудитории волнами пошел гулять придушенный смех, студенты корчились в попытках сдержать громовой ржач, а наш очкарик ничего не замечал, продолжая вдохновенно вещать.
– Ы-ы-ы-ы-ы, Женька, ты зло-о-о-о-о!.. – просипела Варя, чуть обернувшись к сатиру.
– Зато сразу всем нескучно стало, – жизнерадостно прошептал Евгений, довольный донельзя, что всколыхнул сонное болото аудитории.
Апофеозом оказался отжиг профессора. Он внезапно осознал, что студенты резко оживились, и вовсе не от его монотонного вещания, узрел гуляющую по рядам бумажку и тем же скучным голосом произнес:
– А что вы там все рассматриваете? Давайте мне, вместе посмеемся.
Все. Занавес. Курс грохнул, и минут на десять учебный процесс застопорился, пока народ в голос хохотал и судорожно пытался спрятать провокационную фотку от препода – он же, упорный, пошел по рядам, ему в самом деле стало интересно… В общем, жизнь резко перестала быть томной. Особенно когда спустя еще одну пару – практикум по общению с растениями, закрытый семинар для наших групп фей и дриад, – мы гурьбой высыпали на улицу, с наслаждением вдыхая чуть влажный, теплый, свежий майский воздух. Ура, неделя закончилась! Завтра выходные!
– А этот что здесь делает? – раздался вдруг недовольный и настороженный голос Вари.
Конечно, мы все дружно обернулись. Ирка, тоже фея, удивленно подняла брови, окинув того, кто стоял за нашими спинами, заинтересованным взглядом. Я обреченно вздохнула и послушно посмотрела туда, куда и все. Было бы странно, не отреагируй я на возглас дриады.
– Его же младше четвертого курса никто не интересует, – вполголоса протянул Женька. Поскольку его девушка, Влада, нимфа из нашей группы, в последнее время он везде ходил с нашей компанией.
Да, там, на другой стороне дороги, стоял демон, Дима, кажется, если правильно помню, как его Света назвала. Он со скучающим видом опирался на свою тачку, его взгляд равнодушно скользил по кучкующимся студентам, и казалось, он совсем не замечает восторженных взглядов и томных улыбок девушек. Я осторожненько так, бочком, зашла за Варю и выглянула из-за ее спины и стараясь не думать, за каким чертом он здесь объявился. Все-таки не верю, будто на фоне роскошной вампирши он тогда заметил и меня. На фиг, на фиг. И не важно, что мне опять стало жарко при одном только взгляде на это красивое надменное лицо и страшно захотелось запустить пальцы в роскошное золото и янтарь его художественно растрепанных волос! Аж подушечки закололо… Я испугалась и одновременно немножко разозлилась. На себя в основном: не ожидала, что вот так, от одного только взгляда, одной встречи, теория резко станет практикой. В смысле демон действительно способен пробудить во мне женское начало только своим присутствием. Мелькнула суматошная мысль, что же будет, если… ну, если случится невероятное и этот Дима решит познакомиться со мной? А если я влюблюсь?! Накатила паника, и это помогло справиться с непонятной томной негой, разлившейся по телу от вида демона.
Нет, надо держаться подальше от него. Получалось же в школе с мальчишками общаться чисто по-дружески! И здесь получится. На замечание Женьки я как можно непринужденнее ответила:
– Ну, у нас тоже есть видные четверокурсницы. Может, у себя он уже со всеми перезнакомился.
Народ захихикал, я подавила желание задать вопрос, откуда взялся сам Димка – по виду и не скажешь, что студент, ему больше двадцати точно. Года на два-три, совсем взрослый, на мой взгляд. Мужчина, не парень. Дала себе мысленно подзатыльник, поспешно отвела глаза, ощутив, как дыхание снова участилось и облила волна непонятного жара. Хватит о нем думать! Это демон, Таня! Еще раз напомнила, что будет, если позволю себе поддаться соблазну, и чуть-чуть отпустило.
И тут рядом с темно-синей тачкой рыжего притормозила еще одна, насыщенного вишневого цвета – джип, большой и внушительный. Этот, который Жарков, оживился, отлип от своего авто и широко улыбнулся, а из джипа вылез… Мама. Мамочка!!  Еще один демон. Мои глаза прилипли к нему, я приросла к асфальту, хлопая глазами и жадно рассматривая нового персонажа.
– Макс, здорово! – Дмитрий хлопнул приятеля по плечу, потом они обнялись.
Высокий, одного с другом роста, ширина плеч такая же, белоснежная футболка обтягивает весь набор бицепсов, трицепсов и какие там еще у мужчин мышцы имеются, да еще оттеняет загорелую кожу. Зуб даю, не в солярий ходит. Необычные, раскосые глаза, брови вразлет, четко очерченные губы, гладко выбритый острый подбородок – приятель Жаркова походил на какого-нибудь восточного принца. Сходство усиливалось длинными, ниже плеч, волосами цвета шоколада. Такого насыщенного, глубокого, мне вдруг страстно захотелось чашечку этого божественного напитка, да с корицей, да со вкусным пирожным… А еще по правой руке из-под рукава футболки сбегала прихотливая вязь сложной татуировки, и пришлось срочно отвести взгляд. Отчего-то именно эта деталь произвела на меня неизгладимое впечатление, в голову словно плеснуло горячим сиропом, который медленно стек по плечам, груди, животу и собрался в самом низу, пугая странными ощущениями. Попочка, как выражалась деликатная Варя о сложной ситуации. Я совсем растерялась, видя перед собой двух потрясающих мужчин, к которым потянуло со страшной силой, невзирая ни на какие запреты и опасные последствия. Они оба словно сошли со страниц столь любимых мною любовных романов, ну как тут устоять?! М-да. Папа именно об этом предупреждал, а я, признаться честно, не очень верила в то, что один вид демонов способен пробудить во мне интерес больший, чем обычный дружеский. Похоже, мои инстинкты проснулись… Как не вовремя, черт, и что теперь делать?!
Тут из джипа выпорхнули две барышни, близняшки, тоненькие, изящные, с длиннющими ногами и в суперкоротких юбочках, прямо как с картинки сошли, из какого-нибудь гламурного журнала. Женька, хоть и обнимал Владу, тут же сделал стойку, его глаза заблестели.
– Привет красотки. – Димка по-хозяйски облапил ближайшую близняшку, и на сей раз в его голосе слышалось больше энтузиазма, чем со Светкой.
– Привет, Димочка, – пропела девушка, прильнув к нему всем телом.
Это выглядело ну оч-ч-чень эротично, и до меня донеслось, как звучно сглотнул Женька. Я же почувствовала смутное, непонятное раздражение и отвела взгляд от компании. Откровенная демонстрация интереса демона к барышне отчего-то вызывала недовольство и неловкость, а еще смущение.
– Русалки, сестры Жемчужные, с истфака, – уверенно заявила Варька.
– Женек, слюни подбери! – послышалось недовольное шипение Влады.
– Я же только смотрю, киса, – примирительно отозвался сатир. – Как в музее, понимаешь?
– Понимаю, но слюни все равно подбери, – буркнула нимфа.
– Ну, поехали? – Жарков подтолкнул русалку к своей машине.
– Остальные завтра подтянутся, – ответила она с шаловливой улыбкой.
– Оу, так у нас вся ночь впереди? – вкрадчивым, бархатистым голосом отозвался демон.
Мои нервы завибрировали в ответ, пришлось срочно брать себя в руки. Господи, я уже от одного голоса млею, да что такое! Только в книгах читала о пресловутой любви с первого взгляда. Только в моем случае это не любовь, нет. Теорию отношений между мужчиной и женщиной я знала, конечно, и понимала, мои эмоции – это просто… желание. Банальное желание, страсть. Нельзя влюбиться в образ, в картинку, ничего не зная о человеке. Ну, точнее, можно, конечно, но ничего общего с настоящим, глубоким и серьезным чувством эта влюбленность не будет иметь. Да, я, может, и неопытная, но не глупая, и влюбляться в демонов, сошедших с фоток модных мужских журналов, не собираюсь! Да, вот так. А с инстинктами справлюсь как-нибудь.
– Ага-а-а-а, – томно протянула русалка, устроившись на переднем сиденье.
Мысленно пожелала хорошего отдыха и понадеялась, что больше наши дорожки не пересекутся. Взвизгнули шины, Жарков стартовал с места, за ним – джип Макса, и я едва сдержала вздох облегчения.
– Так, ну что, девочки и мальчики. – Варька с хитрой усмешкой глянула на Женю. – Все-таки завтра едем? Тогда рано утром! Тань, может, переночуешь у меня? – Дриада вопросительно глянула.
Ну, если рано…
– Оки, только в общагу заскочу, соберусь, – согласилась я.
Сказано – сделано. Часам к шести вечера я добралась до квартиры Варвары – она жила в самом центре, на Грибоедова, в двух шагах от Невского, сразу за Финансово-экономическим университетом, в простонародье Финэком, где уже собрались все остальные девочки и Женька. Ехали на трех машинах, сатира, Ирки и Марины, тоже дриады. Засыпая вечером, я предвкушала замечательные выходные на природе, на даче, с банькой и озером, вкусным вином и шашлыком. Красотень! И погода радовала, надеюсь, получится позагорать! На этой позитивной мысли я вырубилась.

Глава 2

Вечер. Сумерки. Тишина. Только слышен шум воды на перекатах под мостом, и иногда доносятся звуки, свидетельствующие о том, что дачники открывают сезон: музыка, смех, голоса. И в воздухе плывет неизменный запах шашлыков – без них ни один выезд на природу не обходится. А вообще, здорово тут, в Лосево, – дача Варвары находилась именно здесь. От города далековато, но зато природа обалденная. Папина фазенда располагалась в Рощино, там цивилизация уже семимильными шагами надвигалась, и найти тихий и приятный уголочек без людей сложно. Надо зайти глубоко в лес, да и туристы постоянно на выходные с палатками приезжают.
Дом Вари стоял почти на самом краю поселка, рядом располагался уединенный пляжик, закрытый кустами, с мелким песочком и удобным заходом, но для меня вода еще прохладная, я потеплее люблю. Это русалки в любое время года могут плескаться, им-то что – хвост отрастили, физиологию поднастроили, и вперед. Варина дача оказалась симпатичной, двухэтажной, со всеми удобствами: ванные в количестве двух штук, кухня с газовой плитой, холодильником и даже посудомоечной машиной, а в большой гостиной на первом этаже настоящий камин. Конечно, отдельно баня стояла, беседка для шашлыков, в огороженном углу, видимо, вотчина мамы Вари, ибо там росли кусты малины, красной смородины, три грядки клубники, зеленюшки всякие, и в небольшом парнике – огурцы и помидоры. Ну да, дриадам легко находить язык с природой, и в отличие от обычных людей им не надо стоять кверху попой и старательно забрасывать дурнопахнущими удобрениями свои угодья ради хорошего урожая. Дриады пошепчут что-то, пригладят или просто дотронутся, и все – этого хватает, чтобы забыть про тяпки и компост до самой осени.
Еще на участке имелся чудный уголок для отдыха: окруженные розовыми кустами качели с длинным сиденьем-диванчиком и специально огороженное место для костра. Дриадам нравился живой огонь, и мне, кстати, тоже. Мы приехали где-то к обеду, Женек сразу занялся шашлыками, пока девочки готовили остальной стол. Погода радовала ясным солнышком и отсутствием облаков. Мы погуляли по окрестностям, по лесу, повалялись, позагорали на пляжике. Ну, потом каждый оказался предоставлен сам себе, и я с удовольствием погрузилась в мир прекрасных женщин и суровых мужчин – да-да, захватила кое-что из своей библиотеки, перечитать, насладиться в очередной раз. Торчать в Сети не хотелось, и вообще, я с собой только телефон взяла, ноут оставила в общаге. Отдыхать так отдыхать. Вечером снова шашлыки, Женька порадовал песнями под гитару, и вот сейчас время двигалось к десяти, девчонки разбрелись по комнатам, сытые и довольные, а я решила прогуляться к речке, благо она недалеко. Послушать сверчков, шум порогов, вдохнуть сырой речной воздух, запахи жарящегося мяса, костра, леса, тихонько шелестевшего от мягкого ветерка, гулявшего в кронах… Я остановилась на обрывистом берегу, обняв себя руками и тихо улыбаясь. Как же хорошо! Небо радовало красивыми переливами лилово-серого, розовато-голубого, кораллового – на подходе белые ночи, и сумерки становились длиннее. А я очень люблю это время суток, когда уже не день, но еще и не ночь.
Идиллию и мое единение с природой грубо нарушили: вечерний воздух взорвал задорный женский смех, плеск воды и мужские голоса. Очень знакомые, надо сказать, голоса. Вот кто скажет, зачем ноги понесли меня в сторону того уединенного пляжа, где мы днем загорали и где сейчас развлекался кто-то другой?! И не говорите про извечное женское любопытство, знаю, что сама дура… Поскольку кусты росли довольно плотно, а тропинка за ними всего одна, я не стала ломиться, как лось, а просто скромно остановилась в сторонке, шагах в трех от естественной преграды, и замерла, прислушиваясь к веселой компании.
– Ма-а-а-акси-и-и-ик, принеси вино, а? – томный, переливчатый голосок одной из русалок. Напрягшись, я даже фамилию вспомнила, Жемчужные вроде.
Ну конечно, кто, кроме них, еще может в Вуоксе в мае купаться. Разве что самые смелые и уже изрядно пьяные, вода-то градусов тринадцать, не выше. А может, и ниже.
– А почему я, Ирочка? – отозвался «Максик» недовольным, но все равно, черт возьми, приятным голосом. – Пусть Димон сбегает.
Снова шум возни, плеск, тихий смех, перешедший в глухой, длинный стон. Ой! Щекам моментально стало жарко от догадок, что это может означать.
– Димка занят, – с шаловливым смехом отозвалась та, которая просила демона об услуге. – Ну Макс, ну пожалуйста! А я тебе потом спасибо скажу.
Если бы не знала, что говорившая – русалка, подумала бы, оборотень, так натурально мурлыкнула девушка.
– А вот это уже интересное предложение. – Недовольство разом исчезло из голоса Макса, и любопытство меня просто загрызло: что же предлагала русалка?! – И как скажешь, рыбка моя?
– Мм, вот та-а-а-а-ак? – игриво отозвалась она и, видимо, что-то сделала, потому что до меня долетел невнятный возглас Макса, а потом довольный ответ:
– Тогда сбегаю, не вопрос! Только хвостик убери, мешать будет.
Эм, а я вдруг вспомнила, что торчу тут, как памятник женской глупости и любопытству, в двух шагах от тропинки! И едва вышеупомянутый Макс выйдет, меня спалят по полной! Быть застигнутой за подслушиванием не хотелось, как и вообще обнаруживать свое присутствие здесь, и посему я быстро, не оглядываясь, поспешила к дорожке, проходившей вдоль реки чуть подальше. Пора возвращаться, все равно очарование тихого вечера испорчено неожиданной и не слишком приятной встречей. Вот какого черта они тут делают, спрашивается?! Неужели сработал закон подлости и дача одного из демонов тоже находится в Лосево? Хорошо хоть не соседи, иначе точно мы бы с девчонками услышали. Надо у Вари спросить, она же наверняка знает тех, кто рядом с ней живет. Е-мое, теперь с оглядкой ходить, чтобы не наткнуться на них, она мне на фиг не сдалась, такая встреча! Особенно если вспомнить, как рыжий Жарков пялился в окна моей аудитории… А сердце при этом предательски дрогнуло, волнение пробежалось невидимыми пальцами вдоль позвоночника, едва в памяти возникло притягательное лицо Димки, его взгляд – пристальный, внимательный. Уф. Нет-нет, к черту демонов! Уж они-то точно не согласятся на дружбу, им подавай все или ничего! А все я как раз и не могу…
– Оу, а кто это у нас здесь?
Неожиданно, пока я пребывала в задумчивости, спеша домой, вокруг талии обвилась чья-то нахальная рука, заставив взвизгнуть от неожиданности, а голос около уха, мягкий, гортанный, вызвал нервную дрожь. Мои ладони моментально уперлись в грудь нарушителя спокойствия, но, едва я осознала, что пальцы касаются прохладной, гладкой кожи демона, сердце ухнуло в пятки да там и затаилось. Макс голый, что ли?! Паника кипятком плеснула в голову, напрочь лишив способности здраво мыслить, и я дернулась, попытавшись вывернуться из рук Макса. Зря, мгновением позже поняла, притиснутая к ближайшему забору его сильным телом, без возможности пошевелить руками – запястья крепко держали его пальцы, – и ногами. Демон прижимал мои колени, но я в процессе молниеносного перемещения заметила, что на Максиме плавки. Ура! Хоть какое-то утешение моей девичьей стыдливости. От Макса пахло алкоголем, но несильно, и вроде не пьяный, так, слегка навеселе. Но я все равно отвернулась: его лицо близко от моего изрядно нервировало. И волновало, чего уж.
– Вас там девочки ждут, – как можно вежливее и спокойнее ответила я, с опаской отметив, что мне стало как-то слишком жарко от близкого присутствия Макса и мысли начали путаться. – Пустите, пожалуйста.
Около уха раздался тихий бархатистый смех, от которого пробрала дрожь до самых костей. Мама… Со мной творилось что-то непонятное, пугающе-сладкое. Вместе с волнением проснулись странные желания – например, прижаться к нему, повернуть голову. Позволить поцеловать себя… Задохнулась от последней мысли, не на шутку перепугавшись. Раньше меня на поцелуи с мальчиками не тянуло! А… А Макс ни разу не мальчик, мужчина. Сильный и безумно притягательный… демон!
– Они уже давно не девочки, гулена, – выдохнул Макс, обдав кожу горячим дыханием. – А вот ты-ы-ы-ы-ы-ы… – Он провел носом вдоль шеи, вызвав целый рой щекотных мурашек, от которых я поежилась и едва нервно не хихикнула. Что он творит?! Господи, а почему мне-то нравятся его наглые приставания? – Мм, девочка во всех смыслах и та-а-а-ак вкус-с-с-с-сно пахнешь…
Он… Он лизнул меня!!! Совсем оборзел?! Не знаю, наверное, Макс не ожидал, что я предприму какие-то активные действия после такой откровенной демонстрации его намерений, но перед моими глазами появились большие красные буквы: «опасность»! Страх перемешался с нервным волнением, в крови вспыхнул адреналин, и я сделала первое, что пришло в голову: буквально в двух шагах росла роскошная, где-то по пояс, крапива. А мне же от мамы достались способности договариваться с растениями, так что можно попробовать! Я замерла, прикрыв глаза и потянувшись мысленно к жгучим плетям, а Макс воспринял это, как покорность, к моему резко возросшему беспокойству.
– Вот так и стой, конфетка моя. – Снова нервирующий шепот, и горячие губы Макса прижались к шее, вызвав целый взрыв ощущений, окативший с ног до головы, и я едва не потеряла сосредоточенность.
Ничего себе резвый! Интересно, он со всеми девушками так или просто потому, что слегка под алкоголем? Я как раз почувствовала отклик растения и послала свое желание, очень-очень сильное… Главное, не разомлеть окончательно от действий Макса, не прижиматься к нему так бесстыдно и… и не думать, что это такое я чувствую бедром подозрительно твердое! Наглый возмутитель моего спокойствия вдруг оторвался от шеи, прихватил зубами мочку уха – аккуратно, нежно. – И слегка сжал. Я чуть не взвилась, меня словно разряд тока прошил, и как же удачно совпало, что крапива отозвалась на мою просьбу! Хлесткий звук удара, и меня отпустили, а Макс отскочил как ошпаренный и зашипел, потирая пятую точку.
– Т-твою!.. – вырвалось у него, а я, не дожидаясь более емких выражений, сорвалась с места и помчалась к дому Варьки, обмирая от собственной смелости и давясь хихиканьем, от которого отчетливо попахивало слегка истеричными нотками.
Очень уж рожа у Макса ошалелая была, когда его крапива приласкала! А я… Черт. Значит, вот как женская сущность просыпается. А ведь это слишком сладко, слишком притягательно, слишком… вообще слишком! Искушение, которому сложно сопротивляться, новые эмоции, новые ощущения, и их хочется испытать снова, только ярче и полнее. Блин! Сердце ухнуло в пятки, едва представила, что тот же Макс меня целует, температура тела резко подскочила, и сбилось дыхание. Я трясущимися руками достала из кармана джинсов ключ, кое-как попала в домофон и юркнула в калитку, захлопнув ее и прислонившись спиной. Е-о-о-о-о… Он же теперь еще неделю точно будет обо мне вспоминать, каждый раз, как сесть захочет! Я медленно сползла по двери, уже не сдерживаясь, и вскоре тихий смех перерос в хохот с явными истеричными нотками. Пыталась успокоиться, но получалось плохо: как представлю перекошенную физию Макса и «приятные» ощущения при попытке пристроить свой зад на горизонтальную поверхность, так снова неудержимо на ха-ха тянет.
– Таня? Тань, что случилось? – На крыльцо выбежала встревоженная Варя. – С тобой все в порядке, Танюх?
– Ах-ха, – всхлипнула я и утерла набежавшие слезы. – П-почти…
Дриада отвела меня в дом, напоила чаем на травах, и я вроде пришла в себя. Сердце перестало метаться в груди испуганным зайцем, непонятные желания, к моей радости, тоже приутихли. Я поведала Варваре историю вечернего приключения, закончив вопросом:
– Варь, у кого-то из них тут дача, что ли? – и вопросительно глянула на одногруппницу.
– О-о-о-о-о, подруга. – Она вздохнула, села за стол и подперла ладонью подбородок. – Влипла ты конкретно. – Дриада хихикнула и подмигнула. – Думаю, за поцелуи Макса крапивой еще никто не стегал.
Мы переглянулись, и… кухню снова сотряс приступ громового хохота, только теперь уже без истерик. Я смеялась от облегчения, что отпустило то, проснувшееся от наглого поведения демона, ну и, конечно, крапива – это мой ход конем, да. От стресса, оказывается, фантазия резко мобилизуется. Ну а что оставалось делать?! Неизвестно, до чего бы дошло, не останови я Макса.
– А чего вы тут ржете? – спустилась Ира, и пришлось по новой пересказывать историю.
Опять похихикали, и наконец девчонки стали удовлетворять мое нездоровое любопытство насчет демона.
– Здесь дача русалок недалеко, – ответила Варя на мой первый вопрос. – Наверное, к ним решили поехать, а не к себе. Им же оборачиваться раз в неделю обязательно и плескаться где-то, кроме ванной. – Дриада пожала плечами.
– Угу, – согласилась я и, поколебавшись, задала еще один вопрос: – Варь, а… Макс, он вообще что за демон?
– Соблазна, – охотно ответила Варвара. – Причем всякого. Легко чувствует, на чем можно поймать человека. Ну, там, – она помахала рукой, – кто-то деньги любит, кто-то выпивку, кто-то экстрим всякий. Он и пользуется этим, манипулируя людьми. Тань, а ты что, действительно ни разу? – Варька посмотрела на меня своими нереально голубыми глазами, в которых светился неподдельный интерес.
Щекам и даже шее с ушами стало жарко, ибо Ирка тоже вперилась в меня гляделками.
– Ну… да, – пробормотала смущенно, ковыряя скатерть на столе и опустив взгляд. – Как-то вот так получилось…
– Поня-а-а-атно, – протянула Ира с усмешкой. – Демоны, они до девственниц вообще маньяки. – Она сделала большие глаза. – Особенно если из нечисти.
– Ой, – пискнула я, испуганная донельзя. – А… а я первый раз вообще по любви хочу!.. – ляпнула первое, что пришло в голову.
Ну не говорить же, что мне вообще нельзя до двадцати одного года, и уж тем более с демоном! Ни по любви, ни по какому другому поводу…
– В Макса влюбиться как не фиг делать, – авторитетно заявила Варька. – Он знаешь скольким девчонкам уже сердце разбил?
Охотно верю. Признаться честно, не могу утверждать, что, начни Макс проявлять ко мне интерес, удержусь от такой глупости. Сердцу не прикажешь, увы, и если демонам такое чувство, как любовь, едва ли знакомо – не берем истинные пары – то я-то как раз и могу… поддаться… Папа не зря предупреждал и не зря объяснял, что будет, если не сдержусь. А тем более если при виде Макса по телу разливается жаркое томление, от которого все здравые мысли разлетаются легкими пушинками! По прочитанным любовным романам знала, вот так и возникает привязанность: очень уж точно описывалось то, что происходило с девушками при встрече с тем самым мужчиной в их жизни.
– Мне брюнеты не нравятся. – Я отмахнулась с как можно более независимым видом. – И вообще, он слишком взрослый и вряд ли обратит на меня внимание дважды, он же даже не на нашем факультете учится. А демоны вообще эгоисты и самовлюбленные, не думаю, что у Макса возникнет интерес к обычной простой фее.
Девчонки захихикали.
– Ой, Танюх, вот насчет внимания я бы поспорила. Он твою крапиву надолго запомнит, уверяю! – со смехом ответила Ирка. – К Максу ни одна девчонка равнодушной не осталась, по крайней мере, я таких не знаю!
Я пожала плечами и цапнула с тарелки клубничину – у Варьки на грядках они уже росли. Значит, я буду первой, по крайней мере, попытаюсь. В случае, конечно, если Макс нарисуется на моем горизонте снова и будет приставать со всякими предложениями, в чем пока сомневаюсь. Не единственная же я девственница на весь Питер!
– А его приятель, Жарков, он что за демон? – как можно непринужденнее поинтересовалась, решив воспользоваться говорливостью подруг.
– Страха, – невозмутимо отозвалась Варя. – Димка человеческие страхи чувствует и играет на них.
– Да уж, парочка, – пробормотала я, поежившись. – Ладно, давайте не будем о грустном! – решительно отодвинула обсуждения демонов в сторону. – Очень сомневаюсь, что наши дорожки когда-либо снова пересекутся.
– Угу, конеш-ш-ш-шно, – ехидно сказала Ирка, весело глянув на меня. – Макс будет мстить за крапиву, Тань.
– Он не знает, кто я, – загнула один палец. – Было темно, и лицо мое он тоже вряд ли видел, тем более не смотрел в него. – Я слегка покраснела, вспомнив, чем же в тот момент был занят Макс, и загнула второй палец. – Не думаю, что он будет вот прямо так упорно искать, кто его крапивой отделал. Да и зачем в отместку отхлестать? – хихикнула, представив Макса, гоняющегося за мной с пучком крапивы.
– Ай, ладно, что мы все о демонах. – Варя потянулась и беспечно улыбнулась. – У нас завтра еще целый день на природе!
…Все-таки до самого отъезда я от греха подальше за территорию Варькиной дачи не выходила. Ну мало ли. Откуда я знаю, вдруг у Макса такой хороший нюх и он меня по запаху найти сможет. Но девчонки вроде не говорили, что вокруг дачи кто-то шляется, и к моменту отъезда я окончательно успокоилась. Подходя к общаге, признаться, очень радовалась, что Светка, по ходу, отставку получила у Жаркова – теперь он вряд ли тут появится еще раз. У Жемчужных, как сказала та же Варя, своя хата, где-то около Невы, напротив Крестовского – Петроградка, что ли. Правда, истфак, где учились русалки, находился не так далеко от моего факультета, но, надеюсь, Максу и в голову не придет, что его неведомая обидчица учится в том же универе, что и нынешняя девушка. И надеюсь, Жарков больше не будет пугать своим видом, ошиваясь поблизости… Уф. Я слишком много думаю про тех, про кого не стоит, и вообще, у меня зачеты через неделю!

Макс поморщился, осторожно присев на мягкий диван, и Дима понимающе усмехнулся.
– Смотрю, неплохо тебя отделала незнакомка, – не удержался он от ехидного замечания.
– Не смешно, – буркнул мрачно его друг. – Не иначе фея или дриада попалась, только они с растениями на «ты».
Жарков хмыкнул и отхлебнул темного, густого пива – они сидели в одном из уютных заведений на Миллионной, где оба жили не так далеко друг от друга.
– Так фея или дриада? Ты не посмотрел, что ли?
– А мне было до этого дело?! – огрызнулся Макс. – Я выпил и как запах учуял, с катушек слетел. – Демон помолчал, разглядывая шапку пены в своем бокале.
– Подумать только, у тебя, оказывается, тоже есть непреодолимый соблазн, – поддел Димка, ухмыльнувшись. – Кто бы знал, а!
– В глаз получишь, – предупредил Макс, бросив на собеседника хмурый взгляд. – Ни разу не смешно!
– А знаешь, – Жарков вдруг стал серьезным. – Попадалась мне тут на днях одна фея, и тоже девственница, представляешь? – Глаза цвета старого золота прищурились.
– Да ладно?! – Макс недоверчиво глянул на друга.
– Сам офигел, – подтвердил Дима. – Чтобы фея в ее возрасте и девственница? – Он покачал головой. Помолчал, потом негромко и задумчиво добавил: – Может, одна и та же?
– Я не верю в совпадения, – отмахнулся Макс. – Не может такого быть. Наверняка нет. Скорее всего, девчонка местная, лосевская.
– А я все-таки проверю. – Жарков откинулся на мягкую спинку дивана и улыбнулся, в его взгляде зажегся азарт. – Мне уже интересно. Может, поспорим, что я найду твою фею? – предложил вдруг демон, хитро глянув на друга.
– Когда ты так говоришь, у меня пропадает всякое желание спорить с тобой, – проворчал Макс, но уже заметно повеселев. – Ладно, пробуй, – махнул он рукой и отхлебнул пива из запотевшего стакана. – Но если найдешь…
– Первая попытка твоя, – быстро закончил Дмитрий. – Как пострадавшего, – он снова ухмыльнулся. – Сможешь обаять девчонку, она твоя, нет – моя очередь.
Макс побарабанил пальцами по столу, внимательно посмотрел на друга, и на его лице тоже появилась улыбка, порочная и предвкушающая. В темных глазах загорелся красноватый огонек.
– Идет, – лениво отозвался Макс.
– Я найду ее, – уверенно заявил Жарков. – Собственно, я почти это сделал, – со смешком добавил он. – Имя знаю, осталось факультет проверить.
– И? – Казанцев подался вперед, с нетерпеливым интересом ожидая ответа.
– Теренская Татьяна, живет в общаге на Ваське, – с явным удовольствием сообщил Дима. – Учится вроде как на филфаке, но надо уточнить. Завтра хочу в деканат пойти.
– У-у-у-у, да ты, смотрю, тоже заинтересовался? – насмешливо протянул Макс и не удержался от шпильки: – Тебя же опытные бабы всегда привлекали, с девственницами, по твоим словам, мороки много. Что случилось сейчас?
– Она вкусно пахнет. – Жарков пожал плечами, его голос звучал равнодушно. – И потом, среди нечисти девственницы встречаются крайне редко. Среди фей тем более. А вообще, разнообразия захотелось. – Демон с хрустом потянулся. – Будет любопытно поиграть с ней.
– Только я все равно первый, – напомнил Макс.
– Да, да, помню, – с небрежной улыбкой отозвался Дима. – Завтра позвоню, как узнаю.
– Договорились, – кивнул Казанцев.
Ему оч-ч-чень хотелось проучить вредную феечку, вздумавшую крапивой стегать, вместо того чтобы получить удовольствие. И проучить так, чтобы она надолго запомнила… Жарков прав, игра предстоит захватывающая.

Понедельник выдался скучным. Первая пара – лекция по философии, которую я благополучно продремала, сунув украдкой наушник и слушая музыку. Потом спишу у кого-нибудь, потому что Варька тоже кемарила над тетрадкой, забив на конспект. Женя с Владой вообще проигнорировали, не явившись. Второй парой шел семинар по истории английского, мы сидели в аудитории, дожидаясь профессорши, и тихо угорали над Женьком, который подкидывал кусочки банана вверх и пытался поймать их ртом. Половину банана он уже испоганил… Идиллию перемены нарушила распахнувшаяся дверь и влетевшая в нее Влада с глазами как у вареной креветки – она в столовку бегала.
– Там… Не поверите кто!!! – выпалила она задыхающимся голосом. – У деканата!!
Девчонки встрепенулись, Женька в очередной раз получил кусочком банана по лицу, а меня кольнуло нехорошее предчувствие. Поймала косой взгляд Варьки, в котором промелькнуло беспокойство.
– Кто? – осторожно спросила наша староста.
– Жарков!!! – с придыханием выдала Влада, чем заработала не слишком довольный взгляд Женьки.
Сатир соперников не любил.
– Да ладно?! – недоверчиво отозвалась Ирка и аж привстала.
Меня как под контрастный душ засунули: сначала окатило волной холодной дрожи, потом по телу промчался табун горячих мурашек. Сразу вспомнилось, как демон глазел на меня в окна аудитории на прошлой неделе. Ну на фиг, неужели тогда, у общаги, действительно заметил?! Тогда точно пора просить политического убежища на Южном полюсе у пингвинов. Наверняка Макс нажаловался за крапиву по заднице, и… и Жарков вспомнил меня… А-а-а-а! Выдайте каску, бронежилет и противогаз, чтоб совсем неузнанной быть! Приструнила неуместную радость от того, что демоны меня все-таки запомнили, причем оба сразу, и подавила желание рвануть, посмотреть на необычного посетителя.
Девчонки всей толпой ломанулись к выходу, я же осталась сидеть. Не пойду смотреть, пусть и хочется ужасно! Мало я на того демона насмотрелась! А лишний раз светиться перед ним – оно мне сто лет надо?! Однако в дверях очень не вовремя – для жаждущих хоть одним глазком увидеть красавца-демона, редкой птички в наших краях, – появилась преподша с пачкой отксеренных листов. Она строгим взглядом обвела сбившихся в кучку девчонок и сухо произнесла:
– По местам, барышни. Сегодня разбираем глагол в среднеанглийском, на примере текстов Чосера. На зачете вам будет предоставлен отрывок из «Кентерберийских рассказов» для перевода на современный английский, – «обрадовала» Лилия Павловна, и мне резко стало не до всяких темных личностей, проявляющих подозрительный интерес к моей персоне.
Что делал Жарков на нашем факультете, я так и не узнала, ибо на следующей перемене, как доложила Варька, пока я отсиживалась в туалете, его уже и след простыл. До дома все равно шла, постоянно оглядываясь – меня обуяла паранойя и все казалось, кто-то наблюдает… Брр, как улитки по коже ползают, жутко неприятное ощущение. Но вроде никто не шел и не ехал. Алилуйя. Около общаги тоже все было спокойно и тихо, никаких нервирующих машин, к моему облегчению. Когда поднималась уже к себе, вдруг услышала на лестнице, пролетом выше, знакомый голос. Наигранно веселый, но я отчетливо слышала в нем дрожащие нотки.
– Дим? Привет, а чего не звонишь? Дела, да? И в выходные тоже? – Света помолчала, видимо выслушивая ответ. – Но… – она не договорила, скорее всего, демон просто отключился. И следующие слова подтвердили мои догадки. – Ну и коз-з-зел! – зло огрызнулась Светка, и я услышала тихий всхлип. – Скотина бесчувственная!.. – уже тише добавила она. – Чтоб тебя точно так же обломали как-нибудь!..
Я предпочла побыстрее убраться в свой коридор – не думаю, что вампирша обрадуется случайному свидетелю ее слабости. Жалко ее не было: стопудово она в курсе репутации Жаркова и если имела глупость влюбиться или подумать, будто он к ней воспылал прямо-таки неземной любовью, то сама дура. Хотя вроде и старше меня… Тряхнув головой, я выкинула мысли о демоне и его бывшей пассии и зашла в комнату. Катька еще не вернулась, и я воспользовалась моментом, занявшись подготовкой к завтрашнему семинару по теории перевода.
И снова несколько дней все было тихо и спокойно, никто не маячил под окнами аудиторий, не нервировал своим присутствием у выхода из корпуса, и я почти поверила, что демоны забыли о моем существовании, и Макс, и Димка. Я плохо знала, на что способны эти существа, поставившие себе определенную цель… Да и сама грешна, воспоминания о встречах с обоими нет-нет да и возмущали мой покой, рождая волнение, легкую тревогу и непонятное смутное ожидание чего-то, чему не знала названия. И это тоже пугало.
Катька уломала меня пойти с их психфаковской компанией на вечерне-ночную прогулку по центру Питера, по Петроградке и потом на Марсово поле. Там Вечный огонь, такая же вечная разношерстная тусовка, гитары, иногда халявное пиво – кто-нибудь от широты души на всю компанию ящик-два купит, как рассказывала Катюха, и всем весело. Учитывая, что в пятницу мне ко второй паре, значит, можно выспаться, я не особо сопротивлялась уговорам. Опять же новые знакомые, новые впечатления. Так что в десять вечера мы с соседкой вывалились на улицу и поспешили к «Спортивной», на место встречи. Погодка стояла чудеснейшая, не характерная для конца мая: тепло, небо чистое, ни ветерка, что тоже удивительно, – в Питере обычно ветер дует в любое время года и сразу со всех сторон.
– …Ты, короче, смотри, Виталь у нас бабник, он к тебе точно подкатывать начнет, – проводила Катька краткий инструктаж по своим сокурсникам. – Но не ведись, он ни на что серьезное не способен, отвечаю. Да и на него ща Маринка охоту устроила, а она та еще стерва, – поморщилась соседка. – Не хотели ее брать, да кого она спрашивать будет, как услышала, так сразу лыжи навострила. – Катя картинно закатила глаза. – Колян шут вообще, по жизни балагур и приколист, так что всерьез не воспринимай всю ту чушь, что он нести будет. Достанет – просто построже рявкни, утихнет. С ним весело, – Катька хихикнула, – но иногда утомляет. Ну, с остальными по ходу познакомишься, там все хорошие ребята, – она несильно пихнула локтем и подмигнула. – Клево будет, я тебе говорю, тут на Петроградке столько прикольных местечек есть, просто вах! – Глаза девушки восторженно заблестели. – Я вообще собираю фотки дворов Питера, а до Петроградки давно хочу добраться, – добавила она, с предвкушением улыбнувшись.
Так, болтая, мы дошли до «Спортивной», где нас уже ждала большая и шумная компания. Конечно, сначала заглянули в магаз, а потом отправились бродить по узким улочкам Петроградки. Да, Катька права, есть свое очарование в узких дворах-колодцах, в которых всегда сумерки, в арках и переходах с облупленной штукатуркой и замшелыми кирпичами, в неожиданных ярких цветах на окнах внутри таких дворов, странных дверях, ведущих непонятно куда. Казалось, время тут остановилось, сюда не долетал шум машин с соседних улиц, и я то и дело ловила себя на мысли, что выпадаю из реальности и перестаю слышать даже голоса ребят из компании. Мы с Катькой постоянно ныряли в эти дворы, зависая там с фотиком, и мне уже захотелось взглянуть, а что еще есть в коллекции соседки и где можно найти такие чудесные места в Питере кроме Петроградки.
А еще скверики со скамейками, прямо между домами, неожиданные украшения на безликих монолитных стенах без окон – большие мозаики или рисунки. Потрясающе… Прогулка чем дальше, тем больше мне нравилась! И вовсе Колян оказался не утомительным, забавным – да, у меня щеки уже болели от смеха над его шутками и подколками. Виталь, как и предупреждала Катька, ободрал ближайший куст сирени и вручил мне пушистую ароматную кисть насыщенного лилового цвета, наградив витиеватым изящным комплиментом. Я одарила его снисходительной улыбкой – он просто человек, как и все в компании Катерины, – вежливо сказала «спасибо» и заверила: его методы на меня не действуют. Виталик заявил, что он упорный, и я от греха подальше держалась ближе к Катьке. Кто знает, что способен учудить этот товарищ в пылу азарта. Хорошо, та самая Маринка, про которую предупредила соседка, бросив на меня прищуренный, предупреждающий взгляд, тут же цапнула ловеласа за руку и не отпускала от себя дальше чем на пару шагов. Виталю только и оставалось бросать на меня страстные взгляды издалека. Как сообщила хихикающая Катька, когда мы завернули в один из дворов, эта Марина вполне способна устроить знатный скандал, не стесняясь ни прохожих, ни своих, так что Виталик предпочитал терпеть ее присутствие, вместо того чтобы резко отшить надоедливую дамочку. Сумерки густели, небо приобретало бархатисто-синий насыщенный цвет, с запада плавно переходящий в лилово-серый с редкими перышками ярко-малиновых облачков. Машин и людей на улицах становилось все меньше, и мы, вырулив на Каменноостровский, направились к Марсову полю.

Макс, прищурившись, наблюдал за шумной компанией студентов, в которой то и дело мелькала заметная золотисто-рыжая головка той самой феи, из Лосево. Жарков не соврал, она действительно училась на филфаке, звали Таней и жила на Ваське, в общежитии. При ближайшем рассмотрении днем вредная девчонка оказалась очень даже ничего – свеженькая, миленькая, аппетитная, и этот ее запах… Макс чувствовал, даже находясь достаточно далеко от Тани, как сейчас. Она вряд ли заметит его машину, а вот Казанцев видел девушку очень хорошо. Темные глаза хищно прищурились, ноздри шевельнулись, улавливая тонкий аромат. Димон тихо ржал, наблюдая, как друг терпеливо всю неделю незаметно приглядывает за жертвой – благо ему работа позволяла не торчать с утра до вечера в офисе, чему Жарков иногда завидовал, – и подначивал на решительные действия. Но Макс не торопился. Ему нравилось растягивать удовольствие и потом, чтобы наверняка все получилось, к Танечке просто подвалить на улице со словами: «Хэй, детка, ты клевая, пойдем посидим где-нибудь?» – не пройдет. Раз она невинная, скорее всего, большого опыта в отношениях у нее нет, а значит…
Демон усмехнулся, проводив глазами компанию, – они отправились в магазин. Такие романтичные барышни грезят о красивых ухаживаниях и прогулках под луной, а не о брутальных самцах вроде Жаркова, наглых и самоуверенных. О да, Макс знал о мечтах юных девушек побольше, чем друг, – время от времени и девственниц соблазнял, устав от легких побед в своем кругу. А тут задетая мужская гордость требовала отмщения, крапивой за поцелуи его еще никто не стегал! Ну и сама по себе Таня оказалась очень ничего, весьма симпатичной и выглядела чуть взрослее своих восемнадцати с половиной. Казанцев тихонько хмыкнул и завел машину – компания покинула магазин и отправилась вглубь Петроградки. Макс неторопливо поехал следом, держась поблизости от гуляющих. Запах Тани не давал ему потерять фею в хитром лабиринте улиц и в то же время позволял ехать так, чтобы его не заметили. Кто знает, может, именно сегодня, на этой прогулке, подвернется возможность наконец познакомиться с Танечкой. А то всю неделю она, кроме общежития и универа, никуда не выходила, к досаде Макса.

На Марсовом тоже было классно. Главное – тепло, потому что ночи еще все-таки прохладные, а на мне только тонкий свитер и джинсы. Куртку не сообразила взять, о чем сейчас пожалела. Время перевалило за полночь, а у Вечного огня собрались такие же любители ночных прогулок, как мы. Маринка откровенно висла на Витале, который с мученическим видом слушал ее щебет о какой-то там грандиозной попойке с девчонками, Колька вовсю измывался над приятелем, Виталик огрызался, Маринка никого, кроме себя, не слышала. Мы с Катькой хихикали, наблюдая весь этот цирк.
– Она вообще не умеет пить, – шепнула соседка, улучив момент. – Ей крышку дай понюхать, уже уносит, а пьяная так чудить начинает! – Катька сдавленно хрюкнула. – И потом ничего не помнит! А когда начинают рассказывать, громко возмущается и отнекивается! При этом строит из себя, что ей море по колено и вообще она бывалый алкоголик!
Я уткнулась Катьке в плечо, тихонько всхлипывая от смеха, – могу представить, что творила Маринка в подпитии… Читая в инете всякие истории, угорала так, что живот от смеха болел. Как же хорошо: меня алкоголь почти не берет, да и не люблю его. Так, бокал вина, или мартини чуть-чуть, или коктейль.
А Колька оказался нормальным парнем: даже поделился курткой, заметив, что я зябко ежусь, несмотря на огонь поблизости. Как и полагается, были песни под гитару, нестройный орущий хор разномастного народа, тот самый халявный ящик пива, про который Катька рассказывала… Часам к двум ночи я начала откровенно зевать и сонно хлопать глазами, но, увы, до сведения Дворцового еще часа два, не меньше, чтобы на родной Васильевский перебраться. А за неделю недосып накопился, непривычно утром на пары вставать. Ладно, пару часов продержусь, на край, забреду в какую-нибудь кофейню, кофе тресну для поддержания тонуса. Бодрости добавил возникший за спиной Степка, еще один Катюхин одногруппник.
– Так, девушки, совершаем диверсию, – с заговорщическим видом прошептал он, приобняв нас за плечи. – Хотим свалить ко мне домой, я тут недалеко живу, но Маринка нам на фиг не нужна. – Степан подмигнул. – Так что наблюдайте за бесплатным концертом!
– Вы что сделали? – поинтересовалась Катька, покосившись на задумчиво притихшую Марину.
Она держала в руках бутылку с колой, видимо не желая приобщаться к алкоголю и лелея в голове далеко идущие планы в отношении Виталика. Которые совершенно не совпадали с его собственными.
– Да тут у Стаса было. – Степка тихо хохотнул. – Пока в магаз ходили, добавили ей в колу коньяка немного. А Маринке же мало надо!
Меня кольнула мысль, не слишком ли жестокая шутка, но я промолчала. Излишним человеколюбием не страдаю, и Марина мне тоже не слишком нравилась. И тут началось. Звезда вечера встрепенулась, обвела почтенное собрание орлиным взором и задала вопрос:
– А у нас же в мае Вальпургиева ночь, да?
Поймав пару удивленных взглядов, но не дождавшись ответа – народ как раз пел под гитару и не все расслышали ее сакраментальную фразу, – Маринка вдруг рванула к Вечному огню, взгляд девушки загорелся нехорошим азартом. Виталь не ожидал такой резвости и не успел поймать разошедшуюся жертву зеленого змия.
– Давайте через костер прыгать!! – завопила вдруг Марина и…
Я ахнула, во все глаза глядя, как она со счастливым лицом и громким визгом, разом перекрывшим всех поющих – они, кстати, заткнулись, едва Мари вскочила на бортик, – сиганула сквозь огонь… Повезло, порыв ветра пригнул пламя, и Маринкин вояж обошелся без серьезных повреждений. Кто-то ухватил барышню за руку и грубо сказал:
– Дура, что ли?! Куда лезешь?!
– Пусти, я ведьма! – гордо заявила Марина и выдернула локоть, а потом ее взгляд упал на гитару в руках одного из музыкантов. – О, а вот моя метла!!
Все, занавес. Бедный парень бегал от разошедшейся Маринки, нацелившейся на его гитару, пока остальные с хохотом ловили буйную, больше мешая друг другу, чем действительно пытаясь остановить Мари. В конце концов Виталь схватил упиравшуюся и громко кричавшую о нарушении прав и свобод честных ведьм Маринку в охапку и понес куда-то к дороге. Надо понимать, посадить в таксо и отправить домой, к нашему общему облегчению. Кто-то заснял художества Марины на телефон, и, подозреваю, завтра она проснется звездой ютьюба. Ничего, в следующий раз не будет без присмотра оставлять свои напитки.
Из философских размышлений меня выдернул вернувшийся Виталик с широкой радостной улыбкой.
– Все! – громко объявил он и демонстративно отряхнул руки. – Степка, пошли! А то холодно и хавать хочется!
– У меня только пельмени «Колпинские», – весело отозвался Степан. – Чисто холостяцкая еда!
Катька скривилась и закатила глаза.
– Фу-у-у-у-у! Опилки в картонном тесте!! Как ты их ешь?
– Когда голодный, и хлорка за творог сойдет, – наставительно ответил Степа, подняв палец, а потом не выдержал и расхохотался. – Да ладно, я просто в магаз не заходил еще. И да, кстати, у меня только одна кровать, ибо ремонт. – Далее последовала драматическая пауза, во время которой я успела подумать, что, может, два часа пошляться где-нибудь, а потом в общагу?.. – Но широкая, – добавил Степан, с удовольствием наблюдая, как настороженность и растерянность на физиях однокурсников сменялись радостью. – Ладно, пошли, тут недалеко, до Шпалерной.
Не успели мы отойти от Вечного огня, как рядом нарисовался Виталик, и я поняла: он не оставил идеи свести со мной знакомство поближе.
– Ну вот, я наконец-то в полном твоем распоряжении, о звезда моих очей! – с преувеличенным энтузиазмом произнес Виталь и воодушевленно улыбнулся.
Хорошо хоть обниматься не полез. Нахальные молодые люди со слишком развязными манерами мне категорически не нравились, поняла я, глядя на неудобного поклонника. Как бы так повежливее ответить и довести до сведения Виталя, что он не герой моего романа? Чтобы уже понял и отстал? Катька, заметив мои нахмуренные брови, открыла было рот, отбрить настойчивого одногруппника, но положение спас Колька. Он втиснулся между мной и недовольно скривившимся Виталиком, по-свойски обнял за плечи и прижал к себе.
– Тебя дома ждет пьяная жена, а Таня на сегодняшний вечер любезно согласилась стать моей дамой сердца! – с пафосом произнес он, и Катя рядом тихо захихикала.
– Какая жена, окстись, болезный! – возмущенно прошипел Виталь. – Да нужна мне эта Маринка сто лет!..
– Все равно, прекрасная дама уже приняла мой плащ, так что смотри, но не трогай, – невозмутимо сказал Колька и подмигнул, повернувшись ко мне.
– Ну хоть телефончик оставишь, Тань? – не сдавался его приятель, проигнорировав слова Коляна.
Я включила дурочку и захлопала ресницами, не торопясь сбрасывать руку Кольки с плеча – так, между прочим, теплее, вместе с его курткой. Ну и он не приставал так откровенно, как Виталик, и почему-то я чувствовала, у Кольки ко мне чисто дружеский интерес, без всякого подтекста.
– А мне он самой нужен, – протянула, глядя на него кристально честными глазами.
Виталь хмыкнул, ответил долгим взглядом и молча отошел.
– А со мной поделишься номерочком? – выдал вдруг Колька вкрадчивым шепотом.
Я повернула голову и улыбнулась.
– Коль, со мной лучше дружить, чем встречаться, – хотя ответила весело, но в голосе звучали предостерегающие нотки.
Почему все считают, что невозможна дружба между мужчиной и женщиной? Неужели так сложно отключить инстинкты и руководствоваться не низменными желаниями, а тем, что людям интересно общаться, куда-то вместе ходить, обсуждать интересные темы? И совсем необязательно при этом обниматься, целоваться и хватать за все выступающие места.
Колька вздохнул, но настаивать и задавать дурацкие вопросы не стал, хотя руку с плеча так и не убрал.
– Ну, тогда я просто поохраняю тебя от Виталя, идет? – Он бросил на меня вопросительный взгляд.
– Идет, но без фанатизма, – легко согласилась я.
Он тихо рассмеялся и слегка прижал к себе.
– Понял, не дурак, – весело отозвался Колян, и мне стало совсем хорошо.
Вот, пожалуйста, вполне вменяемый парень. Может, даже и поделюсь номером. Когда-нибудь. Позже.
По пути к Степану зашли в магаз, затарились едой, и ребята взяли еще пива – поскольку я к алкоголю равнодушна, как и Катюха, мы обошлись соком. Дожидаясь, пока Степка откроет дверь парадной, я скользнула рассеянным взглядом вдоль улицы и заметила смутно знакомую машину, мелькнувшую на перекрестке. Потом сама же посмеялась над своей паранойей: ну мало ли по Питеру вишневых джипов катается? Тем более вряд ли Макс следит за мной, и уж тем более ночью – вот делать ему больше нечего. Развернулась, решительно задвинула нелепые мысли подальше и потопала со всеми в подъезд. Есть и спать, пожалуй, хотелось с одинаковой силой, и уже плевать, какой ширины там у Степки кровать, главное, отвоевать себе кусочек и вырубиться. Улучив момент, оттащила Катьку к окну и посовещалась с ней.
– Катюх, ты как смотришь на то, чтобы покемарить пару часиков и утром в общагу вернуться? – тихо предложила я, краем глаза наблюдая за Виталем.
Он, несмотря на покровительство Коляна, то и дело бросал на меня косые взгляды, и я подозревала, попытается под шумок устроиться спать рядом. А вот фигу! Спецом с края лягу и Катьку положу с другой стороны!
– В общем, положительно, – так же тихо ответила она и добавила: – Степка мне глазки строит, а я как-то не горю желанием, – вздохнула соседка. – Третий месяц от него бегаю, – скривилась она.
На том и порешили. Честно купленную и разогретую в микроволновке пиццу ела уже в полусне, с вожделением косясь на кровать, – сей предмет мебели гордо возвышался у окна и был действительно широким. Кроме него еще имелись: стол, рулоны обоев у стенки, пара стульев обычных и складные кресла для пикника, шкаф-купе в углу и закрытая дверь в соседнюю комнату. Плюс голые оштукатуренные стены и свисающая с потолка одинокая лампочка. Да уж, ремонт – это состояние души… Как сказала Катька, Степа в такой обстановке живет с сентября, когда родители ему презентовали эту квартиру к поступлению. Какие-то они у него шишки в бизнесе.
Зевая так, что рисковала вывихнуть челюсть, доползла до кровати, пока мальчишки вышли на балкон покурить, и свернулась на краю. Катька пристроилась рядом.
– Мм, слушай, а как мы все на этой кровати уместимся-то? – задумчиво изрекла соседка. – Она двух-, максимум трехспальная, – хихикнула Катька. – А нас восемь…
Обсудить сию животрепещущую тему не успели, вернулись парни. Разочарование на лице Виталика и предвкушение на Степином чуть не заставили неприлично заржать в голос, но я сдержалась. Катька, уткнувшись мне носом между лопаток, сдавленно и тихо застонала.
– Не перелягу! – весело и непреклонно прошептала я.
– Злая ты, – грустно отозвалась соседка с мученическим вздохом.
В результате бурных дебатов, шуточек и подколок Степа все-таки устроился за недовольно сопевшей Катькой, остальные на боку – за ним. Как шпроты в банке.
– Ой, Кать, ты такая теплая… – сонно и с явным удовольствием протянул хозяин квартиры – зуб даю, вовсю пользуясь моментом и обнимая соседку.
– Руки, фу! – грозно окрикнула Катя, вовсе не собираясь позволять ему вольностей.
– Да я же только обнять! – с искренним возмущением отозвался Степка.
– У меня талия на бедро переместилась?! – раздраженно прошипела жертва поползновений.
– Ладно, ладно, – явно пристыженно отозвался Степа, пока остальные, делающие вид, что типа засыпают, то и дело издавали негромкие смешки, слушая диалог.
Только я закрыла глаза…
– Васья, а чито это мне в задницу упирается, а? – с явным кавказским акцентом и преувеличенно игривыми нотками вдруг спросил Коля.
– Мое колено, придурок! – огрызнулся вышеупомянутый Вася весьма раздраженно, а народ снова грохнул хохотом.
– Ай, шалу-у-у-у-ун! – раздался еще более игривый ответ, после чего хохот усилился, и тут же послышались звуки возни.
– Да заткнись, Колян!! – взревел Вася.
Поскольку все лежали очень плотно, а я с самого краю, и резких движений лучше бы не делать, чего не учел выведенный из себя Вася, его попытка применить к Кольке репрессивные меры привела к тому, что я чуть не свалилась с кровати.
– Да блин!.. – сдавленно отозвался кто-то с другого краю, кажется, Виталь. – Харэ уже, а! Тут батарея жесткая, между прочим!
– Так, все заткнулись, перестали прижиматься друг к другу, лапать и проявлять свои низменные инстинкты, всем спать! Поворачиваться только по команде! – раздался громкий голос Степана. – А то на полу будете дрыхнуть! Или сидя в креслах!
Народ внял предупреждению и затих. Едва наступила тишина, мои веки моментально налились свинцом, и последней была мысль, что будильник в телефоне я все же услышу – поставила на семь утра. Досплю в общаге.

Макс, нахмурившись, побарабанил пальцами по рулю. Ему не понравилось, что феечка отправилась с толпой малознакомых студентов, да еще и судя по всему, на квартиру. Первой Танечка достанется только ему, а не какому-нибудь прыщавому неучу с потными ладошками! Казанцев с силой сжал баранку, чуть не сломал, и осознав, что готов прямо сейчас выскочить из машины и выдернуть фею из компании, сделал несколько глубоких вдохов, унимая раздражение. Да уж, помнится, когда полгода назад ему попалась девственница-нимфа, он не успокоился, пока не соблазнил девчонку, хотя настолько тогда крышу не срывало. Сейчас же хотелось догнать и вытащить Таню оттуда от греха подальше, сделав внушение, чем такие посиделки в компаниях могут закончиться. Опомнившись, Макс разжал пальцы и тронулся, свернув на ближайшем перекрестке. Таня уже зашла в подъезд. После недолгого раздумья он решил не ехать домой, а дождаться, когда девушка покинет место случайной ночевки, чтобы убедиться: она там просто спала. Тем более демон в сне нуждался значительно меньше, чем остальные люди и нелюди. Заприметив круглосуточный бар, он остановился и зашел – ждать удобнее здесь. Недалеко, и Макс сразу учует вожделенный запах.

Будильник я все-таки услышала, пусть и с трудом. Нашарила рядом с кроватью телефон, выключила, чтобы не перебудить остальных, разлепила глаза, в которые словно песка насыпали. Катька пошевелилась за спиной, зевнула прямо в ухо и хриплым шепотом спросила:
– Все, пора?
– Ага, – так же ответила я, сползая с кровати.
Комнату заливал нежно-розовый рассвет, народ спал, так что наш побег остался незамеченным. Соседка осторожно выпуталась из рук Степы, тихо матерясь. Я сдержала хихиканье – вот он удивится, когда проснется! Поесть решили по пути, в тот же «Мак-Дак» заскочить, и уже стали закрадываться крамольные мысли, а не забить ли на фиг сегодня на пары и не выспаться ли… Не-э-э-эт, у меня зачеты на следующей неделе! Танька, проснись и пой! Да, такова студенческая жизнь, надо чем-то жертвовать. Но не учебой. Зевая и ожесточенно протирая глаза, мы выползли на улицу – хорошо, у Степки дверь можно закрыть, не будя хозяина. Бодрячок, однако, меня аж дрожь пробрала.
– Предлагаю пешком до Дворцухи, а там на троллейбусе каком-нить до общаги, – зверски зевнув, пробормотала Катька. – Заодно и согреемся.
– Угу, – согласилась я. – А около метро пожуем в святом «Мак-Даке», – добавила, сцедив зевок в кулак.
И мы побрели по потихоньку оживавшим умытым, свежим улицам Питера. Проносились мимо машины, спешили на работу люди, солнышко постепенно взбиралось на небо, прогоняя утреннюю свежесть и наполняя воздух теплом. Я жмурилась и улыбалась, сонливость отступала. С Марсова ветерок доносил сладкий запах сирени, сами кусты выглядели потрясающе: разноцветная накипь кистей самых разных цветов, от нежно-нежно-лилового до густо-фиолетового, чернильного. Подстриженная на газонах трава казалась бархатной, и по контрасту с сиренью все в целом смотрелось обалденно.
– Кать, а чего тебе Степка-то не нравится? – спросила соседку, пока мы неторопливо шагали вдоль Михайловского сада. – Он ничего вроде, да и хата своя есть. Чем не жених?
Катерина длинно вздохнула.
– Не знаю, – вяло отозвалась она. – Ну не лежит душа, Тань. Общаться с ним прикольно, да, а что-то большее – не-а, не тянет. Звезды не так встали или химия не сошлась. – Она пожала плечами. – Короче, не мое.
Мы снова замолчали, перешли улицу и по Аптекарскому направились к Миллионной. По ней до Дворцовой рукой подать, а там и остановка. Однако далеко уйти не успели: у тротуара тормознул вишневый джип, окно приоткрылось, и я узрела свой кошмарный сон.
– Девушки, вас подвезти? – бархатистый голос Макса наждачкой прошелся по нервам, сердце скакнуло к горлу, а мозг машинально отметил, что глаза у него темные, почти черные, как хорошо прожаренные кофейные зерна.

Глава 3

Первый вопрос, молнией мелькнувший в оцепеневшем сознании: что он здесь делает?! Второй: что , черт возьми, здесь делает Макс?! Следил? Или просто роковая случайность? Да по фигу, надо побыстрее избавиться от него! Страх и волнение пряной волной ударили в голову, мешая трезво мыслить, сердце испуганно и радостно затрепыхалось в груди, но я все-таки смогла выговорить относительно ровным голосом:
– Нет, спасибо, нам тут недалеко.
– Да ладно, мне все равно по пути, давайте, подвезу, – с улыбкой повторил Макс, но смотрел при этом только на меня.
Вот блин. Узнал, не узнал?! Там же темно на даче было, но у демонов нюх очень хороший, в разы лучше, чем у тех же оборотней… Волнение продолжало нарастать, а вместе с ним и то самое жаркое томление, от которого коленки становились слабыми, и хотелось улыбнуться в ответ. Катька благоразумно молчала, не встревая и не пытаясь уговорить меня согласиться, за что ей спасибо. Видимо, мама тоже учила не садиться в машину к незнакомым, опасно красивым мужчинам.
– Не стоит, – твердо отказалась я, задавив в зародыше желание таки согласиться на предложение Макса.
Мало ли чего там хотят мои некстати проснувшиеся инстинкты – все это трепыхание сердца, сбившееся дыхание и жаркие волны по телу. Фигня! Воспоминания, кыш, не хочу думать о том, как Макс прижимался ко мне у злополучного забора, и… и как в шею целовал, тоже не хочу думать… Это ни к чему хорошему не приведет! Молча шла по тротуару, глядя перед собой, буквально всей кожей чувствуя взгляд Макса. И от этого взгляда внутренности плавились, как восковые свечи от сильного огня, а позвоночник превратился в резиновый, – стоило больших трудов держать спину прямо. Не оборачиваться, несмотря на сильное желание еще разок взглянуть в это лицо, посмотреть в эти притягательные, глубокие глаза…
– Та-а-а-ань, он за нами едет!.. – тихим шепотом с нотками беспокойства известила Катюха.
А то не знала, что Макс так просто не отстанет.
– Пусть себе едет. – Я упрямо сжала губы. – Мне приятнее пешком прогуляться, а этот… – метнула я в сторону джипа настороженный взгляд, – еще завезет неизвестно куда, – понизив голос, закончила мысль. – Похищения не только ночью совершаются, – уже совсем шепотом добавила.
Катька вздрогнула и крепче ухватилась за мою руку, на ее лице мелькнул испуг. Так мы и шли по тротуару, а за нами ехал Макс на своем джипе. Мое беспокойство возрастало. Он долго ехать за нами будет, до самой общаги, что ли?! Когда мы свернули на Миллионную, а противный демон так и не отстал, я не выдержала.
– Не надо за нами ехать, пожалуйста, – остановилась и повернулась к Максу, храбро посмотрев на него.
– Вообще-то я тут живу, – последовал спокойный ответ. – Я же не виноват, что нам по пути.
Вот как. Я слегка растерялась, не ожидая такого. Кто ж знал, что мой ночной кошмар в самом деле тут живет! Развернулась и пошла дальше, кусая губы и сдерживая желание коситься на едущую рядом машину. Щеки жег румянец, спину – взгляд Макса, внутри сплелся тугой клубок противоречивых эмоций, и вообще, я хотела побыстрее оказаться в любимой общаге и выкинуть настырного демона из головы и мыслей. Макс молчал, мы тоже, мое напряжение росло, как и волнение. Да где он живет, скорее бы уже приехал, что ли!
Где-то посередине улицы джип наконец остановился, и я подавила желание посмотреть, вышел ли Макс. Впереди замаячили знакомые атланты Зимнего, и я ускорила шаг, не сдержав облегченного вздоха.
– Уф, наконец-то, – буркнула Катька. – Странный мужик, хоть и симпатичный.
Не поспоришь, да, симпатичный. Но и опасный, для меня лично! Когда мы наконец добрались до общаги, все желание поспать пропало, и я засела за учебники, чтобы отвлечься. Тревога тлела угольками на самом дне души – я чувствовала, эта встреча с Максом не последняя. Каким бы милашкой он сейчас не казался, про крапиву помнит, ясен пень, и так просто не спустит ту выходку. Демон, он демон и есть. А еще не стоило сбрасывать со счетов Жаркова. Ох… и зачетная неделя на носу! На пары я отправилась в мрачном настроении, и все время оглядываясь – за каждым углом мерещились синие спортивные машины и вишневые джипы. Мне повезло: день прошел спокойно, никакие неожиданные события и встречи мой покой не тревожили, а дома я, как пришла, завалилась спать – сказывалась ночная прогулка. Но даже во сне меня не оставили в покое: снились рыжие волосы, в которые так хотелось запустить пальцы, и кофейного цвета глаза, завораживающие своим взглядом…

Жарков стоял у окна, с ухмылкой наблюдая, как машина Макса остановилась, а фея со своей подружкой уходила дальше. Достав мобильник, он набрал номер друга, а взгляд не отрывался от стройной фигурки в простых джинсах и свободном джемпере. Мелькнула мысль, что короткие юбки и платья пошли бы ей гораздо больше, а еще захотелось увидеть эту косу распущенной, полюбоваться на золотистые переливы в волосах, желательно раскинутых по подушке в его постели…
– Звонишь поглумиться, да? – раздался в трубке насмешливый голос Казанцева с легкими нотками раздражения. – Шпионишь небось?
– Зачем, просто к окну подошел, я вообще-то на работу собираюсь, – тут же отозвался Димка. – Отшила феечка?
– Отказалась воспользоваться моим хорошим настроением и предложением подвезти, – со смешком отозвался Макс. – Мы даже еще не знакомы толком. Не надейся, Димон, твое время не наступило. И не наступит, – добавил Казанцев уверенно.
– Посмотрим, – невозмутимо ответил Дмитрий.
– Я с девственницами побольше твоего дело имел, Танечка очень скоро будет моей, так что губу не раскатывай, – не согласился Макс. – Ладно, надо в офис заглянуть. Увидимся вечером.
Казанцев отключился. Димка проследил, как он отъехал, посмотрел на трубку в руках и хмыкнул, испытывая легкое недовольство после разговора о феечке.
– Танечка? – прищурился демон. – И не надейся, Макс.
Хоть он и дал Казанцеву фору в несколько недель, это еще ничего не значило. Никто не мешает Жаркову воспользоваться подходящим случаем и тоже свести близкое знакомство с Таней. Дмитрий кивнул собственным мыслям и, захватив со стула пиджак, вышел из гостиной. Жаль, сегодня не получится увидеть Таню, но дела не отложишь ради прихоти. Отец не поймет, если его зам опоздает на собрание.

В полумраке кожаного салона длинного черного лимузина раздалась тихая трель телефона.
– Слушаю, – негромко ответил густой бас.
– Приветствую, – произнесли на том конце. – Не отвлекаю?
– Нет. Что по Игнату?
– Опять отклонил предложение о сотрудничестве, на встречу не согласился.
Тот, кто сидел в лимузине, чуть нахмурился.
– Не хочет по-хорошему? – В басе появились угрожающие нотки. – Ладно. Мне нужен его банк, каким угодно способом, и этот вопрос надо решить в ближайшее время! У меня сделка горит! Найдите рычаг давления на Игната, семью его проверьте! Кто там у него, жена, дети! – Собеседник попытался что-то сказать, но обладатель баса резко оборвал: – Да мне плевать, слышишь?! Найди способ узнать информацию, последи за его домом, в конце концов! Меня не волнует, как ты это сделаешь. К концу следующей недели у меня должно быть его согласие на встречу по обсуждению условий соглашения с его банком!
Пассажир лимузина нажал отбой и едва слышно выругался. Потом нервным жестом достал из кармана портсигар, вынул толстую сигару. Через минуту по салону поплыл ароматный густой дым, а мужчина расслабленно откинулся на спинку цвета топленого молока. Он был уверен, его человек сделает все как нужно.

В эти выходные я не поехала с Варькой – во-первых, свежо было воспоминание о прошлых и встрече, о которой я с большим удовольствием забыла бы совсем. А во-вторых, у меня в понедельник зачет, и поучить хотелось в тишине и спокойствии, не вздрагивая от посторонних звуков. Конечно, и в городе с некоторых пор неуютно становилось, когда я выходила на улицу, однако все-таки здесь привычнее, чем в Лосево. Так что всласть выспавшись, захватив лекции, учебник и клубнику, я отправилась в Михайловский сад. На свежем воздухе училось лучше, чем в общаге, ну и опять же пользовалась теплыми деньками. Кто его знает, может, завтра зарядит дождь на неделю – погода в Питере крайне непредсказуемая. Устроилась на скамейке, подальше от основных дорожек и гуляющих, и углубилась в книгу – предстояло сдавать языкознание.
Некоторое время все было спокойно, меня никто не тревожил, я не обращала внимания на то, что происходило вокруг, и под шумок и мозговой штурм схомячила половину упаковки клубники. Мой уютный мирок «ботаника» разрушил знакомый бархатистый голос, ворвавшийся в сознание ледяным сквозняком:
– О, какая встреча. По-моему, нам уже пора познакомиться, красавица.
Чуть не подавившись очередной ягодой, я вскинула голову и с неприкрытым беспокойством уставилась на чрезвычайно довольного Макса. Сердце радостно трепыхнулось, вопреки моему желанию остаться невозмутимой при виде демона. А еще красавицей назвал… Первый раз в жизни мне в открытую об этом говорили, и я, признаться, смутилась. «Тань, он всем девушкам это говорит, если закадрить хочет! – отозвался мудрый внутренний голос. – Для него все красавицы, пока он не добился своего!» Не поспоришь, да, но в груди все равно разливалось тепло от этого слова. И познакомиться… Зачем?! «Все за тем же, – мрачно отозвался внутренний собеседник. – Ты прекрасно знаешь, зачем, Тань, и прекрасно знаешь, нельзя его близко подпускать!» Знаю и не подпущу. По крайней мере, постараюсь.
– Знаете, не хочу, – честно ответила, с некоторым трудом отведя взгляд и уткнувшись в учебник. – У меня сессия начинается, и времени на знакомства нет.
«Вот так, умничка моя», – порадовалась за себя. Хотя строчки расплывались перед глазами, сердце бухало в груди кузнечным молотом, и я каждой клеточкой тела ощущала близкое присутствие демона. Какая уж тут учеба!..
– Таня, кажется, да?
О как, услышал тогда, значит, как Катька со мной разговаривала.
И, похоже, проигнорировал, что не имею желания знакомиться с ним. Так, пора уходить, раз Макс страдает избирательной глухотой, да и за собственную решимость не была уверена. Нечего зря инстинкты тревожить, и так разволновалась сверх меры. Я решительно захлопнула учебник, тетрадь с лекциями, сунула все вместе с коробкой с клубникой в рюкзак и поднялась.
– Всего хорошего, – вежливо попрощалась, мазнув по красивому лицу взглядом.
Развернулась и сделала несколько шагов по дорожке, на ходу вытаскивая наушники и плеер. Посижу в кафешке недалеко от общаги, спокойнее будет.
– Тань, подожди. – Чьи-то слишком наглые пальцы сомкнулись на локте, останавливая.
Шустрый какой! И двигается быстро, бесшумно… Демон! Развернулась, сбросив наглую конечность. Прикосновение обожгло обнаженную кожу – на мне была футболка с коротким рукавом.
– Я спешу. – Тон оставался вежливым, хотя внутри все тряслось от близости демона. – И уже сказала, не хочу знакомиться! – добавила, чуть повысив голос, мое беспокойство возросло.
– Зачем же так категорично? – Макс снова улыбнулся, и… Мое желание оказаться как можно дальше от него стремительно таяло. – Я не отниму много времени. Если сегодня занята, можно в другой день посидеть где-нибудь в кафе. Завтра, например?
Я беспомощно замерла, не в силах оторвать взгляда от глаз цвета прожаренного кофе. Зачем, ну зачем посмотрела на него?! Я же… я же соглашусь сейчас! Это ведь просто встреча… свидание. С демоном. А я его крапивой отстегала, и… и вообще, Тань, включи соображалку! Он не станет за ручку держаться и терпеливо ждать два года, пока тебе можно будет! Ты же девственница! Вот что привлекает его в тебе, а не ты сама как девушка, как личность! Мысленный пинок помог стряхнуть наваждение, и я отступила на шаг назад, покачав головой.
– Нет, завтра я тоже занята, – твердо ответила, глядя мимо Макса. – И послезавтра тоже, до конца недели точно.
Жалко, в Михайловском крапива не растет. Сейчас бы очень пригодилась… За спиной раздался негромкий смех, а вот еще один знакомый голос чуть не заставил подпрыгнуть и припустить по дорожке бегом, забив на косые взгляды окружающих. В эмоциях воцарился полный бардак – только второго демона не хватало для полного счастья! Тревога смешалась со сладкой негой, разлившейся по венам тягучей патокой, я чуть не остановилась и не оглянулась.
– Макс, опять к девушкам пристаешь, неугомонный? – ленивый, чуть небрежный тон не обманул – я отчетливо расслышала насмешливые нотки.
Спина словно покрылась ледяным панцирем, ноги сами замедлились, и хотя в сознании билась паническая мысль: «Не оборачивайся! Не оборачивайся , кому говорю!!!», я все-таки сделала это. Жарков стоял немного поодаль, скрестив руки на груди, с довольной ухмылочкой, и такой же невероятно притягательный, каким я запомнила его по предыдущим встречам. Легкая небритость, широкий разворот плеч, золотые искорки, запутавшиеся в янтарных и бронзовых прядях художественно растрепанных волос… И взгляд, направленный на меня. Пристальный, изучающий, внимательный. Гипнотизирующий, лишающий воли. Ч-черт, обложили, демоны… Реально, что ли, следят?! Ой, м-а-а-а-а-мочки… Неужели настолько моя девственность привлекает? Потому что для демонов я – всего лишь фея, первокурсница, мимолетный интерес. Иначе зачем столько усилий прилагать, следить за мной?! Стало страшно, на самом деле я не думала, что столкнусь с таким упрямством. Ведь… под таким напором, да еще двоих – не дай бог!!! – точно не устою… Стать на всю жизнь игрушкой демона? Не-э-э-эт!! Дослушивать их диалог и дожидаться, чем закончится встреча приятелей, не стала.
Не прощаясь, в который раз за последние минуты развернулась с твердым намерением все же добраться до выхода из Михайловского сада. Всё, все попытки завязать разговор игнорю, плеер в уши, и свободны! Я быстро достала наушники и отгородилась от окружающего мира любимыми мелодиями, упорно не реагируя на неприятное ощущение между лопатками. И на собственные сошедшие с ума эмоции и ощущения – тоже! Волны тепла и прохлады попеременно прокатывались по телу, горло пересохло, страшно хотелось пить. Казалось, взгляды демонов во мне дырку прожгут… Хорошо, навстречу попалась свадьба, и я быстренько постаралась затеряться среди гостей.
Уф! Песец, пушной и страшный. Бойтесь ваших кошмаров, они могут сбыться. Надо было меньше думать про Жаркова после нашей первой встречи, Таня! Может, судьба и миловала бы от последующих, с его приятелем. Пока возвращалась в общагу, мысли крутились вокруг демонов, одинаково привлекательных, хотя и каждый по-своему. Макс, Димка… Какого черта я встретила вас?! Почему бросает в жар уже от одних только воспоминаний? Мамочки, ну не могла же я влюбиться с первого взгляда! Не могла!! Это не любовь, это просто эмоции, инстинкты! Начиталась любовных романов, вот всякая чушь и лезет в голову. Да еще со взрослыми мужчинами до сих пор жизнь не сталкивала. Взрослыми, решительными, красивыми. Ой-й-й-й. Отвлечься удалось с большим трудом, только заставив себя снова засесть за лекции. Зачет никто не отменял.

– Какого хрена, Жарков? – недовольно буркнул Макс, едва стройная фигурка затерялась среди свадебной толпы.
Но чудесный запах он еще мог уловить…
– Я просто мимо проходил, – непринужденно отозвался Димка, но слишком довольная улыбка заставила сомневаться в правдивости его слов.
Казанцев недобро прищурился, непроизвольно сжав руки в карманах в кулаки.
– Димон, мы так не договаривались! – сквозь зубы процедил Казанцев.
Рыжий не отвел взгляда, усмехнувшись, но ответить не успел – зазвонил телефон.
– Да, Оленька, – мурлыкнул он в трубку, продолжая смотреть на хмурого друга. – Да, рыбка моя, уже выезжаем, будем через пару часов. Целую, сладкая. – Димка отключился и убрал мобильник. – Поехали, развеемся с девчонками, сбросишь напряжение. – Жарков хлопнул Макса по плечу. – Я тебе даже уступлю двоих, – со смешком добавил он.
Казанцев снова посмотрел в ту сторону, куда ушла Таня.
– Да ты так напугал феечку – она теперь все воскресенье из общаги не выйдет. – Откровенно рассмеявшись, Димка обнял друга. – Все, поехали, – решительно закончил он.
Про себя рыжий подумал, слишком Макс «повернулся» на Танечке, пусть даже она и девственница из нечисти. То, что он сам в последнее время часто думает о блондиночке с большими зелеными глазами и аппетитной попкой, Димон особо не замечал. Ему просто нравилось вспоминать симпатичную девчонку и наблюдать, как всегда успешный с женщинами друг на сей раз уперся в стену. И предвкушать, как сам примется за соблазнение Танечки.

Воскресенье прошло под знаком «ботанства»: до вечера я сидела за учебниками и лекциями, перемежая их чтением любимых романов и лазаньем по Сети и форумам. Каюсь, начала искать информацию про демонов – конечно, не тот ширпотреб для людей, а для наших. Я знала сайты и как правильно заходить на нужные страницы. Кроме многочисленной классификации и особенностей, которые в общем и целом были мне известны – в школе изучала общий курс по нечисти, – ничего нового не нашлось. Почти ничего. То, что демоны заносчивы, высокомерны, самоуверенны и совершенно бессовестны, понятно и так. Что они действуют всегда исключительно в своих интересах, рассказывал папа, когда делился воспоминаниями о деловых партнерах. А вот о личной жизни демонов удалось найти немного, случайно забредя по какой-то левой ссылке на дамский форум из разряда «Делимся историями о любви». Да, бабники, причем, поскольку сами вращаются в высших, так сказать, кругах, предпочитают себе под стать: холеных, гламурных, красивых. Чтобы было чем похвастаться. Да, очень не любят, когда их используют, их почти невозможно обмануть. В большинстве случаев демоны прекрасно понимают, когда женщинам от них нужны деньги, красивые и дорогие подарки и в перспективе кольцо на пальце. По факту никто еще не слышал, что какой-то ушлой любовнице удалось затащить демона в ЗАГС. Они сами себе жен выбирают, тщательно и долго. И обычно не водят их по всяким мероприятиям, а скрывают от глаз общественности. Я загорелась вопросом: почему?!
С одной стороны, понятно: в мире бизнеса жестокие законы, а семья и близкие – самый верный способ надавить. Не зря же папа меня никуда одну не отпускал, только с охраной. С другой… а вообще, разве эгоистам-демонам так уж важно, что будет с теми, к кому они относятся как к своей собственности? Ну, вроде машины там, дома, дорогого телефона. Сомневаюсь, что они женятся по любви. А когда привязан к человеку не больше, чем к ноутбуку… Ну, не к человеку, демоны на людей вообще внимания обращают не больше, чем на камни под ногами… Полезла искать на тему демонов и любви – интересно же! Невозможно прожить всю жизнь без любви, без чувств совсем. У каждой нечисти есть свои идеальные партнеры: те, притяжению которых невозможно сопротивляться. Причем не всегда одного вида. Допустим, феи, как ни странно, образуют пары с оборотнями и сатирами, нимф тянет к водяным и тоже сатирам, дриады с лешими и вампирами хорошо уживаются. Сами вампиры кроме своих и дриад еще с инкубами семьи заводят – девушки, естественно. Инкубы вот с любой нечистью сойтись могут из-за особенностей вида. А демоны?..
Учебники и лекции были окончательно забыты, любимый роман в мягкой обложке отодвинут в сторону: я с головой ушла в исследования. Конечно, выбирают в первую очередь из своих, да, демоны снобы. А идеальные?.. К моему разочарованию, такой информации я не нашла. По всему выходило, демоны ни на кого, кроме своих, не смотрели. Секс мог быть с кем угодно, а что-то серьезное – нет. На инкубов разве что иногда демоницы заглядывались. Я нахмурилась и отпала от ноута, откинувшись на спину и вперившись взглядом в потолок. Про таких, как я, в свободном доступе не упоминалось нигде. Понятное дело, кому надо, и так знали, а остальным совсем не обязательно. Ну и отлично, мне спокойнее будет. Ибо если эти два демона хотя бы заподозрят, кто я такая на самом деле, учитывая, что папа не последний человек в питерском мире бизнеса… Тогда точно ой. На ближайшие два года.
Трель телефона выдернула из раздумий, я вздрогнула, со страхом подумав, что Макс ухитрился узнать мой номер… Нет, высветилось имя.
– Привет. – Я улыбнулась.
– Как ты там, милая? – раздался родной голос. – Все в порядке?
– Да, все просто отлично! – улыбка стала шире. – Мне тут очень нравится, честно!
Не буду про демонов говорить, зря только расстрою и встревожу. Возвращаться обратно под крылышко папы не горела желанием, даже несмотря на тамошнюю безопасность. Дома скучно…
– Ну и здорово, зачеты уже начались? – Тон веселый, и мои тревоги тоже отступили на время.
Я соскучилась, сильно.
– Да, завтра первый, и сессия уже вот-вот, – поделилась я. – Пап, сдам все, не волнуйся.
– Удачи в зачетах и осторожнее там, ладно?
– Ладно. – Очень захотелось увидеть, сердце на мгновение кольнуло грустью.
Но впереди еще три недели сессии, не считая зачетную, и только тогда, не нарушая конспирации, мы сможем увидеться. До тех пор лучше не рисковать, тем более демоны, кажется, устроили слежку за мной.
– Спокойной ночи, хорошая моя. – Папуля отключился.
И очень вовремя – в замке заскрежетал ключ, вернулась от родителей Катюха.
– Привет! Есть кто живой? – раздался ее веселый голос из коридора.
– Здорово. – Я помахала рукой. – Как съездила?
Катюха защебетала о поездке домой, и я отвлеклась от грустных мыслей о папе. И вообще, надо еще поучить, чтобы наверняка. Одно дело, заниматься с профессорами и точно знать, что все сдашь, и другое – вот так, вместе со всеми, когда никто не разжевывает. Конечно, что-то я знала, но в чем-то приходилось разбираться, учить. И мне это нравилось!
Кажется, я начинаю потихоньку ненавидеть утро. Сейчас, например, мало того что плохо спала – сны всякие снились тревожного содержания, – так еще и подскочила от волнения за полчаса до будильника. А когда села пить чай, позвонила Варька.
– Так, ты помнишь про препода? – строгим голосом начала она.
Я скривилась.
– Варь, я все выучила, не завалит он меня! – попыталась отмазаться, но дриада была неумолима.
– Танюха, не говори гоп, я его лучше знаю! – перебила она. – Чтоб я джинсов на тебе не видела, поняла? И волосы распущенными оставь, заколку возьми с собой, раз не любишь их так носить, – начала давать цеу Варвара. – После зачета уберешь в хвост. И босоножки, надеюсь, они у тебя есть?! – грозно поинтересовалась дриада.
С нее сталось бы притащить из своих запасов, так что пришлось спалиться, что есть.
– Супер. Тогда жду. Этот пенек как коленки твои увидит, про все забудет, пару дежурных вопросов задаст, и все. Давай приезжай.
Пришлось с сожалением оставить джинсы на полке и надеть короткий шелковый сарафан с цветочным рисунком, на тонких лямках. Эх, вот Варька вредная! Расчесавшись и сунув резинку для волос в рюкзак, я надела босоножки на низком каблучке и с ремешками крест-накрест и наконец вывалилась из общаги. Мало того что в коротком платье непривычно, так еще и перед зачетом потряхивало, все казалось, я ничего не помню, и все знания каким-то удивительным образом за ночь выветрились из головы. Да еще обрывки снов, где мелькали попеременно оба демона, подрывали хрупкое душевное равновесие. В общем, пожалуй, впервые за долгое время захотелось потом, после занятий, пойти и хлебнуть чего-то крепче чая или кофе, для успокоения нервов. Чисто символически, конечно, но все равно хотелось. Выруливая к ставшему уже родным корпусу, поймала себя на том, что бросаю по сторонам косые взгляды, опасаясь увидеть одну из машин демонов… Тьфу!! Не будет меня тут никто караулить, не будет! И я не стану думать о том, что и Жарков, и Казанцев откуда-то знают, где я учусь… Как и о том, что оба волнуют меня с одинаковой силой, только один немного пугает ощущением скрытой опасности, а второй притягивает аурой привлекательности, которой невозможно сопротивляться. Полный финиш.
– Танька! – Крик Вари чуть не заставил подпрыгнуть.
– Фу, напугала. – Я нервно улыбнулась.
– Классно выглядишь. – Дриада окинула меня оценивающим взглядом. – Умница.
– Угу, остальные тоже оценили, – вздохнула я, ловя на себе откровенно заинтересованные взгляды.
Никогда не стремилась привлекать внимание и сейчас чувствовала себя неуютно. Особенно не понравилось, как один из молодых оборотней смотрел, ну оч-ч-чень пристально и с каким-то нехорошим огоньком. Еще один охотник до невинности?! Проснулось раздражение, я уставилась прямо в глаза нахалу, вложив во взгляд плохое настроение, недосып, трясучку перед зачетом и понадеявшись, что зрачки не стали вертикальными от взрыва эмоций. Оборотень вздрогнул, моргнул и поспешно отвернулся. Вот так. Будут еще всякие посторонние парни без моего желания пялиться на мои коленки! Удовлетворение частично помогло справиться с нервозностью, и порог корпуса я переступала более-менее успокоенной. Языкознание шло первым, потом – зачетная работа по контакту с растениями, пока остальной курс сдавал рефераты по мировой истории. Тут я не волновалась ни разу, на днях вон прошла практику в экстремальных условиях.
– Тань, а чего ты в юбках не ходишь? – спросила Варя, пока мы шли к аудитории. – Тебе хорошо, фигурка тоже ничего.
Ну не объяснять же: чтобы меньше внимания привлекать! Феи в этом смысле, наоборот, старались выглядеть ярко и эффектно, как Варвара. Длинный полупрозрачный сарафан с разрезами, насыщенного василькового цвета, открытые плечи, босоножки на тонком каблуке, светлые волосы украшены множеством маленьких заколок в виде мотыльков. Красотка!
– Да как-то в джинсах привычнее, – промямлила я и поспешно перевела разговор на другую тему: – Варь, а чего ты одна до сих пор?
– А. – Она беспечно махнула рукой. – Пару месяцев назад лешего послала, на русалку заглядываться начал, из поступающих. Пока и так хорошо живется, да и сессия на носу, на фиг мне отвлекаться.
Я помолчала, собираясь с духом, чтобы задать следующий вопрос. Как бы дриада не истолковала мой интерес превратно…
– Варь, а этот Макс, он где учится? – понизив голос, спросила все-таки.
– В нашем же универе, но на финэке. Вроде магистратуру заканчивает, вместе с Жарковым. – Староста покосилась на меня. – Ты с какой целью интересуешься, подруга?
– Чтобы знать, где не гулять, – буркнула я, чувствуя облегчение – корпуса экономического находились на том берегу Невы, аж на Чернышевской. – А ты что подумала?
– Ну, кто тебя знает. – Приятельница беспечно махнула рукой. – Может, решила все-таки влюбиться в демона. – Варька ехидно хихикнула и толкнула меня локтем. – Знаешь, говорят, они обалденные любовники…
– Это кто такие слухи распускает? – послышался недовольный голос Женьки, и я присоединилась к хихиканью дриады, не став огрызаться на ее подколку.
Правда, щеки слегка потеплели от смущения – в роли любовников ни одного, ни второго не представляла, но… внизу живота разлилось тепло при мысли о том, что… Нет!! Об этом точно думать не буду!
– Ладно, Женек, не комплексуй, – со смехом отозвалась Варя. – У тебя еще все впереди!
Улыбаясь, я полезла в рюкзак за учебником и лекциями – повторю, пока время есть. Хорошо, тема моей невинности отошла на второй план, а то с Варьки станется заняться поисками подходящего кандидата. Украдкой оглядела остальных с нашего курса – м-да, похоже, все девчонки знали, как нужно сдавать языкознание. В штанах или джинсах не было никого. Ладно, отлично, я хоть не так выделялась на общем фоне. Оставшиеся до пары минуты пролетели быстро, явился препод – окинув нас довольным и заблестевшим взглядом, он открыл аудиторию, и мы зашли. Уф! Надеюсь, профессор ограничится только разглядыванием, а то за кафедрой не видно, где там его руки могут находиться. Ну, удачи мне, собственно. Сжимая в повлажневших ладонях зачетку, уселась подальше от окна – мало ли, тем более из них отлично просматривалась набережная, а зачем мне лишний повод для волнения?!
…День пролетел на удивление быстро, хотя и волнительно. Зачеты позади, первые подписи и заветные слова «зачтено» получены, и я, полуживая, выползла на свет божий, предвкушая, как завалюсь сейчас с Варькой и Иркой в ближайшую кафешку. Девчонки тоже были не против немного успокоить нервы.
– Не, прикиньте, этот… Филимонов Машку за коленку трогал! – кипела возмущением Ирочка, пока мы спускались по центральной лестнице к выходу. – И так проникновенно смотрел, она, бедная, не знала, куда себя девать!
– Козё-о-о-ол, – хором согласились мы с Варей, возмущенные.
Филимонов – это препод по языкознанию, любитель женских коленок. Как рассказывали, доходило до абсурда: некоторые понравившиеся ему студентки сдавали рефераты по десять раз. Это нам еще повезло, он сделал зачет обычным. И ведь не поймать, он не приставал, не делал неприличных приглашений, просто заставлял как можно чаще приходить к нему. Фу, скользкий типчик, хорошо у нас языкознание только на первом курсе.
– Свобода! – выдохнула я, выйдя на улицу, и уже сделала пару шагов в направлении Большого проспекта, когда меня остановил изумленный голос Иры:
– У меня глюк?!
Еще не зная, что произвело на фею такое впечатление, я обреченно поняла, кто вызвал у нее такую реакцию, – организм отозвался знакомым волнением и ускорением пульса. Вопрос в том, кто из них сейчас торчал около филфака… Я зачем-то полезла в рюкзак, отметив, что пальцы дрожат, горло пересохло, а по телу прокатываются жаркие волны.
– Тань. По-моему, это за тобой, – тихонько заметила Варя, тронув меня за руку.
– Ничего не знаю, меня никто ни о чем не предупреждал, – поджала губы, упрямо не поворачиваясь к набережной. Ну да, конечно, не предупреждал. Это я отказалась от встречи в кафе, но Макс, похоже, идею свидания не оставил. – И… и вообще, мы незнакомы! Пойдем лучше, а? – вышло так жалобно, что Варвара сочувственно улыбнулась.
– Тань, Казанцев тебя увидел, – вздохнула дриада, покачав головой.
Все-таки Макс. Ну если уж выбирать, то с ним определенно легче, его я хотя бы не боюсь. А Жарков откровенно пугает, и на него я как-то сильнее реагирую, что ли. Хотя он ни разу не прикоснулся. Вот еще, думать о прикосновениях Димки! Я успела сделать два шага, пока на плечо не легли чьи-то пальцы.
– Танюш, ну куда ты убегаешь? – Мурлыкающий голос Макса заставил вздрогнуть от лавины обжигающих искорок, прокатившейся вдоль позвоночника.
А прикосновение стрельнуло электрическим разрядом, и я развернулась, дернула плечом, избавляясь от его ладони. Танюша… Сердце сладко замерло от того, как он назвал меня, и пришлось срочно напомнить себе, какую именно цель преследует демон.
– Я не убегаю! – получилось немного резко, но эмоции зашкаливали, и стоило больших трудов держать себя в руках. – Я же сказала, у меня другие планы на сегодня!
Очень не хотелось снова встречаться с ним взглядом. Потому что становилось сложно сопротивляться бешеному обаянию чертова демона-искусителя. Макс улыбнулся.
– Между прочим, ты мне должна, красавица. – Он хитро прищурился, его палец коснулся моей щеки, заставив отпрянуть. Судя по огоньку в кофейных глазах, это его только раззадорило. А вот меня жест бросил в нервную дрожь, и сердце совершило от неожиданности сальто. – За крапиву.
Бли-и-и-и-и-н… Узнал, значит. А Жарков наверняка помог. Значит, тогда, у общаги, заметил меня Димка, хотя виду не подал. Ситуевина, однако. Звонить папе?.. Нет уж, сама справлюсь! Я нормально учиться хочу, как все! И два демона мне не помешают! Поджала губы, стараясь не думать о том, что на нас сейчас глазеет добрая половина филфаковцев и я становлюсь героиней грандиозной сплетни. Щеки стремительно теплели, покрываясь румянцем. Крапива, крапива, а нечего вести себя, как озабоченный самец! Русалки вон под рукой были, на все готовые! Немного злости помогло справиться с эмоциями, и я мрачно уставилась на Макса.
– Я не люблю, когда ко мне пристают незнакомые, не совсем трезвые мужчины, – буркнула, настороженно ожидая его ответа.
– Тань, чашка кофе в моем обществе не такая высокая плата, мм? – усмехнулся Казанцев.
Я рвано выдохнула, попав под обаяние усмешки. Запоздало обратила внимание, как сногсшибательно выглядел Макс в темно-синей рубашке с коротким рукавом, волосами, собранными в свободный хвостик – несколько прядей выбились и красиво обрамляли лицо, – и черных джинсах. И татуировка… Мой взгляд завороженно скользил по ее извивам, страшно захотелось прикоснуться и потрогать, проследить за узором, провести пальцем… Откуда-то знала, Максу понравится. И пахло от него приятно, смесью восточных пряностей и, не поверите, какао. На удивление хоть и сладковатый, но аромат очень подходил демону. Соблазна, ага. Пока я пребывала где-то в неведомых далях, потерявшись в собственных оживших ощущениях и желаниях, меня аккуратно ухватили за руку и подвели к тому самому вишневому джипу. Я моргнула, пришла в себя и только открыла рот, чтобы возмутиться самоуправством Макса, как он достал… шикарный букет нежно-розовых роз.
– Поздравляю с первыми зачетами, – снова сверкнул он улыбкой и добавил: – И извиняюсь за свое непристойное поведение. Слегка не в себе был, – Казанцев подмигнул.
Я растерялась, честно. Демон, который дарит цветы да еще извиняется?! Подмывало ехидно спросить: он со всеми девушками так или это только мне подобная честь? В полном опупении взяла букет, обошла машину, села… Зачем? Не знаю. Но в универ завтра уже страшно идти. Так, ладно, собираем мозги в кучу и срочно продумываем тактику предстоящего разговора с Максом так, чтобы он отстал. М-да. Сама не верю в это, но попытка не пытка.
– Есть пожелания куда? – спросил Казанцев, сев за руль.
Отвернувшись, покачала головой. Ты зазвал, тебе и голову ломать. Мне же хотелось поскорее закончить с этим свалившимся внезапно свиданием и домой, в общагу. Сердце билось испуганной птичкой, мысли лихорадочно метались в голове, и я не знала, что делать дальше. Как себя вести, чтобы Макс отстал? «Не отстанет, – отозвался внутренний голос. – Сама знаешь, Тань. Теперь уже не отстанет, пока свое не получит». Подавила вздох, опасаясь смотреть на Казанцева – еще глупостей наделаю… Хотя куда уж больше. Следовало остаться около универа, с девчонками!
– Та-а-а-ань, ну не злись, – примирительно произнес Макс, выруливая на дорогу.
Я злюсь?! Чуть не рассмеялась, но сдержалась – истерить перед демоном не хотелось. Да, я трясусь от страха как осиновый лист! От страха перед своими желаниями и с тихой радостью, что Макс все-таки утащил меня на свидание…
– Я же сказала, занята в понедельник буду, – буркнула, нахохлившись и отвернувшись к окну. – И не хочу знакомиться!
Макс негромко рассмеялся, и по телу от этого бархатистого смеха прокатилась теплая волна дрожи, затаившись где-то в глубине живота. Чтоб тебя!.. Что я такого смешного сказала?!
– Тань, мы уже знакомы, поздно возмущаться, – спокойно ответил он. – Я не отниму у тебя много времени, а с подружками еще успеешь посидеть.
Умный такой! Я не хочу вообще! Мы въехали на Дворцовый, я отогнала пугающую мысль, что обнаглевший вконец Макс везет к себе домой. В таком случае ему придется тащить меня на плече, поскольку буду сопротивляться до последнего. Не хватало еще, ага, в гости на первом свидании. Больно круто за мою не такую уж серьезную выходку. И вообще, это не свидание, это отдача долга за крапиву! Собралась с духом.
– Ладно, хорошо, пусть знакомы. Но встречи продолжать не хочу, – как можно тверже произнесла, желая сразу окоротить демона.
К сожалению, у Макса на этот счет имелось свое мнение.
– А я хочу, Танюш. Ну понравилась ты мне. – Голос демона стал вкрадчивым, обволакивающим… соблазняющим. – Меня, знаешь ли, до сих пор крапивой не стегали всего лишь за поцелуи, да еще такие невинные.
О да-а-а, конечно, совсем невинные!! Вспомнив злополучную встречу в Лосево и то, как вел себя Казанцев, у меня даже уши вспыхнули от смущения. А еще возмутили нахальство и напористость. И вот это его «Танюш»… Стоп, он сказал «понравилась»?! Мама, нет, теперь точно не отстанет!
– Я уже сказала, не люблю, когда ко мне пристают без моего разрешения, – сухо отозвалась я, стараясь дышать через раз. В нос упрямо лез чертов запах туалетной воды Макса, такой вкусный и приятный, что от него даже слегка кружилась голова. – Сам виноват.
– Ну я же извинился, – последовал невозмутимый ответ. – Откуда я знал, что ты шарахнешься?
Ну извинился, ну цветы подарил. Кстати, мне ни разу в жизни не дарили цветов, тем более роз. Пальцами провела по лепесткам – в аромат какао и пряностей тонкой ноткой вплелся нежный запах цветов, и снова стало не по себе от взметнувшихся эмоций. Получить букет от Макса было неожиданно, но приятно, чего уж там. Интересно, он всем девушкам цветы дарит? И вообще, помним, Таня, он умеет соблазнять, он демон соблазна, в конце концов! Боже, на меня обратил внимание тот, кому практически невозможно сопротивляться, если он всерьез возьмется за дело! Кажется, я пропала, только почему-то вместе со страхом кровь будоражит волнующее предвкушение чего-то запретного, но от этого не менее привлекательного. Сумбурные мысли прервались – мы приехали.
Казанцев выбрал пафосное кафе в начале Невского, у Мойки, «Литературное» называется. Несколько раз мимо него ходила, когда гуляли с Катькой, но внутрь не тянуло. Ладно, посидим здесь. Отсюда хотя бы до общаги доберусь без проблем – от предложения Макса подвезти, которое наверняка последует, собиралась отмахиваться до последнего. Еще не хватало, чтобы он знал, где я живу!! Хотя тут же скисла: Жарков знает, а они друзья с Максом, так что поздно пить боржоми, дорогая моя. Мы сели за столик в глубине, я скромно заказала чашечку капучино, проигнорировав широкий выбор десертов. От переживаний в горло ничего бы не полезло.
– Может, вкусненького? – словно услышав мои мысли, вопросительно посмотрел демон.
Официантка терпеливо ждала рядом со столиком.
– Нет, – покачала я головой, хотя чизкейки выглядели привлекательно.
Ну люблю я их очень, и тирамису тоже обалденная вещь, но лучше пожую их в обществе Катьки или с Варей и группой потом посижу, в том же «Кофе-хаузе». Коварная улыбка на лице Макса мне не понравилась, как и мелькнувший во взгляде красноватый огонек.
– Будьте добры, тирамису, – невозмутимо произнес он, повернувшись к официантке.
Я нахмурилась, недовольная тем, как легко он угадал мои пристрастия. Надо меньше смотреть на картинку с пирожным! Демон же все детали подмечает!
– Я не просила, – не удержалась от замечания.
Хорошо голос ровно звучал. Дразнить его своим раздражением было боязно – кто знает, что еще выкинет?!
– Зато хотела, – весело отозвался Макс. – Я видел, как ты смотрела на него в меню.
Вот же… наблюдательный! Выдохнула, собралась и снова посмотрела на Макса. На его красивое лицо с хищным разрезом глаз, на чувственные губы… И выпалила, неожиданно даже для себя самой:
– Это потому, что я девственница, да? Цветы, пирожное, – сказала и жутко смутилась от собственной откровенности.
Ну вот кто за язык тянул?! Похоже, общество Казанцева пагубно влияет на мои умственные способности. Еще один повод держаться от него подальше!
– Ну что ж ты сразу самое плохое думаешь, Танюша, – мурлыкнул демон, блеснув глазами, и его довольная улыбка говорила – он отнюдь не разочарован моей догадливостью. А меня вновь пробрала щекотная дрожь от того, как он назвал меня по имени. Макс вдруг подался вперед, сцепив руки на столе в замок, и я чуть не отшатнулась на стуле еще дальше. – То есть ты даже не допускаешь, что понравилась мне просто как симпатичная девушка?
Откровенное заявление вызвало растерянность. И как ответить? А вообще такое может быть? Что демонам девушки нравятся не только с постельной точки зрения?
– И… что? – осторожно спросила я, одновременно страшась услышать ответ и желая этого.
– Хочу познакомиться лучше. – Он смерил меня задумчивым взглядом. – Что же касается цветов… Знаешь, не всем девственницам я дарю букеты роз, – и снова подмигнул самым возмутительным образом! – И лепестками постель не устилаю.
Задохнулась от смущения, плеснувшего жаром в лицо, отвела взгляд, нервно теребя скатерть. Черт. Не хочу, чтобы он знакомился со мной лучше! Очарует же, влюбит в себя, получит свое и… и что дальше? Для меня жизнь будет закончена. Покачала головой, собрав мысли в кучу.
– Не думаю, что это хорошая идея, – обтекаемо ответила. – У нас вряд ли найдутся общие интересы. Ты… – запнулась, но продолжила: – Ты слишком взрослый, Макс.
– Всего семь лет разницы, Тань, не так уж много. И почему бы не попробовать? Откуда знаешь, может, у нас как раз много общего.
От такого откровенного заявления я растерялась на несколько минут.
Молчала и хлопала ресницами, как дура, утопая в расплавленном шоколаде его глаз. Макс подпер ладонью подбородок и смотрел прямо на меня, улыбаясь уголками губ, а я не могла отвести взгляда, обмирая от его улыбки и чувствуя себя шоколадкой на солнце. Мне… только что предложили встречаться?! И кто, демон, известный бабник, у которого, кстати, вроде как роман с одной из сестер Жемчужных!
– А как же русалки? – вырвалось у меня, и с досады я чуть не поджала губы.
Вовремя сообразила, этот жест может быть неправильно истолкован Максом, что ревную, например. Оно мне надо?! Тем более это совсем не так!
– Это просто развлечение, – ласково прожурчал Казанцев и продолжил, не дав мне ответить: – Ни к чему не обязывающее знакомство. Таню-у-у-у-уш, ну неужели я тебя совсем не привлекаю, что ты так не хочешь хотя бы просто встречаться пару раз в неделю, без всяких обязательств?
Слишком привлекаешь, Макс, в том-то и проблема! И… хочу, господи, хочу видеться, несмотря на предупреждения, несмотря на репутацию бабника, несмотря на то, что демоны слыли эгоистичными самовлюбленными типами! И даже то, что его явно привлекла моя девственность, а не только внешность, не останавливало. Вдруг Макс другой?.. Вдруг… Нет, два года он точно ждать не будет. А позволять ему ходить налево для удовлетворения собственных потребностей… Лучше уж вообще ничего не начинать.
– Макс, не стоит, – с трудом выговорила, голову кружили совсем ненужные сейчас эмоции.
Официантка принесла кофе и тирамису, но я поняла: десерт застрянет в горле – взгляд Макса не отрывался от меня, и все труднее было сохранять видимое спокойствие. Жаркие волны гуляли по телу, сердце билось о ребра так, что казалось, синяки останутся, и очень хотелось облизать совершенно сухие губы. Но я девочка начитанная и прекрасно знаю, как действует такой вроде бы естественный жест на мужиков. Дразнить Макса лишний раз опасалась. Так что просто уткнулась носом в чашку, набираясь мужества приняться за десерт, один вид которого вызывал приступ дурноты. Но оставить несъеденным было жалко.
– Какая-то ты неправильная фея, Танюш, – задумчиво отозвался Макс, и его палец вдруг медленно провел от моей кисти к самому локтю.
М-мама!.. На фиг меня трогать, кто разрешал?! Я же чуть кофе не пролила на себя от неожиданности! И от уже надоевших мурашек, скакавших от макушки до пяток пьяными блохами…
– Феи обычно легко соглашаются на новые знакомства и встречи. – Казанцев прищурился, а я прикусила язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь не то. – А уж девственницами в твоем возрасте вообще единицы остаются.
Да уж, неправильная фея, лучше не скажешь. А Макс слишком проницательный, на мою беду! Снова откинулась на спинку, чтобы не давать собеседнику притронуться ко мне.
– Давай не будем моей личной жизни касаться, сама разберусь как-нибудь, – немного резко ответила, уже начиная жалеть, что не уперлась рогом и не осталась около универа.
Сейчас бы с девчонками коктейль пила какой или вино… А не нервничала и не волновалась в обществе опасного демона. Однако ответить Макс не успел. Наш разговор прервался самым неожиданным образом – около столика остановилась девушка.
– О, Максик, какая встреча! Ты же сказал, в командировку на прошлых выходных уехал? – В грудном чувственном голосе слышалось удивление пополам с легким недовольством.
Я подняла глаза и уставилась на шикарную демоницу, по-хозяйски положившую ладонь Казанцеву на плечо. Иссиня-черные локоны до плеч, темно-синие глаза обрамляли длинные пушистые ресницы, пухлые, ярко-алые губы изогнуты в небрежной улыбке. Платье василькового цвета с глубоким вырезом облегало изгибы тела как перчатку, заканчиваясь где-то на середине бедра, и у меня создалось впечатление, что бюстгальтера под ним нет. М-да. На фоне этой красотки я смотрелась, будем откровенны, как какая-нибудь бижутерия от «Эйвон» рядом с роскошным колье за пару тысяч евро. То есть никак. Макс резко обернулся и нахмурился, его веселье и расслабленность пропали.
– Маргарита? Ты что тут делаешь?
Ох, сколько холода в голосе! И куда девались мурлыкающие нотки?

Глава 4

Демоница небрежно улыбнулась, демонстративно не замечая меня.
– Вопрос в том, что ты тут делаешь, Макс, – проворковала она, но в глазах мелькнул алый огонек.
Я резко почувствовала себя лишней и уже даже готова была быстренько распрощаться и под шумок благополучно слинять – пусть тут без меня разбираются, кто куда уехал и когда. Однако предупреждающий взгляд Казанцева вместе с нахмуренными бровями заставил изменить решение. С демоном спорить не хотелось, особенно с раздраженным.
– Отвали, Рита, не твое дело, – грубо ответил Макс, стряхнув ее руку с плеча. – Я не обязан отчитываться тебе о своих делах.
Она негромко рассмеялась и бесцеремонно села за наш столик, подперев подбородок ладонью и едва удостоив меня пренебрежительным взглядом.
– Макс, да ладно, я не против твоих маленьких увлечений, но… – Демоница снова посмотрела на меня, снисходительно так… Стало очень неприятно, хотя я не претендовала на внимание Казанцева. Ради бога, пусть забирает его с потрохами. Но нечего смотреть на меня, будто я маленькая девочка, ввязавшаяся в игры взрослых! – Милый, фея? Ты бы еще обычной женщиной заинтересовался, – снова обидный смешок. – На экзотику потянуло?
А вот это уже перебор. Я встала, с шумом отодвинув стул, злость поднялась мутной волной, и только открыла рот, чтобы ответить этой Маргарите, как мой взгляд упал на еще одного посетителя, сидевшего недалеко от входа. Жарков, развалившись на стуле, лениво улыбался, с явным удовольствием наблюдая за действом, разворачивавшимся около нашего столика. Сразу стало понятно, как Маргарита узнала, где Макс. Та-а-а-ак, или я чего-то не понимаю, или Димка активно ставит палки в колеса своему дружку. Зачем тогда слил, где я учусь?! И заодно наверняка, где живу?.. Что-то мне все эти подковерные игры категорически не нравятся.
Макс между тем не на шутку завелся, судя по рычащим ноткам в его голосе, когда он ответил этой Рите.
– Еще раз услышу, как обсуждаешь мои пристрастия, – от угрозы в этих словах меня пробрала ледяная дрожь, хотя они относились не ко мне, – о твоих , Ритуля, узнают все твои подружки и приятели, поняла? Кто еще не знает. – Макс нехорошо усмехнулся, а я поняла, вот теперь точно пора уходить.
– Спасибо, приятно было посидеть, – решительно заявила я и обошла столик.
Демоница проводила меня насмешливым взглядом, похоже не вняв предупреждению Макса. Казанцев дернулся было за мной, развернувшись, но я ловко избежала загребущих конечностей и обронила:
– Домой сама доеду, не надо провожать.
И? Гордо вздернув подбородок, с чувством выполненного долга направилась к выходу, намеренно игнорируя Жаркова. А вот Макс, похоже, не собирался этого делать.
– Димон, ты что здесь забыл?!
Ой как раздраженно!
С трудом сохранила невозмутимость – забавно наблюдать, как два взрослых мужчины, как мальчишки, мелко пакостят друг другу. Причем из-за такой ерунды… Я не считала свою персону настолько значимой, чтобы затевать всякие каверзы.
– Да вот, девушку подвезти собираюсь, – лениво отозвался Жарков, и меня словно в бак с жидким азотом окунули.
Ой нет, только не это!! Я ускорилась, собираясь поскорее миновать опасное препятствие в виде демона, но он одним гибким, быстрым движением встал и перегородил дорогу. Немногие посетители с любопытством оглядывались, и я ощутила, как щекам стало жарко. Елки-палки, перед универом цирк с одним, теперь в кафе – с другим! Ну за что?!
– Никуда я с тобой не поеду! – тихо, но твердо произнесла, набравшись храбрости и посмотрев в золотистые глаза Жаркова. – Сказала же, сама доберусь!
Димка улыбнулся, ласково так, нежно, но во взгляде горело предупреждение.
– А я тебя не спрашиваю, – мягко ответил демон. – Ты же не хочешь выйти из этого кафе на моем плече?
Нет, не хочу. А он так сделает, если буду упорствовать. Черт!! Что за невезуха! Так, ладно, мне это надоело, я тоже злиться умею. Прищурилась, окинув Жаркова преувеличенно внимательным взглядом.
– Зря ты так, – честно предупредила, молча обошла и отдернула руку от загребущей конечности демона.
Макс ничего не сказал, а я не обернулась посмотреть на выражение его физиономии. С одной стороны, радовалась облому Казанцева, с другой – плохо, что подвернулся не менее опасный для меня его приятель…
– Не думаю, – не согласился Жарков и распахнул передо мной дверь. И уже знакомо все внутри встрепенулось от перспективы оказаться в одной машине с демоном.
Предательский организм! Ничего не ответила, поспешно выходя на улицу. Слишком близко подошел Димка, и слишком нервно отреагировало на него мое тело. Хорошо я спиной стояла, и яркого румянца он не видел. Раздался негромкий довольный смех и небрежное замечание:
– Кстати, в коротком тебе гораздо лучше, Танюш, чем в джинсах.
Я обернулась, смерила резвого демона хмурым взглядом. И этот туда же, «Танюша»! Хватит с меня этих… нежностей…
– Таня.
– Что? – Жарков поднял брови.
– Таня, – терпеливо разъяснила я. – Танюша я только для близких.
Не понравился мне его слишком задумчивый взгляд. Не хочу становиться для него… близкой! Приятель Макса отключил сигнализацию и к моему мимолетному удивлению открыл дверь. Свету он такой чести не удостоил, помнится. Я молча села.
– До общаги? – спросил спокойно Димка, а я вздрогнула от его голоса.
– Д-да, – пробормотала, почти съежившись на сиденье.
Жарков, в отличие от Макса, вызывал странные чувства. Меня к нему тянуло, и сильно, все время хотелось потрогать, особенно шевелюру всех оттенков осенних листьев. Очертить эти твердые губы, провести по немного шершавому из-за щетины подбородку. Хотелось прижаться, и чтобы обнял, приласкал, хотелось разглядывать искорки на дне его глаз… Тело обдало жаром, словно из открытой печки. Я шарахнулась от этих мыслей, как от чумы. Вряд ли Жарков способен на нежность, не в его это характере. Да и с чего ему проявлять нежность к какой-то фее, пусть даже и девственнице?!
– Тань, я тебе еще не сделал ничего плохого, ты чего так боишься? – с легкой насмешкой спросил Димка, бросив в мою сторону косой взгляд.
– Не боюсь, – буркнула упрямо, пытаясь избавиться от страха и волнения.
Не надо мне от него ни плохого, ни хорошего! Тем более плохое как раз он может сделать сразу после хорошего – ну или одновременно, это уж с какой стороны посмотреть. Уф! Собственные не совсем приличные мысли вызвали смятение. Жарков издал короткий смешок.
– Макс не отступится, он упрямый, – словно невзначай обронил мой собеседник.
– Жалуешься или хвастаешься? – насмешливо отозвалась я, ухватившись за возможность отвлечься.
А то сама не вижу, что упрямый твой приятель!
– Помочь отвязаться?
Вот уж спасибо, только твоей помощи не хватало для полного счастья.
– Сама справлюсь, – вежливо ответила я.
– Ты в этом так уверена, Тань?
Да что пристал!
– Да, – я с вызовом посмотрела на Жаркова.
Усмешка на его лице говорила о том, что не сильно он мне и верит. Вот зараза рыжая!
– Ну смотри, я предупредил, – насмешливо протянул Димка.
А я загляделась на его профиль, на то, как ветер играет с золотисто-рыжими прядями, и чуть не потеряла нить беседы. Таня, вернись с небес на землю!! Я тряхнула головой и кратко ответила, с некоторым трудом отведя взгляд:
– Спасибо. Учту.
– И все-таки ты необычная фея, – задумчиво изрек Жарков, заставив занервничать. Необычная, очень, но тебе подробности знать нежелательно, демон! Срочно переводим тему!
– Ты вообще как там оказался? – не дала я Димке возможность развить мысль. – В кафе. Мы туда случайно поехали, между прочим! Следил? – добавила с неприязнью, глядя прямо перед собой.
Не буду смотреть на него больше, на фиг. И хорошо, что едем с открытым верхом, мне хватило нанюхаться парфюма Казанцева.
– Мимо проезжал, – невозмутимо ответил Жарков. – А вообще, я знал, куда Макс с утра намылился, с таким-то букетом.
Щеки потеплели – от слов Димы стало приятно, несмотря ни на что. Но я не удержалась от небрежного замечания:
– Ой, можно подумать, он не каждой цветы дарит. Девушки же больше всего любят их, это классика ухаживаний.
– Конечно, не каждой. – В его голосе отчетливо слышалось снисхождение. – Только тем, кого Макс сильно хочет.
Эм, а может, без подробностей?! Щеки тут же обожгло румянцем, а еще завозилось раздражение вместе с волнением. А то сама не понимаю, с чего у демона соблазнения вдруг вспыхнул такой интерес ко мне!
– Я в курсе, по какой причине он такой настойчивый, – сухо известила я. – Только пусть и не надеется. Можешь передать своему приятелю, раз он меня не слышит. И никакие его ухищрения не помогут, – добавила как можно безразличнее.
– Та-а-а-ань, – тягуче произнес Жарков, и мои мурашки радостно прогалопировали вдоль позвоночника, а тело обдало теплом от его тона. – Мы охотники, по природе. Макс не отстанет, пока не добьется своего.
Я занервничала еще больше. Будь я феей, все просто – нет девственности, нет проблемы в лице двух озабоченных демонов. Но я не фея! Черт, черт. Надо что-то делать, и как можно скорее. Тупиковая ситуация: Жарков прав, демоны – охотники, и чем больше я барахтаюсь и шарахаюсь от них, тем сильнее желание поймать меня. Уф, теперь понимаю, почему папа предупреждал. Ну почему я такая невезучая, а? И ведь случайно, все случайно произошло, эти две встречи!! Не виновата я, что они учуяли меня, оба, и на весь, блин, курс я, похоже, единственная девственница, да еще и нечисть… Так, стоп, отставить панику. Раз не подойдут прямые методы, будем действовать хитростью. Только надо с девчонками посоветоваться, с Варей, она всяко опытнее, чем я, и Катьку спросить. Будет операция под названием «Отшить ухажера». Быстренько берем себя в руки и делаем морду кирпичом, Тань. Жарков твой страх на раз просечет и еще больше заинтересуется. Феи же обычно от мужчин не шарахаются.
– Удачи, – небрежно обронила, пожав плечами и отвернувшись к окну. – Цветами да посиделками в кафе меня не обаять.
Фраза была моей ошибкой, но поняла поздно.
– А чем обаять? – подхватил Жарков.
Глянула на него через плечо, снова поймав дрожь волнения по телу. Не надо вообще обаять, ничем!! Но, увы, боюсь, меня не услышат.
– Ничем, – произнесла всего одно слово, не желая развивать дискуссию дальше.
Жарков ничего не ответил, и его молчание вызвало беспокойство. Куда большее, чем уверения, что не отстанут, оба. Значит, не принял во внимание. Ладно. Мы уже сворачивали на Восьмую линию, к моей общаге, и я еще раз попыталась отстоять свою свободу и объяснить: мне не нужно внимание, ни от одного, ни от второго.
– Послушай, – повернулась к Димке, твердо намереваясь смотреть ему только в глаза, и не ниже. – У меня сессия на носу, и я не настроена отвлекаться. – Я запнулась, этот нахал изволил улыбаться, снисходительно так! – Ни на тебя, ни на твоего приятеля. Надеюсь, мы больше не увидимся, – сухо попрощалась и вышла из машины, не дожидаясь ответа.
И надо ж такому случиться, что у входа стояла та самая вампирша Света. Курила в компании таких же гламурных девиц! Ох, блин, спасибо, Жарков, удружил! Мало мне представления около универа и появления Риты в кафе, так еще и Димкина любовница теперь зуб иметь будет! Хотя было бы с чего… Бывшая пассия демона цепко оглядела меня, светлая бровь поднялась, губы скривились в подобии улыбки.
– О, очередная подстилка? – небрежно и достаточно громко сказала она, демонстративно не замечая Жаркова – я слышала, он еще не уехал.
Я только открыла рот, чтобы резко ответить, но за меня это сделал Димка:
– Света! – Вампирша вздрогнула от его голоса, перевела взгляд за мою спину, и на ее лице мелькнула тень надежды. – Осторожнее.
Всего одно слово, сказанное мягким, низким голосом. Но от него лицо Светланы застыло, и в глазах я заметила страх. Ой! Мне тоже как-то не по себе стало, если честно, и я заторопилась к входу, доставая ключ. Взгляд Жаркова жег спину, и, когда за мной закрылась дверь, я не сдержала облегченного вздоха. Сердце гулко колотилось в груди, мысли никак не желали собираться в кучу, и я не особо верила в то, что меня оставят в покое. Так, не киснуть, Таня, будем думать, что делать!
Когда вернулась соседка, я с порога огорошила ее вопросом:
– Катюх, а у тебя много парней было?
– Ну не так чтобы очень, но были. – Она скинула сумку на кровать и с любопытством глянула на меня. – А что?
Я вздохнула.
– Да привязались тут двое ко мне, – призналась, рассеянно скользя взглядом по монитору. – Вот думаю, как отделаться. Я же ни с кем не встречалась толком. Может, ты поможешь? – покосилась на Катьку.
– Мм? Двое? А вы популярны, милочка, – хмыкнула Катюха, плюхнулась на кровать, усмехнулась и подмигнула. – Что, тоже звезды не так встали? Ой, дай угадаю, а один из них не тот ли красавчик? – встрепенулась соседка. – Ну который за нами тогда на джипе ехал?
– Да, он, и да, звезды не сошлись. – Я скривилась, не желая вдаваться в подробности. – Поможешь?
– Ну я даже не знаю. – Катюха поскребла в затылке. – Вообще, ты видела, я вон от Степы отделаться не могу. – Соседка тоже вздохнула. – Хотя будь я на твоем месте, не отказалась бы от такого, – протянула Катя. – А второй кто?
– Друг его, – буркнула нехотя.
Ее глаза округлились.
– Даже так? А они в курсе, что им одна и та же девушка нравится? – На ее лице отразился неподдельный интерес.
– В курсе, – подтвердила я. – Кать, что мне делать, а? – тихо спросила я, жалобно посмотрев на нее. – Не нужен мне ни один, ни второй! Пусть даже и красавчики!
– Ну, слушай, даже не знаю, что тебе посоветовать. Игнорировать обоих?
– А им по фигу, что я не хочу продолжать знакомство. – Я легла на кровать, уставившись в потолок. – И они знают, где учусь и живу.
– Тогда вредничай, – уверенно заявила Катька. – Включи стерву, делай то, что им может не понравиться.
– Я не умею быть стервой! – длинно вздохнула я. – Да и вредничать особо тоже, если честно.
– Придется учиться, если так уж хочешь отвязаться, – хихикнула Катька. – Покопайся в Сети, там полно рекомендаций на тему, как отделаться от парня за десять дней.
Наверное, придется так и сделать. Вопрос в том, проймет ли демонов?.. Вот и узнаю при случае, что-то мне подсказывает, он подвернется скоро.

Жарков ехал домой откровенно довольный собой, а позвонивший Макс явно был злой.
– Жарик, что за фигня?! – рыкнул он в трубку. – Ты какого черта притащил туда Ритку?! И сам что там делал?
– Макс, я просто мимо проезжал, не кипятись, а Риту случайно встретил, когда в универ заглянул. Она как раз про тебя спрашивала, – со смешком ответил Димка. – Ну я и предложил ей кофе выпить. Откуда же знал, что ты тут с феечкой будешь?
– Я, даже не видя твоего лица, чувствую, как врешь и не краснеешь, – сердито отозвался Казанцев. – Мы же договорились, кажется, я первый с Таней встречаюсь!
Улыбка Димы стала шире.
– А чего ты так кипятишься, Макс? – насмешливо поддел он. – Реально запал, что ли? Или так девственницы захотелось? И что, она уже согласилась встречаться с тобой?
В трубке повисло молчание, брови Жаркова медленно поползли вверх.
– Не запал, но за крапиву обидно, – наконец буркнул Макс. – А встречаться будем, куда она от меня денется.
– На принцип пошел? – тихо рассмеялся Дима. – Задело, что отшивает?
– А ты зря веселишься, тебя она тоже не особо счастлива видеть, – иронично отозвался Казанцев. – Так что мы в одинаковом положении, Димон. И да, перестань следить за мной. В следующий раз точно в морду двину, если снова влезешь в наше свидание и притащишь кого-то еще из моих бывших. Все, давай, пока.
Жарков убрал телефон и задумчиво прищурился. Ссориться с другом из-за феи не хотелось, но… что-то внутри восставало против того, чтобы она досталась Максу. Хотелось самому распустить эту золотистую косу, погрузить в нее пальцы, пропустить шелковистые пряди между ними, чувствовать, как это тело тает под его прикосновениями и поцелуями, как Таня покорно изгибается…
– Э, стоп. – Димка тряхнул головой и резко нажал на тормоз, чуть не въехав в бампер передней машины. – Дома помечтаешь.
Он спокойно доехал, поставил машину и поднялся к себе. Через пару часов предстояла встреча с отцом, по делам холдинга, а пока стоит позвонить еще в одно место.
– Сева? Привет. – Жарков остановился у окна. – Просьбочка есть, пробьешь по своим каналам? Татьяна Теренская, фея, учится на филфаке универа. Лет примерно восемнадцать-девятнадцать. Да, все мне на почту. Угу, сочтемся, спасибо.
Пока Макс пытается обаять Таню, он разведает, что это за птичка. А еще стоит пообедать. Казанцев прав, Димка соврал: Рите он сам позвонил, узнав, куда и с кем поехал приятель, и пригласил на кофе. Ну не хотелось, не хотелось, чтобы у Макса все получилось! Даже несмотря на договоренность.
…Макс вышел из туалета и направился к столику, за которым еще сидела Маргарита.
– Значит, слушай сюда. – Он положил руки на стол и наклонился к демонице, понизив голос и глядя ей в глаза. – Будешь дальше бегать за мной, твой папуля вряд ли получит кредит для своего бизнеса в нашем банке, – произнес он сквозь зубы. – И ни в одном банке холдинга, поняла? Дважды повторять не буду. Ты не устраиваешь меня ни как любовница, ни тем более как супруга. Счастливо оставаться, домой на метро доедешь. – Макс рассчитался у стойки за кофе, которое Таня не допила, и нетронутое пирожное, и вышел.
Рита, проводив демона прищуренным взглядом, достала телефон и набрала номер.
– Валерчик? – промурлыкала она, намотав на палец смоляной локон. – Ты мне нужен, солнце. – Выслушав ответ, демоница рассмеялась грудным смехом. – Да, как мужчина, и твой замечательный носик тоже. Ты где сейчас? – Маргарита снова замолчала. – Не подбросишь домой? Я в центре. Заодно обсудим мое дело. О, отлично, я на Невском, у Фонтанки, – оживилась демоница. – Жду, милый.
На метро Рита передвигалась крайне редко и очень не любила этот вид транспорта.

Макс приехал домой недовольный, но один положительный момент все же был: Таня забыла букет, значит, есть повод снова встретиться. Собственно, Казанцев и так собирался, без всякого повода, однако с букетом выйдет даже лучше. Он улыбнулся, глядя на розы в вазе. Да, девочка упрямая, а Жарков засранец, но отступать Макс не намерен. Первой Танечка достанется ему, не Димке. В темных глазах мелькнуло хищное выражение, улыбка превратилась в усмешку. Да, от того, что фея не спешит, как многие другие женщины, падать в его объятия, азарт только возрос. Охота, черт возьми, это так захватывающе! Макс уже подустал от легких побед, а тут такое отличное развлечение!
Неожиданно зазвонил телефон. Казанцев посмотрел на высветившееся имя и чуть заметно поморщился.
– Да, пап? Свободен, а что? – Макс помолчал, потом неслышно вздохнул. – Да, хорошо, давай через полчасика. Куда подъехать? Хорошо, понял.
Обязательный обед с родителем – старший Казанцев был консерватором и, несмотря на то что часто виделся с сыном на работе, два раза в неделю встречался с ним в каком-нибудь ресторане для «разговора за жизнь», как он выражался. Интересно, о чем речь сейчас пойдет? Вряд ли об учебе, Макс успешно заканчивал магистратуру, и проблем со сдачей экзаменов и зачетов у него никогда не было. В остальном родитель в жизнь сына особо не вмешивался, разве только изредка. Кроме доли в бизнесе отца у Макса и свое дело имелось, достаточно прибыльное, чтобы не просить денег.
Отец предложил встретиться в одном из ресторанов в центре, и Казанцев подъехал чуть раньше, надеясь, родитель не приготовил никаких сюрпризов: в последнее время он что-то зачастил на их семейные посиделки таскать дочек своих знакомых и партнеров. Намек слишком прозрачный, хотя напрямую отец пока не заговаривал на щекотливую тему. Заняв столик, Макс сделал заказ и погрузился в воспоминания о Тане. Тянуло его к этой феечке, и сильно, и дело даже не в том, что она его крапивой отделала. Димке, естественно, он не стал признаваться в подобном – вот еще, давать такой козырь! А как она выглядела в этом сарафанчике, вся такая легкая, воздушная, сияющая, только вот косу бы распустить, и совсем отлично было бы. Ничего, в следующий раз он обязательно исполнит навязчивое желание дотронуться до золотистого шелка ее волос, ощутить его мягкость. Максу очень нравились длинные волосы у девушек, такой вот пунктик. И еще Танечка пахла умопомрачительно, куда вкуснее, чем прежние девственницы, с которыми он имел дело…
– Чему так мечтательно улыбаешься? – Голос отца ворвался в воспоминания, и демон отвлекся от приятных картинок.
– Привет. – Макс привстал и пожал руку. – Да так, день хороший был.
– Это радует. – Старший Казанцев сел, окинул сына внимательным взглядом.
Сегодня он, к тайной радости Максима, пришел один. Им принесли заказ, и Казанцев-младший не стал ходить вокруг да около, сразу озвучив волновавшую тему.
– Пап, я расстался с Ритой, и это обсуждению не подлежит. – Он пристально посмотрел на собеседника. – Бизнес ее папаши ты можешь прибрать к рукам и другим способом, не вводя в семью.
Валентин Казанцев перестал жевать и вернул сыну такой же пристальный взгляд.
– Это самый верный способ, – наконец ответил он.
– Ты хочешь себе такую невестку? – насмешливо поинтересовался Макс. – Чтобы нашу фамилию полоскали на всех углах? Где, с кем и когда видели супругу Казанцева-младшего? Не верю. – Он хмыкнул. – И все только ради того, чтобы фирма ее отца вошла в холдинг. Вон Сашка тоже холостой, обрадуй племянника, – предложил Макс иронично. – Но я не готов на такие жертвы, даже во имя семейного дела, извини.
– Клятва Подчинения? – задумчиво предложил Валентин. – Тогда никаких левых шашней.
Макс, как раз глотнувший вина, аж закашлялся от такого предложения.
– Па-а-а-ап, я предпочитаю более традиционные виды секса, – наконец ответил он. – Ритка мне весь мозг вы… несет, если я лишу ее возможности шляться по светским тусовкам. А он мне еще нужен, знаешь ли. Я иногда им думаю, – со смешком закончил Макс.
– Всегда можно развестись, как дело будет сделано. – Старший Казанцев пожал плечами.
– Папа, нет, – твердо повторил его сын. – И закрыли тему.
Некоторое время они ели молча, потом Валентин снова заговорил:
– Макс, тебе все равно пора уже о семье задумываться. Не неволю, но и затягивать не вижу смысла.
Младший демон отложил вилку, побарабанил пальцами по столу, помолчал.
– Думаешь, простым перебором я найду свою пару? – скептически поинтересовался он. – Не сомневаюсь, у тебя уже и досье на всех подходящих претенденток собрано, только, пап, а если это не демоница? – понизив голос, спросил Макс. – А до совершеннолетия никто из отцов своих дочек в свет не выведет, сам знаешь.
Валентин лениво улыбнулся, в темных, как у сына, глазах мелькнула хитринка.
– Ну я же смог, Макс, – подмигнул он. – И все остались в конце концов довольны. Нет, если не хочешь пару, ради бога, просто выбери хорошую девушку…
– Так, я понял твой посыл, – оборвал его Макс. – Скажем, присмотрюсь, но обещать не буду, ладно? Не нагулялся еще. – Молодой демон весело ухмыльнулся.
– Договорились, – невозмутимо кивнул Валентин. – Макс, говорят, ты за феей какой-то ухлестываешь? – резко сменил тему Казанцев-старший.
Небрежный тон не обманул его сына.
– Уже доложили? – хмыкнул Макс. – Ну, ухлестываю, это плохо? – Он пожал плечами. – Она забавная и интересная, а мне нравятся сложные загадки.
– Да нет, неплохо. – Его собеседник вздохнул. – Развлекайся, конечно. Просто странно, что ты переключился на молоденьких, да еще студенток.
Макс откинулся на спинку стула, взяв бокал с вином, и улыбнулся такой же ленивой улыбкой, как недавно его отец.
– Пап, она девственница, – обронил парень.
Брови Валентина поползли вверх.
– О как. – Он помолчал. – Да, редкость в наше время. Что ж, понимаю. Ладно, приятно было увидеться. Удачно сдать сессию, Макс.
– Спасибо. – Младший Казанцев кивнул и допил вино. – Пока, пап.
После обеда он отправился в офис своей фирмы, проверить, как идут дела, а потом стоило заняться учебой – на следующей неделе сдавать магистерскую.

Утром я сделала страшную вещь: решила не пойти на первую пару. Терзали смутные подозрения, что с Макса станется караулить меня уже не после, а до занятий. По здравом размышлении и обсуждению по телефону с Варей я утвердилась в правильности такого поступка. Тем более лекция по философии не настолько важная, и препод там не так щепетилен в вопросе посещаемости. Реферат сделаю в выходные. А вот с демонами лишний раз встречаться не хочу категорически! Ни с одним, ни со вторым. Поэтому лучше высплюсь.
Зря надеялась, сон мой был тревожным и неспокойным, и когда Катька ушла, я поняла: больше не усну. Настроение так себе, серединка на половинку, в голове крутились обрывки мыслей, и конечно, о возмутителях моего спокойствия. Может, ухажера завести, ну, для вида? Вдруг отстанут… Хотя нет, это может вылиться в очередной виток проблем, и придется бегать уже от троих воздыхателей. Да и неизвестно, что предпримут демоны, если увидят соперника. Не хочу, чтобы из-за меня у других неприятности возникали. Хмыкнула, наливая чай. И как, интересно, получилось, что меня теперь, черт возьми, весь факультет будет считать очередным увлечением Макса?! Бли-и-и-ин, вот влипла, а? Уселась на кровать, тоскливо вздохнув. Знать бы, что задумали демоны, тогда можно подготовиться к встрече, а так остается только импровизировать, благо форумов начиталась на тему. Ясное дело, вечно бегать от них не получится. Вот чем этому Максу Рита не нравится? Как раз такая, каких обычно демоны выбирают в любовницы: гламурная, роскошная и такая же, как он. У Казанцева много общего с ней. Нет же, привязался к моей девственности, пошляк и совратитель! Возмущенно фыркнула, чуть не пролив чай, и тут зазвонил телефон.
Признаться, чашка едва не выпала из рук от неожиданности, но это оказалась всего лишь Варька. Блин, точно никаких нервов не хватит с такой жизнью!
– Танька!!! – страшным шепотом выпалила дриада. – Танька, он  здесь был! Правильно ты на пару не пришла, Казанцев караулил тебя около корпуса!
– Ик, – все, что могла я сказать на ее сообщение.
– Так, не дрейфь, – тут же строго отозвалась Варвара. – Сейчас его нет, видимо, уехал по делам, так что ноги в руки и вперед, рысью сюда.
– А если он и после пар заявится?! – с паникой в голосе спросила, отставив чашку и вскочив с кровати. – Или дружок его, Жарков?!
Варька захихикала.
– Тогда ты вообще станешь легендой, Танюх, о тебе и так девчонки судачат. – Слова старосты расстроили еще больше, чем заявление о Казанцеве. – Чтобы два демона сразу увивались за скромной феей? Сенсация! Тем более не так давно их с русалками видели!
– Не пойду я сегодня никуда, – буркнула, насупившись.
– Пойдешь, – припечатала посерьезневшим голосом Варя. – У тебя сессия на носу, возьми себя в руки! А если после пар будет кто-то из них караулить, я знаю еще один выход из корпуса, он с другой стороны, и тебя никто не увидит. Так что давай, дуй сюда!
Пришлось одеваться и идти, настраивая себя на пофигистическое отношение к взглядам и перешептыванию за спиной. Поговорят и перестанут, в конце концов, не такая уж сенсация. И вообще, у меня учеба!
Две пары прошли почти мимо моего сознания. Семинар по английской грамматике – без происшествий, а вот на практике по природоведению я в рассеянности, вместо того чтобы помочь фиалке расцвести, уговорила стоявший на подоконнике кактус обзавестись бутонами… После пары, в коридоре, осторожно выглянув в окно, с тоской убедилась в правдивости своих подозрений: Макс с не слишком довольной физиономией стоял около своего вишневого монстра, скрестив руки на груди, и не сводил взгляда с выхода из корпуса. Вот настырный, а!
– Идем. – Варя все поняла по моему вытянувшемуся лицу, взяла за руку и повела в другой конец коридора. – Не кисни, Танюх. Давай, может, мальчика тебе какого-нибудь найдем, а? – Она обернулась. – Демоны же на девственность твою ведутся, а не будет ее, не будет и проблемы?
Я вздохнула, подбирая слова.
– Варь, я не могу так, – ответила с грустной улыбкой. – Ну не знаю, мне человек нравиться должен, хоть чуть-чуть, понимаешь? А я какая-то невлюбчивая фея, – добавила с еще одним вздохом. – Может, папины гены сказываются, не знаю, – пожала плечами.
– А папа кто? – тут же спросила Варька.
– Леший. – Мы с папой заранее обговорили, подобное сочетание самое подходящее для моих мнимых родителей.
Не удивлюсь, если где-то в Сосновом Бору действительно живет чета Теренских, фея и леший. Папа когда что-то делал, то старался продумывать все до мелочей.
– Понятно. – Дриада сочувственно улыбнулась. – Ну ладно, но с парнями тебе надо все-таки побольше общаться, вдруг и встретишь свою любовь. – Варя подмигнула.
Лешие слыли мужчинами обстоятельными, серьезными, немногословными, и самое главное – верными. Может, они и не умели красиво ухаживать и очаровывать, как те же сатиры, или демоны, или инкубы, зато мужья из них выходили замечательные. За такими как за каменной стеной.
Между тем я спустилась за Варварой по одной из лестниц до первого этажа, и с удивлением обнаружила, что там тоже выход, просто на другую сторону, не на набережную. Здорово!
– В общем, мы тут с народом собрались в субботу в Петергоф, поедешь? – Варька резко сменила тему, к моей тайной радости. – А то потом сессия, не до развлечений будет. – Дриада чуть поморщилась.
– Можно, – согласилась я.
Все лучше, чем вздрагивать и ходить по улице с оглядкой. Вряд ли демоны следят за мной круглыми сутками, это уж слишком, по-моему. Мы неторопливо шли по улице, обсуждая учебу, попутно Варя болтала о своей жизни, богатой на всякие смешные истории, и я совсем успокоилась, радуясь, что удалось обвести вокруг пальца Макса. Интересно, сколько Казанцев будет торчать перед корпусом, пока поймет, что меня там давно уже нет? Не удержалась, хихикнула, представив себе его недовольную физиономию.
– Ладно, Тань, до завтра. – Мы остановились на углу Среднего проспекта и Восьмой линии. Дриада улыбнулась. – Не кисни, все путем будет. В конце концов, насильно никто ничего с тобой не сделает. – Варька подмигнула. – Демоны слишком самолюбивы, чтобы опуститься до такого, но упорные.
Обрадовала, ага, я прямо счастлива. Но улыбнулась в ответ, кивнула и свернула к общаге. Чтобы через пару шагов споткнуться и замереть на месте: у тротуара стоял проклятущий вишневый джип… Так, ладно. Жалко, нет поблизости никаких вредных растений, даже деревья не растут – пригодилась бы сухая ветка по голове, если Казанцев позволит себе лишнее.
Расправила плечи, вздернула подбородок и направилась к общаге, намеренно не замечая хмурого демона. Компашка оборотней, стоявшая рядом и курившая, бросала на меня любопытные взгляды, кто-то понимающе усмехнулся, и щекам моментально стало жарко. Вот черт. Если хоть один из них был свидетелем моего фееричного появления здесь в компании Жаркова, представляю, что обо мне подумают. Вчера с одним, сегодня с другим. А и по фигу, я все равно с ними не знакома.
– Таня! – негромко окликнул Макс.
Пришлось остановиться. Игнорировать было бы глупо, злить Казанцева слишком сильно я особого желания не испытывала. Мало ли, что выкинет. Развернулась, не торопясь подходить и стараясь не опускать взгляд ниже лица. Интересно, он специально такие обтягивающие футболки носит?
– Что? – сухо отозвалась и добавила: – Я в кафе все сказала.
Макс бесконечно долгую минуту рассматривал меня, отчего по телу суматошно бегали мурашки, потом открыл дверь и достал с заднего сиденья злополучный букет.
– Ты забыла вчера. – Он протянул и пришлось подойти ближе.
Едва моя рука потянулась за цветами, ушлый Казанцев тут же ухватил ее и дернул к себе, ловко отведя букет в сторону, чтобы не помялся. Мои ладони уперлись в грудь Максу, сердце ухнуло в пятки, а его наглая конечность крепко обвилась вокруг талии.
– Не бегай от меня, Тань, не надо, – мягко прожурчал его голос около самого уха. Дурманящий аромат пряностей и какао шибанул в нос, и возмущение самоуправством демона завяло на корню. – Ты же умная девочка, должна понимать: я не отступлюсь, и встречаться мы будем.
– Мои желания при этом не учитываются?.. – пробормотала я, стараясь дышать через раз и не шевелиться, почти уткнувшись лбом в плечо Макса.
Если рискну повернуть голову, наши лица окажутся слишком близко… А Казанцев действует очень решительно. Еще не хватало посреди белого дня стоять тут и целоваться с демоном! И вообще, я по-настоящему еще ни разу не целовалась, ни с кем, и брать в учителя Макса в таком деликатном деле тем более не желаю! И не важно, что при этой мысли губы заныли, красноречиво намекая: организм с разумом категорически не согласен. Мой «кошмарный сон» провел носом вдоль шеи, до самого уха… По коже словно оголенным проводом… Электрические змейки разбежались от макушки до самых пяток, откуда сердце так и не пожелало вылезти.
– Та-а-а-ань, я чувствую, как ты реагируешь на меня, – нежным шепотом изрек Казанцев, и его ладонь легонько погладила поясницу. – Тебя ко мне тянет, феечка, и не отпирайся. – Губы Макса пощекотали мою щеку. – Поэтому не верю, что ты не хочешь встречаться со мной.
Не хочу, нет!! И все равно, чему ты там веришь! Я могу контролировать свои инстинкты и желания! Собрала в кулак остатки силы воли и уперлась ладонями ему в грудь. Кровь шумела в ушах, страх перемешался с волнением, меня аж слегка потряхивало.
– Пусти, – выдохнула решительно, упорно глядя в сторону и спиной чувствуя взгляды оборотней.
Нашли бесплатный цирк, тоже мне! К эмоциям добавились раздражение и неловкость от пикантной ситуации, в которой я оказалась. Это помогло немного взять себя в руки.
– Завтра я занят весь день, а вот в четверг после обеда можно поехать, погулять куда-нибудь, мм? – и не думая выполнять мое требование, заявил Макс.
Вот репей, еще и глухой ко всему. Может, все-таки рассказать папе, пожаловаться, вдруг сможет помочь? Да, заберет обратно, и плакала моя вольная студенческая жизнь. И потом, если Татьяна Теренская вдруг исчезнет, эти двое носом землю будут рыть, но найдут, я уверена. Не самый лучший вариант развития событий, ибо тогда… Тогда моя жизнь станет в разы проблематичнее, чем сейчас, и у папы могут возникнуть сложности. В общем, лучше все-таки молчать про демонов и самой пытаться справиться. И молиться, что за лето, на которое мы уедем с папой, оба успеют забыть обо мне, найти себе другое развлечение. И да, по поводу приглашения Казанцева – надо что-то ответить, и подозреваю, мой отказ он не услышит.
– Я подумаю, – нехотя буркнула и сильнее уперлась ладонями. – Макс, пусти, мне идти надо! – чуть повысив голос, повторила просьбу.
– Тогда до четверга, – весело закончил он и наконец убрал руку, к моему огромному облегчению.
Молча выхватив несчастный букет, я развернулась и поспешила к двери. Мой взгляд зацепил вырулившую из-за угла Светку, и настроение упало еще на пару пунктов. Ее прищуренный, недобрый взгляд мне очень не понравился. Черт, теперь еще по общаге ходить с оглядкой! Ну за что такое? Чтоб Максу икалось неделю без передыху!

Жарков с утра поехал в универ, у него была назначена встреча с руководителем, да и расписание госов требовалось уточнить. Как ни хотелось узнать, где сейчас Макс, учеба важнее. Да и нетрудно догадаться, наверняка отправился Таню караулить. Хмыкнув, Дмитрий припарковался перед корпусом и вышел из машины. Ничего, пусть как следует надоест феечке, а он, Жарков, умеет ждать. С Ритой, конечно, получилась чисто мальчишеская выходка, но очень уж резво начал приятель, захотелось испортить ему посиделки с Танечкой. Понятно, демоница особо не помешает – Макса она побаивалась и знала, если он один раз отшил, то дважды повторять не будет. Главное, чтобы сама Ритка ничего не учудила. Дима едва заметно нахмурился. А вот это вполне вероятно, как-то не подумал он, что Таня может пострадать. Марго – мстительная стерва.
Зазвонивший телефон отвлек Жаркова от размышлений. Глянув на номер, он ответил.
– Да, пап.
– Дмитрий, я сегодня до выходных по делам в Москву улетаю, – послышался ровный, почти без эмоций, голос отца. – Заменишь меня на работе.
– Хорошо. – Димка ничем не показал раздражения.
Впервые за долгое время работа помешала личным планам. Он хотел вечером заехать к Тане, но теперь неизвестно, когда из офиса вернется…
– Приеду, разговор есть, серьезный, – добавил отец и отключился, как всегда не прощаясь.
Жарков прикрыл глаза, длинно выдохнул и поспешил к кабинету. Ладно, в конце концов, у Макса есть время до конца сессии, они же договаривались. Да и видя, как Таня к учебе относится, вряд ли у Казанцева будет много возможностей с ней встречаться. Кстати, у него самого выпускные экзамены, так что слишком беспокоиться о возможном успехе приятеля не стоит. Дима еще раз прокрутил в голове сведения, которые ему передал Сева. Родители Тани – фея и леший, живут в Сосновом Бору, много путешествуют, дочку любят, берут с собой при каждой возможности. Значит, велика вероятность, что сразу после экзаменов Танюша уедет с ними. Жарков почувствовал смутное недовольство, что два месяца не увидит девушку, но вместе с тем и удовлетворение – Макс тоже. Зато осенью… Вариант, что Таня может вернуться уже не девственницей, Димке в голову пока не приходил, он отчего-то был уверен: феечка не подпустит к себе мужчин и на каникулах.
Его мысли снова прервал телефонный звонок. На сей раз оказалась Оля, близняшка-русалка. Подавив раздраженный вздох, Дмитрий ответил.
– Да, Оленька. – Пока в его планы рвать отношения с девчонками не входило, хотя и видеться с ними слишком часто уже не тянуло. Мысли занимала совсем другая особа… – Нет, милая, с выходными не получится, – с почти искренним сожалением ответил он. – Да, дела, ты же понимаешь. Конечно, позвоню, все, Оль, не могу говорить, целую. До встречи.
К вящему удовольствию Жаркова Макс явился к зачету, который тоже стоял второй парой, хмурый и недовольный жизнью. Как выяснилось, феечка именно в этот день или решила сачкануть, или у них расписание изменилось – на первую пару она не явилась. Димка постарался не показать, как его обрадовал такой облом приятеля. Жаль, после обеда в офис ехать, Казанцев наверняка будет снова ловить Таню после занятий. Он же упорный.
– Кстати, номерок подкинуть? – небрежно обронил Дима, пока они шли к аудитории.
Макс с неприязнью покосился на собеседника.
– Уже пробил по своим каналам? – мрачно отозвался он. – И с чего ты такой добрый, а?
– Мне нравится видеть, как Таня тебя обламывает. – Жарков весело ухмыльнулся. – Не боись, до выходных она твоя полностью, меня батя работой загрузил. – Дмитрий поморщился.
– А в выходные? – Макс прищурился.
– Посмотрим, – невозмутимо сказал Дима. – Так что, нужен номер-то? Или своими силами попробуешь узнать?
– Давай, – кивнул Казанцев. – На войне и в любви все средства хороши.
– В любви? – Брови Жаркова взлетели аж до уровня волос.
– Ну или в соблазнении, какая разница. – Его приятель пожал плечами и хмыкнул. – Чего ты так переполошился, Димон, фея не может быть парой демону, сам знаешь, – добавил он с иронией. – Любовь же только с истинной может получиться.
– Угу, знаю, только ты поосторожнее со словами, – проворчал Жарков и достал мобильник. – Записывай, герой-любовник. Ты к ней сегодня после пар, да?
– Ну надо же букет отдать, – усмехнулся Казанцев. – Вряд ли Танюша весь день будет прогуливать, перед сессией-то, да еще и на первом курсе.
– А ты уже так хорошо ее узнать успел, – ехидно поддел Димка, подавив глухое недовольство тем, как друг назвал фею.
– Хм, я слышу раздражение в твоем голосе? – не остался в долгу Макс.
– Брейк, – тихо рассмеявшись, Жарков поднял ладони. – Еще не хватало из-за бабы ссориться.
– Согласен, – кивнул Макс, заходя в аудиторию.
В конце концов, можно для Димки найти какую-нибудь другую приманку, чтобы отвлечь от Тани. Действительно, глупо подвергать испытанию многолетнюю дружбу. Обычная фея, пусть и девственница, не стоила этого.
…Жарков закончил уже ближе к десяти вечера и испытывал настойчивое желание развеяться, только не в каком-нибудь баре, за кружечкой пивка как обычно, – завтра к девяти в офис, и голова нужна свежая. Димке вдруг в кои-то веки захотелось просто прогуляться пешком, одному, отвлечься от работы, подумать о чем-то приятном и несерьезном. Например, о Тане. Димка сам не понял, каким таким образом ноги принесли его на Васильевский, к общаге, где жила фея. И, похоже, вовремя: из двери как раз выходила она, вместе с подружкой. Судя по всему, девчонки отправлялись на ночную прогулку. Жарков медленно улыбнулся, провожая глазами стройную фигурку в джинсах и рубашке. Какая удача, осталось только подгадать момент и присоединиться, а там можно вообще отправить подружку обратно в общагу и остаться с Таней вдвоем. Если Макс узнает, что Дмитрию удалось обскакать его и первым поцеловать фею, ох будет щелчок по носу приятелю! Да, они дружили и редко ссорились по пустякам, однако соперничали при каждом удобном случае. Больше в шутку, конечно. Вряд ли Макс сильно разозлится, скорее это подтолкнет его к более решительным действиям.
Молодой демон медленно двинулся вслед за девушками, стараясь держаться в тени, готовый, если что, нырнуть в ближайшую подворотню. Пока не хотелось, чтобы Таня его увидела. Мало ли, еще сбежать надумает.

Глава 5

Я сидела и гипнотизировала взглядом несчастный букет, в голове было пусто. Ну вот совсем. Предстоящая в четверг прогулка не вдохновляла, рождая внутри странную дрожь предвкушения пополам с бодрящим страхом не удержаться и поддаться сокрушительному обаянию Макса. Собственные желания добавляли паники и растерянности. По-хорошему, надо бы к сессии готовиться, но я не способна сейчас на ботанство. Вот же ж!.. Хорошо Жарков пока на горизонте не появлялся.
До прихода Катьки я слонялась по комнате, не зная, чем себя занять. Взгляд то и дело натыкался на розы, ноздри щекотал их аромат, и чудилось, в него затесались нотки какао и пряностей… Чертов демон!! И как в таком раздрае сессию сдавать?! Попробовала почитать, но не получилось: подсознание играло странные шутки и на месте главных героев любимого романа я то и дело видела себя, Макса, Димку… Ой-й-й-й, неужели я такая испорченная, неужели меня к каждому  демону так тянуть будет? И у папы не спросишь, узнает, что со мной происходит, точно домой заберет, без разговоров. Так, срочно отвлечься, срочно! Может, Варька права, больше с парнями общаться надо, вдруг… вдруг кто-то и понравится. И пусть мне целых два года нельзя ничего серьезнее поцелуев – не каждый же озабоченный самец потащит в постель с первого свидания.
– Салют! – В комнату ввалилась жизнерадостная Катюха. – А я зачет сдала, последний, уф! – Она плюхнулась на кровать, и тут ее взгляд уперся в букет. – О-о-о, Танюх, это от кого?
– От Макса, – мрачно отозвалась я. – Подкараулил, зараза, у общаги.
– Серьезная заявка на победу! – весело ухмыльнулась соседка и ехидно поинтересовалась: – И как? Твои намерения отшить по-прежнему сильны?
– Да! – нервно ответила и добавила с тоскливым вздохом. – Он в приказном порядке уведомил, что в четверг после занятий я с ним гулять еду.
– Обожаю решительных мужчин! – со смехом отозвалась Катя. – Не, серьезно, Тань, шикарный же мужик, чего ты?
– Бабник, – непримиримо буркнула я единственное годное для соседки объяснение. – Я девушка гордая, между прочим, и стать очередной галочкой в послужном списке не хочу!
– Мм, а если реально влюбится? – полюбопытствовала Катюха.
– Это вряд ли, – фыркнула я. – Такие, как он, не влюбляются, Кать.
Только в своих истинных. Если все остальные виды нечисти способны влюбиться и просто так, то демоны могут испытывать настоящие сильные чувства лишь к истинным половинкам. Такая вот особенность. Этому притяжению невозможно сопротивляться, и если встретишь ее, то на других перестаешь обращать внимание, тебе никто уже не нужен. Причем это обоюдно. Так что вряд ли у Макса что-то серьезнее постельного интереса к девственнице-фее. Кхм, почти фее, маленькая поправочка, но Казанцев не в курсе, к моему громадному облегчению.
– Ну а вдруг? – настойчиво повторила Катька. – Тань, бывает же всякое, а?
С этим – вряд ли. Но я не стала разубеждать соседку, не поймет ведь моей уверенности в том, что никакими чувствами тут и не пахнет.
– Может, и бывает, но не в этом случае. Давай закроем вопрос. – Я решительно сменила тему. – Не хочешь отметить твой зачет? – предложила соседке.
– Как? – загорелась Катька.
– Просто погулять вечерком-ночью. – Я мечтательно улыбнулась – По дворам пошляться, пофотать… Можно даже не на Петроградке или Ваське, в центре же тоже наверняка что-то есть такое, да?
– Есть. – Катька с воодушевлением закивала. – Давно хочу в район «Маяковской» выбраться, там вдоль Лиговки и в глубине, до Витебского вокзала, тоже есть такие вкусняшки, мм. – Она закатила глаза. – Кстати, я на эти выхи не еду к предкам, готовиться надо. Есть мысля забуриться куда-нибудь с лекциями и учебниками, поботанить, шпоры пописать. Ты как? – Катька вопросительно глянула на меня.
– Ну, мы с девчонками в Петергоф в субботу едем, – задумчиво протянула я и вдруг предложила: – А может, поедешь с нами?
Варя и остальные из группы, да и с курса в целом, нормально относились к обычным людям и общались с ними спокойно, без напряга. Вряд ли будут против моей соседки.
– Слушай, а может, тогда наших взять? – оживилась Катя. – Весело будет, народу много!
Хм… Надо обсудить с Варькой, на психфаке с мальчиками получше, чем у нас, а дриада точно обрадуется новым знакомствам с противоположным полом.
– Я спрошу и скажу, ок? Так что насчет прогулки – пойдем? – напомнила я о своем предложении.
– Ага, давай часиков в десять, – согласно кивнула Катя.
Как же все-таки хорошо, что общага гостиничного типа и кухня тут не общая на весь этаж! После того цирка, который устроили мне приятели-демоны, лишний раз светиться среди студентов не хотелось. А еще со Светой сталкиваться тоже никакого желания. Случись что, я же не побегу жаловаться Жаркову. С какой стати? Гордость – наше все, как уже говорила. В одиночку справиться со злой вампиршей у меня пока сил не хватит, хотя физподготовке я уделяла столько же времени, сколько дома: в общаге имелся неплохой спортзал, где и занималась каждый день по полтора часа. Азы рукопашного боя папин начальник охраны тоже преподал, и в случае чего защитить себя я могла. От обычных людей. С нечистью сложнее… Оборотни в активной фазе мне пока не по зубам, тут спасет умение быстро бегать; взрослые вампиры чисто физически пока сильнее меня, демоны – вообще отдельный разговор, ну а остальные, низшие, точно не страшны. Ладно, надеюсь, у Светки хватит мозгов понять, что вертеть таким типом, как Жарков, не сможет ни одна девушка, кроме его истинной пары. И что мои желания тут совсем не учитываются. А если Димка прознает, что Света что-то мне сделала или попыталась сделать, ей точно мало не покажется. Ну а со словесными выпадами как-нибудь справлюсь, невелика беда.
В общем, в обычных хлопотах время до вечера промчалось быстро, мы с Катькой поужинали, оделись – естественно, я выбрала любимые джинсы и рубашку, захватив свитер. Соседка взяла фотик, и мы отправились на прогулку. Питер во время белых ночей – совершенно потрясающее место, в корне отличающееся от обычного суетливого и шумного города. Улицы, днем запруженные туристами и сосредоточенными неулыбчивыми жителями, вечером и ночью наполняются людьми с мечтательными улыбками и отсутствующими взглядами, поток машин постепенно иссякает, даже на центральных магистралях. Исчезают бомжи, нищие, псевдокалеки, становится незаметной пыль и грязь на фасадах, а подсветка делает таинственными и необычными дома с темными арками проходных дворов – если их еще не закрыли от посторонних, конечно. И неповторимый запах сирени, листвы, реки, весенней пока еще, в конце мая, свежести, круживший голову и отключавший разумную часть сознания. На таких прогулках начинаешь верить в чудеса и скрытые в глубине узких улочек и тех же проходных дворов порталы в другой мир… А еще тишина. Ночью в городе очень тихо, непривычно тихо, я бы даже сказала. Любой звук разносится далеко, будь то смех подвыпившей компании или разговор двоих. И чудная, немного сюрреалистичная картина разведенных мостов, мерцающие блики на водном полотне Невы, да много еще чего из той мозаики, из которой складывались питерские белые ночи.
Мы с Катькой брели по улочке недалеко от Литейного, время от времени ныряя в проходные и просто дворы в поисках подходящих объектов для фото, болтали о пустяках, и я чувствовала, как накрывают умиротворение и расслабленность после последних напряженных дней. Да, прогулка очень кстати, хоть отвлекусь от назойливых мыслей и воспоминаний о тех, о ком опасно много думать.
– Ты на лето уезжаешь куда-нибудь или в Питере? – спросила Катька. Мы вышли к Невскому, перешли его и свернули на Пушкинскую, небольшую улочку недалеко от метро «Маяковская».
– Уеду, скорее всего, – рассеянно ответила я, заглянув в очередную арку. – Родители заберут. Осенью вернусь только.
– Ясно, меня тоже отправляют на побывку в деревню. – Катя скривилась. – Надеюсь, хоть кто-нибудь из соседей тоже приедет, а то ж загнусь со скуки. Хорошо, интернет там есть, не все потеряно. Ой, пойдем сюда, я знаю, там есть чудные дворики! – Соседка неожиданно потянула на узкую улочку, на которой даже фонари не горели. – И они пока не закрыты!
Я послушно свернула за Катюхой, машинально оглянувшись. Показалось или нет, за угол метнулись какие-то тени?.. Посетило неуютное чувство, смутное ощущение опасности, но Катька шла дальше, и пугать подругу не хотелось. Ладно, если просто хулиганы какие, справлюсь – если их не слишком много. А вот вдруг кто из нечисти… Опять же смотря кто. Хотя нападения на своих жестко пресекались, и кого ловили, наказывали сурово. Вплоть до смерти в отдельных случаях. Даже за банальную пьяную драку можно нехило огрести. Между своими, в пределах вида, не возбранялось выяснять, кто круче, а вот с другими – ни-ни.
Мы свернули в ближайшую арку, Катька тихонько заахала, навела фотик, бормоча что-то о ракурсе, и потопала дальше, под вторую, которая изгибалась сбоку. Я же чуть притормозила, решив все-таки выяснить – чутье не давало покоя, а ему я доверяла. Хорошо, одежда темная. Если просто левые товарищи, ищущие развлечений, то на фоне стены, да еще в густой тени от выступавшей шахты лифта, вряд ли заметят. Ну а нечисть в большинстве своем обладала ночным зрением. Вот и проверю, кто там решил попугать нас с Катькой. Соседка, увлеченная поисками лучшего кадра, уже скрылась в соседнем дворе. Хорошо бы он проходной, если что, оказался… Несколько томительно долгих минут ничего не происходило, а потом мой напряженный и оттого обострившийся слух уловил голоса.
– …Валер, они точно сюда свернули?
– Точно, точно, – уверенный хрипловатый голос, неприятно резанувший ухо. – Не ссать, все нормально будет. Просто припугнем, и все.
– А точно прикроют? – буркнул еще один, с сомнением. – Лерик, раньше обычные люди были.
– Ну а сейчас фея, чего такого? – рыкнул раздраженно невидимый Валера, и мне резко поплохело: неужели по мою душу?!
Значит, из наших, и прятаться в тени бесполезно: все равно увидят. И судя по всему, это оборотни. Ой-ей! А луна растущая, значит, ребята в легком неадеквате, и на первом месте у них инстинкты. Блин, кто их выпустил ночью по Питеру разгуливать?! Хотя судя по разговору, они целенаправленно искали некую фею. Меня, что ли?! И чего ради, демоны шалят, разыграть из себя рыцаря-спасителя? Во мне заворочалось глухое раздражение. Ну не дай бог на самом деле нечто подобное произойдет! Это уже крайности, честно! Если это Макс развлекается, не видать ему завтра со мной прогулки. Если Жарков – мм, с ним надо осторожнее. Он вроде пока в тени держится, но удивительным образом ухитряется появляться поблизости в самые неподходящие для меня моменты.
Под арку вступили три смутно видимые фигуры, и мелькнула облегченная мысль: ну трое, хорошо, не пятеро или больше. Если стая – нам с Катькой точно капец. С тремя кое-как, но, возможно, справлюсь. Правда, точно лечиться придется и придумывать для Варьки и остальных правдоподобную историю, почему хожу разукрашенная. Но другого выхода нет, покорно позволить им сделать со мной то, что задумали – кстати, уточнить бы, что именно, – точно не собираюсь.
– Тань, ну ты где? – Катька вернулась очень не вовремя, и, увидев новые лица, замерла. – А это кто? – с подозрением спросила она.
– О, девочки, – обронил кто-то из оборотней, его глаза блеснули в темноте.
– Ну, положим, девочка тут одна, – с хрипловатым смешком отозвался тот самый Валера, который, видимо, главный. – И я не против исправить это досадное упущение.
Хотя было темно, я совершенно точно знала: оборотень смотрит прямо на меня. Сердце екнуло от откровенного намека, но паника сейчас лишняя.
– Я бы не советовала, – обронила вполголоса, зорко следя за троицей.
Очень хотелось узнать у Катьки, двор проходной или нет, но при оборотнях этого делать не стоило. Черт, тупиковая ситуация – свои силы перед соседкой светить тоже не хотелось. Она же замучает вопросами…
– Я бы тоже, – раздался еще один голос, обманчиво спокойный, но, будь я на месте оборотней, убралась бы отсюда подобру-поздорову.
Ибо злой демон уделает трех оборотней одной левой, а если его еще переклинит настолько, что вторая ипостась полезет… Хана телепузикам. А Жарков был злой, я поняла это, едва только услышала его. Задаваться вопросом, как это он так вовремя оказался здесь, буду позже, а заодно и разбираться, не подстроено ли все. В последнем случае или Жарков такой отличный актер, или я ошибаюсь и происходящее – случайно. Катька, воспользовавшись замешательством парней, быстренько подошла ко мне и вцепилась в руку.
– Кто это? – тихо спросила она, кивнув в сторону арки.
– Мм… не знаю, если ты про этих троих, – чуть не ляпнула «оборотней», но вовремя язык прикусила.
– А четвертого, значит, знаешь? – удивилась соседка.
– Приятель Макса, – совсем тихо пояснила я, выразительно глянув на Катьку, и быстренько перевела разговор: – Второй двор закрытый или там пройти можно?
Катюха хлопнула ресницами, покосилась на Жаркова и все-таки ответила на мой вопрос, смирив на время любопытство.
– Закрытый. – Катя разбила мои надежды по-тихому смыться от Димки.
Тем временем Жарков продолжил, а оборотни не посмели возражать.
– Считаю до трех, и, если хоть один из вас еще тут будет, – негромкий, ровный голос вызывал холодную дрожь даже у меня, хотя говорил демон не со мной, – домой вас по частям принесут. И ничего мне за это не будет. – Почему-то показалось, Димка при этих словах улыбнулся.
Группа потенциальных нападавших спорить не стала и быстренько исчезла с горизонта. Катька тихо ойкнула и вцепилась в мою руку.
– Тань… Это маньяк?.. – растерянно спросила она едва слышным шепотом. – Такие вещи говорит…
– Нет, не маньяк, – хмуро ответила я, пока Жарков неторопливо шел к нам. – Он… у него такая манера разговаривать.
Угу, он хуже маньяка в некоторых смыслах. От маньяка, если что, убежать можно. От демона – вряд ли.
– Привет, – совершенно другим тоном, приветливым и доброжелательным, поздоровался Жарков, остановившись рядом с нами. – Не боитесь гулять так поздно одни?
Поскольку Катька все еще пребывала в запоздалом ступоре, ответила я:
– Нет, не боимся.
Хорошо, темно было, и я толком не видела ни лица Димки, ни его глаз. Зато отлично чувствовала запах – причудливое переплетение древесных и цитрусовых ноток, бодряще-свежий и одновременно ненавязчивый, я невольно отвлеклась, осторожно втягивая носом приятный аромат.
– Давайте выйдем на улицу, – предложил Жарков, и мы молча последовали за демоном. Там, рядом с аркой, он снова повернулся к нам и представился моей соседке: – Дмитрий, можно просто Дима.
– Катя, – кратко ответила она. – Спасибо, – добавила вежливая подруга.
Мне сказать ничего не дали – Жарков ухватил под локоток и настойчиво потянул в сторону.
– Тань, на пару слов. – Его улыбка не обманула, взгляд Димки был ну очень выразительным.
Пришлось отойти и выслушать, что имел сказать этот настойчивый нарушитель моего спокойствия.
– Ну? – только и успела произнести я.
Мой недовольный тон не произвел на Жаркова никакого впечатления.
– Значит, так. Или я сейчас сажаю вас в машину и вы возвращаетесь в общагу, или, если хочешь продолжить прогулку, только в моем сопровождении, – непреклонно сообщил Димка, сверля меня своими гляделками.
Офигеть! Я в первый момент даже растерялась от такого заявления.
– С какой радости? – выпалила я, вовсе не горя желанием соглашаться ни на первое, ни на второе.
Не нужны мне лишние волнения и уж тем более незапланированная прогулка в обществе демона!
– Танечка, – проникновенным голосом, от которого бросило в дрожь, проговорил Жарков. – Пока я не узнаю, кто нанял этих оборотней и какие они получили указания насчет тебя, считай, я твой личный телохранитель.
Я хлопнула ресницами, еще больше растерявшись от такого напора.
– С чего такая забота? – наконец ответила, справившись с временной немотой.
Жарков тихо рассмеялся и подтянул ближе к себе. Я попыталась упереться, но не получилось – демон сильнее, а синяками щеголять не хотелось. Сердце предательски екнуло от близости Жаркова, тело облило горячей волной.
– Та-а-а-а-ань, не прикидывайся, – жарко выдохнул Димка мне на ухо, его рука шустро обвилась вокруг талии. – Ты же все понимаешь, да? Я не уступлю тебя Максу, обойдется. – От мягкого, чувственного шепота у меня все волоски на теле поднялись, и дыхание на несколько секунд пресеклось.
Ладони сами уперлись в грудь демону, хотя очень хотелось, наоборот, прильнуть, уткнуться носом в плечо и вдыхать, вдыхать… Да что за фиг, с феромонами, что ли, у них туалетная вода?! С чего меня так уносит от одного запаха?
– А… а я вообще ни с кем из вас не хочу встречаться! – пискнула я, усиленно роясь в сознании в поисках силы воли.
Которая упорно делала вид, что ее здесь нет, и вообще, Жарков так сладко обнимал… Мысли начали путаться, и я забеспокоилась. Ночь, дворик, Димка так близко – черт, нет, не надо!
– Ты даже не хочешь попробовать, – со смешком сказал Жарков, и его губы прижались к моей щеке. – Чего ты боишься, Танюш? – мурлыкнул он, обняв крепче. – Поверь, я могу понять, когда мое внимание на самом деле неприятно, а ты… – Еще один поцелуй, в висок, и я напряглась сильнее. Зачем он все это говорит?! – Тяжело дышишь, твой голос дрожит, я чувствую, как ты волнуешься…
А вот это уже опасная тема. Очень опасная. Как отвязаться, если… если действительно его присутствие будит во мне всякие желания, которые Жарков чувствует?! Я уперлась сильнее, кусая губы, гремучая смесь страха и волнения туманила голову и отвлекала от попыток трезво мыслить.
– Дим, пусти, – сквозь стиснутые зубы, чтобы не стучали, а то меня уже потряхивать начало от близости Жаркова, произнесла я.
– Так что, в общагу или гуляем дальше вместе? – невозмутимо осведомился он, водя губами по скуле и виску.
Эти прикосновения, едва ощутимые, неторопливые, превратили тело в мягкий пластилин. Оно самым бесстыдным образом льнуло к обнаглевшему Жаркову, а мои пальцы уже рассеянно поглаживали пуговицы на рубашке… Поймав себя на последнем, я отпрянула, сердце испуганной ланью скакнуло к горлу, и пришлось спешно соглашаться на меньшее из зол:
– Г-гуляем вместе!..
Голос вышел тоненьким и сиплым, с головой выдавая мое состояние, и довольная улыбка Димки говорила о том, что он все понял. Меня отпустили, но ладонь оказалась крепко сжата его пальцами, и я сообразила: вырываться бесполезно. Вот свалился на мою голову, а!
– Я, кстати, так и не услышала, как ты так вовремя оказался здесь, – буркнула, чтобы хоть как-то отвлечься, пока мы подходили к Катьке.
Дыхание хоть и с трудом, но возвращалось в норму. Сердце, правда, пока билось с перебоями, и по телу гуляли жаркие волны, особенно когда легкий ветерок доносил аромат парфюма Жаркова.
– Мимо проходил, – услышала в общем-то ожидаемый ответ.
Не скажет, не признается, что следил. Ну как же, весь из себя такой мачо, за ним девчонки бегают, а тут – я! Упираюсь всеми лапами, не подпускаю близко… Подавила тоскливый вздох. Мало мне его приятеля, так теперь еще и от Жаркова отбиваться! От которого я млею так же, как и от Казанцева. Ничего не могу поделать, даже понимая, что мое сопротивление только раззадорит охотников. Не умею я играть в эти взрослые игры, не умею делать вид, будто мне безразлично внимание!
– Кать, Димка с нами, ты не против? – как можно непринужденнее обратилась я к Катьке, одновременно сделав большие глаза.
– Ну… ладно, – не слишком уверенно отозвалась соседка, вернув мне взгляд.
Чую, по возвращении ждет допрос с пристрастием. Надо срочно придумать историю, как так у меня образовалось сразу два ухажера, да еще таких взрослых, и красавчика к тому же! И как объяснить, почему шарахаюсь от обоих, хотя любая девчонка была бы счастлива, обрати на нее внимание такие мужчины. Но я не любая, увы.
– Тогда веди дальше! – жизнерадостно воскликнула я и, воспользовавшись тем, что Жарков расслабился, выдернула ладонь из его руки и шустро зацепила Катюху за локоть.
Подруга первое время косилась на молчаливого и невозмутимого демона, следовавшего за нами в паре шагов. Я не отлипала от соседки, не давая ему шанса приблизиться ко мне. В разговор Димка не вмешивался, но его взгляд на себе я чувствовала постоянно. Умная Катя, сообразив, что я не в восторге от третьего в нашей компании, избегала скользких тем: в основном мы обсуждали учебу, она рассказывала про своих приятелей, с которыми тогда на Марсово ходили, ну и обычный легкий женский треп. Углубляться в переплетение улочек все же не стали, чтобы успеть вернуться в общагу к разводу мостов – завтра учеба. Естественно, Жарков, даже не спрашивая, сел с нами – мы поймали машину, чтобы быстрее добраться до дома. Я поспешно юркнула на переднее сиденье, не желая, чтобы демон распускал руки, пока мы едем. И до меня донеслось едва слышное насмешливое хмыканье – Димка мой маневр разгадал.
Ну а когда приехали, ускользнуть в спасительную дверь просто так мне, конечно, не дали. Приятель Макса ловко ухватил за руку, придержав, и преспокойно заявил:
– Тань, подожди.
Соседка обратила ко мне вопросительный взгляд, я же, взвесив возможные последствия отказа, тяжко вздохнула и кивнула. Катька с сомнением оглядела меня, но тоже понятливо кивнула и взялась за ручку.
– До свидания, – и уже мне: – Я внизу подожду, Тань.
Одарив еще одним выразительным взглядом, Катя скрылась в общаге, мы с Жарковым остались одни. Вот кто скажет, где были мои мозги, могла хотя бы попытаться увильнуть от разговора наедине! М-да, видимо, мозги рядом с этим демоном резко отказываются работать.
– Иди сюда, Танечка, – мурлыкнул Жарков, и в следующий момент я самым возмутительным образом оказалась прижатой к стене общаги.
– Дима!.. – нервно выпалила я, привычно упершись ладонями в грудь демона.
При этом собственные он поставил по обе стороны от моей головы, лишив возможности улизнуть.
– А где же спасибо за спасение, мм? – интимным шепотом поинтересовался Жарков, наклонившись к самому моему лицу.
– Спасибо, – пискнула я, отвернувшись и чуть не зажмурившись.
Сердце грохотало в ушах, и сознание накрыло ощущение дежавю. У меня вырвался нервный смешок: мало того что я одинаково реагирую на этих двоих, так они еще и ухитряются поступки похожие совершать!!
– Спасибом не отделаешься. – Его дыхание обожгло шею чуть пониже уха, а через мгновение там же оказались губы.
Я только и успела что вдохнуть – на выдохе воздух застрял в горле колючим комком. Мягкий, нежный поцелуй вызвал огненную лавину вдоль позвоночника, от которой по всему телу брызнули горячие искры, и низ живота вдруг болезненно-сладко заныл. Ощущения испугали и взволновали несказанно, особенно, что по силе они практически сравнялись с теми, которые охватывали от прикосновений Макса. А-а-а-а-а, и не обсудить ни с кем, что за чертовщина. Папа панику разведет и без всяких разговоров заберет домой! Так, Тань, дышим глубоко и ровно, срочно берем себя в руки. Легко сказать!
– Дим, прекрати, – как можно тверже заявила я, молча порадовавшись, что голос не подвел и в нем не появилось предательских сиплых ноток. – Ты специально все подстроил с оборотнями?! – наконец озвучила я свои подозрения.
Кто знает, может, Жарков такой отличный актер и неподдельную злость может мастерски разыграть… Мою шею внезапно оставили в покое, и я тихонько перевела дух, лихорадочно попытавшись навести порядок в сумбурных эмоциях.
К тому, что его пальцы ухватят за подбородок и заставят повернуться, посмотреть ему в глаза, я оказалась не готова.
– Тань, я так грубо не действую, – с усмешкой ответил он, пока я уговаривала себя не нервничать еще больше от близости Жаркова. – А поцелуй будешь должна, оставляю за собой право потребовать его в любой момент. – Этот… наглец подмигнул, небрежно чмокнул в нос и отпустил. – Спокойной ночи, Танюша.
В общагу я влетела, задыхаясь от противоречивых эмоций, и, едва Катька открыла рот, чтобы что-то сказать, я выпалила:
– Ничего не спрашивай! Все сама знаю, но не хочу ничего с этим… – чуть не ляпнула «демоном», но вовремя спохватилась. – В общем, не надо мне такого сомнительного счастья!
– Значит, это и есть твой второй навязчивый поклонник? – понимающе кивнула она.
– Да. – Я глубоко вздохнула и потянула соседку к лестнице. – Блин, почему я не стерва, а? Почему не умею на раз отшивать парней!
– А если попробовать столкнуть их между собой? – выдала задумчиво Катька, пока мы поднимались. – Ну, словно невзначай сообщать то одному, то другому, что вот, мол, тот-то вчера то-то сделал, ах, как же мне это надоело! – Она картинно закатила глаза, потом вопросительно глянула на меня. – Пусть между собой повыясняют, Тань. Они же наверняка не договариваются, когда с тобой встречаются, – со смешком добавила соседка.
– Не знаю, это не будет выглядеть, будто я жалуюсь или кокетничаю? – вздохнула, пожала плечами. – Блин, прогулка еще завтра!
Утомленная бурным вечером и переживаниями, уснула быстро, хотя опять сны всякие снились, тревожа ожиданием чего-то такого, от чего сердце сначала замирало, а потом начинало биться быстро-быстро. Даже во сне не покидало сладкое, волнительное ощущение, которое охватывало рядом с демонами. Господи… Что мне делать?!
Утро началось с самого главного вопроса: что надеть? Специально для Макса не хотелось, я железной рукой задавила вредный робкий голосок, посмевший вякнуть: «А может…» Если нарочито небрежно – с него станется отвезти обратно в общагу, переодеваться. Значит, выбираем нейтральный вариант. Светлые льняные брюки, легкая шелковая туника и плетеные босоножки. Волосы от греха подальше заплету, вот еще, не хватало, чтобы Максу пришла нелепая идея потрогать их! Катька за чаем подкинула идейку, бредовую, конечно, но я с отчаяния согласилась – как позлить немного Макса и дать ему понять, что он не единственный претендент на мою скромную персону. И даже не второй, если считать его приятеля. Вычитала на форумах кучу вредных советов насчет надоедливых ухажеров, что парней бесит больше всего. Увидев вишневый джип у тротуара, я в общем-то не сильно удивилась. Этого следовало ожидать, раз Макс знает, где живу. Посему, нацепив на лицо улыбку, я подошла к машине, около которой стоял Казанцев. Не буду показывать волнение, нет!
Мой взгляд прогулялся по широким плечам, обтянутым светлой рубашкой с коротким рукавом – верхние пуговицы расстегнуты, выставляя на обозрение ключицы и ямку между ними. Проследил за прихотливым извивом татуировки, скользнул по пряжке ремня и поспешно поднялся наверх, к лицу демона. Как всегда, выглядел Макс стильно и элегантно, с неизменным хвостиком и несколькими выбившимися из него прядями, обрамлявшими довольную физию. Глаза цвета кофе весело блестели, на губах играла легкая улыбка. Думаешь, победил? Во мне взыграло упрямство, по телу прокатилась знакомая дрожь. Вдруг охватило сладкое предвкушение, сердце забилось чаще.
– Привет, – кивнула я, с некоторым трудом отведя взгляд от Макса, дождалась, пока он откроет передо мной дверь, и села.
Мельком глянула на ошарашенные лица куривших у входа студентов и порадовалась, что Светы там нет. Ну мало ли что.
– Уже не против моего внимания? – неожиданно спросил Казанцев, когда мы отъехали.
Я вздрогнула и покосилась на него.
– С чего ты взял? – поинтересовалась настороженно.
До меня донесся смешок.
– Ты так спокойно села в машину, не стала возмущаться, – пояснил он.
Интересно, хорошо бы я выглядела, наматывая круги вокруг его тачки, пытаясь избежать предложения подвезти!
– А что, у меня получилось бы отказаться? – как можно спокойнее ответила я, глядя прямо перед собой, чтобы не нервничать лишний раз при виде его.
– Нет, – так же спокойно произнес Макс и продолжил: – Есть пожелания, куда гулять поедем?
– Пока нет, но я что-нибудь придумаю, – постаралась сказать как можно естественнее – в голове мелькнула еще одна идея, тоже почерпнутая с форумов, только тут понадобится помощь Варьки.
Думаю, она с удовольствием согласится попортить настроение Казанцеву. А я надеюсь, все эти вредные советы бывалых стерв сработают…
– Надеюсь, у тебя не появилось глупой мысли попытаться удрать через другой вход? – непринужденно поинтересовался Макс.
– А смысл? – Я пожала плечами. – Ты знаешь, где я живу, и всяко доберешься до моей общаги быстрее. И вообще, – все-таки набравшись храбрости, повернулась к нему и посмотрела на четкий, красивый профиль демона, – я не привыкла бегать от трудностей, я привыкла их решать.
– О, а я для тебя трудность? – весело осведомился Макс, подняв бровь и бросив на меня довольный взгляд.
– До проблемы недотягиваешь, – сухо отозвалась я, желая уязвить Казанцева.
Бесполезно, его, похоже, ничем не проймешь. Хорошо, подождем прогулки… Мы уже подъехали к моему корпусу универа, и разговор закончился. Я поспешно вышла из джипа, не желая, чтобы мне еще тут галантно дверь при всех открывали. Хватает косых взглядов и гуляющих по факультету слухов. До двери шла быстрым шагом, глядя перед собой и с трудом удерживаясь, чтобы не побежать. Хоть бы Жарков не приперся, пусть лучше мне приписывают свидания по расписанию с двумя по очереди, чем… чем с обоими одновременно… Уф, от шальной мысли стало жарко, несмотря на приятный ветерок, и прохлада полутемного холла принесла облегчение.
Среди некоторых видов нечисти в порядке вещей иметь нескольких кавалеров одновременно и даже не всегда скрывать их друг от друга. В основном это феи и нимфы, существа влюбчивые, немного легкомысленные, моралью особо не отягощенные, и не страдающие застенчивостью. Ну, сатиры и водяные туда же, и русалки. Эти и семьи втроем заводили, со мной в одном классе как-то училась девочка, у которой два папы было. Помню еще, я так удивлялась, а когда своего родителя спросила, впервые в жизни наблюдала его смущенным. Однако меня такие отношения никогда не привлекали, хотя по словам того же папы, – когда я закончила школу и у нас серьезный разговор состоялся, – среди моего вида тоже случались… исключения, скажем так.
Поднялась к аудитории, где тут же попала в цепкие лапки Варьки и девчонок – они видели в окно джип Макса. Ну, я скрывать не стала, объяснив, что ушлый демон явился к общаге, а потом попросила:
– Поможете, народ? Он на прогулку потащит сегодня, надо ее основательно испортить, – и глаза сделала, жалобные-жалобные.
Дриада тут же оживилась, голубые глаза заблестели предвкушением.
– Да не фиг делать! Какие идеи и где? – деловито осведомилась она.
– Где, еще не придумала, – улыбнулась я. – А где лучше?
– Александровский парк, – уверенно заявила Ирина. – Недалеко и удобно. Что нам делать, Тань?
Девчонки засыпали советами по мелким пакостям в процессе прогулки – я восхитилась их нездоровой фантазии и понадеялась, что у меня хватит смелости и сообразительности это осуществить. Осталось только досидеть до конца дня, сдать коллоквиум по истории английского языка и не уснуть на лекции по английской литературе. Тоже чрезвычайно нудная тетка вела.
Между парами, как раз когда я обедала в кафешке филфака, позвонил папа.
– Танюш, я до воскресенья в Москву улетаю, там наш филиал открывается, – с ходу огорчил родитель. – Как ты?
– У меня сессия со следующей недели, готовиться начну. Не переживай, все нормально будет, – улыбнулась, хотя он не мог меня видеть. – Удачи в делах.
– Спасибо, милая, я тебя люблю. – Спорю на что угодно, папа тоже улыбается.
– И я, – глянула на часы – до пары оставалось совсем немного. – Ладно, у меня занятие, я побежала.
– Успехов, – попрощался родитель и отключился.
Последняя пара тоже прошла как в тумане – я то и дело нервно поглядывала в окно и теребила кончик косы, сердце то ускорялось, сбивая дыхание, то, наоборот, замирало испуганным кроликом. Получится или нет достать Казанцева моими каверзами? Я же никогда не проделывала подобного, не пыталась досадить кому-то настолько, чтобы отбить охоту встречаться со мной… Да еще и вести себя естественно, не вызывая подозрений. Последнее сложнее всего: волновал меня Макс, чего уж там, и сильно. Ведь снова будет пытаться обаять, и мне ой как сложно будет…
– Танька, вернись с небес на землю! – тихо прошипела Варя, несильно пихнув локтем в бок. – У тебя на лице аршинными буквами написано, как тебя колбасит от предстоящей встречи! Хочешь повеселиться, живо взяла себя в руки и перестала дергаться!
Она права. Если я буду дышать как после марафонской дистанции и краснеть каждые пять минут, ничего не выйдет. Мою игру просекут на раз. Все должно выглядеть естественно. Наконец лекция закончилась, и, бросив последний взгляд в окно, я узрела знакомый вишневый джип. Ну, Татьяна Игнатьевна, ваш выход.
– Варька, я пошла. – Я нервно одернула тунику и покосилась на невозмутимую дриаду.
– Давай, мы с девочками будем на месте, маякни, куда и когда подходить, – кивнула староста. – И слюни не особо распускай, – не удержалась она от ехидной подколки.
– Постараюсь. – Я почувствовала, как щеки потеплели от предательского румянца.
Да, это будет самое сложное. Пока окончательно не потеряла храбрость, отвернулась от Варьки и спустилась на первый этаж, постаравшись принять гордый и независимый вид. Надеюсь, получилось. Напомнила себе, что будет, если поддамся Максу до совершеннолетия – помогло, волнение чуть улеглось, и вернулась настороженность. Оказаться привязанной к человеку, которому я на фиг не сдалась?! Причем на всю жизнь, и так сильно, что прощу ему все, даже измены и грубость? Не-э-э-эт, приятели, и один, и второй, фиг вам с маслом! Подогреваемая подобными мыслями, я вышла из корпуса с высоко поднятой головой и твердым намерением довести сегодня Макса до белого каления, чтобы даже не думал о следующем свидании. Почему-то мысль о том, что Казанцев может сделать в отместку, в мою голову не забрела. А жаль, как я поняла позже.
– Привет, – нейтрально поздоровалась, поравнявшись с ним, и скользнула взглядом.
Нечего сказать, хорош: темно-бордовая рубашка с коротким рукавом очень шла ему, подчеркивая необычную, восточную внешность. Нос уловил знакомый аромат, и пришлось сделать над собой усилие, чтобы не втянуть шумно воздух. Меня чуть не потряхивало от волнения, но я старалась не выдать эмоций. Вроде пока получалось.
– Привет, – довольно улыбнулся Казанцев и жестом фокусника извлек из-за спины бледно-розовую розу на длинном стебле.
И как понял, что я ненавижу красные?! Не знаю, почему, они мне кровь напоминают, а вот такие нравятся. Хотя чему удивляюсь, Макс же умеет чувствовать желания других, и мои в том числе. Молча взяла розу, вдохнула деликатный цветочный аромат и обошла машину.
– Ну что, куда поедем? – весело поинтересовался Казанцев, когда мы устроились в машине, и я рассеянно погладила нежные лепестки, сделав вид, что задумалась.
– Давай в Александровский, тут близко, – вроде как тоже рассеянно ответила я и снова понюхала цветок.
Все лучше, чем отвлекаться на вкусный парфюм Казанцева.
– Только недолго, у меня экзамен на следующей неделе, – поспешно добавила, чтобы не раскатывал губу. – И во время сессии я недоступна для общества, – собралась с духом и выразительно глянула на Макса.
– Даже после экзаменов? – невозмутимо поинтересовался наглец, не удостоив меня взглядом.
– Мы с девочками будем отмечать, – твердо ответила, поспешно отвернувшись.
Слишком уж профиль у Макса… привлекательный. Впрочем, как и весь он, и опять эта татуировка! В пальцах немедленно появился зуд, и хорошо, роза без шипов уже была – я заняла руки тем, что начала поглаживать стебель и теребить зеленые листики. Лучше так, чем беспрестанно коситься на Макса и проецировать на него мои буйные желания. Почувствует еще, и с него станется предложить осуществить… Едва подавила порыв поежиться от подобной перспективы и со смятением отогнала картинки, как мои пальцы касаются узора, ощущают выпуклость рисунка…
– Ну, разок можно и со мной, – со смешком отозвался Макс, отчего захотелось его стукнуть, сильно. Вот же непрошибаемый!!
Так, Тань, держим себя в руках, дышим глубоко и вспоминаем, что там у нас насчет мелких пакостей. Поскольку мы попали в небольшую пробку на мосту, достала мобильник, с очень сосредоточенным видом начав писать смс – так, чтобы Казанцев не смог увидеть. Писала Катьке, уточняла, выполнила ли она придуманное утром. Ну и чтобы не продолжать разговор с Максом. От его голоса у меня в груди все вибрировало, рассылая по телу волны удовольствия. А потому не стоит лишний раз провоцировать собственные эмоции. Катька подтвердила, что все в силе, я повеселела и углубилась в бессмысленную и веселую болтовню с соседкой: у нее была последняя пара, она скучала, а… а мне тоже отвлечься захотелось. В какой-то момент я так увлеклась обменом сообщениями с Катюхой, хмыкая, хихикая и всячески реагируя на ее подколки, что голос Макса чуть не заставил подпрыгнуть.
– С подружкой обсуждаешь? – ехидно поинтересовался он.
– Почему обязательно с подружкой? – постаравшись, чтобы голос звучал естественно, ответила я. – Может, с другом.
Казанцев чуть повернул голову, мазнул по мне ласково-насмешливым взглядом, отчего меня бросило в дрожь, и ответил:
– Потому что я знаю, что друга у тебя нет, Танечка. И не пытайся убедить в обратном.
Умный такой, да. Какой красивый тебя ждет облом, демон чертов! Повеселев – как точно мы с Катькой придумали! – я неопределенно пожала плечами и сбросила соседке боевую готовность номер один. Мы подъезжали к Троицкому, мимо Петропавловки.
– Следишь? – обронила, спрятав мобильник в рюкзак.
А у самой холодок вдоль спины пробежал. Похоже, за меня взялись всерьез…
– Присматриваю, – спокойно поправил Казанцев и остановил машину через дорогу, напротив сада. – Пошли?
Присматривает он. Сговорились со своим приятелем, что ли? По очереди… присматривать?! Жарков вон вчера тоже подозрительно вовремя рядом оказался. При мысли о втором демоне я все же расплылась в довольной ухмылке: Димка играл не последнюю роль в предстоящем спектакле для одного зрителя. Ой, чую, у ребят веселый разговор состоится после нашей с Максом прогулки! Дорого бы отдала, чтобы услышать их разговор, но, увы, придется довольствоваться домыслами. Окончательно повеселев и расслабившись, я вышла из машины, оставив розу на сиденье – с ней неудобно гулять, мне нужны обе руки свободные.
– Пойдем, – радостно согласилась и даже позволила Максу взять меня за руку.
То, что при этом ладонь как в горячий парафин окунули и жаркие змейки опутали руку почти до локтя, не в счет. Чего не сделаешь ради возможности обеспечить себе спокойную жизнь! Я очень надеялась: все получится и меня хотя бы на ближайшую неделю оставят в покое. Дальше еще что-нибудь придумаю. А потом сессия, ну а на лето мы с папой уезжаем. Если Максу и вздумается, у него не будет возможности отомстить.
Мы неторопливо пошли по дорожкам, углубляясь в парк. Народу довольно много, как всегда, лотки с мороженым, продавцы воздушных шаров, сладкой ваты и прочего барахла, на газонах подстриженная травка, клумбы, почищенные прудики. Красота, в общем. Погода продолжала радовать теплом и безоблачным небом.
– Тань, а что ты в выходные делаешь? – поинтересовался Макс, но от ответа спас зазвонивший телефон.
Бросила взгляд на часы – ага, у Катьки занятия закончились, значит, пришло время для первой подлянки. Я достала телефон и с широкой улыбкой ответила, демонстративно не глядя на Макса.
– Приве-э-э-эт! – протянула и тут же, пока с той стороны не ляпнули чего-нибудь, добавила: – Я уж думала, не решишься позвонить.
– Катюха сказала, тебе там назойливого ухажера разыграть надо, да? – весело отозвался добровольный помощник, и я чуть не допустила фатальную ошибку. Облегченный вздох удалось поймать в последний момент.
Он согласился! Отлично, я знала, что не устоит! Кого же, как не Коляна, просить помочь?
– Что-то вроде, ага. – Улыбка на моем лице стала шире.
Колька негромко и довольно рассмеялся.
– Ну ладно, а он точно не подслушивает?
– Не, не думаю. – Вряд ли у демонов такой острый слух.
Осторожно покосилась на Макса: по его лицу ничего невозможно было прочесть. Он смотрел прямо перед собой, засунув руки в карманы, и непонятно, как на него подействовал звонок Кольки. Ладно, развлекаемся дальше.
– Может, тебе неприличные анекдоты порассказывать? – задумчиво изрек Колян, и я от неожиданного предложения захихикала.
– Шалун, – игриво бросила, начиная потихоньку втягиваться в игру и уже мало обращая внимания на Макса и его реакцию. – Ну, попробуй.
Колян весело хрюкнул в трубку.
– Танюх, не переигрывай, а то у меня ощущение, что в секс по телефону позвонил, – ехидно поддел он.
Ой! Пожалуй, да, не стоит включать заложенные природой способности, мало ли что.
– Хорошо постараюсь, – отозвалась я, рассеянно скользнув взглядом по лоткам впереди.
Мороженое, сладкая вата, шарики… О чем-то подобном девчонки и говорили, когда советовали, как испортить прогулку. Варька с остальными еще не добрались, скорее всего, они же на метро – в универ без машин ездили, утренние пробки не вдохновляли.
– Не спрашивала насчет субботы? Катька сказала, ты в Петергоф приглашала. – Колька переключился на нейтральную тему.
– Нет еще, но спрошу обязательно, да и не думаю, что кто-то против будет. – Я пожала плечами.
– А там тоже твоего кавалера надо отваживать? – поинтересовался иронично Катюхин однокурсник.
– Это как получится. – Я расплылась в ехидной улыбке. – Но ты же не против, если что, правда?
Колька издал смешок.
– И не надо так мурлыкать, у меня ощущение, что с кошкой разговариваю. Помогу, помогу, не боись. Ну что, как там ухажер твой, уже закипел или еще позлить его надо?
Бросила взгляд на Макса и чуть не споткнулась: он как раз тоже посмотрел на меня. Пристально и без тени веселья. Ой! Всерьез злится, что ли?.. Несмотря на то что сердце пропустило удар и в душе зашевелилось беспокойство, я не собиралась отступать от наспех составленного плана. Прогулку испорчу, точка! В следующий раз крепко подумает, прежде чем требовать от меня того, чего я не хочу!
– Давай, созвонимся. – Мы уже приближались к лоткам, и я решила сворачивать разговор. – Да, напишу насчет выходных. Угу, пока-пока.
Убрала телефон и по возможности спокойно снова глянула на Макса. Глаза цвета кофе прищурились, в них мелькнул недобрый огонек.
– И кто это был? – слишком спокойно поинтересовался демон.
– Знакомый, – невозмутимо ответила я, хотя внутри все перевернулось от его голоса.
– Что за знакомый? – требовательно спросил он.
– Какая разница. – Уф, получилось сказать небрежно, без дрожи, хотя внутри все переворачивалось от волнения. – Купи мне лучше мороженого, – перевела я тему.
– Все равно узнаю, – негромко, уверенно заявил Макс.
Я пристально посмотрела на него, осознав вдруг, что демон и в самом деле может узнать, и… Не хочу, чтобы из-за меня у Кольки проблемы возникли!
– Без крайностей, Казанцев, – так же негромко ответила, на полном серьезе. – Я тебе ничего не обещала, и прав на меня у тебя никаких нет. Буду общаться, с кем захочу.
К лотку мы подошли молча, я ткнула в эскимо на палочке и начала обдумывать, как бы так ненавязчиво ввернуть в разговор тему про Жаркова и его вчерашнюю выходку. Вряд ли Макс в курсе, и зуб даю, узнав о проделках друга, взбесится. Ну а мне только того и надо.
– Так что, на выходные планы уже есть? – Макс повторил свой вопрос, пока я осторожно разворачивала мороженое.
– Есть, – кивнула и откусила лакомство.
Теперь чтобы подтаяло немного, и… ну, девушки на каблуках бывают такими неуклюжими… Сердце пропустило пару ударов, волнение усилилось – а вдруг не выйдет?! Или Макс разозлится сильнее, чем ожидаю…
– И менять их не собираюсь, – на всякий случай добавила как можно решительнее.
Может, вообще у Варьки переночевать, от греха подальше? С Макса станется караулить с утра у общаги.
– Что, прямо на все выходные? – с безмятежной улыбкой уточнил Казанцев.
– Да! – чуть резче, чем хотелось, выпалила я. – У меня сессия скоро, готовиться надо!
И тут Макс совершил фатальную ошибку: приобнял за талию, слегка прижал к себе и шепнул:
– Танюш, не надо так нервничать, ну что ты…
Я дернулась, очень естественно, ибо близость Макса пугала и волновала, от мороженого отвалился кусок шоколада, и, случайно махнув рукой, очень неудачно въехала лакомством прямо в плечо демона. Бинго!

Глава 6

– Ой! – пискнула я и уставилась на замершего Макса виноватым взглядом. – Извини… – пробормотала и, если честно, реакции демона ожидала с некоторой опаской.
Не перегнула ли палку с этим мороженым? Может, это его любимая рубашка и мы сейчас поедем домой к нему, менять ее?! Макс медленно выдохнул, лицо оставалось непроницаемым, и ровно проговорил:
– Ничего страшного. Есть салфетки?
Я полезла в рюкзак, немного суетливо там порылась и достала искомое, незаметно переведя дух. Кажется, пронесло и удалось пройти по грани. Мороженое жалко, после диверсии оно, естественно, упало. Вкусное было.
– Гуляем дальше или поедешь переодеваться? – собравшись с духом, как можно непринужденнее и естественнее спросила я.
Пятно на рубашке выглядело безобразно, и по-хорошему демону надо бы сменить рубашку, но Макс ответил в своем стиле, по-видимому особо не расстроенный моей выходкой:
– А поможешь, Танюш? – и еще и подмигнул!
Я возмущенно засопела, развернулась и решительно зашагала дальше по дорожке. Вот еще, разбежался! Помогать ему!.. Хотя признаться, при мысли, что расстегиваю на нем рубашку, потом снимаю ее… а под ней ничего нет, и мои пальцы касаются гладкой кожи, крепких мышц… Я до сих пор помнила нашу первую встречу, там, на озере. Щеки вспыхнули от неприличных и волнующих мыслей, а тут еще Макс догнал и бесцеремонно положил ладонь на талию, невозмутимо поинтересовавшись:
– Ты на лето в городе или уезжаешь куда-то?
Чуть не подскочив от неожиданности, нервно покосилась на него. Скинуть настойчивую конечность? Несмотря на то что нравится, когда он обнимает?.. Устроить на радость окружающим цирк с отбиванием от настойчивого Макса? Нет, не буду. Не люблю выглядеть глупо. Придумав таким образом более-менее приемлемое оправдание, почему позволяю демону обнимать меня, ответила:
– Уезжаю, до начала учебного года. С родителями, – бросила взгляд на Казанцева, как ему такая новость?
Судя по безмятежному лицу, не особо огорчился. Так уверен, что за лето я его не забуду? Или… планирует до конца сессии добиться своего?
– А окончание сессии будешь отмечать? – продолжил он спрашивать.
Вот любопытный!
– Вместе с группой. – Я кивнула, стараясь не думать о том, что рука Макса лежит на талии и довольно крепко прижимает меня к себе.
– И где, конечно, не скажешь, – весело произнес Макс.
Догадливый. Учитывая, что этот животрепещущий вопрос мы с девчонками вообще еще не обсуждали, конечно, не скажу. Скорее всего, или в кафешке какой-нибудь, или на даче у Варьки. А быстро он об испорченной рубашке забыл, значит, не такая уж трагедия. Жаль. Думала, дольше злиться будет.
– Не скажу, – невозмутимо ответила я и не удержалась от насмешливого замечания: – Или тоже будешь следить, как твой приятель?
Макс тут же насторожился. Ура, как естественно получилось ввернуть! И мы уже подходили к метро, пора проверить, где Варвара с девчонками.
– В смысле? – переспросил он, перестав улыбаться.
Ага, зацепило, да? Что Димка тоже имеет на меня виды? Я чуть не заулыбалась, сдав подставу с потрохами. Пришлось срочно брать себя в руки. Форумы не врали, замечание о предполагаемом серьезном сопернике задело Макса сильнее, чем пятно на рубашке.
– В прямом. – Я пожала плечами. – Пошла прогуляться вечером с соседкой, и твой друг некстати нарисовался.
Да, вовремя, но… черт, чувствую себя загоняемой дичью.
– Жарков?! – Ой, сколько раздражения и удивления!
– Ага, – рассеянно подтвердила я и достала мобильник.
«Варь, вы где? Мы около метро бродим, скоро дальше пойдем. Кстати, надо кое-что обсудить насчет субботы», – отослала старосте сообщение.
– Снова знакомый? – раздался откровенно недовольный голос Макса.
– Подруга, – последовал мой ответ.
Про Жаркова Казанцев не спрашивал больше, но, думаю, рыжего демона ждет очень неприятный разговор после нашей прогулки.
– Та-а-ань, – протянул Макс, но я радостно перебила:
– Ой, а купи мне ваты, а?! Сто лет не ела, а в детстве очень любила! – и взгляд такой, просящий, Кот из «Шрэка» обзавидовался бы.
Ну и… каюсь, чуть-чуть данной от природы способности влиять на мужчин. Конечно, демона соблазна вряд ли проймет, я же не инициированная еще, однако попытка – не пытка. И потом, моя просьба имела под собой коварную подоплеку, собственно, очередной совет девчонок по доведению демона до ручки.
– А что мне за это будет? – вкрадчивым, бархатистым голосом поинтересовался Казанцев и притянул меня к себе.
Ой. Мои ладони моментально уперлись в грудь Максу, аромат какао и пряностей защекотал ноздри, и кровь быстрее побежала по венам. Голову я не рисковала поднимать, слишком уж близко находились наши лица… Черт, еще один вымогатель!
– Давай я деньги тебе просто отдам, а, раз жалко угостить меня? – пробормотала, впрочем, не надеясь, что прокатит.
Мягкий, мурлыкающий смех, и меня обняли сильнее. Так, что мои бедра прижались к бедрам Макса. Низ живота залила жаркая тяжесть, мышцы напряглись, и я испугалась силе вспыхнувшего желания. Ммамочки!..
– Не-э-э-эт, Танюш, мне не деньги от тебя нужны. – Его пальцы приподняли мою голову за подбородок, заставив смотреть в эти завораживающие глаза цвета кофейных зерен. – И мне не жалко, что ты, – продолжил он мягко и погладил мои губы большим пальцем. – Но твои попытки держаться на расстоянии вынуждают меня действовать решительно…
– Макс, кругом люди. – Я сглотнула, не в силах пошевелиться и отвести взгляд.
– Тебя это смущает, моя феечка? – выдохнул он интимным шепотом прямо в губы, которые моментально пересохли, и я чуть не облизала их.
Остановилась в последний момент: еще не хватало провоцировать Макса, и так глаза подозрительно заблестели. А я… не уверена, что хочу получить настоящий поцелуй прямо здесь и сейчас!
– Очень, – как можно решительнее ответила, сильнее упершись ладонями в грудь.
– Будешь должна, – со смешком произнес Макс ну очень довольным тоном.
Это… это как это, что я еще буду должна?!
– Что должна? – нервно выпалила, не в силах отвести взгляд.
– Поцелуй, конечно, милая. – Губы Казанцева нежно скользнули по скуле, язык пощекотал чувствительную точку чуть пониже уха. Я беззвучно охнула, меня словно обсыпало горячими искрами. – За рубашку, – закончил он и отпустил наконец.
Я хлопнула ресницами, уставившись на чуть насмешливую, довольную улыбку демона. Разбуженные Максом эмоции никак не хотели успокаиваться, пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, унимая колотящееся сердце. Растерянность и смущение цвели махровым цветом, я не знала, что сказать в ответ на подобную возмутительную наглость, потому что… потому что слова Макса всколыхнули радостное ожидание, когда же демон потребует отдачи долга… Тренькнул телефон, извещая о сообщении: «Мы приехали, идем потихоньку от «Горьковской» в сторону зоопарка. Догоняйте». Очнулась от опасных переживаний, встрепенулась и решительно высвободилась. Нет, никаких поцелуев!!
Оглянулась на Макса и тихо ответила:
– Ты такой же, как твой приятель. Что хочу я, ни тебя, ни его не интересует. Эгоист.
Вот так. И не надо кормить отговорками, будто чувствует, что мне нравится, а что нет! Желания тела не всегда совпадают с желаниями разума! А я девушка разумная… когда рядом нет никого из демонов…
– Да, эгоист, – спокойно согласился Макс. – А что там с Димкой? Почему ты его вдруг вспомнила? – Он чуть прищурился, хотя голос звучал по-прежнему ровно.
– Потому что. – Я отвернулась, поскольку его вид сбивал с мысли и лишал душевного равновесия. Слишком привлекательный! – Он тоже потребовал за спасение от хулиганов… плату.
Щеки потеплели при воспоминании о ночной встрече с Жарковым. Чего уж отпираться, обнимал приятель Макса сладко, до дрожи…
– Понятно, – протянул Казанцев, и я поняла, будет ссора. А может, даже драка.
Макс отошел за ватой, вернулся и вручил большой розовый комок на палочке, и я, зажмурившись от удовольствия, осторожно откусила. Вкусно! Жалко, и это лакомство придется испортить, но надо доиграть до конца. Мы пошли дальше, мимо метро, и я начала осторожно высматривать девчонок. Следующий вопрос сорвался с моих губ помимо участия мозга – видимо, я слишком сильно углубилась в напряженные размышления, почему же Казанцев прицепился ко мне, как клещ.
– Макс, неужели не найти другой объект для охоты? – на него упорно не смотрела, а поняв, о чем спросила… смутилась и ощутила досаду на себя.
Ну вот, сейчас опять начнет убеждать, что мне нравится его внимание и я просто набиваю цену!
Макс догнал, взял под локоть и чуть повернул к себе. Посмотрел задумчиво так, и мое беспокойство возросло. Глупость сказала?
– Я демон, милая, это в моей природе, интересоваться девственницами. – Казанцев улыбнулся, и я увидела в его глазах неподдельный интерес. – Да, можно пройти мимо, но… – Казанцев помолчал, окинул неторопливым взглядом, от которого бросило в жар. – Удивительное дело, Танюш, меня к тебе тянет. И да, мне интересен сам процесс завоевания. – Улыбка Макса стала шире, и мое беспокойство, как и волнение, усилилось в разы. Улыбался он сногсшибательно и безумно обаятельно. – В последнее время легкие победы надоели. Так что, как уже говорил, не надейся отвязаться от меня.
– Как есть самовлюбленный эгоист, – пробормотала я, обреченно вздохнув.
Вот кто скажет, какого фига я восторженно млею от его слов, хотя знаю, что нельзя, нельзя, как бы ни хотелось, и ничего Максу не обломится?! И никаких серьезных чувств и намерений тут нет и не будет – меня просто банально хотят уложить в постель!
– И потом, за одну ночь вряд ли получится научить тебя всему, что знаю. – Голос Макса стал вкрадчивым, обволакивающим, тело тут же откликнулось всплеском жаркой истомы. А он снова обниматься полез! Ох, к своему облегчению я заметила Варьку впереди, значит, пора сворачивать опасный разговор. – А мне очень хочется заняться твоим образованием в этой области, Танюша.
Его дыхание обожгло шею, я тихо ойкнула и дернулась.
Макс, наверное, не знал, что приставать к девушке, которая ест сладкую вату и которую его знаки внимания нервируют, опасно для собственного здоровья. Потому что совершенно случайно оставшееся на палочке лакомство мазнуло Макса по лицу и осталось висеть на нем восхитительно креативными розовыми ошметками. И на волосах тоже. Длинная полоска ваты свисала с носа, и я не удержалась: сорвала ее и схомячила, глядя на Макса с откровенным весельем.
– Прости, – без тени раскаяния произнесла и отошла на шаг.
Оказывается, делать мелкие пакости так приятно! Спасибо девочкам за советы, они очень кстати оказались! И тут я обратила внимание на его взгляд. Судя по тому, как потемнели глаза Казанцева, почти слившись по цвету со зрачком, и в них появился зловещий бордовый огонек, демона я разозлила всерьез этой невинной выходкой с ватой. Конечно, кому понравится, когда проходящие мимо дети тыкают пальцем и хихикают. Как же вовремя я увидела наконец девчонок! Бог есть, и он меня услышал!
– Ой, Варька! – с огромным облегчением воскликнула я и поспешила вперед, громко окликая дриаду. – Ва-а-а-а-арь! Приве-э-э-эт!
Как и было обговорено, умница-староста оглянулась, изобразила удивление и остановилась, дожидаясь меня. И остальные девочки тоже.
– Слушай, я как раз собиралась звонить. Есть что обсудить по поводу выходных. – Я осторожно покосилась через плечо, убедилась, что Макс пока занят сниманием сладкой ваты с лица чуть поодаль, и удовлетворенно улыбнулась.
Ирка бросила взгляд за мою спину и тоже заулыбалась.
– Как процесс? – тихо спросила она.
– В разгаре, – так же тихо ответила я. – Надеюсь, Макс поймет, что я не горю желанием гулять с ним, и в следующий раз крепко подумает прежде, чем приглашать куда-то.
– Ну отлично, что там про выхи? – Варя тоже покосилась на Казанцева.
– Не против, если с нами моя соседка поедет и ее однокурсники? – Я вопросительно посмотрела на дриаду. – Больше народу, веселее будет. Там ребята хорошие, я их немного знаю, только они люди все.
– Да не вопрос. – Варвара кивнула. – Надо договориться, где и во сколько собираемся.
– Ой, спасибо! – обрадовалась я. – Тогда вечером созвонимся, ага?
– Макс идет, – предупредила Ира.
– Привет, – вежливо поздоровался Казанцев, однако я видела тлеющее в его взгляде раздражение.
Девчонки нестройным хором поздоровались в ответ, и прежде, чем демон успел что-то сказать, я подхватила Варю под руку и с преувеличенным воодушевлением заговорила:
– Варь, слушай, у меня по истории языка не все лекции есть, дашь списать?..
Макс вынужден был пристроиться сзади, потому что с другой стороны пошла Ирка, оградив меня от демона. В общем, следующие полчаса мы бурно обсуждали предстоящую сессию, экзамены, где можно списать со шпор, а где только своим мозгом, в общем – я вовсю продолжала портить Максу настроение. Мы дошли до «Мюзик-холла», и только там Варя, словно спохватившись, остановилась.
– Ладно, давай до завтра. – Она чмокнула меня в щеку.
– Вечером спишемся насчет субботы. – Я выразительно глянула на нее.
– Ага. – Варька кивнула.
Девчонки пошли дальше, а я осталась с Максом. И его взгляд не предвещал ничего хорошего… Я уже приготовилась самым позорным образом бежать, если честно, но Казанцев не стал хватать меня и даже за руку не взял.
– Следующая прогулка полностью на моих условиях, – тихо произнес он, глядя мне в глаза. – Время, место, день. И только попробуй отвертеться, Танюша. Не советую. Поехали, отвезу в общагу.
Я благоразумно промолчала – мои возражения и возмущение он вряд ли будет слушать. Кажется, перестаралась… Нарвалась на еще одно свидание, вместо того чтобы отвадить! Наверное, те девушки с форумов с демонами не сталкивались, и их советы хороши для обычных людей. Да и мои одногруппницы, видимо, до сих пор имели дело с обычной нечистью, не высшей. Ой… Влипла я.
До машины шли в тишине, до общежития тоже ехали, не разговаривая. Но я то и дело краем глаза ловила на себе косые многообещающие взгляды Макса. Эм… Вряд ли он забудет о своем обещании насчет поцелуя, и… и я одна, с ним, в машине, и стекла, кроме лобового, тонированные!! А вот теперь можно начинать нервничать, да. Больших трудов стоило сидеть спокойно и не ерзать, просто смотреть в окно. Не, на фиг, перебьется, никаких поцелуев! Я сжала губы, пытаясь справиться с волнением, немного страхом и предвкушением. Сердце застучало, пульс подскочил. Желания, молчать, никаких шашней с демонами, вообще! Ни с одним, ни со вторым. До совершеннолетия точно, когда исчезнет опасность привязки на всю жизнь.
Мы свернули на Восьмую линию, Макс остановил машину. Я, не дожидаясь, пока он выйдет и откроет дверь, поспешно произнесла, ухватившись за ручку:
– Пока-пока, спасибо за прогулку…
Да только дверь открываться не пожелала. Меня как ледяной водой окатили, а потом до кучи окунули в горячий сироп. Горло пересохло, воздух в легких резко закончился, я подергала ручку, без всякой надежды, впрочем. Поворачиваться к Максу отчаянно не хотелось.
– Та-а-а-а-ань, – прозвучал около уха вкрадчивый, низкий голос, и на плечи легли ладони.
Макс прижался к моей спине, и вот теперь я пожалела, что заплела волосы – его дыхание защекотало шею чуть пониже затылка, и вдоль позвоночника словно провели роликовым игольчатым массажером. Я мысленно охнула, удержав громкий вздох в самый последний момент, и дернулась в сторону. Да только кто мне даст избежать задуманного Казанцевым. Его рука обвилась вокруг талии, крепко прижав, и я поняла, что конкретно попала. Ну попала, конечно, в тот момент, когда Макс наткнулся на меня в Лосево. Но сейчас ситуация тоже аховая.
– Тань, повернись, а, – мурлыкнул Казанцев, водя губами вдоль выреза, отчего по телу волнами прокатывались обжигающие мурашки.
– Нет! – пискнула я, вцепившись в его руку и отчаянно жалея, что не умею телепортироваться. – Макс, отпусти!..
– Танюш, я же чувствую твое волнение, и эмоции тоже, ну что ты такая упрямая, это ведь просто поцелуй!
Чисто змей-искуситель, от его вкрадчивого шепота у меня аж пальцы на ногах поджались.
Кому-то просто, а кому-то нет… Таня, берем себя в руки! Живенько!
– Действительно, просто поцелуй, – тихо ответила я. – Просто интерес, просто желание соблазнить очередную девственницу.
Вдруг нахлынула жалость к себе, от которой аж глаза защипало. Ну почему демоны такие… непробиваемые! Почему Макс только постели от меня хочет, почему его интерес не заходит дальше банального секса?! Мне, может, ухаживаний хочется, нежности, внимания, и не дергаться каждый раз, как меня обнимают!
– И просто красивые слова, Макс. Не утруждайся, я знаю, демоны не влюбляются в фей. И все эти цветы, встречи около универа и общаги, кофе с пирожными, всего лишь декорации. Да, ты меня волнуешь, конечно, – призналась с некоторым трудом. С чего вдруг разоткровенничалась с ним, понятия не имею. Но слишком много в душе всего скопилось, что требовало выхода. – Но я прекрасно понимаю, что… это всего лишь эмоции, на тебя так любая девушка реагирует. Не только я. Пусти, а?
В салоне воцарилась напряженная тишина, Макс все так же обнимал, и его губы осторожно, нежно касались основания шеи. У меня начали путаться мысли, захотелось прислониться к нему, прикрыть глаза и наслаждаться ощущениями… Нет, не услышит, бесполезно.
– Тань? – выдохнул Макс на ухо, и я вздрогнула от того, как… ласково прозвучало. – Танюш, я не собираюсь бросать тебя сразу после первой ночи, – огорошил он признанием, а меня снова облила жаркая волна. – Я же говорил, мне есть чему научить тебя…
Губы Макса мазнули по шее, рядом с подбородком, он придвинулся еще ближе, и я спиной почувствовала, как быстро колотится его сердце. О-о-о-ох, попала ты, Танька… И сил сопротивляться почти не осталось… Нет, не хочу!
– Значит, мы будем встречаться только тогда, когда тебе приспичит сексом со мной заняться, да? В остальное время каждый сам по себе? – резким голосом произнесла я, страстно желая избавиться и от демона, и от… собственных сладких ощущений и эмоций, круживших голову в присутствии Казанцева. – Раз по твоим словам ты можешь обогатить мой опыт исключительно в постели?!
Несколько томительных секунд Макс молчал, я с замиранием сердца ждала ответа. Пожалуйста, пусть скажет, что да!!! Я не верю в сказки! Не может у него возникнуть ко мне что-то серьезное за такой малый срок знакомства, он совсем меня не знает!!
– Та-а-ань, а ты согласна на что-то серьезное со мной, мм? – наконец спросил Макс, мягко так, вкрадчиво.
– Нет, – слишком поспешно ответила и напряглась, желая высвободиться. – Макс, пусти, пожалуйста. Это бессмысленный разговор.
– Ну почему, – мурлыкнул довольно демон, но все же отпустил, к моему огромному облегчению. – Будешь должна, Танюша, поцелуй, – со смешком добавил он, и двери щелкнули – Казанцев снял блокировку.
Удалось сдержать вздох облегчения. Схватив розу, я, не оборачиваясь, буркнула: «Пока» – и вышла. Опустив голову, прошмыгнула мимо привычной кучки студентов у входа и наконец закрыла за собой дверь общаги. Но на этом мои сегодняшние приключения не закончились… На лестнице столкнулась со Светкой. Она была с подружкой, при полном параде – куда-то, видимо, собирались. Ну да, дело уже к вечеру, и по ходу этим все равно, что завтра еще только пятница, а не суббота. Вообще, вампиры, несмотря на то что солнечного света не боятся, все же больше ночные жители. Я хотела побыстрее пройти мимо, не горя желанием лишний раз встречаться с обиженной бывшей пассией Димки, но мне не дали.
Света намеренно шагнула так, что больно ударила плечом, я аж зашипела от неожиданности и остановилась.
– И как, хорошо в постели с двумя? – с похабной улыбочкой изрекла девица, глядя на меня с откровенной злостью.
– Понятия не имею, – любезно отозвалась я, про себя выливая на головы демонов все ругательства. – Тебе лучше знать, наверное, опыта побольше. Меня просто подвезли пару раз до общежития, и все.
Не желая дальше выслушивать гадости, я ловко проскользнула между стеной и Светой, в три больших шага преодолела оставшиеся ступеньки и свернула в коридор. Вот же неугомонная, и всех по своей мерке меряет! Так, надо завязывать с этими встречами, не нужны мне лишние проблемы. Катьки не было, и я решила сходить в спортзал, позаниматься. Заодно перестану думать об обещанном Максом свидании на его условиях – физические нагрузки прекрасно мозг прочищают… Хорошо, Жарков сегодня не отсвечивал и не смущал мой покой своим присутствием. Я позанималась, потом вернулась и решила поесть. Только поставила воду для пельменей, как раздался телефонный звонок, я аж вздрогнула от неожиданности. Посмотрела – Катька.
– Смольный, – ответила я и услышала взволнованный тихий голос соседки:
– Та-а-а-а-ань, со-о-о-ос! Спасай теперь ты меня!

Макс доехал до дома и только тогда набрал номер друга, крайне недовольный тем, что услышал от Тани. Жарков тоже следил за ней?! Такое поведение Димки ему очень не нравилось.
– Привет, Димон, – довольно сухо поздоровался Макс, открыв шкаф и окинув рассеянным взглядом висевшие там рубашки. – Ты как, допоздна сегодня? Да встретиться надо, поговорить… Ага, в восемь? Ну давай, посидим где-нибудь. Перезвони, как освободишься.
Договорившись о встрече, Макс решил наведаться на работу: кроме текущих дел у него еще имелось задание для начальника агентства, очень личное и важное. Караулить Таню в свободное время у Казанцева возможности, увы, не было. И он собирался узнать, откуда таковое оказалось у Жаркова, которого отец вроде как за себя оставил до выходных. Переодевшись, Макс поехал в офис – агентство по улаживанию деликатных дел «Второй шанс» находилось на Невском, недалеко от площади Восстания. Легко поднявшись на третий этаж, демон зашел в помещение конторы. У входа – стойка ресепшена, за ней администратор Настя, дальше три стола с моноблоками, в дальнем углу дверь в переговорную, у стены полка с разноцветными архивными папками. Ничего лишнего, без всякой помпезности, которая Максу совершенно не нравилась.
– Привет, – поздоровался он с Настей, кивнул остальным сотрудникам. – Саш, пойдем, разговор есть, – позвал он высокого худощавого мужчину в стильных очках с тонкой оправой, сидевшего за первым столом.
Александр, оборотень из клана рысей, поднялся, не задавая вопросов, и последовал за начальником в переговорную.
– Проблемы? – Саша вопросительно посмотрел на Макса.
– Нет. – Казанцев улыбнулся. – Личная просьба. Хочу, чтобы ты приглядел за одной особой. Мне надо быть в курсе, куда она ходит, с кем встречается, в общем, все. Просто наблюдай, не вмешивайся.
– Понял. – Александр наклонил голову. – И что за особа?
– Вот. – Макс написал на листке имя и фамилию Тани, адрес, где живет. – Учится в универе, на филфаке, она из наших, фея. Если что, сразу звони мне.
– И сколько будет длиться наблюдение? – Саша взял листок со сведениями и спрятал в кармане.
Казанцев помолчал.
– Я скажу, когда хватит, – ответил он, так и не определившись со временем.
– Просто наблюдать, да? – уточнил на всякий случай оборотень.
– Да, просто наблюдать. И еще, попробуй узнать, чем она в выходные занята. Что по текущим делам? – Макс перевел тему.
– Как обычно, парочка ревнивых мужей, три любовницы, желающие стать законными супругами… – Саша достал планшет и открыл отчет.
Некоторое время Казанцев обсуждал заказы и заказчиков с заместителем – его контора занималась и обычными людьми, и своими, нечистью, – потом наконец позвонил Жарков и сказал, что освободился, и Макс поехал на встречу с другом. И хотя он уже успокоился, в душе все равно ворочалось глухое раздражение. Димка выбрал уютное заведение на Литейном, недалеко от работы, и когда Макс зашел, увидел, его уже ждут.
– Чего такой хмурый? – усмехнулся Жарков, пожав руку. – Таня по-прежнему динамит?
– Ты какого хрена следишь за ней, а? – вместо ответа резко поинтересовался Макс, исподлобья глянув на собеседника. – Мы же договаривались, не лезешь к ней до конца сессии!
– Если бы я не полез к ней, как ты выражаешься, на нее бы оборотни напали, – Дмитрий убрал улыбку и прищурился. – Как тебе такой расклад?
– Какие оборотни? – насторожился Макс. – Зачем им Таня?
– К выходным узнаю, одного из них зовут Валера. – Взгляд Жаркова оставался внимательным и пристальным. – И кстати, если уж зашла речь. Я не удивлюсь, если оборотней нанял кто-то из твоих бывших подружек, коих ты возмутительным образом игнорируешь, как только Таня появилась. – Димка снова усмехнулся.
– Или твоих, – хмыкнул Казанцев. – Ты тоже засветился рядом с ней. Что возвращает нас к теме разговора. Мы договаривались, ты не трогаешь Таню до конца сессии!
Жарков откинулся на спинку стула и развел руками.
– Извини, Макс, не получается, – с наигранным сожалением произнес он. – Я честно старался.
– Не извиню, – огрызнулся Казанцев. – Черт, Дим, ты же раньше не отбивал у меня девушек! В чем сейчас проблема?!
Димка тихонько рассмеялся.
– Слушай, возникает подозрение, что ты таки втюрился в фею. Нет? – весело ответил он. – Слишком резко реагируешь на мой интерес к ней.
– Нет! – тихо рыкнул Макс. – Но проигрывать я не привык!
– Что, расписание будем составлять? – с ленивой ухмылочкой поддел Димка, но в золотистых глазах сверкнул огонек. – Я тоже, знаешь ли, отступать не собираюсь.
– Димон, будешь мешать, я терпеть не стану, – тихо ответил Казанцев. – Даже ради нашей дружбы. – Не прощаясь, он встал и стремительно направился к выходу.
…Жарков проводил его задумчивым взглядом. Ссориться не хотелось, но и Таню отдавать – тоже. А вот поведение Макса, мягко говоря, удивляло. Очень. Надо бы покопаться в Танюшиной биографии лучше. В голову Димки закралось подозрение, что с наследственностью у феи не все в порядке – ну не может быть, чтобы демон всерьез увлекся этим видом, даже девственницей! Собственное упрямство тоже немного раздражало, но Жарков ничего не мог поделать. Таня не выходила из головы, и очень хотелось увидеть ее – он успел соскучиться. Интересно, а сегодня вечером она дома или снова куда-нибудь пойдет?
Дима достал телефон, залез в телефонную книгу и какое-то время смотрел на номер. Потом довольно улыбнулся и нажал вызов.
– Почему бы нет?.. – пробормотал он тихо. К его тайному облегчению, после нескольких гудков с той стороны ответили. – Танюш? Привет. – Голос демона приобрел бархатистые интонации. – Не вздумай бросать трубку, феечка моя, – добавил он со смешком. – Ты где сейчас?..

Катька в своем репертуаре: ей срочно понадобился предлог, чтобы слинять от настойчивого Степы, который усердно звал ее на прогулку после посиделок группы. Ну и соседка не нашла ничего лучше, чем брякнуть, что мы с ней идем по магазинам. В шесть вечера, ага… Ну да ладно. Мне же Катька помогла. Поэтому я сейчас спешила в кафешку недалеко от психфака, забирать незадачливую приятельницу. И звонок Жаркова оказался для меня очень неприятным сюрпризом. Задаваться вопросом, откуда у него мой номер, не стала – не сомневаюсь, у Димки есть возможности узнать.
– Не важно, где я, – буркнула, недовольная тем, как радостно замерло сердце при звуке его голоса. – Нет, не в общаге.
– А где? – последовал невозмутимый вопрос.
– На свидании! – нервно огрызнулась, рассеянно глянув на зеленый светофор.
Сказала, а потом поняла, что сболтнула. Но одно радовало: ни Жарков, ни его дружбаны, если таковые имелись, за мной не следили. А то бы не спрашивал, где я.
– И с кем же? – вкрадчиво переспросил демон, а меня пробрала дрожь от его тона.
– Какая разница, – хмыкнула и не удержалась от ироничного замечания: – Я никому из вас ничего не обещала, между прочим, ни тебе, ни твоему приятелю.
Впереди показалась вывеска кафе, где сидела Катька.
– Таня, где ты сейчас? – требовательно переспросил Жарков.
И тут в голову стукнула шальная мысль, как проучить еще и этого претендента на мою невинность. Раз он не может проверить… Пошалим.
– В «Мак-Даке» на Большой Морской, – нехотя ответила, постаравшись, чтобы голос звучал естественно.
Послышался смешок.
– Не самое лучшее место для свидания. Я подъеду, дождись меня, – и отключился.
Ну-ну, еще один самоуверенный самец. Даже если бы я сидела по указанному адресу, вряд ли стала бы дожидаться приезда Димки. Ничего, лишний щелчок по носу не помешает, а то надоело, что одна я огребаю переживания и плохое настроение, а эти двое наслаждаются. Окончательно успокоившись, я зашла в кафе и сразу увидела Катьку с остальными. Она уже чуть ли не подпрыгивала на стуле и, едва я появилась, с радостным воплем сорвалась с места.
– Ну наконец-то! – прошипела соседка на ухо, повиснув на шее. – Я, блин, устала отмазываться и убеждать, что не придумала нашу встречу!
Я захихикала.
– Степа упорный, да? – поддела Катюху, настроение было отличным.
– Да ну тебя, – фыркнула она и иронично добавила: – Сама-то как от своих ухажеров шарахаешься, я же молчу!
Я подошла к компании, поздоровалась, обрадовала всех, что приглашение в Петергоф в силе, место и время встречи скажу завтра, и мы с Катькой ушли. Пожалуй, впервые за последние дни я возвращалась в общагу, не боясь наткнуться на кого-то из демонов. Один, скорее всего, дома, стирает рубашку, второй караулит меня у «Мак-Дака». А я спокойно подготовлюсь к завтрашним занятиям и скрещу пальцы, чтобы у этих двоих утром нашлись неотложные дела и после обеда тоже. И до универа я добиралась бы своим ходом и без нервотрепки. О том, что каждому из них должна поцелуй, старалась не вспоминать. Главное, пережить пятницу без встречи с демонами, а там вся суббота – в веселой компании, в красивом месте – станет отличным отдыхом перед сессией!
По пути домой я поделилась с Катькой рассказом о прогулке и недавнем разговоре с Жарковым. Соседка поржала и не преминула подколоть, что с последнего станется явиться под окна общаги и высказать мне претензии. Я пожала плечами, хотя от такой перспективы в груди от волнения образовалась пустота, и ответила, что, если Димке нравится выставлять себя идиотом, ради бога. Кто я такая, чтобы отказывать ему в маленьких слабостях? Вечер прошел спокойно, хотя я нет-нет да и поглядывала на телефон. По идее злой Жарков должен позвонить и пригрозить страшными карами за мою невинную шутку. Ну а с чего он взял, что я послушно скажу, где нахожусь?! Совсем за дуру держит? Так что сам виноват, если все-таки поехал туда и искал меня.
А вот когда уже ложилась спать, пришли два сообщения. Первое – от Макса. «Сладких снов, Танюша. К сожалению, утром мне в офис, а вот после занятий заеду. Не планируй ничего». Отвечать не стала – смысл? Приедет, значит? Прогресс, хоть предупреждать стал. Мм, придумать отмазку?.. С другой стороны, если просто подвезет – пусть, я не против. Только бы приставать не стал, как сегодня… Поежилась, по телу прокатилась волна жара, и я поспешно отложила телефон. Нет, не буду думать. Не хочу ничего такого!.. Но едва закрыла глаза, трубка снова тихо мурлыкнула. Дадут мне поспать или нет?! Схватила, раздраженно выругавшись про себя, открыла. «Врать нехорошо, Танечка. К поцелую прибавляется свидание, время и место оставляю за собой. Спокойной ночи, феечка». Не выдержала, отослала ответ, злость вынудила стать грубой: «Разбежался, Жарков!» И выключила звук, твердо намеренная уснуть. Сговорились они, что ли?!
Только вот сны мне снились всякие… интересного содержания. После которых утром я проснулась невыспавшаяся, злая и взволнованная. Фиг Жаркову, а не свидание! Хватит с меня переживаний. Буду сопротивляться. Город сегодня радовал хмурым небом и дождиком, так что я влезла в любимые джинсы, рубашку и, прихватив зонтик, вышла из общаги. Кто бы сомневался – у тротуара стояла тачка Жаркова… Но если он думал, что покорно сяду, снова на виду у всех, пусть помашет ручкой птице обломинго. Я невозмутимо открыла зонтик, повернулась и зашагала к перекрестку. Не будет же он, в самом деле, хватать и насильно сажать в машину?! Не стал. Я успела пересечь дорогу и пройти еще немного к Большому проспекту, подумав, что Димка все понял и в кои-то веки решил побыть хорошим мальчиком, однако ошиблась. Синее авто обогнало меня, притормозило у тротуара, и Жарков вышел, не обращая внимания на дождь. Миновать его не удалось, мне преградили дорогу, вынудив остановиться, да еще за локоть удержали, аккуратно, но крепко.
– И что теперь? – невозмутимо поинтересовалась я, покосившись на Димку. – Насильно запихнешь?
– А надо? – негромко ответил Жарков, пристально глядя на меня. – По-моему, на машине удобнее доехать, чем идти под дождем, нет?
– Что же твой приятель не приехал? – не удержалась от шпильки. – Дела поважнее нашлись?
– Возможно. – Он небрежно пожал плечами. – Я не спрашивал. Садись.
– Ты же говорил, занят до выходных. – Я не торопилась.
Ну не хотелось мне оставаться с ним наедине!.. Еще свежи вчерашние воспоминания об окончании прогулки с Максом… Не хотелось, чтобы повторились те же ощущения.
– Мне не сложно по дороге в офис подбросить тебя до универа. – Димка легонько потянул за руку. – Та-а-а-ань, – опять этот его низкий, обволакивающий голос! – Я просто подвезу. Пока что.
Вот последнее несказанно пугало. Пришлось все-таки сесть – в самом деле, отбиваться от Жаркова посреди улицы будет совсем глупо. К моему неимоверному облегчению, доехали молча, хотя напряжение чувствовалось. Я сидела, сжавшись в комочек, и упорно не поворачивалась к Димке, и каждую секунду ожидала от него… вопросов всяких. Ну, хотя бы насчет вчерашнего. А их не было, что тревожило. Жарков остановил машину напротив корпуса, я уже радостно вцепилась в ручку двери, но тут Димка все-таки заговорил.
– Я позвоню насчет встречи. – Его ладонь скользнула по моему плечу, и я дернулась, чуть не впечатавшись лбом в стекло.
Ничего не ответила, рванула дверь и выскочила на улицу, подальше от этого глухого и упертого. Не хочу еще и с ним на свидание идти!
Следом донесся довольный смешок. Я глубоко вздохнула, унимая волнение и раздражение. Ладно, хорошо. Значит, теперь выходит, что мне предстоят два свидания с демонами, полностью на их условиях. Это печально – если бы выбор места оставили за мной… Можно было бы шикарную подставу устроить, обоим, форумы просто завалены идеями, как пригласить двоих в одно и то же место, в одно время, а самой дома остаться. Оставим мысль на потом, вдруг пригодится. Пока шла к корпусу, сосредоточенно размышляла, как же еще досадить самоуверенным демонам. Тут очень кстати окажется бурная фантазия Варьки и девочек, и к аудитории я подходила уже повеселевшая. Мы обсудили завтрашний день – погоду вроде обещали нормальную, без дождя. Договорились встретиться в Автово в одиннадцать утра: поскольку народу планировалось много, решили обойтись без машин и поехать на автобусе. Потом девчонки потребовали детального отчета о прогулке, мы вместе похихикали, а на лекции я поделилась с Варькой невеселой перспективой предстоящих свиданий.
– Обложили тебя, мать, – философски изрекла дриада, смерив задумчивым взглядом. – И знаешь, до меня тут дошли слухи, что и Жарков, и Казанцев всех своих бывших игнорят, и все из-за обычной феи.
Стало слегка не по себе. Не хотелось бы, чтобы обо мне говорили больше, чем надо… Вдруг еще до папы дойдет каким-то образом, не дай бог.
– Да ладно? – Я попыталась свести все к шутке. – Может, эти двое решили отдохнуть от женского внимания?
– Танька, они русалкам отставку дали, проверенные сведения, – понизив голос, сообщила Варя, выразительно подняв брови. – У меня двоюродная сестра учится с ними, я вчера с ней болтала. Хорошо ты зацепила мальчиков. – Она ехидно ухмыльнулась.
А вот мне стало совсем не смешно. Оставалась одна надежда: за лето демоны успокоятся и найдут себе другой объект для охоты. Меня же два месяца в Питере не будет!
– Это их проблемы, – решительно заявила я. – Варь, не хочу ни с одним из них встречаться, честно.
– Война дальше? – Глаза Варвары заблестели от предвкушения.
– А то, – подтвердила я. – Есть идеи?
– Есть, – коварно улыбнулась дриада. – Но для их осуществления нужно знать позывные, ну, номер телефона, скайп или мыло на худой конец. А лучше и то, и другое, и третье. И желательно парочку фоток поэротичнее, – мечтательно протянула вредная Варька.
– У меня только телефоны. – Я скривилась. – Если попрошу остальное, возникнут подозрения, зуб даю.
– Ну, фотки в принципе не проблема достать. – Дриада почесала в затылке. – Остальное… Попробую.
– Что ты задумала? – спохватилась я.
– Усложнить мальчикам жизнь по полной, чтобы на тебя времени не хватало. – Варька усмехнулась и хулигански подмигнула. – Ненадолго, но отвлечет их. А там сессия, и у них тоже, между прочим, учеба.
Ага, а после – долгожданные каникулы, ура. М-да, как там говорится, мне бы ночь простоять да день продержаться…
– Они все равно догадаются, – уныло ответила я, вздохнув.
– И что? – невозмутимо произнесла Варя. – Ты честно предупреждала, они не послушались. Пусть теперь расхлебывают.
Я покосилась на старосту.
– Тебе-то что за интерес по носу их щелкнуть? – осторожно поинтересовалась я. Мало ли, может, я чего не знаю про Варвару?..
– А, весело просто, – беспечно махнула рукой девушка. – Ты не думай, я не одна из брошенных жертв. – Она тихо захихикала. – Меня на экстрим не тянуло, мне демоны на фиг не сдались, с их заносчивостью и эгоизмом, – Варька закатила глаза. – С другими гораздо интереснее и легче. Короче, к воскресенью попробую провернуть всю штуку, – вернулась она к прежней теме.
– Так что за штука-то? – не отстала я.
– Сначала сделаю, потом покажу, – снова подмигнула дриада с таинственной улыбкой.
Больше, как ни старалась, я не смогла ничего вытащить из вредной старосты. Ладно. Надеюсь, ее шуточка не выйдет мне боком, ведь я с чистой совестью, если что, смогу ответить, что ни сном ни духом о происходящем. И не имею к нему никакого отношения. Я же не отвечаю за действия моих подруг, правда?
Дождливая пятница тянулась нудно и медленно, я почти засыпала на парах. Надеюсь, завтра погода порадует. Но все когда-нибудь заканчивается, и последняя пара тоже. Я выползла на улицу, робко надеясь, что у обоих демонов дела и никто из них не заявится к универу. Жаркова, к моему облегчению, не было, а вот вишневый джип стоял. Тьфу. И около него Макс с зонтиком – морось превратилась во вполне приличный дождь.
– Карета подана, – ехидно отозвалась Варька. Она вышла вместе со мной.
– Не смешно, – вяло огрызнулась я и зашагала к машине. Скользнула по невозмутимому Казанцеву взглядом, пожала плечами и не удержалась от ироничного замечания: – Точно, расписание составили.
– В смысле? – озадачился Макс.
– Твой приятель утром был, – просветила его и быстро юркнула в открытую дверь.
Физия демона выглядела не очень довольной, когда он сел за руль, и я мысленно поздравила себя – не у одной меня теперь испорчено настроение. Мелочь, а приятно.
– Может, пообедаем?
– У меня в среду первый экзамен, – непреклонно заявила я. – И обедать я буду дома.
После чего демонстративно засунула наушники в уши и сделала вид, будто сплю – быть вежливой с Максом не собиралась. Хватало того, что просто его присутствие волновало, пусть даже он и не прикасался ко мне. Грело душу то, что завтра день пройдет без назойливых ухажеров, но в веселой компании, и я отвлекусь хоть ненадолго. Поездка в общагу прошла без эксцессов, да и потом меня никто не донимал, ни эсэмэсками, ни звонками. Поставив будильник, я завалилась дрыхать, предвкушая завтра классный день.

Макс удовлетворенно улыбнулся, развалившись на диване в гостиной. Только что позвонил Сашка и сообщил: его человеку удалось подслушать днем разговор Тани и какой-то одногруппницы. Девчонки завтра собирались большой компанией в Петергоф. Очень удачно, у него как раз свободный день, вот и устроит феечке сюрприз. То, что Жарков утром подсуетился, Максу, естественно, не понравилось, но поделать он пока ничего не мог. Ситуация не настолько бесила, чтобы всерьез разозлиться и набить Димке физиономию. Да и вряд ли драка его остановит, и он оставит попытки завоевать Таню… Нет, надо придумать что-то другое, но что? Натравить кого-то из бывших? Банально и слишком просто, и на Жаркова не подействует. Работой его отец обеспечил, но только до выходных, а потом снова придется быть осторожным, чтобы приятель подлянок не устраивал. Ведь будет, демон чертов… Поговорить с Жарковым-старшим и сдать, что его старшенький всерьез заинтересовался скромной феей? Родитель Димки к имиджу семьи относился с болезненным вниманием, и если до сих пор его сын выбирал себе любовниц из их круга, то теперь…
Казанцев задумчиво прищурился. С другой стороны, Димон тоже с характером и не боится отстаивать перед отцом свое мнение. Найти ему другую жертву, чтобы отвлекся? Такую же девственницу? А поведется ли?.. От телефонного звонка Макс несильно вздрогнул, а увидев, чей номер определился, тихонько хмыкнул – как чувствовал, что про него думают.
– Привет, Дим, – спокойно ответил Казанцев.
– Помнишь, я про оборотней тебе говорил? – так же спокойно спросил Жарков. – Которые за Таней увязались? Там еще некто Валера верховодил.
– Ну помню. – Макс насторожился.
– Ритуля твоя попросила их пообщаться с Танечкой на предмет поведения, – как ни в чем не бывало сообщил Димка. – Они, оказывается, и раньше выполняли для нее кое-какую работенку, не слишком чистую.
Макс пожал плечами, хотя собеседник не мог видеть.
– Не удивлен, знаешь ли, – сухо обронил он. – Не приведи ты ее тогда в кафе, оборотней не было бы.
– Сам поговоришь или мне? – со смешком поинтересовался Дмитрий.
– Ты-то с какого боку? – фыркнул Макс. – Сам разберусь. Не тронет она больше Таню. Ты бы о своих бывших побеспокоился, слухи уже наверняка расползлись.
– Мои не такие буйные и упрямые, – уже открыто расхохотался Жарков. – Они четко знают, мое «нет» значит окончательное нет, без всяких оговорок. И я не выбираю мстительных, знаешь ли. Все, пока, у меня дел куча, отцу завтра офис сдавать.
Последнее заявление обрадовало Макса. Даже если Димон тоже в курсе каким-то образом, куда Таня собралась в субботу, дела его задержат. Казанцев отключился, бросил взгляд на часы – всего девятый, нормально, и набрал еще один номер.
– Рита? – И хотя голос звучал как обычно, темные глаза сузились, и в них мелькнул огонек, демон злился. – Есть часик? Давай встретимся, поговорить надо. Ну вот увидимся, и узнаешь. – По губам Макса скользнула жесткая улыбка.
Договорившись о времени, Казанцев упругим движением встал с дивана и поспешил к выходу. Он никому не позволит обижать Танечку, и уж тем более девицам, думающим, что у них есть на него какие-то права.

Глава 7

Жарков с утра поехал в офис, хотя, конечно, тянуло совсем в другое место. Хотелось составить компанию осведомителю, которого Димка поставил около общаги, чтобы быть в курсе передвижений феечки и ее встреч с Максом. Друг, конечно, тоже нервировал, хотя демон не показывал вида. То, что начиналось, как шутливый спор, переросло в настоящее соперничество.
Сведения, которые собрал его человек про семью Тани, не объясняли странной тяги к ней. Мама фея, папа леший, сейчас отдыхают где-то за границей. Хотя частично ее стойкое нежелание мимолетных отношений можно объяснить наследственностью, видимо, гены отца оказались сильнее. А вот кто еще был в родне Танюши, узнать пока не удалось. Точно известно, она единственная дочь, и все.
Дмитрий занимался делами, ожидая отца – тот должен подъехать часам к одиннадцати, – а сам продолжал думать о фее. И о предстоящем с ней свидании. Жарков улыбнулся: у него возникла идея, как сделать так, чтобы Макс при всем желании не помешал. И поцелуй достанется ему, Димке, первому. Маленькая, но победа. А Макс перебесится и успокоится, никуда не денется. Он всегда легко увлекался и легко расставался с девушками, как только они ему наскучат. Особенности вида – пропадет соблазн, и Макс тут же забудет про Таню. Она, конечно, симпатичная, очень, но не похожа на тех, кого обычно выбирал Казанцев. Милая, непосредственная, живая, местами наивная… Однако почему-то ее очень пугал факт пристального интереса двух демонов. Это Жарков отлично чувствовал, и причину такого страха узнать хотелось. Дима собирался выяснить на свидании. Обычно девушки от него не шарахались, по крайней мере, так активно, а большинство, наоборот, слетались на репутацию и внешность. Ну как же, хорошим девочкам нравятся плохие мальчики… Жарков усмехнулся, машинально просматривая отчеты отделов, которые предстояло предъявить отцу. Танюша хорошая девочка, да, и изо всех сил пытается держать дистанцию, но Димка прекрасно видел и чувствовал – несмотря на страх, фею тоже тянет к нему. Иначе она бы не разволновалась так сильно тогда, около общежития, когда он почти поцеловал ее. Был бы только страх, она бы всерьез отбивалась. А так…
– И хочется, и колется, значит, – пробормотал он, задумчиво прищурившись.
Пусть Макс пытается угадать мечты Танюши, он, Жарков, поступит по-другому. Просто покажет Тане, бояться своих желаний не стоит. Только для этого нужно, чтобы им никто не помешал, и она никуда не смогла сбежать. Значит… Усмешка демона стала шире: он придумал, как не оставить Тане выбора и исключить внезапное появление Макса в самый неподходящий момент. Осталось только сообразить, как все обставить, чтобы подозрительная Танечка не увильнула, но это Димка оставил уже на потом, когда займется детальной разработкой плана. Зазвонил телефон, Жарков посмотрел на номер – отец.
– Ты в офисе? – не поздоровавшись, сразу спросил он. – Я через полчаса буду, уже из аэропорта еду.
– Да, хорошо. – Димка подобрался, отодвинув мысли о Тане.
Он помнил, родитель хотел поговорить. И что-то ему подсказывало, тема не слишком приятная.
– Подготовь следующее… – Николай Жарков начал давать указания.
Внимательно выслушав, Дмитрий попрощался и углубился в работу. Когда телефон зазвонил снова, он с раздражением покосился на номер, но, едва увидев, кто это, живо схватил трубку.
– Да?
– Она с соседкой куда-то собралась, сейчас к метро идут, я за ними. – Это был тот самый наблюдатель, которого Жарков оставил у общаги.
– Позвони, как узнаешь, куда они едут, – ответил он.
В кровь плеснул азарт вместе с легким раздражением – куда это феечка намылилась? Да еще с подружкой. Одно радовало: если с Катей, значит, не на встречу с Максом.
– Хорошо. Все, я в метро. – Наблюдатель отключился.
Димка с хрустом потянулся и довольно улыбнулся: день обещал быть интересным во всех смыслах.
Отец приехал, как и говорил, через полчаса, и некоторое время они обсуждали рабочие вопросы. А потом Николай предложил сыну пообедать в ресторане недалеко от офиса. Жарков-младший понял: пришло время обещанного разговора. И хотя внешне Дмитрий оставался спокойным, его пальцы в кармане не выпускали телефон, то и дело поглаживая кнопки. Вот-вот должен позвонить его человек. Они зашли в изысканный зал. Зеркала и позолота, хрустальные люстры и натертый паркет. На столиках накрахмаленные скатерти, в вазах живые цветы, негромко играла приятная музыка. Ресторан не из дешевых, но Димке подобные заведения не очень нравились. Слишком много пафоса, он предпочитал попроще, где не подают к каждому блюду свои приборы, и где меню написано простым русским языком. Официант появился бесшумно, выслушал заказ и так же удалился.
– О чем ты хотел поговорить? – спросил Дмитрий, не желая затягивать встречу.
– На следующей неделе благотворительный вечер, будет много важных и нужных людей. – Николай не стал ходить вокруг да около, он тоже не любил словесные кружева. – Я хочу, чтобы ты там был и обратил внимание на одного гостя, точнее, гостью. – Старший демон протянул сыну планшет с фото. – Очень перспективная семья, у ее отца строительный бизнес, и я хочу, чтобы он стал нашим партнером. – Николай пристально посмотрел на Димку.
Тот разглядывал девушку на фото, пока ничего не отвечая отцу. Длинноногая брюнетка возлежала на шезлонге, на палубе яхты, держа в руках коктейль, и со снисходительной улыбкой смотрела в объектив. Откровенный купальник позволял оценить формы, стройную фигуру, тонкую талию. Кожу покрывал золотистый загар, подчеркнутый серебристым цветом ткани. Взгляд девушки, слегка насмешливый, говорил о том, что она прекрасно знает себе цену. Однако… Димка понял, красотка не цепляет, ну вообще никак. Хотя раньше он даже не задумываясь сразу согласился бы на то, на что откровенно намекал отец. Димка невольно сравнил ее с Таней и признал: холеная самка не идет ни в какое сравнение с непосредственной и нежной феей.
– Тебе нужна постоянная подружка, – продолжил Николай развивать мысль. – И Лариса как нельзя лучше подходит. Ей двадцать два, закончила финэк, работает у отца ведущим экономистом.
– Кто она? – Жарков-младший снова сжал телефон, готовый уже сам позвонить наблюдателю.
– Суккуба, – правильно понял вопрос сына Николай. – Инициированная, как понимаешь, отец демон, мать – такая же, как Лариса. С женитьбой пока не тороплю, но девочка перспективная. Вы отлично будете смотреться вместе.
Долгожданный звонок позволил Димке не торопиться с ответом. Он поднес трубку к уху и отрывисто произнес:
– Слушаю.
– Я в Автово, она поехала с большой компанией в Петергоф, – доложил наблюдатель.
– Спасибо, позже перезвоню. – На лице младшего демона не дрогнул ни один мускул, хотя внутри все радостно встрепенулось: он знает, где Таня!
Спрятав телефон, Димка посмотрел на отца и вернул планшет.
– Я подумаю, – невозмутимо ответил он.
– Что значит – подумаешь? – Николай нахмурился. – Чем тебе Лариса не понравилась?
– Обычно я сам выбираю любовниц, – негромко ответил Дмитрий, не опустив взгляда. – И уж тем более постоянных.
– Дима, она очень перспективная девочка, и нам нужно расположение ее отца! – В голосе Жаркова-старшего звучало раздражение. – Чего тут думать? Не жениться же заставляю!
Димка хмыкнул и отпил сока.
– Тебе  нужно расположение ее отца, – поправил он невозмутимо. – Ты же знаешь, я не люблю спать по заказу с многочисленными дочками твоих возможных партнеров. У них тогда появляется слишком много желаний, которые, увы, я удовлетворить не могу.
Николай прищурился, серо-зеленые глаза холодно блеснули.
– До меня дошли слухи, что ты волочишься за какой-то феей-первокурсницей, – ровно произнес он. – Если это из-за нее…
– Не лезь в мою личную жизнь, – резче, чем хотел, оборвал Дима. – А если тебе так нужно расположение ее отца, придумай что-нибудь другое, кроме как использовать его дочь по прямому назначению. Прости, у меня дела. – Он вытер рот салфеткой и встал.
– На приеме чтобы был, – отчеканил Николай. – Мы не закончили разговор!
– Всего хорошего, папа. – Жарков-младший небрежно махнул рукой и поспешил к выходу.
Он знал, отец упорный и не отступится от своего предложения с суккубой. Так что с Ларисой придется каким-то образом разбираться.
На Петергофском шоссе всегда пробка на выезде, на дорогу часа два уйдет, а потом еще надо найти Танюшу в большом парке… Дмитрий улыбнулся. Это гораздо интереснее, чем охмурять очередную гламурную красотку, да и наскучили ему доступные девочки, которым интересны только его финансовые возможности. А уж суккуба, инициированная… Эти дамочки дюже охочи до мужчин, с их-то темпераментом, и с ними никогда не знаешь, хватает им или нет. И всегда остается вероятность, что ты не единственный, а это Димке уже вообще поперек горла. И дело не в ревности, а в гордости. Быть одним из  его не устраивало никоим образом.
Димка сел в машину и решительно выбросил из головы лишние мысли. Скоро он встретится с Танюшей, и это, черт возьми, отличная новость!

Погода, как водится в Питере, переменилась за одну ночь, и снова светило солнышко. К нашей с Катькой радости. Утро началось рано, в девять мы вскочили по звонку будильника, на удивление бодрые и выспавшиеся. Я-то ладно, как правило, ложусь не совсем поздно, и свои восемь-девять часов высыпаю, а вот для «совы»-Катюхи встать в выходной раньше одиннадцати – подвиг, достойный медали. Но сегодня предстояла чудесная прогулка в веселой компании, и наконец-то я отдохну от надоедливых и смущающих мой покой демонов! В душе порхали бабочки, я передвигалась по нашей скромной жилплощади в ритме вальса и весело напевала. Катька хихикала, зараза такая.
– Кстати, Виталь тоже поедет, – со смешком сообщила она, пока я копалась в шкафу, мучительно размышляя, что надеть. – Но без Маринки.
– А Варька обещалась своих знакомых привести, – буркнула я из недр мебели. – Чтобы вообще никому скучно не было…
Соседка хохотнула:
– Недостатка в кавалерах не предвидится!
– Еще бы. – Я вынырнула, длинно вздохнула и почесала затылок.
В штанах практичнее, конечно, и удобнее. Но день такой классный, солнечный, мы едем в Петергоф… Ай, ладно. Юбки и платья мне тоже нравятся, так что решено. Сняла с вешалки короткую тунику из легкого шелка с абстрактными зелеными, коричневыми и песочно-желтыми разводами. Простенько и со вкусом. Завязала пояс, волосы убрала в высокий хвост, надела босоножки на плоской подошве – никаких каблуков на прогулке, боже упаси! Ну, отлично, я готова. Катька не стала особо думать, влезла в неизменные джинсы, футболку, захватила кофту на случай прохлады, и мы вывалились из общаги. До Автово ехать не меньше часа, хотя, как обычно случается с большими компаниями, обязательно проторчим лишнее время, дожидаясь опоздавших. На улице невольно скользнула взглядом по сторонам, в глубине души опасаясь увидеть одну из знакомых машин, но обошлось. Господа демоны или дрыхнуть изволили, или делами занимались. Ну и к лучшему, меня достало их надоедливое общество. Червячку разочарования было сунуто яблоко, чтобы не мешал наслаждаться жизнью, и я решительно выкинула мысли о приставучих кавалерах.
…Узрев у метро внушительную толпу, половину из которой я не знала, признаться, слегка струхнула. Варька, как обещала, привела нескольких знакомых мужского пола, сводница вредная! Насмешливый взгляд в мою сторону и хитрая улыбка показали, что подозрения правильны, староста сделала это ради меня. Я исподтишка показала дриаде кулак, на что получила веселое подмигивание. Неисправима, пришлось признать со вздохом. Пока все шумно здоровались и знакомились, я разглядывала, кого же взяла с собой Варя в надежде наделить меня кавалером. Оба из наших, водяной и леший. Леший – невысокий, крепко сбитый, с короткими светлыми волосами, серьезным взглядом серых глаз, но с притаившейся в уголках губ улыбкой. Звали Семеном, или Семой по-простому. Водяной – смешливый, веселый, с растрепанной каштановой шевелюрой и живыми голубыми глазами, назвался Пашкой. Еще, конечно, Ирка приехала, Женька с Владой, вся Катькина компания. Варька, улучив момент, утянула меня в сторону и требовательно спросила:
– Ну?
– Что – ну? – Я осторожно покосилась на дриаду.
– Как тебе мальчики? – Она кивнула в сторону нашей тусовки.
– Варь, не сходи с ума, – хмыкнула я. – Мы едва ли парой слов перекинулись с каждым! А ты уже с такими вопросами пристаешь!
– Демоны, кстати, где? – перескочила она на другую тему.
– Понятия не имею, – пожала плечами. – И надеюсь, не увижу никого из них как можно дольше.
– Классно выглядишь, тебе идет короткое. – Варвара окинула меня оценивающим взглядом. – Почаще бы носила юбки и платья, глядишь, уже и не представляла бы ценности для демонов, – ехидно поддела она.
– Да ну тебя! – Щекам стало тепло от выступившего румянца. – Ехать пора, а то полдня в дороге потеряем.
Конечно, в выходной день на остановке толпилась куча народа. Семьи, парочки, такие же компании – автобус мы брали штурмом. Затолкавшись в салон, оккупировали заднюю площадку, я забилась в угол, поставив перед собой Катьку. Не хочу, чтобы кто-то, воспользовавшись ситуацией, прижимался ко мне всю дорогу. Хватило того, что Виталь бросал на меня красноречивые взгляды и старался оказаться поближе. Оба знакомых Варьки вели себя нейтрально, хотя и один, и другой поглядывали на меня с интересом. Признаться, я тоже нет-нет да и косилась на лешего с водяным. На Пашку смотрела чаще, его открытая улыбка привлекала больше. Стало немного грустно: почему отношения обязательно предполагают секс? Было бы здорово просто с кем-то встречаться, проводить вместе время, ходить куда-то и при этом не переводить все в горизонтальную плоскость… Мечты, мечты. Придется Варьке оставить планы по сбагриванию меня своим приятелям, какими бы прикольными и интересными они ни были. Вот если бы я была уверена, что при всем своем легкомыслии дриада умеет держать язык за зубами, поделилась бы своей тайной. Но, черт, не могу папу подвести. Я обещала молчать. Даже без учета того, кто именно мой родитель, найдутся желающие на неинициированную меня. Лакомый кусочек…
Простояв почти час в пробке на Петергофском шоссе – она тут постоянная, особенно по выходным, – мы наконец вывалились у главных ворот парка. Впереди раскинулся дворец. В отличие от того же Зимнего в Петергофе вместо горчичной с перламутровым отливом краски все блестело позолотой, и загородная императорская резиденция выглядела роскошно. Да, мне б такую дачку нехилую… Дошли до касс в нижний парк – в верхнем особо ничего интересного, он сам по себе небольшой, и всего парочка фонтанов, – отстояли очередь и наконец прошли через турникеты. На террасе над Большим Каскадом, вдоль дворца – неизменная толпа туристов, жаждущих поглазеть на интерьеры. В изобилии толклись невесты со счастливыми лицами и гости с бутылками шампанского и бокалами. Шум воды перекрывал все остальные звуки, и приходилось говорить очень громко, чтобы услышали. Я, позабыв обо всем, ринулась к лестнице, потащив за собой Катьку. Фотосессия в Петергофе – моя давняя мечта. К сожалению, у папы почти нет времени куда-то выезжать со мной.
Колян, как всегда, дурачился, Виталь настойчиво искал ко мне подходы и нахально лез в кадр, когда я пыталась сфоткаться на фоне Самсона, «разрывающего пасть писающему мальчику», как пошутил кто-то из народа. Моя живая фантазия тут же представила эту картину, и я согнулась пополам от хохота, аж живот заболел. Катька шипела на Степана, который открыто к ней клеился, а сама поглядывала в сторону Семки. У меня появились подозрения, что соседка запала на лешего. Он пока вел себя нейтрально, никого не выделяя среди девчонок.
Прогулка шла своим чередом… Поели мороженого, покормили белок, наделали фоток и постепенно переместились в сторону тех самых замечательных фонтанов-шутих, насчет которых давно ведутся споры. Ну, сидит ли там специально обученный дяденька где-нибудь в кустах, в засаде, или действительно механизм включения воды скрыт под одним из камней на дорожке. Конечно, там толпился народ, с визгом носились радостные и мокрые с ног до головы дети, время от времени мимо скамеек, из-за которых и вылетали струйки воды, с веселым смехом пробегали и взрослые. У меня желания мокнуть не возникло – с залива то и дело долетал прохладный ветерок, и заболеть не хотелось. Поэтому я просто встала в сторонке, с улыбкой наблюдая, как Женька, ухватив за руку взвизгнувшую Владу, с воплем «Йихха-а-а!!» побежал к скамейкам. И их накрыло радужно блестевшими на солнце струйками воды…
– Женя, блин!! – возмущенно возопила нимфа, стряхивая с волос влагу.
– Ну весело же. – Довольный сатир заключил бурчавшую подругу в объятия и звонко чмокнул.
Степа попытался проделать тот же маневр с Катькой, но моя соседка – не изящная нимфа, подруга уперлась и зашипела, как кобра. Недолго думая Степан схватил завизжавшую от неожиданности Катюху в охапку, легко взвалил на плечо и как ни в чем не бывало пошел к скамейке.
– Пусти, питекантроп недоделанный!! – вопила Катя, ничуть не стесняясь окружающих, и настойчиво стучала по спине решительного парня. – Слышишь, у меня голова кружится, пусти!! Если на меня хоть одна капля упадет…
Наш дружный хохот перепугал, наверное, всех белок в окрестностях. Картинка выглядела, конечно, забавно. Катьке повезло – фонтан не сработал. Степа поставил ее на землю, и несколько минут ему пришлось наматывать круги вокруг, ибо злая и раскрасневшаяся соседка была решительно настроена надавать ему пинков и подзатыльников. Варька и несколько девчонок тоже побегали мимо скамейки, один раз их все-таки накрыло, а потом мы пошли дальше. Катька демонстративно держалась подальше от Степана и поближе к Семке, я краем глаза отслеживала Виталя, но его очень удачно занял беседой Пашка. Мы переходили мостик через канал от Большого Каскада и застряли на нем, – больно уж красивые фотки выходили. И все было бы отлично…
– Та-а-ань, – протянула вдруг подошедшая Варька и тронула за локоть. – Не хочу портить тебе настроение… Осторожно посмотри направо. Около той вазы каменной.
Сердце упало в пятки от дурного предчувствия, я скосила глаза, улыбка будто приклеилась к лицу. Увидев, кто там стоял, небрежно прислонившись к постаменту и скрестив руки на груди, я вздрогнула и замерла. Жарков собственной персоной. С ленивой улыбочкой, в солнечных очках, небрежно растрепанные рыжие пряди шевелит легкий ветерок, и в них проскакивают золотистые искорки… Хорош, черт возьми. Коленки тут же ослабли, и хорошо, за спиной перила моста были, к которым я и прислонилась. На несколько мгновений реальность отодвинулась, застыла, оставив нас вдвоем, и так захотелось подойти, позволить обнять, и чтобы прижал…
– Тань? – Вопросительный голос дриады вырвал из сладкого дурмана, я очнулась и тряхнула головой.
Накатила тихая паника, успешно потеснившая другие нежелательные эмоции, вспыхнувшие от одного только вида демона.
– Да что же!.. – вырвалось у меня, и я поспешно отвернулась.
Глаза защипало от слез, пришлось поморгать и срочно брать себя в руки.
– Тань, Тань, тихо. – Варька положила мне ладонь на плечо. – Он не подойдет, пока ты с нами, ведь знает, что откажешься идти с ним куда-то, а позориться при куче народа ему вряд ли понравится.
– Он меня нервирует, – призналась я, шмыгнув носом. – И… я ему свидание должна, – призналась со вздохом.
– Это когда ты успела? – Варька удивленно подняла брови.
– Да вот. – Я поджала губы. – Господин Жарков обиделся, что не сообщила, где нахожусь, и он зря прокатился. И решил, что встреча на его условиях будет достойной платой.
– Круто. – Голос Вари звучал озадаченно. – М-да, серьезно они тебя в оборот взяли. Что делать будешь?
– Для начала догоню наших. – Я осторожно промокнула уголки глаз бумажным платочком и развернулась, невольно задержав дыхание.
Наша компания направлялась как раз в ту сторону, где я видела Жаркова, но его самого около вазы уже не было. Я тихонько перевела дух и поспешила присоединиться к остальным, утешая себя надеждой, что вдруг просто привиделось? И это был очень похожий на демона мужчина? Ну, Варьке тоже показалось, мало ли. Народу много вокруг. Потихоньку я успокоилась, однако нет-нет да бросала по сторонам косые взгляды, высматривая рыжую макушку. Что-то подсказывало: мы с дриадой не ошиблись и это действительно был Димка. Зачем он поперся за мной, скажите пожалуйста?! Прекрасно знает: никуда я с ним по доброй воле не пойду и уж тем более не прерву запланированную прогулку с друзьями! Мне с ними веселее, чем с Жарковым. Решил помозолить глаза, действуя на нервы? Или… Варька не права, и он все же подойдет?..
Все эти мысли не давали толком наслаждаться прогулкой. В какой-то момент даже спина между лопатками начала чесаться от ощущения пристального взгляда. Оглянуться боялась. Варька иногда сочувственно посматривала на меня, я же надеялась – моя натянутая улыбка останется незамеченной. В том смысле, что мне совсем не так весело, как пыталась показать. Настойчивые попытки Виталя растормошить меня вызывали раздражение, и в конце концов я тихо рявкнула, чтобы он оставил в покое, иначе развернусь и поеду домой. Внял. В глазах промелькнула обида, но отошел и больше не пытался привлечь мое внимание. Катька щебетала с Семой, Степан хмурился, поглядывая на них, мы потихоньку шли к дальней части парка – по плану там находился фонтан «Пирамида». Множество струй складывались в высокую, сверкающую на солнце водяную пирамиду. Не знаю, почему, но бурлящий фонтан меня завораживал, нравилось смотреть на него, наблюдать за подвижной стихией. Решили потом отдохнуть на берегу залива, перекусить и потихоньку двигать в обратную сторону – мы уже часа два бродили по парку. Чтобы уехать без проблем, сильно задерживаться не стоило. Только я совсем упустила из виду, что демоны привыкли получать, что захотят, особо не задумываясь о желаниях своих жертв…
Мы выбрали местечко подальше от шумных семейных компаний, расположились на камнях, и я чуть-чуть расслабилась. Приняла активное участие в обсуждении того, как мы будем отмечать окончание сессии. Поскольку у психфака она заканчивалась на пару дней позже, чем наша, договорились собраться всей компанией. Ну, я видела, наши девчонки рады разбавлению мужскими особями, причем на любой вкус – одного нашего Женьки на всех, увы, не хватит. К тому же до начала нового учебного года он Владу точно не бросит. В общем, сошлись на том, что сначала идем в клуб, а на следующий день всей толпой отправимся к Варьке на дачу, на пару денечков. Я мысленно скрестила пальцы, чтобы эти планы мне никто не испортил – не будем упоминать всяких нежелательных личностей вслух.
Катька предложила отойти и пофоткаться на фоне залива, на камнях. Ну я и согласилась… Успела сделать всего пару снимков, когда из-за деревьев вышел Жарков.
– Что такое, Тань? – Катька заметила, как изменилось мое лицо, и обернулась.
– Привет. – Димка улыбнулся, а у меня опять все упало.
Надо было домой ехать, еще когда Виталь доставать начал. Теперь… Похоже, мой персональный кошмар решил, что сегодня – самый подходящий день для обещанного мне свидания, иначе я не могу объяснить его присутствие здесь, в Петергофе.
– Что ты здесь делаешь? – буркнула я, скрестив руки на груди.
Катька молча стояла рядом с независимым видом и чуть ли не насвистывала – упрямое выражение ее лица говорило о том, что оставлять меня одну с Жарковым она не собирается. Эх, подруга… Его это не остановит, если он что-то задумал. Грустную улыбку сдержать удалось. Если честно, мое терпение подошло к той грани, за которой хотелось просто сдаться на милость обстоятельствам, лишь бы эта нервотрепка закончилась. Останавливала только мысль о том, что папа расстроится. Очень. И никто счастливым от моего решения не станет. Ну разве кто-то из демонов, ненадолго, пока не надоем и он не найдет ту, с которой будет интереснее, чем со мной. А я… Не будем о грустном.
– За тобой приехал, – невозмутимо сообщил Димка.
Я поджала губы.
– Следил? И вообще, ты в мои сегодняшние планы не вписываешься, – сухо ответила я.
– Таня, – мягко произнес Жарков и даже улыбнулся, но мне стало сильно не по себе от этой улыбки.
От голоса же по телу прокатилась волна горячей дрожи, снова вызвав слабость в коленках. Только ухватиться не за что, пришлось дать мощного пинка всяким лишним эмоциям.
– Восемнадцать лет Таня! – непримиримо ответила я, покосившись на него.
Скорее бы Варька свою идею осуществила, какой бы коварной она ни была! Теперь я жаждала доставить им не меньше проблем, чем они мне. Испорченная прогулка – это так, мелкие шалости. Я глянула в сторону нашей компании – они тоже заинтересованно косились на нас, Варька недовольно хмурилась, но подходить никто не спешил. Ну и… правильно, сама попытаюсь разобраться.
– Тебя давно на руках носили? – спросил вдруг Димка.
Я переполошилась не на шутку.
– Эй, даже не думай! – отступила на шаг, не сводя с него встревоженного взгляда.
– Тогда пошли, – последовал спокойный ответ.
Я не торопилась подчиняться.
– Это то свидание, которое, по твоим словам, я тебе должна? – уточнила, прищурившись.
Золотисто-рыжие брови выгнулись, Жарков приподнял очки, и на меня весело глянули его цвета старого золота глаза.
– Нет, это прогулка в моем обществе, потому что я по тебе соскучился, – мурлыкнул Димка.
Рядом беззвучно охнула Катька, посмотрев на меня округлившимися глазами, а я почувствовала, как краска прилила к щекам. Он что, издевается?! Мы едва знакомы, Жарков ничего обо мне не знает, какое соскучился?!
– Тань, не тяни время, пойдем уже. – Он снова протянул руку, продолжая улыбаться. И добавил: – Давно пора познакомиться с тобой поближе.
Вот интересно, это я такая пошлая, что сразу подумала про основную причину интереса демонов ко мне, или Жарков действительно имел в виду секс? Если так, то наглости ему не занимать, конечно. Я одарила его возмущенным взглядом, но посчитала ниже своего достоинства что-то отвечать. Молча кивнула, развернулась и направилась к компании. Меня, естественно, встретили вопросительными взглядами.
– Та-а-а-а-а-ань, – протянула Варя.
– Извините, народ, дальше без меня, – сообщила с кривой улыбкой и взяла рюкзак. – Так получилось.
– А это кто вообще? – ревниво нахмурился Виталь, и я чуть не рассмеялась, таким он казался наивным.
– Так, знакомый один, – ответила я и насмешливо глянула на него. – Уймись, Отелло, сама справлюсь. Ладно, всем пока. – Я помахала рукой.
– Созвонимся, – кивнула Варька и выразительно посмотрела на меня.
О, по поводу гадости-то? С большим удовольствием! Остальные тоже попрощались, а еще я поймала задумчивый взгляд Пашки, водяного. На меня, потом на демона. И снова на меня. Вот только не надо говорить, что и этот запал! Поспешно развернувшись, я направилась к Жаркову. Молча остановилась рядом, избегая смотреть на такого притягательного Димку, хватило уже того, что ноздри защекотал аромат его туалетной воды, от которого моя решимость сопротивляться влечению стремительно таяла. Так получилось, к запахам у меня особое отношение, я вообще любила вкусные ароматы.
Он взял за руку, и я едва не дернулась – прикосновение обожгло до самого плеча, как молнией прошибло. Дыхание на несколько секунд сбилось, но выдернуть ладонь я бы не смогла – пальцы Жаркова держали крепко, хоть и аккуратно. Мы вышли на дорожку и направились вглубь парка.
– Тань, – позвал демон.
– Что? – хмуро отозвалась я, изучая песок под ногами.
В конце концов, он испортил мне выходной с друзьями, дружелюбие демонстрировать я не нанималась.
– Ты как к кино относишься?
– Нормально, но с тобой не пойду! – отозвалась, зыркнув на спутника мрачным взглядом.
Он повернул голову, смерил меня задумчивым взглядом, разбудив стадо бешеных мурашек по телу, и ответил:
– Пойдем-ка присядем.
Его спокойный голос вызвал больше тревоги, чем если бы Димка начал откровенно флиртовать со мной. Что задумал?! С Максом проще, тот и не скрывает, чего хочет от меня, и ведет себя соответственно. Жарков же… мне он легкомысленным не казался, наоборот, сложилось впечатление, что он четко ставит цели и добивается их. И никогда не проигрывает. Невольно поежилась, вдоль спины пробежал холодок. Демон, что сказать. Димка потянул к свободной скамейке у одного из фонтанов, мы сели. Мою ладонь он так и не выпустил, да еще и начал тихонько перебирать пальцы. От неожиданной ласки волнение вспыхнуло, как керосин от поднесенной спички. Что… что он делает, зачем?! Я замерла, едва дыша, сердце колотилось как сумасшедшее, от противоречивых эмоций мысли путались и слегка кружилась голова. Отчего-то было немного страшно – Димка явно намеревался поговорить, причем серьезно. Ох, не нравится мне все это…
– Начну, наверное, с того, Тань, что со мной лучше дружить, – начал наконец Жарков и небрежно улыбнулся, по-прежнему не глядя на меня и продолжая ласкать мои пальцы. – Мне бы не хотелось демонстрировать жесткие методы, с помощью которых я добиваюсь желаемого.
– Тоже девственницу соблазнить захотелось? – резко ответила я, отогнав малодушный страх. Не запугает, нет! – Как Максу?
– С чего ты так решила? – послышалось хмыканье. – Танюш, я не соблазняю девушек ради спортивного интереса.
– А ради чего тогда? – Я посмотрела на него, внутренне собравшись – не растекаться лужицей, кому сказала!
Димка тоже посмотрел мне в глаза.
– Если мне требуется женщина, Тань, поверь, я ее нахожу безо всяких ухаживаний и ритуалов. – Он усмехнулся, во взгляде мелькнул огонек. – Но общение с любовницами ограничиваю исключительно совместными встречами для удовольствия, и в кино их уж точно не вожу.
– Противоречишь сам себе. – Я не удержалась и фыркнула. – Чего тогда от меня надо?
– Ты права, одна из причин – твоя невинность. – Он понизил голос, хотя к нам никто не подсаживался, несмотря на свободное место. – Знаешь, это как любимое пирожное, которое редко где продается, и когда его наконец найдешь, отказаться невозможно, сколько бы оно ни стоило. – Усмешка стала шире, а голос приобрел бархатистые, обволакивающие интонации.
– Что вы, демоны, ищете в девственницах? – спросила ровным тоном, а сердце заколотилось как сумасшедшее.
Судя по его словам, не отстанет. Раз я для него редкое пирожное… Сквозь сладкое марево волнения, вызванное близостью Жаркова, стал пробиваться страх.
– Эмоции, Танюша. – Он пожал плечами, а пальцы между тем перебрались на запястье. Взгляд же сделался задумчивым, пристальным, и… я отвела глаза. Не хочу видеть в золотистой глубине интерес и не хочу думать, искренний он или всего лишь спортивный, потому что сразу не соизволила упасть к его ногам. – Они дают энергию, а уж эмоции девственницы, мм… – мечтательно протянул он. – Самое сладкое блюдо.
– Найди другую, – вяло огрызнулась я, желание спорить резко пропало.
Длинный вздох показал, что это будет бесполезной тратой времени.
– Не поможет, – весело отозвался Димка. – Ты уже зацепила меня, феечка. И уж не знаю, по какой причине ты так воинственно настроена, но я же чувствую, тебя тоже тянет ко мне.
Я оказалась не готова к тому, что Жарков поднесет мои пальцы к губам и начнет медленно целовать один за другим, очень нежно, не сводя с меня взгляда потемневших до цвета старого янтаря глаз. Хорошо, я сидела – силы разом оставили, тело превратилось в желе, а низ живота медленно наливался горячей тяжестью. Ммама…
– П-перестань, – сипло выдавила я, однако выдернуть ладонь получалось только в мыслях.
Пальцы начало покалывать от ласковых поглаживаний языком, я тонула в золотистой глубине Димкиного взгляда, с отчаянием понимая, что хана мне.
– Люди кругом… – совсем тихо добавила, хотя до окружающих меньше всего было дела.
– Ты мне стала интересна, Таня, – продолжил Димка негромко, и его губы коснулись середины ладошки.
Я вздрогнула, и от слов, и от волны ощущений, поднявшейся по руке.
– И я даже готов набраться терпения и не торопить тебя. – Он сделал паузу, и я невольно затаила дыхание – кажется, сейчас последует условие, при котором Жарков согласен подождать с решительными мерами. Так и вышло. – Если ты перестанешь избегать меня, Танюша.
– То есть выбора ты мне не оставляешь? – тихо спросила я, изо всех сил пытаясь не отвлекаться на прикосновения горячего языка Жаркова, выписывавшего замысловатые узоры на нежной коже запястья.
Для меня оказалось неожиданностью, насколько это может быть приятно и волнующе. Демон молча покачал головой, усмехнувшись уголком губ. Такой же самоуверенный эгоист, как и Макс, с безнадежностью подумала я. Слушают только себя и свои желания.
– Неужели тебе нет дела до того, каково мне будет, когда ты получишь свое и уйдешь, а… а я одна останусь? – От гремучей смеси удовольствия от Димкиных действий и отчаяния глаза защипало, и окружающее слегка поплыло. – Не очень приятно, знаешь ли, чувствовать, что мною просто попользовались. Мне, может, большего хочется! – выпалила и прикусила язык.
Тань, не может он тебе большего дать, не может! Он демон!
– А хочешь от меня большего, Тань? – раздался голос Жаркова около самого уха. – Встречаться, например?
Я ахнуть не успела, как он дернул к себе и обнял, прижавшись к спине.
– Н-нет!.. – пискнула я испуганно, замерев.
Какое встречаться?.. Димка не будет два года ждать!!
– Врешь, – шепнул он ласково, и меня пробрала дрожь, воздух резко закончился в легких. – Ты дрожишь от волнения, Танюша, – с довольным смешком добавил он. – Чего ты упираешься?
Дурдом, полнейший. Два упрямых барана, и между ними я, вынужденная молчать о настоящей причине моего сопротивления. Если бы не последствия, я, может, и согласилась бы повстречаться… Эх, ладно, будем упорствовать дальше, давя на то, что не желаю быть игрушкой.
– Потому что мне не хочется быть любовницей, Дим, мне хочется быть любимой девушкой, – напряженным голосом ответила, слишком остро ощущая его близость.
Тепло сильного тела, размеренное дыхание около уха, осторожные поглаживания моих рук, вцепившихся в его предплечья в безуспешной попытке отстраниться… Чертов демон! Что я говорю, какой любимой девушкой, кого, Димки?! Бред!
– Серьезные запросы. – Жарков тихо рассмеялся и прижался щекой к моему виску. – Тань, у нас так только с истинными половинками получается, – добавил он и коснулся губами щеки. – Ты же знаешь.
– Тогда я лучше найду свою половинку, чем стану просто твоей любовницей! – огрызнулась и попыталась выбраться. – Ищи себе другую девственницу! – выпалила и снова дернулась.
– У тебя есть время подумать до понедельника, Танюша, – как ни в чем не бывало заявил Димка и, к моему облегчению, все-таки отпустил. – Или принимаешь мое внимание, понятно, с каким результатом, при этом я готов немного подождать, пока ты привыкнешь ко мне и перестанешь бояться. Или я в ближайшее время покажу тебе, от чего ты так яростно отбрыкиваешься.
Я потеряла дар речи от такого наглого заявления, и только растерянно хватала ртом воздух, глядя в эти завораживающие глаза. Его пальцы по-прежнему сжимали мое запястье, что убивало всякую надежду свалить подальше. Сделала глубокий вдох, успокаивая разошедшиеся нервы, и сглотнула ком в горле.
– Знаешь, Жарков, понятия не имею, как ты раньше строил отношения с девушками, и строил ли вообще. – Я помолчала, собираясь с мыслями. Отчаяние щипало глаза и готовилось пролиться ненужными сейчас слезами. – Да, может, я не слишком опытная, может, наивная, но хочу нормальных отношений, с чувствами, особенно в первый раз. Тебе, видимо, не понять этого, – скривила я губы в невеселой улыбке. – Ты хочешь просто удовлетворить свое влечение к девственнице и идешь к цели напролом. Я… не вижу для себя другого выхода, – с трудом выговорила и заметила, к своему отчаянию, как в глазах Димки загорелся довольный огонек. – Ты меня не слышишь, не хочешь понять, и… ты самовлюбленный эгоист, как и все демоны. Не понимаю, что в тебе находят другие девушки. Хорошо, я не буду избегать встреч с тобой. Но мне они не доставят никакого удовольствия.
Высказала и отвернулась. Накатила усталость, очень захотелось просто встать и уйти, поехать домой и послать к черту всех, поплакать в тишине комнаты. Но руку Жарков держал крепко…
– Какая неожиданная встреча! – раздался вдруг насмешливый, язвительный голос.
Почему я не удивлена появлению Казанцева? Макс остановился у нашей скамейки, глядя на нас с веселой ухмылкой, но в глазах цвета кофе горел мрачный красноватый огонек. Я не ответила, только длинно вздохнула. Не выдержу еще и второго демона сейчас, точно разревусь от отчаяния.
– Дим, ты же говорил, в офисе застрянешь на весь день, с отцом. – Макс демонстративно не смотрел на меня.
– Раньше освободился, – невозмутимо ответил Жарков. – Вот, решил погулять поехать.
– И когда это вы договориться успели? Тань, ты вроде с друзьями собиралась?
Вот только претензий мне не хватало, будто я кому-то что-то обещала! Выдернула руку, встала и смерила Казанцева злым взглядом. Сейчас близкое присутствие демона вызывало только раздражение.
– Знаете что, оба? – Я сузила глаза. – Разбирайтесь тут без меня, а я домой поехала. Спасибо за испорченную прогулку с друзьями, – язвительно добавила и развернулась, зашагав по дорожке.
Слава богу, никто кричать и хватать за руки не стал. На их же счастье. Потому что я реально очень злая была. Зазвонил телефон – Варька.
– Тань, ты как там? – осторожно спросила она. – Говорить можешь?
– Могу, – вздохнула я. – Нормально, домой иду.
– Домой? – удивилась староста. – Одна или…
– Одна, – резко перебила ее. – Казанцев еще заявился, начал претензии предъявлять, и я решила поехать домой.
– Может, тогда обратно, к нам? – предложила Варька.
– Не, настроение уже не то, да и не хочу оглядываться постоянно. Лучше домой. Готовиться надо еще.
– Ну давай, – вздохнула дриада. – Не кисни, вечером устрою обоим веселую жизнь, – зловещим голосом добавила она. – Будут знать, как обижать наших. Я тебе звякну, как все сделаю.
На том и договорились. Я дошла до остановки, села в автобус, уставившись в окно. Поняла, что соскучилась по папе и очень хочу его увидеть. Он, наверное, уже приехал из Москвы. Набрала номер, позвонила.
– Привет, – расплылась в улыбке, услышав родной голос. – Ты уже в Питере? Да? Здорово. – Улыбка стала шире. – Пап… Давай встретимся, а? Скучаю. – Я вздохнула, глядя на проплывающие мимо дома.
– Милая, опасно может быть, – с сожалением ответил папа. – У меня сейчас в делах определенные сложности, я почти уверен – за домом следят. Удачно ты уехала, Танюш. Я тоже скучаю. – Его голос потеплел.
– Но ты же что-нибудь придумаешь, да? – просительно произнесла я. – До конца сессии далеко еще!
Папа тихо рассмеялся.
– Ох, Танечка. – Я услышала вздох. – Хорошо, скину сообщение тогда. Когда у тебя экзамен первый?
– В среду. – Сердце радостно забилось в предвкушении встречи с папой.
– Договорились, до среды встретимся, обязательно. Все, милая, я к работе подъехал, целую, хорошая моя, и люблю.
Ну вот, хоть одна приятная новость. Настроение чуть-чуть поднялось, я вспоминала неудавшуюся прогулку и заявление Жаркова уже не как катастрофу. Хотят встречаться, да еще оба? Ладно, только млеть от неземного счастья не собираюсь, и улыбаться на свиданиях – тоже. Перебьются. Раз им наплевать на мои желания, не считаю себя обязанной изображать радость от встреч. Тоже стану эгоисткой, буду требовать красивых ухаживаний, подарков, цветов, что там еще обычно от богатых поклонников девушки хотят?
К общаге я подходила, уже окончательно успокоившись. Не все так страшно, если демонов кроме моей невинности привлекло еще и то, что я отличаюсь от их прежних любовниц… Будем убеждать в обратном. Надеюсь, моих актерских способностей хватит, чтобы сыграть стерву и вредину.

– Чем порадуешь? – Мужчина рассеянно просматривал таблицы на экране ноутбука, ожидая ответа по телефону. – Хорошо, значит, с дочерью правда. Где она сейчас? Нет ее? – Он нахмурился. – В смысле нет? А, дома. – Он откинулся на спинку директорского кресла. – Ну и куда он дел свою дочь? Уехала, значит? – протянул мужчина, прищурившись. – Куда, не узнал? Так узнай, – жестко отрубил он. – Кстати, уточнил, кто она такая? А то есть подозрения, почему Игнат прячет свое чадо. – По губам мужчины скользнула усмешка. – Мм, во-о-о-от как? – вкрадчиво протянул хозяин кабинета, в глубине глаз мелькнули огоньки. – Обрадовал очень, молодец. Следи дальше, но осторожно, Игнат не должен ничего заподозрить. Если появится дочь, сразу мне звони. На следующей неделе дам указания, если он дальше будет упрямиться.
Закончив разговор, мужчина удовлетворенно кивнул и вернулся к работе. Осталось только с упрямым сыном договориться, и все срастется. Ему нужна эта сделка, и сотрудничество с банком Игната! Пожалуй, в понедельник надо обсудить. Пусть наследник займется решением этого вопроса, проведет переговоры. Ему полезно будет.
Хозяин кабинета еще некоторое время работал, потом покинул офис и кабинет. Завтра воскресенье, он договорился о неформальной встрече с директором крупной строительной фирмы, для сделки с которым ему и нужен банк Игната, и было бы отлично затащить на эту встречу своего отпрыска. Что-то он своевольничать стал в последнее время, и мужчине это не нравилось.

Глава 8

После ухода Тани воцарилось напряженное молчание. Макс и Димка в упор глядели друг на друга.
– Ну и? – наконец произнес Жарков. – Доволен, да?
– Ты же мне испортил свидание с Таней, – насмешливо отозвался Макс. – Думал, дам тебе спокойно наслаждаться? Не пройдет, Жарков, даже не надейся.
Димка задумчиво прищурился. Раздражение на сорвавшего прогулку с Таней друга тлело в душе горячими угольками, но ему хватило сдержанности не устраивать разборки прямо тут. Тем более Дмитрий сгоряча не действовал.
– Все-таки следишь за ней, – уверенно заявил Жарков.
– Слежу. – Макс пожал плечами. – Сам-то тоже хорош. Я знаю, что сюда она приехала со своими однокурсницами и с приятелями своей соседки. Испортил ей день, да, умник? – иронично усмехнулся Казанцев.
Жарков нахмурился и встал.
– Фигня получается какая-то, – вполголоса произнес он, не отводя взгляда. – Может, обсудим ситуацию?
– А что обсуждать? – Макс пожал плечами. – Ты же не уступишь? Я тоже не собираюсь отказываться от Тани, так что тупик, по-моему.
– Пойдем-ка. – Димка кивнул в сторону берега залива. – Безвыходных ситуаций не бывает. А еще я вижу странности в этой истории с Таней, – добавил он, чем заработал удивленный взгляд друга.
– Какие странности? – переспросил он.
– Ты не замечаешь? – Димка хмыкнул, свернув на дорожку к заливу. – Тебе не кажется странным, что нас обоих так тянет к ней? Вспоминая свои прежние увлечения девственницами, не могу сказать, чтобы мне хотелось видеть девчонку постоянно, и при этом пропадал интерес к другим женщинам! – В голосе Жаркова зазвучало раздражение. – Я реально на других смотреть не могу, понимаешь?! – почти прошипел демон, в золотистых глазах загорелся багровый огонек. – Все время Таня перед глазами!
Макс тихонько присвистнул, но шутить поостерегся – вдруг поймал себя на том, что у него те же самые симптомы. Да, другие девушки не интересовали с того момента, как в жизни появилась Таня. Вспомнил, как быстро друзья прекратили отношения с русалками. Хорошо хоть девчонки слишком легкомысленные и незлопамятные, не обиделись на такой короткий роман.
– Да уж, странно, – протянул Макс, злость на Жаркова за то, что он оказался рядом с Таней, немного утихла. – Может, приворот какой? У нее отец леший, разбирается в травах всяких да отварах…
– Макс, ты думай, что говоришь-то, – перебил Дмитрий. – На тебя хоть один приворот хоть раз в жизни подействовал? И потом, почему Таня упорно пытается избегать нас, а? И не играет, между прочим?
– И вместе с тем я чувствую, что ей небезразличен, – Макс пнул веточку, с досадой поджав губы. – Говорит, не хочет несерьезных отношений…
– Мне она то же самое говорит, но я чувствую ее страх. – Димка сузил глаза. – Не хочет Таня этих отношений, хотя я ей тоже нравлюсь.
– Тоже? – Казанцев с неприязнью покосился на друга. – А не выдумываешь?
– Смысл? – Димка поморщился. – Все равно она точно так же шарахается от меня! – с раздражением добавил он. – И вот это не совсем понятно. Ее страх ну и то, что нас так тянет к ней. Не была бы она феей… – Жарков запнулся.
– То что? – Макс покосился на друга.
– Знаешь, очень похоже на то, что происходило между моими, как мама рассказывала, – протянул Димка.
Казанцев сразу понял, о чем он говорит.
– Да ладно, истинная пара, что ли?! – недоверчиво хмыкнул Макс. – Таня – фея, это в принципе невозможно!
– Вот я и говорю, – кивнул Дмитрий. – Ну и смущает то, что у нас с тобой симптомы схожие, а пара – это пара, как понимаешь.
– Не всегда, – усмехнувшись, отозвался Макс. – Бывают исключения, только очень редко.
– Еще невероятнее, – решительно отмел предположения друга Жарков. – Я проверял, Таня – фея, и родители у нее леший и тоже фея. Живут в Сосновом Бору, даже адрес знаю. И, по словам соседей, они действительно в отъезде.
– Шерлок Холмс просто, – поддел Макс. – Как тебе встрялось-то про Таню все знать, – ехидно добавил он.
– Зато удобно, – невозмутимо откликнулся Димка. – Делать что будем, Макс? Как в старые добрые времена – дуэль? – усмехнулся он, подняв бровь.
– Глупости какие, – буркнул Казанцев, сразу помрачнев. – Будто это решит все…
– Но подстраивать друг другу гадости тоже не дело, детский сад какой-то, – возразил Димон. – Отбивание понравившейся девочки и все такое.
– А что? – огрызнулся Макс.
– Предлагаю честную борьбу, – произнес Жарков, остановившись у кромки воды и глянув на друга. – Без подстав и тайных встреч. Пусть Таня выбирает, – усмехнулся он. – Раз мы поделить не можем.
Брови Макса поднялись.
– По расписанию, что ли, встречаться будем? – насмешливо уточнил он.
– Именно, – подтвердил Димка. – А я пока попробую покопаться в биографии Таниных родителей. Вдруг там кто-то из наших отметился, потому так сильно и реагируем.
Казанцев помолчал, пытаясь найти подвох в предложении друга.
– Макс, я, конечно, эгоистичная сволочь, учитывающая только свои интересы, – со смешком произнес Димка, правильно поняв колебания собеседника, – но никогда не допущу, чтобы мы из-за бабы поссорились. Пусть даже такой, как Таня. Я друзей не предаю, – чуть тише и уже серьезно добавил он. – Не по такому поводу, уж точно.
– Ладно, – кивнул Макс. – Только без обид, если она меня выберет! – сразу предупредил он.
Жарков склонил голову, спрятав улыбку.
– Хорошо не буду. Соответственно от тебя жду того же, – он бросил на друга косой взгляд.
– Договорились. – Макс кивнул и протянул руку. – И сразу, чтобы не говорил, что нарушаю соглашение. – Казанцев заметно повеселел. – Таня мне свидание должна, и на следующей неделе после первого экзамена я ее забираю.
– Не вопрос. – Дмитрий пожал протянутую руку. – Только я с ней в понедельник вечером встречусь.
Макс недовольно нахмурился, веселье из глаз пропало.
– Ладно, я все равно не могу, у меня в понедельник и во вторник с руководителем встречи, – буркнул он. – Поехали, что ли, в город, чего тут торчать.
Жарков не стал возражать: госы никто не отменял. И надо бы еще раз позвонить, уточнить, может, что-то узнали про родственников Тани, бабушек и дедушек. А возможно, получится и дальше покопаться… Только свой человек с Литейного не обрадовал: родителей феи не видели чуть ли не с зимы, они регулярно переводили дочери деньги на счет, а сами находились где-то в Новой Зеландии. О бабушках и дедушках, которые могли бы заходить в гости к внучке, соседи не слышали, братьев-сестер, даже двоюродных, у Тани не значилось. И вообще, у того, кто занимался сбором сведений о фее, сложилось впечатление, что их или искусно замаскировали, или что-то нечисто с Татьяной Теренской. Информации мало, она слишком расплывчатая. Жарков склонялся к последнему, уверившись в том, что Танечка далеко не так проста, как хочет казаться. Вот на свидании в понедельник и посмотрит, поспрашивает ее аккуратно.
Остаток дня Димка уделил подготовке к госам. Первый экзамен назначен на четверг, а вторник и среду предстояло провести в офисе с отцом. Он упоминал, что хочет поручить какое-то важное дело, и хотел обсудить его. Жарков-старший позвонил вечером.
– Дмитрий, завтра в одиннадцать утра жду около «Палкина», – как всегда, Николай сразу перешел к делу. – Важная встреча, я хочу, чтобы ты на ней присутствовал. Это к тому делу, о котором я хотел с тобой поговорить. Будешь вести переговоры о сотрудничестве. Подробности завтра.
– Хорошо – кратко ответил Димка.
Раз отец назначил встречу в «Палкине», ресторане на Невском, дорогом и пафосном, значит, встреча действительно важная. Жарков вздохнул и покосился на телефон: очень хотелось позвонить, услышать Танин голос… Но она наверняка еще злится и вряд ли захочет разговаривать. Вспомнились ее слова о том, что для нее отношения – не просто мимолетные встречи для обоюдного удовольствия. Ну да, ей всего восемнадцать, конечно, в душе полно романтики, наверняка хочется красивых ухаживаний, прогулок. Димка усмехнулся и покачал головой. Мелькнула шальная мысль устроить ей в понедельник именно такое свидание, какого девушка наверняка не ожидает от него… Во всех смыслах. А там, там посмотрим, как все пойдет. Может, Таня оттает и перестанет изображать неприступную крепость.
Жарков кивнул своим мыслям и занялся тщательным обдумыванием и поиском нужной информации в сети. Неизвестно, сколько завтра продлится эта деловая встреча отца и сколько у него останется времени на подготовку. А хотелось, чтобы все было безупречно, и Таня не смогла ни к чему придраться. Хотелось увидеть ее улыбку, а не настороженный взгляд и хмурое лицо. И еще он все-таки отправил сообщение: «Сладких снов, моя феечка. Наша следующая встреча тебе понравится». Ответа не последовало, да он и не надеялся. Долго засиживаться Димка тоже не стал, раз завтра деловая встреча. Уже лежа в кровати и почти уплывая в сон, Жарков вдруг поймал себя на том, что ему не хочется, чтобы Таня растеряла свою непосредственность и живость. Возникло настойчивое желание увидеть не только ее колючки, а чтобы она с ним вела себя так, как с друзьями: улыбалась, смеялась, шутила, в глазах светилась радость. В этих чудных глазах цвета весенней листвы, прозрачных, глубоких, завораживающих… На этой сладкой мысли Димка крепко уснул.
Утром, за завтраком – голодным на встречу Жарков ехать не собирался, даже если предполагался ланч в ресторане, – он снова не удержался и отправил еще одно сообщение. «Приятного аппетита и хорошего дня, Танюша». На сей раз пришел ответ: «Без твоего надоедливого присутствия он будет просто прекрасным». Жарков довольно усмехнулся: могла бы снова проигнорировать, но ответила. Он бросил взгляд на часы, торопливо допил чай и уже по пути в коридор набрал следующее сообщение. «Не планируй ничего на понедельник. Буду тебя удивлять». Жарков представил, как Таня удивится уже сейчас, от подобных слов, и снова улыбнулся. И хотя он не горел желанием тащиться на деловую встречу в воскресенье, к ресторану Димка подъезжал в благодушном настроении. Свидание с Таней он успеет подготовить, надо только сделать несколько звонков да завтра утром заехать в один офис.
Оставив машину около «Палкина», Дмитрий вышел, поправил галстук – в костюм наряжаться он не стал, погода снова стояла теплая и солнечная. Отец, конечно, не одобрит легкомысленную рубашку с коротким рукавом и летние брюки, но, откровенно говоря, потеть в костюме Димка не собирался. Свое удобство он ценил больше неудовольствия отца. Администратор был предупрежден о его приходе, сказал, что Дмитрия уже ждут, и показал столик. Жарков кивнул и зашел в роскошный зал, сейчас полупустой. Взглядом сразу нашел отца, а увидев, кто сидел с ним за столиком, почувствовал глухое раздражение. К входу лицом, закинув ногу на ногу так, что недлинная юбка бежевого делового костюма поднялась еще выше, вызывающе открыв кружево чулка, сидела Лариса, фото которой совсем недавно показывал отец. Судя по глубокому декольте, кроме белья, под пиджаком у суккубы больше ничего не было. А ленивая, довольная улыбка на лице Ларисы говорила о том, что она подготовилась к этой встрече и знала, кто на ней будет кроме Николая Жаркова.
Димка не выдал своих эмоций, он подходил к столику с непроницаемым лицом, хотя в душе бушевал ураган. «Ну, папаня, я тебе припомню!» Его бесило, что отец не желал слушать и все равно находил способ поступить по-своему. Ну неужели нельзя договориться о сделке, не таща эту Ларису в койку?! Неужели ее отец такой неуступчивый? Или он сам выдвинул условие, что согласится в обмен на отношения Ларисы и Дмитрия? Тогда он, мягко говоря, неумный, ибо должен понимать: заставить демона что-то делать против воли – задача почти невыполнимая. Жарков-младший старался с суккубами не связываться, разве для каких-то разовых знакомств. Не привлекали они его, даже такие красивые, как Лариса, и даже до встречи с Таней. Уверенные в себе стервы, думающие, что стоит им щелкнуть пальцами да надеть платье пооткровеннее, и все будут у их ног, вызывали лишь раздражение. Дима не любил проблем, особенно от женщин. Лариса способна испортить ему жизнь, и серьезно.
– Добрый день, – подчеркнуто вежливо поздоровался молодой демон, пожав руку отцу Ларисы. – Дмитрий.
– Алексей, – улыбнулся тот. – Очень приятно.
– Лариса, – мурлыкнула его дочь, чуть поменяв позу так, что в вырезе показался край кружевного белья.
Димка поймал оценивающий взгляд девушки и подавил очередную волну раздражения. Как удачно, что чары суккубов на демонов не действовали! А судя по ярко мерцавшей радужке, Лариса сейчас включила очарование на полную. Даже официант косился на нее с явным интересом и блеском в глазах. Дима молча приложился губами к протянутой ладони, проигнорировав откровенное заигрывание, и занял свободный стул. Посмотрел на отца – тот едва заметно нахмурился, сверкнув глазами. Жарков-младший усмехнулся уголками губ, давая понять, что мнения не изменил. Николай резко выдохнул, но больше ничем не показал недовольство поведением сына.
– Так, ну, предлагаю за знакомство, – поднял бокал отец Димки. – И за успешное сотрудничество.
По залу разнесся мелодичный звон хрусталя.
– Алексей, вы ознакомились с моим предложением? – продолжил Николай, отрезав кусочек сочного стейка. – У вас есть вопросы?
– В общем и целом меня все устраивает, только хотел бы прояснить кое-что. – Отец Ларисы, инкуб, как выяснил Димка, бросил взгляд на дочь. – Вы готовы вкладывать деньги в мою строительную компанию, и я хочу знать, какие банки будут сотрудничать. – Алексей отпил еще глоток вина.
– Мы сейчас ведем переговоры с одним из крупных банков города, думаю, именно его привлечем, – спокойно ответил Николай. – И еще, этой сделкой будет заниматься Дмитрий, – добавил он.
Заявление не вызвало удивления ни у кого, кроме самого Жаркова-младшего. Он только поджал губы, молча поглощая мясное рагу. Вот, значит, как. Вторую половину дня придется провести, вникая в подробности, и завтра с утра ехать в офис и разбираться, что за банк хочет привлечь отец к сделке.
– Отлично. – Алексей заметно оживился, а по губам Ларисы скользнула довольная улыбка. – Финансами у нас Лара занимается. Думаю, завтра…
Что там завтра, Димка дослушать не успел, у него зазвонил телефон. Он глянул номер – незнакомый.
– Слушаю, – с легким недоумением ответил Жарков-младший.
– Дима? – ответил приятный женский голос. – Привет, ты писал, что готов к встречам в любое время.
Брови Димки поползли вверх. Он поспешно встал и отошел к окну, проигнорировав взгляды отца и гостей.
– Каким встречам? Я ничего нигде не писал, – холодно ответил он. – Кто вы и откуда у вас мой номер?
– Ну как же, на сайте, – удивилась девушка.
– Вы ошиблись, – отрезал Димка и нажал отбой.
Дурная шутка какая-то. Макс хулиганит, несмотря на их договоренность? Жарков вернулся к столу.
– Прошу прощения, – извинился он и повернулся к Алексею. – Так что вы о завтрашнем дне говорили?
– Лариса может подъехать к вам в офис… – начал было он, но телефон Димки снова зазвонил.
И снова незнакомый номер. Жарков молча поднес трубку к уху.
– Приве-э-э-эт, красавчик, – выдохнули с той стороны таким чувственным голосом, будто он в секс по телефону позвонил. – Сегодня свободен?..
Димка до хруста сжал зубы и нажал отбой, даже не став разговаривать. Что за ерунда?! Откуда у этих девиц его номер?!
– Все в порядке? – Николай вопросительно глянул на сына.
– Да, – односложно ответил Димка, чувствуя, как раздражение вот-вот перерастет в злость.
– Да, пусть Лариса подъезжает, – ответил за отпрыска Жарков-старший. – Как раз на месте…
Снова звонок. Дима просто нажал отбой, даже не посмотрев, кто звонил. А когда через пару минут телефон снова завибрировал, не выдержал – резко встал и направился к выходу, попутно набрав номер Макса.
– Что за хрень, Казанова?! – прошипел он в трубку. – Мы же договорились, кажется, вчера!
– Это я тебя должен спросить, Жарик, какого черта мне с утра названивают какие-то невменяемые девицы с настойчивыми предложениями встретиться?! – не менее раздраженно ответил Макс. – Ты, что ли, подружек своих попросил?
– Иди ты, делать больше нечего, – фыркнул Димка. – Подожди, тебе тоже звонят? – спохватился он.
– Что значит – тоже? – сбавил тон Макс.
– Та-а-а-а-а-ак, – протянул Жарков, прищурившись. – Слушай, я сейчас на встрече, можешь в Сеть залезть, глянуть? Сдается мне, кто-то слишком умный по сайтам знакомств прошелся. Понимаешь, к чему я?
Макс помолчал.
– Таня?
– Или ее подружки. – Димка хмыкнул. – У Танюши хитрости не хватит на такое, но спросить можно.
– Ага, так она тебе и признается, – насмешливо отозвался Макс. – Ладно, посмотрю, что можно сделать, у меня в конторе неплохой программист есть, справимся. Но это было с ее стороны необдуманно, – добавил Казанцев.
Димка медленно улыбнулся, раздражение потихоньку уходило. Так, значит, Танюша, да? Хулиганить изволим? Ладно. Свидание милую феечку очень удивит в таком случае.
– Макс, у меня важная встреча, давай, звякну, как освобожусь, – ответил Жарков. – Телефон пока отключу, чтобы не мешали.
– Договорились.
К столу Жарков-младший вернулся уже в хорошем настроении. В голове мелькали картинки, как же он накажет наивную Танечку, думающую, что такой провокацией, как объявления на сайте знакомств, она что-то сможет изменить. Разве только раздразнить и дать лишний повод не быть хорошим мальчиком. Она боится своего влечения? Что ж, поиграем на ее страхах…
– Хорошие новости? – небрежно осведомилась Лариса, когда Димка занял свое место.
– Очень. – Улыбка демона стала шире, во взгляде появилось мечтательное выражение.
По лицу Ларисы пробежала тень, но больше она ничем не показала своего настроения. Дмитрий невозмутимо продолжил есть, сделав вид, что не заметил недовольства девушки. Его дела ее никоим образом не касаются. Александр и Николай обсуждали между собой детали сделки, пока не вовлекая молодежь. Спокойно доесть Лариса Димке не дала.
– Ты сегодня вечером занят? – прямо спросила она, поставив локоть на стол и опершись подбородком на ладонь.
При этом край пиджака отошел настолько, что можно было оценить не только дорогое белье, но и третий размер бюста Ларисы. Жарков-младший равнодушно скользнул взглядом по прелестям суккубы, интерес вяло шевельнулся и шепнул, что стройная фигурка Тани гораздо привлекательнее.
– Думаю, да, – вежливо, ровно ответил Димка. – Кроме дел у меня еще экзамены в магистратуре, к которым тоже надо готовиться.
– Что, даже пары часиков не найдется? – Лариса, похоже, отличалась упрямством и искренне верила в собственную неотразимость.
Может, последнее и так, да только не для него. Настойчивые Дмитрию не нравились еще больше, чем легкодоступные. Может, разок с ней покувыркаться и весело, только этой дамочке дай палец, руку откусит. Это не легкомысленная русалка. Однако ответить он не успел.
– Предлагаю поехать покататься верхом, – предложил вдруг Николай, отодвинув от себя пустую тарелку. – Погода отличная, за городом сейчас хорошо. Лариса, Алексей, вы как? – Он посмотрел на гостей.
Димка поморщился. Отговориться делами не получится, отец шипеть начнет, а серьезно ссориться с ним он все-таки не хотел. Придется ехать.
– Мне переодеться надо, – отозвалась Лариса, ничуть не удивленная предложением.
Жарков-младший заподозрил, что Николай и Алексей еще вчера обговорили регламент встречи, и все тщательно продумано. Сводники! Плохо то, что открыто хамить Ларисе не вариант, если она в делах участвует. С нее станется в отместку устроить какую-нибудь гадость. Именно поэтому Жарков никогда не смешивал дела и личную жизнь. А сейчас отец поставил его в безвыходное положение, взяв Ларису экономистом-консультантом в сделку. Пока не поставлены подписи и улажены формальности, осадить самоуверенную девицу сложно. А она, похоже, твердо решила занять место его любовницы с далеко идущими перспективами. Пока они выходили из ресторана, Димка молча злился на отца и при первой же возможности собирался высказать все, что думает про его затею с Ларисой. Неужели не понятно, чем грозит связь с такой цепкой дамочкой? Или считает: амбициозная суккуба не доставит слишком серьезных проблем?
– Так, Дмитрий, ты на машине? – Николай остановился на углу, около светофора.
– Конечно, – кивнул Димка.
– Мы недалеко живем, на Итальянской, – тут же отозвалась Лариса, встав слишком близко к Жаркову-младшему.
Так, что почти прижималась к нему. Сладковатый аромат духов щекотал ноздри, и Дима понял, что даже это его раздражает: Таня пахла по-другому… «Наваждение какое-то, – мелькнула мрачная мысль. – Точно, что-то не так. Фея, фея, что же ты скрываешь от меня, а?» Прямо спросить – спугнет, и тогда точно не видать Димке ее расположения еще очень долго. Выяснять окольными путями? Остается только университет, там наверняка знают, откуда Таня появилась. Очень уж неожиданно она возникла.
– Тогда, Лара, садись к Диме, а мы поедем с Александром. – Николай улыбнулся и бросил на сына предупреждающий взгляд.
Тот, углубившись в мысли о своей загадочной девочке, рассеянно кивнул. Ладно, с Ларисой и отцом как-нибудь разберется. А вот до конца сессии очень хочется узнать тайну Тани, чтобы уже к новому учебному году быть готовым. Жарков-младший не привык врать себе и понимал: за эти две с половиной недели ему вряд ли удастся добиться Танюшиного расположения, да и у Макса ничего не выйдет. А вот получить козыри, чтобы разгадать причину ее страхов и сыграть на этом – отличное решение. Молча открыв дверь Ларисе, Димка сел за руль.
– Ты всегда такой молчаливый? – Суккуба откинулась на сиденье, скрестив ноги в лодыжках и чуть повернувшись так, что вырез снова приоткрыл белье.
Такая навязчивая демонстрация своих достоинств вызвала у демона мысленный раздраженный вздох.
– Не люблю пустой треп, – отозвался Жарков, выруливая на Невский.
– А что в твоем понимании не пустой треп? Разговоры о философии и смысле жизни? – В голосе Ларисы, мелодичном, грудном, послышались насмешливые нотки. Она развернулась к нему и облокотилась на спинку сиденья, подперев ладонью голову.
– Лариса, не надо отвлекать меня за рулем, – спокойно ответил он, даже не посмотрев на соблазнительное зрелище кружевного бюстгальтера и того, что в нем.
Наступившее молчание было слишком красноречивым, и Димка еле удержался от довольной усмешки: достал-таки Ларочку. Сопела она очень обиженно. И ничего такого не сделал, не нахамил, не обозвал. Всего лишь вежливо дал понять, что не заинтересован в предлагаемом товаре. Если она девочка взрослая, намек поймет, а если еще и умная, то не станет смешивать личное и работу. Димка переключился на более приятные мысли о Тане и предстоящем свидании с ней.

Вечером позвонила Варька и торжественным голосом сообщила: завтра демонов ждет очень неприятный сюрприз. И добавила, что скинула ссылки мне на почту. Заодно предупредила, чтобы я не прокололась насчет осведомленности о происходящем. Я напряглась и полезла смотреть, что учудила подруга, стремясь помочь мне насолить неугомонным поклонникам. Посмотрела. Впечатлилась.
– Варька!!! Ты с ума сошла?! – выпалила нервно в трубку. – Они меня в асфальт закатают, оба!!
– Не закатают, – уверенно заявила дриада. – Во-первых, никто не докажет, что это именно ты сделала. Да и откуда у тебя могут быть их фото? – Староста хихикнула. – Во-вторых, я тебе сказала, делай морду кирпичом и прикидывайся веником. Танька, включи дурочку, елки-палки, ресничками похлопай там, глаза большие сделай!
Я тоскливо вздохнула.
– Варь, я не умею врать, – мрачно отозвалась, уже жалея, что отдала бразды правления в руки разошедшейся Варваре.
Знала бы, что она задумала, ни за что бы не согласилась! На мне же отыгрываться будут, оба! Ох, блин, не умею я в эти игры играть, зря затеяла.
– Учись, – невозмутимо ответила дриада. – Зато прочувствуют, что такое навязчивое внимание! – Она фыркнула в трубку. – Не кисни, подруга, все путем. Кстати, Пашка твой телефончик спрашивал, мне как, поделиться? – весело поинтересовалась Варька.
Пашка, водяной, вспомнила я. И что ответить-то? Дружить не против, хоть какое-то разнообразие после приставучих демонов, но что-то большее…
– Та-а-ань, ты чего зависла? – нетерпеливо позвала Варя. – Давать, нет?
– Я ничего обещать не могу, – осторожно ответила наконец. – Пообщаться не против, но просто, чтобы без иллюзий…
– Трусиха, – оборвала дриада. – В общем, я дам, а там сами разбирайтесь.
Варя отключилась, а я уставилась в потолок, пытаясь понять, во что моя жизнь медленно, но верно начала превращаться. С другой стороны, хотела же развлечений, говорила папе, что скучно жить? Вот и получай, Танюша.
– Что там Варька придумала? – нетерпеливо поинтересовалась Катя, оторвавшись от конспекта.
Я вздохнула и посвятила соседку в подробности задуманной диверсии. Катюха, выслушав, расхохоталась.
– М-да, веселую жизнь вы им устроите! – отсмеявшись, произнесла она. – А не огребешь, Тань? Судя по сегодняшнему, приятель этот решительный и не привык отступать.
Я бросила на нее мрачный взгляд, ничего не ответив. Уже поздно, все сделано. Остается только открещиваться, что не принимала в этом безобразии участия, и если бы знала о замысле Вари, не разрешила бы ей так сделать.
– Чего уж теперь… – буркнула и углубилась в интернет.
Завтра покажет, насколько все плохо для меня.

На следующее утро Катерина ускакала на встречу с подружкой, а я осталась дома учить. Ну и ждать, когда позвонит папа. Он же сказал, придумает что-нибудь. Невольно косилась на трубку, не сомневаясь: едва демонам начнут обрывать телефоны незнакомые девицы, кто-то из них стопроцентно позвонит мне. Сердце мячиком скакало в груди, сосредоточиться на учебе было сложно. Я старательно подавляла желание наматывать круги по комнате, тиская трубку, и упорно вчитывалась в строчки, пытаясь учить конспекты по английской литературе. Когда телефон негромко тренькнул, извещая о сообщении, я чуть не подскочила от неожиданности и, когда нажимала кнопки, пальцы дрожали. Номер высветился незнакомый, и беспокойство слегка отпустило – может, папа? «Привет, это Паша. Не сильно отвлекаю?» Я с облегчением улыбнулась, шумно выдохнув. С водяным пообщаться не прочь, по крайней мере, это приятнее, чем объясняться с Димкой или Максом. «Нет, учу потихоньку к сессии». «Не хочешь кофе попить где-нибудь? Пообщаемся». Ну… это же еще ничего не значит, разок встретиться можно. Если увижу, что все заходит дальше, чем хочу, остановлюсь. Про то, как отреагируют на мое новое знакомство Жарков и Казанцев, старалась не думать. Я им ничего не обещала, у них на меня никаких прав, я не их девушка.
Осознав, о чем думаю, ужаснулась: какая, на фиг, «их»?! Почему об обоих сразу думаю?! А-а-а-а, Танька, опасные, опасные мысли!! Поспешно набрала сообщение: «Можно, только я до среды занята на следующей неделе». «А сегодня?» Прикинула, глянула на время. Если папа позвонит, вряд ли встреча с ним затянется надолго, и после обеда я буду, скорее всего, свободна. «Давай в пять, в «Чашке» на Ваське». Ну, вот и вечер занят. А если кто-то слишком наглый посмеет диктовать мне, что и как делать, выскажу все, что думаю. Имею право встречаться с кем хочу! «Договорились, до вечера тогда». Я отложила телефон и вздохнула. Кого обманываю, мне же не оставили выбора, Димка точно. С ним встречаться придется. Макс… Да и он в покое не оставит. Их же только собственные желания волнуют. Ежу понятно, ничего серьезного не выйдет, ни с одним, ни с другим, поиграют и бросят. Стало грустно, сердце сжалось от непонятной обиды, и я решила отвлечься на лекции, чтобы не думать о том, о чем не стоит.
Телефон снова ожил, ввергнув меня в нервные переживания, но теперь звонил папа:
– Милая, ты как сегодня, свободна?
– Для тебя всегда. – Я широко улыбнулась от радости, что скоро встречусь с родителем.
– Давай тогда на Невском, в «Шоколаднице»? И я потом оттуда по делам поеду, – предложил папа. – Через часик успеешь?
– Конечно! – Я бросилась к шкафу. – Как я тебя узнаю?
– Узнаешь, не сомневаюсь. – Судя по голосу, папа тоже улыбался. – Ну давай, до встречи.
Собралась я в рекордные сроки, особо не заморачиваясь с одеждой: юбка, футболка, босоножки. Волосы в хвост и рюкзак с лекциями – все, готова. Лучше посижу, поучу в уютной обстановке, чем гонять мысли по кругу и нервно коситься на телефон. Глянула на улицу, захватила на всякий случай джинсовку – по небу ветер гнал легкие облачка, запросто могущие к вечеру превратиться в тучи, – и выскочила на улицу. До Невского добралась за полчаса, на набережной и Дворцовом, как всегда, пробка. С приятными хлопотами совсем позабыла о демонах, а вот они обо мне – нет. Когда уже выходила из троллейбуса, зазвонил телефон, и на экране высветился знакомый номер. Макс. Спину сначала словно снегом обсыпали, а следом прокатилась волна горячей дрожи. Я выдохнула и храбро нажала на прием.
– Алло, – ответила твердым голосом, хотя ладони вспотели от волнения и, признаться, страха.
– Привет. – Голос Макса звучал спокойно. – Чем занята?
– Гуляю, – кратко ответила, скрестив пальцы, – пожалуйста, пусть он не станет набиваться в сопровождающие!
Хоть денек отдохнуть от них обоих…
– Одна? – небрежно уточнил Казанцев, и я слегка разозлилась.
– Да, одна, и вообще, какая тебе разница! – немного резко произнесла, стиснув трубку. – Чего хотел? – спросила не слишком вежливо, не желая затягивать разговор.
– На свидание пригласить, в среду, после твоего экзамена, – невозмутимо предложил Макс.
Я, признаться, слегка растерялась. Думала, о другом будет спрашивать.
– Ну… я, наверное, с девчонками пойду еще. – Мой голос звучал не слишком уверенно, мы пока планы не обсуждали.
Хотя отпираться бесполезно, Макс же сказал, я ему свидание должна. Быть внезапно похищенной на улице не хочу, а с него станется, потому все же придется согласиться.
– Хорошо, подожду, пока освободишься, – спокойно произнес Казанцев, и я чуть мобильник не выронила.
Он?! Подождет?! Где-то сдох последний мамонт. А как же злость по поводу лавины звонков от незнакомых девиц?.. Или Варькина затея провалилась? Очень хотелось как-нибудь невзначай поинтересоваться, но это выдало бы меня с головой. Ладно, по-другому узнаю.
– Только не сбегай, Танюша, – мягко добавил демон, а я вздрогнула от его голоса, тело тут же отозвалось тягучей истомой.
Куда уж бегать, если оба знают, где живу и где учусь. Огородами пробираться, что ли, как заправский партизан? Или через окна вылезать? Нет, хватит. Я уже приняла решение. Страшно, конечно, но еще страшнее жить, постоянно оглядываясь и шарахаясь. Тем более, как выяснилось, оба не гнушаются слежкой за мной. Я прекрасно понимала, пытаться вычислить их людей бесполезно, я не шпион и не смогу различить в толпе наблюдателей.
– Не сбегу, – спокойно ответила, чем, наверное, огорошила уже Макса.
Невольно улыбнулась – хотела бы увидеть его ошарашенную физиономию сейчас.
– Только допоздна засиживаться не буду, у меня в пятницу консультация, а в понедельник экзамен, – добавила, чтобы губу не раскатывал.
– Конечно, как скажешь, Танюш. – Хм, голос Макса звучал ну очень довольно и ничуть не удивленно.
Считает, крепость сдала бастионы? Нет уж, не дождется, каким бы душкой ни пытался казаться на этом свидании!
– Договорились. Пока, – не дав Максу что-нибудь добавить, отключилась. Я уже заходила в кафе.
…Конечно, папа пришел не в настоящем виде, под иллюзией. Наверное, наша пара смотрелась странно: девочка-студентка и мужчина старше нее явно лет на семь-восемь. Ну да ладно, главное, не сказать, что в дочери гожусь. В наше время всякое бывает, в том числе и первокурсницы вместе с успешными бизнесменами. И я без всякого стеснения обняла родителя, счастливо зажмурившись.
– Ну как ты тут? – Он сел за стол, глядя на меня с ласковой улыбкой. – Нравится учиться?
– Ой, да! – И я принялась с восторгом делиться с папой рассказами об универе.
Он слушал не перебивая, и я очень надеялась: папа держал слово и не приставил ко мне еще и своих людей, и про демонов не знает. Иначе точно не видать учебы дальше.
– А у тебя как? – спросила, закончив разливаться соловьем.
– Ох, Танюш, да все так же, дела, дела, – вздохнул папа. – На сделку пытаются уговорить, но я пока не хочу связываться с этой конторой.
– Что за сделка? – заинтересовалась я.
Папа иногда делился своими трудностями, а пару раз я переводчиком была на встречах с иностранными партнерами. Не то чтобы прямо вот в курсе всех его дел, но потихоньку начинала разбираться в каких-то общих вопросах.
– Инвестиции, Тань, но пока мне не озвучили, что я буду иметь, если соглашусь вложить деньги в предлагаемые проекты. – Папа откинулся на спинку стула. – Настойчивые ребята, сегодня только снова звонили, предлагали встретиться на следующей неделе, обсудить подробнее.
– Ну так чего тебе стоит согласиться? – Я пожала плечами и отправила в рот кусочек любимого чизкейка. – Озвучь свои условия, на которых ты согласен вкладываться, дальше пусть думают.
Папа нахмурился и побарабанил пальцами по столу.
– Так оно так, конечно, только мне не нравится, что директор холдинга – демон и зачастую ради своей выгоды играет грязно, – понизив голос, произнес он, а у меня вдруг по спине пробежал холодок.
Что-то много вокруг меня и моей семьи в последнее время демонов возникает, и прямо, и косвенно. А еще слишком внимательно папа смотрел на меня. Я поежилась.
– Па-ап, нормально все, – на всякий случай заверила родителя. – Большинство демонов именно в бизнес идут, ты же знаешь и раньше работал с ними.
– Если он про тебя узнает, Тань, ты понимаешь, могут проблемы возникнуть, серьезные, – так же тихо сказал отец.
– Даже если узнает, меня ведь нет дома, – уверенно ответила я. – И только ты знаешь, куда я делась. Для остальных – сдала сессию и уехала отдыхать.
Еще бы внутри чувствовать себя так же уверенно…
– Хорошо бы так. – Папа вздохнул. – Но нам лучше не видеться, пока не сдашь все экзамены. Посмотрим, что выйдет со сделкой.
Я кивнула. К сожалению, он прав, да, лучше нам больше не встречаться, раз за мной наблюдают. Наверняка еще придется объясняться и по поводу сегодня! Я подавила досадливый вздох, мы еще немного поболтали, и он уехал. Время до встречи с Пашкой оставалось, и я посидела за лекциями, отбросив тревожные мысли, а к пяти поехала на Ваську. Надеюсь, с Пашкой проблем не возникнет, надоело, если честно, шарахаться от настойчивых поклонников. Водяной мне не показался невменяемым, и очень хочется верить, что первое впечатление не ошибочно.
В кафе я пришла вовремя, но Пашка уже ждал, и на столе, рядом, лежала длинная красивая роза, белая. Подавила вздох, улыбнулась и подошла к столику.
– Привет, – села, скользнула взглядом по цветку.
– Привет, это тебе. – Пашка подвинул розу ко мне.
– Спасибо, – покосилась на собеседника и решила сразу расставить точки. – Паш, я не против общения, но что-то больше вряд ли могу обещать, – и посмотрела ему в глаза.
Он улыбнулся в ответ, пожал плечами.
– Я пока не претендую, – спокойно ответил, и, к своему облегчению, не заметила ни на лице, ни во взгляде никакого намека на грусть или разочарование. – Просто захотелось подарить тебе розу. Или ты не любишь цветы?
– Люблю, – от сердца отлегло немного. – Извини, что я вот так с ходу, просто… – запнулась, и все-таки продолжила: – Не нравятся навязчивые поклонники.
Водяной негромко рассмеялся.
– Я не навязываюсь, Тань, хотя да, ты мне понравилась, – признался он. – А навязчивые – это тот демон, вчера, в Петергофе?
– Ну да. – Я с кислым видом кивнула.
– Понятно. – Пашка наклонил голову. – Будешь что-нибудь?
…Мы очень хорошо посидели. К моему удивлению, новый знакомый оказался приятным собеседником, веселым и разговорчивым. Никаких намеков, проникновенных взглядов, попыток взять за руку или как-то по-другому нарушить мое личное пространство. После приставучих Макса и Димки как глоток свежего воздуха – я могу нормально общаться с парнем и не дергаться, выискивая подтекст в его словах или взглядах. Он учился в Политехе, второй курс заканчивал, и они с Варькой, оказывается, знакомы с детства, их дачи рядом, в Лосево, и в городе они соседи. У него сессия чуть позже начиналась, поэтому сейчас Пашка пока отдыхал, сдав зачеты. Несколько часов пролетели незаметно, мой новый знакомый предложил сходить в кино, и я согласилась – в выходные. И никакие демоны не испортят мне предполагаемую встречу!
В общагу я возвращалась в приподнятом настроении, даже предстоящее завтра свидание с Димкой уже не так пугало. В конце концов, насилие точно не грозит, а от остального как-нибудь отмашусь. А еще грело душу, что завтра можно всласть выспаться! Ну и, конечно, засесть за конспекты, сессию никто не отменял. Мелькнула мысль, есть ли у меня, в чем идти завтра, но отмахнулась от порыва тут же проинспектировать шкаф. Обойдется Жарков, выпендриваться не собираюсь. Вообще, это он пригласил, а я толком и не соглашалась, так что претензии не принимаются. В общаге Катька с нетерпением потребовала отчета, как отреагировали демоны на нашу с Варькой подставу.
– Знаешь, никак, – задумчиво ответила я, растянувшись на кровати. – Даже удивительно. Звонил один, но по другому поводу, – невольно поморщилась.
– По какому? – тут же спросила соседка.
– Все по тому же, – буркнула я, – напоминал про свидание. В среду пойду.
– Все-таки пойдешь? – усмехнулась Катюха.
– Кать, – я подняла голову и подперла ее ладонью, пристально глядя на нее, – поверь, с них станется подкараулить меня и запихнуть в машину, и отвезти туда, куда захочется. Поэтому лучше поехать, я не хочу шарахаться от каждой тени.
Брови Катьки поползли вверх.
– Ни фига себе поклоннички у тебя, – присвистнула она. – Где только нашла.
Они сами меня нашли, чуть не ляпнула, но вовремя поймала за язык. По запаху, ага.
– Уверена, что тебе ничего не сделают на этом свидании? – с беспокойством спросила Катька.
– Нет, не переживай, насиловать вряд ли будут. – Я криво улыбнулась. – Это, знаешь ли, вопрос чести, как ни странно звучит.
Угу, только, скорее всего, соблазнять будут, и один, и второй, изощренно и так, что сопротивляться сложно. Катя покачала головой и вздохнула.
– Ну смотри. Надеюсь, сможешь позвонить, если что.
Ох, Катюха, увы, ты тут вряд ли поможешь, как я тебя спасла от свиданки со Степой. Кстати, хороший повод переменить тему.
– Катька, а тебе что, Сема понравился? – оживилась я, с хитрой улыбкой глядя на соседку. – Вы так мило общались вчера.
Она бросила на меня косой взгляд.
– А что? – уклончиво ответила. – Ты против?
Я рассмеялась.
– Да ну, глупости! Не, серьезно, что ли?
Мы какое-то время обсуждали Варькиного знакомого, и Катюха раскололась, что они обменялись телефонами и договорились встретиться на следующей неделе, после экзамена. Ну замечательно, хоть у нее личная жизнь не преподносит неожиданных и неприятных сюрпризов. Про Пашку и нашу встречу я предпочла умолчать – не хотела, чтобы кто-то вмешивался и портил хорошее знакомство. Варька позвонила на следующий день, с утра, жаждая подробностей. Я ее разочаровала, сообщив, что демоны не соизволили уведомить меня о своем раздражении по поводу шалости с сайтами знакомств. Дриада, конечно, расстроилась. Я ей пообещала, что, скорее всего, мне все выскажут при личной встрече, которая состоится сегодня вечером, с Жарковым. Варька оживилась, вытрясла обещание подробностей свиданки, подколола насчет того, что, может, он – не самый плохой вариант первого мужчины, если соблюдать осторожность и не влюбляться, получила возмущенный ответ, что я сама решу, с кем и когда. На этом я разговор закончила, мотивируя желанием поучить до встречи с Димкой. Тем более он не назвал время.
Жарков позвонил после обеда, вырвав меня из сосредоточенной зубрежки, и сказал, заедет к восьми вечера.
– Куда хоть пойдем? – буркнула я, рассеянно листая конспект.
– Сюрприз, – мурлыкнул гад таким довольным голосом, что я заподозрила подвох. – Тебе понравится, Танюша. Только маленькая просьба, не надо вредничать, ладно? И никаких джинсов и футболок, – добавил он, хоть и мягко, но я уловила непреклонные нотки.
– Вечерних платьев, знаешь ли, не держу в шкафу, – не удержалась от язвительного замечания. – И давай я сама как-нибудь решу, в чем идти?
– Я тебя предупредил, – последовал невозмутимый ответ. – Если что, учти, поедем переодеваться в ближайший магазин.
Умный такой, сил нет! Проснулось раздражение из-за самоуправства демона. Оно помогло справиться с волнением.
– Всего хорошего, до вечера, – сухо попрощалась и отключилась. Потом возмущенно уставилась на мобильник, подметив мелкую дрожь в пальцах. – Еще будет говорить, как мне одеваться! – Я фыркнула и снова уткнулась в лекции.
Катька только издала смешок, не став ничего спрашивать. Вот и молодец, я не в настроении шутить, если честно, на эту тему. Чем ближе подходило время к встрече, тем больше нервничала, хотя старалась держать себя в руках. Мы, вдвоем с Жарковым… Слишком заманчиво, хотя и знаю, что нельзя, нельзя! Даже если взять фантастический вариант и он действительно на полном серьезе предлагал встречаться, все равно нельзя. Я не хочу рисковать будущим и шансом на счастье, встретить свою истинную пару. Поэтому придется быть предельно вежливой и отстраненной, что бы Димка ни делал, каким бы душкой-милашкой ни пытался казаться. Аутотренинг помог, немного отпустило, и я смогла спокойно перетряхнуть гардероб, выбирая одежду. Учитывая прохладный, несмотря на теплую погоду днем, вечер, остановилась на длинном сарафане и летнем пиджаке. Скромно и без провокаций, то, что надо. Заплела косу, мазнула светлой помадой и к семи была готова.
– Удачи, – невозмутимо пожелала Катька, не отрываясь от лекций.
– Она мне понадобится, – пробормотала, глубоко вздохнув.
В окно я уже видела машину Жаркова у общаги. Надеюсь, Света там нигде не ошивалась – уверена, она не рискнет подстраивать пакости, но терпеть ее злобные взгляды не очень приятно. Повезло, бывшую пассию Димки не было видно, остальные студенты покосились без особого интереса, и все. Видимо, привыкли к дорогим тачкам у общаги. Щеки тронул легкий румянец, мысль о том, что меня могут приравнять к старшекурсницам, встречавшимся с богатенькими мальчиками ради материальных благ, неприятно кольнула, но я отмахнулась от нее. Какая разница, что подумают, я знаю, я не такая, и для меня мнение тех, с кем не знакома и вряд ли познакомлюсь, не имеет значения. Варька знает, что я не такая, и Катька, и остальные девчонки из универа, а до остальных дела нет.
Жарков ждал у машины, и я сбилась с шага, поймав его взгляд. Он смотрел с легкой улыбкой, на рыжих волосах играли красноватые отблески заходящего солнца, в руках демон держал длинную белоснежную розу. Я как зачарованная наблюдала за тем, как Димка задумчиво водил полураскрытым бутоном по губам, и мысли в голове крутились сплошь неприличные. Я ведь и поцелуй ему еще должна… И рубашка эта, темно-бордовая, на ней так заманчиво расстегнуты верхние пуговки… «Таня, очнись!» – мысленно рявкнула на себя, выныривая из сладкого дурмана. Холодной, освежающей волной окатила проснувшаяся тревога, помогла слегка протрезветь от взметнувшихся инстинктов. Что это было сейчас, скажите, пожалуйста? Не нравится мне, что с каждой новой встречей я все острее реагирую и на Жаркова, и на Макса.
– Привет, – кивнула я и постаралась улыбнуться как можно небрежнее.
– Привет, – отозвался Димка, и от бархатистых, мягких ноток вдоль спины словно горячим угольком провели. – Держи.
Он протянул розу, и пришлось взять, упорно изгоняя из сознания картинки, как совсем недавно эти лепестки скользили по его губам.
– Спасибо, – вежливо поблагодарила я и осторожно понюхала, чтобы не коснуться бутона.
– Поехали? – передо мной распахнули дверь, и я села, мысленно скрестив пальцы.
Удачи мне, надеюсь, ничего катастрофичного на этой встрече не произойдет.

Глава 9

Какое-то время мы ехали молча, я рассеянно смотрела в окно, поглаживая розу, и отвлеченно размышляя о всяком. Куда папа повезет меня на лето, как пройдет моя первая настоящая сессия, сложится ли что-то у Катьки с Семеном, или Степа вмешается и дожмет упрямую соседку. Обо всем, лишь бы не думать об обаятельном демоне, сидевшем рядом. И о том, что он задумал на сегодняшний вечер.
– Куда на лето поедешь? – поинтересовался вдруг Димка, чуть не заставив вздрогнуть.
– Не знаю еще, родители не говорили, – осторожно ответила, вмиг растеряв расслабленность.
С Жарковым вообще расслабляться не стоило, а то мяукнуть не успею, как… как окажусь в опасной ситуации.
– Ты одна или братья-сестры есть? – снова спросил Димка.
Я покосилась на него: с чего такой внезапный интерес к моей семье?!
– Одна, – кратко ответила, переведя взгляд вперед.
– Любишь путешествовать? – словно почувствовав, что тема мне не совсем приятна, он заговорил о другом.
– Люблю, – сдержала облегченный вздох и попыталась успокоиться – мы просто разговариваем, ничего такого. Лучше, чем если бы меня опять пытались охмурить или заводить беседы о моей невинности или намерениях демона. – С детства много путешествую, – добавила, помолчав, и, чтобы поддержать вежливый разговор, поинтересовалась: – Ты, наверное, тоже много где был?
Я же собиралась не провоцировать ни Жаркова, ни Казанцева, вот и буду вести себя ровно и спокойно. Стараясь избегать скользких моментов. Если не обращать внимания на волнение, бодрящими пузырьками бродившее в крови, то все нормально, уговаривала я себя.
– И по работе, и для себя, – кивнул Димка. – Тебе Европа нравится или экзотика?
– Ну… – Я честно задумалась. – Смотря какая Европа и какая экзотика. Совсем экстрим не люблю, – поморщилась я. – Море нравится, особенно летом.
– Есть любимые места? – Димка вел машину вдоль набережной, мимо Летнего сада, потом свернул на Фонтанку.
– Ну, наверное, все-таки Англия. – Я прикрыла глаза, углубившись в воспоминания. Папа прошлой весной устроил мне поездку, на каникулах, перед выпуском. – Красивая страна, со своей историей, и города… в них дыхание времени чувствуется. – Я помолчала. – Лондон, конечно, Эдинбург, окрестности. Нереальное ощущение, когда едешь мимо полей, изгородей, будто ничего и не изменилось со старых времен. – Я улыбнулась. – Домики, фермы, как на картинках. Завораживающая страна, хочу еще разок туда скататься.
– А на море куда ездить любишь? – Мы продолжали ехать вдоль реки, мимо Невского и дальше.
– Испания, Греция. – Я окончательно успокоилась – разговор на нейтральную тему радовал и приятно удивлял.
Я-то готовилась, что меня вот прямо с ходу начнут соблазнять…
– Куда мы все-таки едем? – не выдержала, поинтересовалась, когда проехали Гороховую.
– Уже почти на месте, – улыбнулся Димка, и я именно в этот момент посмотрела на него.
Зря. Жарков выглядел непривычно спокойно, обманчиво неопасно, руки расслабленно лежали на руле, и смотрел он прямо перед собой. Волнистая прядь упала на лоб, и пальцы зачесались убрать ее, провести по волосам, зарыться в это медное великолепие… Таня, стоп! Ты знаешь, какой он на самом деле! Поспешно отвела взгляд и торопливо спросила, лишь бы не молчать:
– А тебе что нравится?
– Чехия, – не задумываясь, ответил Жарков и свернул на мост через Фонтанку, к Вознесенскому. – И Норвегия, весной там потрясающе. На машине ездил, очень рекомендую, не пожалеешь. Фьорды – нечто фантастическое, Новая Зеландия отдыхает, – усмехнулся по-доброму он и остановился. – В Чехии атмосфера особая, замки красивые, да и города тоже, обожаю их узкие улочки, булыжные мостовые. – Я чуть неприлично не отвалила челюсть, созерцая мечтательное лицо демона. – И пиво там вкусное, с ветчиной особенно. – Он глянул на меня, потом вышел.
Я почему-то послушно осталась ждать, пока мне откроют дверь. Такой Жарков, непривычно обычный, обходительный, без своей напористости, откровенно пугал и заставлял ждать подвоха.
– Ну я пиво особо не пью, – продолжила разговор, выйдя из машины. Цветок взяла с собой. – Но Прага мне понравилась, были там с… родителями недельку, – чуть не ляпнула «с папой», но вовремя поправилась.
По легенде у меня же оба родителя имеются, надо не забывать. Мои пальцы остались в ладони Димки, когда мы отошли от авто, и он повел к Фонтанке. Удивительно, на сей раз прикосновение неприятных ощущений не вызвало, никаких искр или нервной дрожи. Жарков держал аккуратно, просто держал, не сжимал, только время от времени, словно в рассеянности, тихонько поглаживал тыльную сторону. А вот от этого и дыхание начало сбиваться, и мысли путаться. Мне была приятна эта вроде как случайная ласка, от нее в груди разливалось ровное тепло, а не как в прошлые разы, прошивало жаром от макушки до пяток.
– Давно английский изучаешь? – сменил тему Димка, пока мы подходили к спуску.
У меня начали появляться догадки, какое свидание задумал демон и, увидев небольшой кораблик, похожий на те, которые во множестве рассекали по рекам и каналам Питера, поняла: догадки верные. Еще и потому, что на открытой палубе стоял столик, два стула и отсутствовали туристы, обычные для такого транспорта. Это… мы с Жарковым вдвоем там будем?.. Ой!
– С третьего класса, – пробормотала, чуть не споткнувшись на ступеньках.
Да уж, Макс вряд ли помешает, даже если узнает, куда я сегодня ушла. Хотя мы же с ним договорились, чего ради он будет бегать за мной хвостиком, если в среду уже увидимся.
– Переводчиком хочешь быть? – продолжил расспросы Жарков, пропустив меня на мостик с перилами.
– Ну, наверное, – рассеянно ответила я, пройдя вперед. – Не знаю пока, как получится, может, папе помогать буду, – сказала и осеклась.
Черт, а папа-то путешествует по легенде и не в офисе работает, а ландшафтным дизайнером. В чем ему помогать-то?! И уж если Жарков узнал мой номер телефона, про мнимых родителей наверняка тоже знает… С другой стороны, я же фея вроде как, и работа с растениями вполне в моем духе.
– Понятно. – Димка отодвинул стул, я села, он устроился напротив. Тут же бесшумно появился молчаливый официант с подносом и начал расставлять тарелки. – Прости, не знаю твоих пристрастий в еде, поэтому без изысков. – Жарков улыбнулся уголком губ, не сводя с меня задумчивого взгляда.
– Да ладно. – Я постаралась ответить как можно невозмутимее и пожала плечами. – Я не привереда и в ресторанах не питаюсь, – не удержалась от ехидного замечания.
– Я тоже, – ответил Димка и придвинул к себе тарелку. – Только если по необходимости и по работе. Пафос и обилие столовых приборов отбивают весь аппетит.
Улыбка стала шире, он подмигнул и захрустел салатом, пока я соскребала со дна сознания упавшую в обморок невозмутимость. Черт, оказывается, Жарков может быть еще обаятельнее, когда отключает эгоистичного высокомерного придурка. И вот вопрос: это для меня, еще одна из многочисленных масок демона, или… или я имею честь видеть настоящего Димку Жаркова, такого, какой он только для своих? И если последнее, то с чего такое доверие?.. Неужели и впрямь так сильно хочется уложить меня в постель, что в ход пошла тяжелая артиллерия?.. Я молча приступила к салату, пребывая в растерянности. Вот не зря подозревала: это свидание сюрпризы приготовит, только готовилась совершенно к другому. А Жарков сломал мне все шаблоны! Я приготовилась разыгрывать стерву, а он… вдруг решил душкой побыть.
– Слабо верится, что ты в фастфуд бегаешь питаться. – В моем голосе снова проскользнули ехидные нотки.
– Нет, почему, рядом с офисом есть и итальянский ресторан, и суши. Кстати, ты к последним как относишься? – Димка бросил на меня быстрый взгляд.
– Нравятся. – Против воли, бурчать, ворчать и язвить не хотелось, да и Жарков пока поводов не давал, а без причины злиться я не умела.
А-а-а-а-а, психолог чертов! Угадал ведь линию поведения, чтобы я не шарахалась от него!
– Запомню. – Снова улыбка, и снова меня окатило теплой волной.
Кораблик плавно отчалил, неторопливо двинувшись по Фонтанке, и я порадовалась, что надела пиджак – от свежего ветерка и вечерней прохлады, шедшей от воды, хотелось ежиться. Димка взял открытую бутылку белого вина и вопросительно глянул на меня.
– Будешь? Или сок?
Поколебавшись, согласилась на бокал вина – очень уж приятный аромат поплыл, едва демон вынул пробку, захотелось попробовать. Качало несильно, к моему облегчению: хотя я не страдала морской болезнью, но мало ли что мог выкинуть от волнения мой организм.
– Тогда за тебя. – Димка коснулся краем моего бокала, раздался музыкальный звон.
Неужели хрусталь? Однако расстарался. Щеки потеплели от его слов, я сделала глоток, оценив букет, – легкий приятный вкус, чуть сладковатый, но не приторный, – и отвела взгляд. Мой собеседник откинулся на стуле, я всей кожей чувствовала, как он разглядывает меня.
– Тань, неужели тебе никто серьезно не нравился из парней до сих пор? – негромко спросил он без насмешки или иронии.
– Что значит – серьезно? – Я чуть нахмурилась. – Так, чтобы переспать, что ли? – хмыкнула, покачала вино в бокале, чувствуя, как румянец стал жарче. – Я не из тех, знаешь ли, кто считает, что заканчивать школу девственницей стыдно и неприлично, – пожала плечами, упорно не отводя взгляда от глаз Жаркова, глубоких, мерцающих золотистым. – И пока да, не встретила того, с кем хотелось бы зайти дальше поцелуев.
– Вот как… – задумчиво протянул Димка, по его губам скользнула улыбка. – Серьезная девушка.
– Это плохо? – подняла я бровь.
– Смотря для кого и для чего. – Демон склонил голову, продолжая разглядывать меня.
– Ну, для тебя уж точно ничего хорошего, – иронично ответила, испытывая странное удовольствие от нашего первого откровенного разговора.
Удивительно даже, что не пытался с ходу приставать. Жарков негромко рассмеялся, и я несильно вздрогнула: лицу стало горячо от прилившей крови и стоило больших трудов не опустить взгляд. Не буду смущаться!
– Это как посмотреть, Танюша, – весело отозвался он. – Мне, знаешь ли, редко попадаются девушки, настроенные не легкомысленно и не гоняющиеся за внешними показателями статуса и материальных благ.
Я поболтала вино, сделала глоток. Это к чему намек?..
– Дим, – все-таки опустила глаза, в душе зашевелилось беспокойство. – Не пытайся убедить меня в серьезности своих намерений, – произнесла, пытаясь связно выразить сумбурные мысли.
Димка помолчал, по-прежнему улыбаясь.
– Почему? – словно в рассеянности спросил он. – Почему ты не допускаешь, что помимо твоей невинности меня еще и сама привлекаешь как интересная девушка?
Я покачала головой, хотя сердечко предательски дрогнуло при этих словах.
– Мы слишком разные. Ты привык к другим, тебе скоро станет со мной скучно, – почти скороговоркой выпалила я.
Не надо так говорить! Я не могу и не хочу никаких отношений с ним!
– Ты так уверена, хотя мы толком и не знакомы еще, – ровно произнес Димка, его взгляд стал острым, внимательным. – И даже пробовать не хочешь. Боишься. Чего, Танюша?
– Н-не боюсь, – храбро ответила я, хотя внутри тревожно екнуло.
Тебя, Жарков, и того, что ты можешь со мной сделать. Но ты об этом не узнаешь… Я приложу все усилия!
– Тогда перестань шарахаться и улыбнись, Тань. – Он отпил вина, не сводя с меня взгляда. – Я не собираюсь набрасываться на тебя прямо сейчас. – Димка усмехнулся. – И давай не будем больше возвращаться к вопросу о моих намерениях, – неожиданно мягко добавил он. – Я хочу встречаться с тобой, как бы невероятно это для тебя ни звучало, и я чувствую, тебя ко мне влечет, несмотря на страх, Танюша.
Танюша… Как у него выходит так произносить мое имя, что все благие мысли держаться от настойчивого и опасного демона подальше тают, как мороженое на солнце?! И хочется согласиться, поверить, что ему действительно интересна не только моя девственность, но и я сама… Рискнуть?..
– Сколько ты готов ждать, если я все-таки соглашусь на твое предложение? – тихо спросила, поболтав вино в бокале и обмирая от собственной смелости. – Не подталкивая и не настаивая? Не заходя дальше… – запнулась, отчаянно покраснела, но все же мужественно продолжила, – дальше поцелуев?
Не выдержала, бросила на собеседника осторожный взгляд и наткнулась на прищуренный взгляд и довольную усмешку. Ой…
– Сколько понадобится, Танечка, но вот насчет дальше поцелуев не могу обещать, – обронил негромко Димка, и мне вдруг стало жарко под его взглядом. – Кроме поцелуев еще много чего приятного есть, чем можно заняться до секса, – со смешком произнес он, и мои щеки снова вспыхнули.
– Жарков!! – нервно выпалила я и несколько раз сглотнула, потом отпила вина. – Пошляк!
Он мягко рассмеялся, отчего мое замешательство усилилось.
– Танечка, я же ничего такого не сказал, – мурлыкнул демон, и меня обсыпало горячими мурашками от его голоса. – Значит, согласна, да?
– А у меня есть выбор? – тихо произнесла я, опустив глаза.
Димка ничего не ответил. Шли минуты, тишина становилась напряженнее, начала давить на уши. Ой. Знаю, что нет, знаю, что опасно, но… сердце все равно радостно забилось, а от волнения снова как песка в горло насыпали. Жарков облокотился на стол и подпер подбородок ладонью, чуть прикрыв глаза, но продолжал смотреть на меня. Выражение лица… слишком задумчивое, словно я навела его на какие-то мысли… На какие, хотелось бы знать, и чем это грозит конкретно одной маленькой и совершенно обычной мне?!
– Тань, – вдруг тихо позвал Димка, – подойди ко мне.
Позвоночник расплавился от низкого, переливчатого голоса, ноги очень кстати ослабели – не хотела я идти к нему, нет! Руки схватили несчастную розу, нервно затеребив зеленые листочки.
– Мне и здесь хорошо сидится, – как можно невозмутимее ответила я. – Дим, может, все-таки…
– Перестань, – мягко перебил он, в золотистых глазах вспыхнул огонек. – Я не кусаюсь и не собираюсь соблазнять тебя прямо здесь, на глазах у жителей Питера. – Он медленно улыбнулся, а я… почувствовала, как снова неудержимо краснею от его откровенных слов. – А вот обнять очень хочется. И поцелуй ты мне должна.
В животе образовалась пустота, внутренности завязались в тугой узел, в котором беспомощно затрепыхалось упавшее туда сердце. Зато я не хочу!! Именно потому, что как раз инстинкты радостно встрепенулись от перспективы оказаться в объятиях Жаркова… И даже напоминание о нерадостной перспективе, если сдамся, уже не помогало… Меня к нему тянуло, со страшной силой и вопреки здравому смыслу.
– Зато я не хочу! – чуть резче, чем следовало, отозвалась я.
– А почему тогда нервничаешь и краснеешь? – Димка медленно улыбнулся. – Тебе хочется, но ты боишься. Почему? Не верю, что тебя пугают собственные ощущения и эмоции, и не верю, что ты не в курсе происходящего между мужчиной и женщиной в теории, раз уж до практики не дошло.
Умный такой, как раз пугают, очень! Именно последствиями… Но, похоже, инстинкты сильнее страха. А еще с девушкой на такие откровенные темы не разговаривают!!! Я не выдержала, вскочила и прошлась по палубе, едва замечая и роскошный закат над Невой, и залитые оранжевым светом фасады зданий – чудный летний вечер в Питере, напоенный запахом сирени и свежести от воды.
– Жарков, свернули тему, – откашлявшись, ответила я, остановившись у поручня и глядя в волны реки невидящим взглядом.
– Таня-а-а-а-а-а, – рядом с моими ладонями на поручень легли ладони Димки, он прижался к моей спине, жарко выдохнув на ухо и родив табун бешеных мурашек по всему телу. – Танюша, все не так страшно, ну перестань. – Его голос приобрел ласкающие, бархатистые интонации, от которых стало жарко, а внизу живота вспыхнуло маленькое солнышко.
Я дернулась, чуть не подавившись подскочившим к горлу сердцем, по рукам и ногам бегали огненные искры взметнувшихся эмоций. Его пальцы накрыли мои, губы Димки прижались к изгибу шеи, не прикрытому воротником пиджака, и мне показалось, кожу обожгло.
– Тань, то, что я тебе сейчас скажу, я ни одной девушке не говорил. – Тихий шепот демона вспугивал целые облака невесомых пушинок, щекотавших грудь изнутри, а его нежные, осторожные поцелуи вызывали дрожь в коленках и полный раздрай в мыслях. Я и не знала, что шея у меня такая чувствительная… А еще я почему-то сразу поверила ему. – Ты не фея, как бы ни старалась вести себя, как они, ты слишком стеснительная для этого вида нечисти, и да, ты права, к другим девственницам меня так сильно не тянуло, как к тебе. – Губы Димки переместились на затылок, и мышцы закаменели, я тихо всхлипнула от новой волны ощущений. – Ты сплошная загадка, Танечка, и я ее разгадаю, и даже не буду у тебя ничего спрашивать. – Тихий смешок, осторожное дуновение на влажную кожу, и я, не сдержавшись, зашипела сквозь зубы, а ладони моментально вспотели. Руки Жаркова переместились на мою талию, обняли, притянули ближе к нему, и я спиной ощутила, как тяжело и неровно бьется его сердце. Почти так же, как мое… – Ты все равно не ответишь, знаю. Танюш, меня тянет к тебе, постоянно хочется знать, где ты и с кем, хочется видеть тебя… прикасаться к тебе… Слышать твой голос, быть с тобой рядом…
Я слушала, и от сладкого ужаса внутри все замирало, в голову стали закрадываться совсем невероятные догадки, которые я упорно гнала прочь. Черт, Димка оказался слишком проницательным и наблюдательным, плохо, очень плохо! Ведь в самом деле может докопаться до истины, у него хватит упрямства и, я уверена, связей! А потом что? Неизвестно, и это пугало больше всего. Мало ли, вдруг у его отца какие-нибудь дела с моим, я же не в курсе, кто папины партнеры! И… и все… Другие возможные причины, по которым Димку так тянет ко мне, в голове совсем не укладывались, и я старательно избегала думать о них.
– Дим, тебе это тоже не поможет, красивые слова, – хрипло ответила я, боясь пошевелиться в его руках и тихо млея от возобновившихся нежных поцелуев.
Руки онемели, так сильно я вцепилась в поручни. Что он делает, зачем?
– Хорошо, тогда я буду действовать, – снова тихий смешок, Жарков, к моему облегчению, оставил в покое шею и прижался ко мне щекой. – Только не так, как ты и твои подружки с сайтами, – добавил вдруг он, и я неудержимо покраснела, испытав прилив жгучего стыда. Ответить ничего не успела, он продолжил: – И не пытайся делать вид, будто не понимаешь, о чем я. Скажи спасибо, что у меня достаточно возможностей справиться с этим в краткие сроки, без перемены номера телефона. – Теперь губы Димки коснулись скулы, а я в панике поняла, что… хочу повернуться.
Голову туманили запах его туалетной воды и проснувшиеся эмоции, инстинкты не давали сосредоточиться и включить разум. Хотелось закрыть глаза, прислониться затылком к плечу Димки и замереть, не двигаясь, наслаждаясь его близостью и теплом. Таня!! Ты попала, дорогуша… Все благие намерения о сохранении отстраненного и невозмутимого вида утонули в могучей волне проснувшихся желаний.
– Та-а-а-ань, – тягучим, низким голосом позвал Жарков. – Я хочу с тобой встречаться, – повторил он уверенно и твердо.
– Нет!.. – вырвалось у меня, и в следующий момент я оказалась нос к носу с моим персональным рыжим кошмаром.
Его тело крепко прижало меня к поручням, рука обняла, а на ладони, упершиеся в грудь, он не обратил никакого внимания. От его слов с эмоциями сотворился форменный ураган, я как завороженная смотрела на губы Димки, сложенные в предвкушающую улыбку, и с безнадежностью понимала, что, похоже, мой первый поцелуй случится прямо здесь и сейчас. Пальцы демона ухватили за подбородок, и он склонился почти к самому моему лицу.
– Танюша, – нежно протянул Дима, так проникновенно, так нежно, что я задохнулась.
Он никогда таким не был, таким… другим, и вот эта сторона Жаркова, которого привыкла воспринимать эгоистичным и самодовольным, несказанно пугала. Потому что делала его еще притягательнее, хотя, казалось бы, куда больше.
– Танечка… – Легкий поцелуй в лоб, и я невольно зажмурилась, прикусив губу и дыша так тяжело, будто пробежала весь Невский. – Феечка моя неправильная… – Теперь кончик носа, и я невольно сжала пальцы, смяв рубашку Димки. Черт, приятно до дрожи, до звездочек в глазах, эта нечаянная и совсем нежданная нежность от Жаркова. И тем опаснее поддаваться ей. – Я же сказал, не потащу тебя сразу в постель… – Почувствовала, как демон обхватил мое лицо ладонями, его дыхание на своих губах, слабо пахнущее вином. Голова закружилась, и я зажмурилась сильнее. Не хочу смотреть на него!.. Смысл слов, признаться, доходил до съехавшего сознания с трудом. – Но встречаться мы будем, Танюша, потому что я чувствую: ты не против, хотя отчаянно трусишь.
А потом его губы, теплые, немного шершавые, прижались к моим, напряженно сжатым.

Несмотря на перспективу встречи с Ларисой, Димка ехал в офис в приподнятом настроении. Сегодня вечером он увидится с Таней. К свиданию почти все подготовлено, ему обещали отзвониться в обед, уточнить место и время, и останется только дождаться конца рабочего дня. Улыбка стала шире, в груди разлилось мягкое тепло при одном только воспоминании о ясных зеленых глазах и улыбке феи. Фея… Да какая она фея, тут явно что-то нечисто с ее происхождением. Надо завтра заняться вопросом Таниных корней, тогда многое может проясниться.
Жарков-младший остановил машину около офиса и поднялся на нужный этаж. Отец с утра позвонил и предупредил, что сегодня его не будет и чтобы они с Ларисой все обсудили и подготовили, а еще напомнил о необходимости встречи с директором банка. Димку несказанно раздражала эта черта отца – постоянное напоминание о том, о чем он и так знал и помнил. Воскресенье прошло более-менее спокойно, если не считать настойчивых попыток Ларисы обаять его. Димку даже начало забавлять упорство суккубы, и он едва сдерживал усмешку, наблюдая за ее усилиями. В открытую не хамил, но осаживал Лару вежливо и жестко, на раз разгадывая уловки папиной протеже. Лариса упорно делала вид, что не понимает, но это уже ее проблемы. В свое время некоторые его пассии пытались добиться от Димки не просто красивой жизни с ресторанами, элитными клубами, вечеринками и подарками, а каких-то протекций и рекомендаций. С такими Жарков-младший расставался безо всякой жалости, четко объясняя, что они ему нужны всего лишь для развлечения, а для продвижения по жизни пусть ищут дураков.
Дмитрий зашел в свой кабинет, взглянул на часы – девять утра, – и решил пока попытаться договориться о встрече с директором того банка, который отец хотел привлечь для сделки с отцом Ларисы. Нашел нужную визитку и набрал номер.
– Игнат Валерьевич? Доброе утро, – поздоровался Димка, услышав голос на том конце. – Не отвлекаю?
– Нет. Простите, с кем разговариваю? – прохладно осведомился говоривший.
– Дмитрий Жарков, заместитель директора холдинга «Северные звезды», – представился молодой демон.
– Что вы хотели? – Тон собеседника Дмитрия не испугал.
– Я хотел бы обговорить сотрудничество с вашим банком, – невозмутимо произнес Жарков. – Когда вам удобно встретиться?
– Молодой человек, я уже объяснял вашему отцу: предложение меня не интересует, – с легким раздражением ответил Игнат.
– Вы его даже не выслушали толком. – Димка улыбнулся, хотя собеседник не мог его видеть. – И уже отказываетесь от возможной выгоды?
– Хорошо, вышлите мне на почту…
– Лучше я лично вам расскажу, заодно обсудим нюансы, – перебил Дима. – Я не сторонник решения важных вопросов заочно, по переписке.
В трубке послышался раздраженный вздох.
– Вы настойчивы, как и ваш отец, – не слишком дружелюбно отозвался Игнат. – Ладно, я вас выслушаю, но ничего не обещаю.
– Когда вам удобно? – Улыбка Жаркова-младшего стала довольной. – Завтра?
– Да, давайте завтра, у меня есть пара часов в обед.
– На нейтральной территории или мне подъехать к вам в офис?
Отличная возможность избежать столкновения с надоедливой Ларисой, если не получится сейчас отвязаться.
– Подъезжайте в офис. Адрес знаете?
– Да, конечно. – Димка глянул на визитку – офис располагался недалеко, в бизнес-центре на 2-й Советской.
– Тогда в два часа жду вас, и желательно не опаздывать. До завтра. – Игнат отключился.
– Отлично, – вполголоса произнес Димка и с хрустом потянулся.
Ларисы пока не было, и он занялся подготовкой коммерческого предложения и необходимых для завтрашней встречи документов. Демон не хотел задерживаться вечером ни единой минуты, ведь его ждала Таня. Много сделать он не успел, дверь распахнулась, и вошла Лариса. За ней – Ира, секретарь.
– Простите, Дмитрий Николаевич… – начала было она, бросая на суккубу хмурые взгляды, но Лариса небрежно перебила ее:
– Милочка, я же сказала, меня ждут, – и повернулась к Димке. – Правда, Дим?
– Ира, все в порядке, – успокоил девушку Жарков-младший. – Сделай кофе, пожалуйста.
– Мне со сливками. – Лариса двинулась к столу, плавно покачивая бедрами.
Сегодня она вместо пиджака надела блузку из кремового шелка, с коротким рукавом и глубоким вырезом. Юбка оставалась той же длины – на грани приличия, чуть ниже кружева чулок. Ира смерила посетительницу неприязненным взглядом и поджала губы. Хорошая девушка, исполнительная, внимательная, знающая свое место, никогда не позволявшая себе поведения, выходящего за рамки схемы подчиненная – начальник. А еще оборотница отлично умела ставить на место тех, кто считал, что ее должность дает другим право относиться к Ире пренебрежительно. Димка спрятал улыбку: в ответ на вопросительный взгляд секретаря он едва заметно наклонил голову. Глаза волчицы блеснули, и она ответила ровным голосом:
– Хорошо, Дмитрий Николаевич.
Ира вышла, а Лариса, дойдя до стола, обошла его и бесцеремонно села на край, опершись рукой и чуть наклонившись вперед. Димка покосился на обтянутое чулком бедро, медленно поднял взгляд выше, к выставленному на обозрение кружевному белью в тон блузки, и его содержимому.
– Привет, Дим, – с придыханием произнесла Лариса, игриво улыбнувшись. – Ну что, начнем работать?
Розовый язычок провокационно скользнул по губам, она несколько раз глубоко вздохнула, не сводя с Димы пристального взгляда – в голубых радужках появилось характерное мерцание, и Жарков почувствовал мягкое, обволакивающее прикосновение силы суккубы. Да вот только на него она не действовала, и Лариса должна это знать. Соблазняет по инерции? Скорее всего. Дима, откинувшись на спинку кресла, ответил ей отстраненным и непроницаемым взглядом.
– Возьми стул, Лариса, и слезь с бумаг, пожалуйста, – спокойно заметил он. – У меня дела вечером, поэтому с работы я хочу уйти вовремя.
Лара ничем не показала, что ее задел невозмутимый вид Димки, она лишь пренебрежительно дернула плечом, тихонько хмыкнула и встала со стола. Поставила стул рядом, села, положив ногу на ногу, и глянула на Жаркова-младшего.
– Дела? А я думала поужинать вместе, – словно невзначай обронила она, снова улыбнувшись.
– Нет, – Димка покачал головой. – Ужинать я буду в другом месте и не с тобой.
– А с кем? – тут же переспросила Лариса, чуть подавшись вперед.
В голубых глазах мелькнул красноватый огонек, и демон понял: суккуба твердо намерена заполучить в свои цепкие лапки его персону.
– А вот это точно к нашим делам  не относится. – Дмитрий лениво улыбнулся, выделив голосом слово, и продолжил: – Лара, давай начистоту. – Он взял карандаш и принялся вертеть его, не сводя с собеседницы равнодушного взгляда. – Кажется, я говорил, что не мешаю работу и развлечения, а с тобой мы работаем. Кроме того, я бы попросил в следующий раз одеться поскромнее. Не надо своим видом мешать моим людям нормально работать. У меня офис, а не ночной клуб. – Он чуть прищурился, с интересом ожидая, как отреагирует Лариса на отповедь.
Она склонила голову, прикрыв глаза пушистыми ресницами.
– Такой строгий начальник, – проворковала суккуба, похоже ничуть не обидевшись. – Но ведь можно совместить приятное с полезным, мм? – Ее палец коснулся шеи, медленно спустился вниз, в вырез блузки, и чуть отодвинул край.
– Флирт на рабочем месте, равно как и что-то большее, в нашей компании не приветствуется. – Димка пожал плечами. – Исключений ни для кого не делается.
– А если я скажу, что без флирта сделки не получится? – Светлая бровь выгнулась, голос Ларисы звучал довольно и чуточку насмешливо. – Может, даже, без чего-то большего?
Нога в лодочке на шпильке коснулась ноги Димки и медленно провела по ней. Жарков мысленно усмехнулся.
– То есть ты считаешь, что не способна справиться с делами без демонстрации своих умений в постели? – лениво спросил он. – А диплом тоже так… защищала? – Теперь Димка открыто ухмыльнулся.
Опасная игра, да, но он всегда четко знал, за какие ниточки дергать, чтобы добиться нужной реакции. Лариса амбициозна, и стоит намекнуть, что есть сомнения в ее уме, – бросится доказывать обратное. Таких, как она, сильно задевает пренебрежение. Улыбка пропала с лица суккубы, а зрачки вдруг резко сузились в точку и вытянулись вертикально.
– Осторожнее со словами, Дим, – мягко ответила она.
– Осторожнее с поступками, Лара, – в тон ей отозвался Жарков-младший. – Если хочешь чего-то добиться в жизни, никогда не путай постель и бизнес. – Он отложил карандаш. – Выгода от сделки не зависит от размера твоей груди и стоимости белья на ней. Или мы работаем, и обе компании получают взаимовыгодное сотрудничество, или наш холдинг найдет другую, в которой не будет обязательного условия переспать с дочкой директора.
Суккуба молчала, пристальный взгляд не отрывался от Жаркова.
– Ну или прописываем официально в контракте, – неизвестно почему Димка вдруг развеселился, – пункт о том, что одно из условий – секс с ведущим экономистом компании. – Он не удержался от смешка.
– Шутник, да? – усмехнулась Лариса наконец, но зрачки так и остались вертикальными. – И, между прочим, ради одного секса устраивать подобную сделку я бы лично не стала. – Она постучала ноготками по столу. – Благо могу получить его от любого мужчины.
– Драгоценная моя, а больше я бы тебе не дал, – тихо рассмеялся Димка, сцепив пальцы в замок. – Для чего-то серьезного я слишком занят, и уж тем более если вдруг решу завести с кем-то отношения, это будет мой  выбор и мое  решение. – Он сузил глаза, оборвав смех. – И девушку я сам выберу, – негромко, жестко добавил он. – Не пытайся залезть ко мне в штаны, Лариса, и уж тем более шантажировать. Если думаешь, я послушно пляшу под дудку отца, – глубоко ошибаешься.
– Значит, трахаем одних, а любим других, да? – задумчиво протянула Лариса, соединив кончики пальцев. – И дела с личной жизнью не мешаем?
– Именно, – кивнул Жарков. – Работать будем? Или я звоню отцу и сообщаю, что сделка отменяется, потому как ведущий экономист обиделась на меня за отказ трахнуть ее пару раз? – насмешливо поинтересовался Димка, находя удовольствие в доведении Ларисы до белого каления.
Суккуба выпрямилась, поджала губы и в раздражении одернула юбку.
– Будем, – односложно ответила она и придвинула стул ближе к столу. – Где документы из бухгалтерии, ты подготовил?
– Конечно, – спокойно произнес Димка и открыл на компе нужные файлы. – Распечатать или на флэшку?
Он остался доволен. Если Лариса не полная дура, то не станет мелко пакостить в делах в отместку за прямой отказ. Но на всякий случай Дмитрий, естественно, собирался все проверять после нее. А отец с его планами может идти подальше – сам-то нашел свою пару. Димка не всегда одобрял методы, с помощью которых Жарков-старший вел дела, он не считал, что в бизнесе для достижения цели все средства хороши. Всегда можно выбрать другой путь, пусть и чуть длиннее, чем прямое воздействие. Зато вместо врага, который соглашается от безысходности, приобретаешь партнера, с которым не приходится ждать подвоха и проверять каждое слово и цифру в документах.
Вошла Ира с подносом и двумя чашками, поставила на стол и с милой улыбкой сообщила:
– Прошу прощения, но сливки закончились и сахар тоже. – Она знала, что Димка пьет только черный, без сахара и сливок, остальное держали для гостей. – В магазин я еще не ездила, Дмитрий Николаевич.
– Возьми в бухгалтерии деньги и Витю, пусть свозит, – кивнул Жарков-младший, отметив мелькнувшее на лице Ларисы недовольство.
– Да, конечно, – пропела Ира и вышла, не скрывая удовлетворенной улыбки.
Суккуба промолчала, хотя Дима готов был спорить на что угодно, прекрасно все поняла. Сливки, как и сахар, имелись, Ирочка запасливая и всегда хранит заначку на непредвиденный случай. Но Ларисе стоило показать, кто в этом офисе хозяин и что здесь нет любимчиков, каждый знает свое место и не наглеет.
Они работали до обеда, потом ненадолго прервались, после вернулись в офис – туда уже подъехали отец Ларисы и Николай. Димка сообщил о переговорах с директором банка, которого собирались привлекать к сделке, и заметил во взгляде отца одобрение. Немного подпортило настроение заявление, что Лара и Александр будут присутствовать на благотворительном вечере. Что-то Димке подсказывало: суккуба не отступится и придется еще пару раз щелкнуть ее по носу для осознания, что добыча не для ее зубок. Это даже может быть занимательным – Жарков-младший давно не развлекался с упрямыми поклонницами. Обычно все с первого раза понимали отказ.
Наконец в семь вечера Димка вышел из офиса и поспешил домой, переодеться и ехать за Таней. Все уже было готово. Он остановился, вдохнул полной грудью и улыбнулся. Как всегда, мысль о встрече с неприступной феечкой наполнила Жаркова нетерпеливым желанием поскорее увидеть ее. И, пожалуй, сегодня он немного изменит тактику, попытается узнать, что в голове у девушки и почему она так боится того, что ее тянет к нему.
…Ларисино терпение было вознаграждено, не зря она вернулась к офису и ждала, когда появится Жарков-младший. Хорошо, он не знал ее машину. То, как он отбрил ее сегодня, задело суккубу, и сильно, но сдаваться она не собиралась. Димка подходил ей как нельзя лучше: богатый, наследник холдинга, красивый, умный, демон. Они прекрасно будут смотреться вместе, да и в постели наверняка он очень даже ничего! Ладно, хорошо, идея добиться от него желаемого через угрозу сорвать сделку – не самая умная. «Значит, будем действовать по-другому», – подумала Лариса. И в первую очередь узнаем, с кем ужинает Димка. В последнее время ходили странные слухи, что он увлекся какой-то студенткой, не из своего круга, но узнать про нее не получилось. И если сейчас Жарков едет к ней…
Жарков вышел из здания, и Лариса поразилась, какой нежной улыбкой вдруг осветилось лицо ее потенциального жениха. В груди кольнуло недовольство, суккуба поджала губы. Неужели демон влюблен? Ничем иным такое проявление эмоций объяснить невозможно. Но это реально только в одном случае! Лара прищурилась, медленно выруливая со стоянки. Интересно, если Жарков действительно каким-то невероятным образом нашел свою пару, его отец об этом знает? Лариса доехала за Димкой до его дома и потом дальше, на Васильевский. Когда он свернул на Восьмую линию, она последовала за ним, но просто проехала мимо, чуть дальше, отметив, что машина Жаркова стоит у общежития, а сам он – с розой! – кого-то ждет. С той же мечтательной улыбкой, какую Лариса видела у офиса. Недовольство суккубы усилилось, а когда она увидела, как к Димке подошла какая-то студенточка, совсем молоденькая, голубые глаза сузились, и губы скривила усмешка. Значит, слухи правдивы – Димочка запал на малолетку. Но почему? Лариса глянула на ауру, и подкрашенные брови удивленно поползли вверх. Фея?! Хм… девственница. Понятно. Что ж, это все объясняет. Надо просто дождаться, пока он совратит ее, и Димой можно заняться вплотную, переключив его внимание на более достойный объект. И опытный… Суккуба облизнулась и поехала за Жарковым. Посмотреть, куда он повезет свою добычу. Насколько она знала, не в привычках демона красиво ухаживать за девушкой, уж тем более за девственницей. Он соблазнял таких на раз, как и любой из его вида. Почему с этой такие церемонии? Цветы, обед… И его настроение… Тут явно что-то большее, чем просто особое отношение демона к невинной девушке. Но каким образом, если она – фея? Надо бы разузнать побольше об этой вертихвостке и, возможно, даже встретиться с ней.
Увидев, куда привез незнакомку Димка, Лариса окончательно уверилась, что фея не так проста, как кажется на первый взгляд, и зацепила его не только девственностью. Чем же еще? А вот это можно выяснить, познакомившись с девчонкой поближе. Но для начала узнать, кто она такая. В общаге наверняка знают, особенно если поспрашивать среди тех, кто тусуется около входа и наверняка видел, как Жарков увозил фею. И Лариса поехала обратно к общаге – зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?

Когда немного шершавые, теплые губы Димки прижались к моим, мягко, но настойчиво, в первое мгновение я растерялась. Мысли испарились, остались одни эмоции. Я вцепилась в плечи Жаркова, сердце испуганно подскочило к горлу, потрепыхалось там, а потом ухнуло в желудок. Коленки ослабли, по телу разлился жар, дыхание остановилось, перед глазами медленно закружились звезды. Что… что он делает?.. Димка нежно погладил языком мои губы, потом еще раз, его пальцы между тем стащили резинку, распустив волосы, и зарылись в пряди на затылке, тихонько его массируя. Все мои благие намерения сохранять спокойствие и не реагировать рассыпались сверкающей пылью. Я обмякла в объятиях Димки, послушно приоткрыв рот и… позволив поцелую стать глубже. Внутри все сжалось в ожидании напора, я сильнее стиснула пальцы на плечах демона, но… Все та же нежность, осторожные прикосновения его языка, ласковое поглаживание затылка… Я окончательно «поплыла», ладони безвольно скользнули по его груди, тело само прижалось ближе, податливо прогнувшись. Ощущения текли по венам густым, сладким сиропом, стекали к низу живота, смешиваясь с непривычным, тягучим ощущением. Сердце вернулось на свое место, гулко стуча о ребра, а вот с дыханием возникли серьезные проблемы. Воздуха катастрофически не хватало, но оторваться от Димки сил не оставалось. В какой-то момент показалось: я растворяюсь, тело становится легким-легким, почти невесомым, время замерло, отдалились все звуки…
Жарков первый прервал поцелуй, и я рывком вернулась в реальность. Вдруг пришло осознание, что это его сердце так суматошно колотится под моими ладонями, и дыхание у него такое же неровное и тяжелое, как у меня. Боже… что это было сейчас?.. Полное сумасшествие! Нет, черт возьми, не надо, это неправильно, так не должно быть! Мне домой надо, срочно…
– Дим, – хрипло выдохнула я, и от собственного голоса щеки потеплели, зарумянившись. Эм… это меня так от простого поцелуя приложило?! Я откашлялась и повторила: – Дим, пусти, а?
– Даже не надейся. – Самодовольство в его голосе прочистило голову от розового тумана, и я возмущенно засопела, завозившись в его руках. Этот нахал только крепче обнял, так, что я уткнулась ему в грудь лицом, вдыхая аромат туалетной воды. – Вот теперь точно не пущу, Танюша. И целовать чаще буду, – чуть понизив голос, добавил он, и вдоль позвоночника будто стекла горячая капля. Я замерла, сглотнув пересохшим ртом. – Надо же тебя научить как следует.
Тут я не выдержала, страх оказаться в полной власти Жаркова плеснул в голову освежающей, ледяной волной.
– Не хочу ничему учиться у тебя! – нервно огрызнулась я и начала активнее отпихиваться от обнаглевшего демона. – Не буду я с тобой больше целоваться, не дождешься! И встречаться не хочу! Пусти меня, я домой поеду! – потребовала, по-прежнему изучая пуговицы на рубашке Димки и не рискуя поднять голову.
Особенно в свете его последних обещаний… Домой, срочно домой, приводить в порядок мысли и думать, думать, как быть дальше. Мелькнула мысль о предстоящем свидании с Максом, и стало совсем страшно: а ну как он тоже резвый окажется и с поцелуем полезет?! Бли-и-и-и-ин!
– Таня… – Пальцы коснулись моего подбородка, и пришлось все-таки посмотреть Димке в лицо. Которое светилось непонятной нежностью и вполне понятным предвкушением. – Я тебе уже все сказал, феечка моя неправильная. – Жарков медленно улыбнулся, его взгляд недвусмысленно остановился на моих губах. – Думай что хочешь, но у меня в отношении тебя намерения серьезные.
– Уложить в кровать?! – взвилась я, собравшись с силами и оттолкнув наконец ушлого демона. – Для этого все красивые слова, цветы, ужин?! – От пережитого всплеска ощущений, пугающе-сладких, как любой запретный плод, и от накатившего страха, чем это может грозить в будущем, меня аж затрясло. Возмущение и злость от Димкиной уверенности ударили в голову.
Слишком много всего накопилось, слишком велико напряжение последних дней. Внутри как невидимый крючок спустили, эмоции и страх вспыхнули ревущим факелом. Полезет сейчас ко мне – огребет по физиономии, без шуток. Не подпущу к себе больше! Я стояла в нескольких шагах от Жаркова, сжимая кулаки и тяжело дыша, настороженная, напряженная, и на полном серьезе размышляла о том, чтобы прыгнуть в воду, если он попытается подойти. Демон же, засунув руки в карманы, смотрел на меня, склонив голову, и задумчиво улыбался. Сердце неизвестно от чего испуганно дернулось. Что он задумал?!
– Тань, тебе Макс больше нравится?
От неожиданного вопроса я моргнула, озадаченно уставившись на Жаркова.
– При чем тут твой приятель? – ответила я хмуро. – Я вас обоих не хочу видеть в моей жизни, понял?!
Главное, в истерику не сорваться и не разреветься самым глупым образом.
– У тебя с ним тоже свидание? – как ни в чем не бывало продолжил Димка.
– Какая? Тебе? Разница?! – Сохранить спокойствие, увы, не получилось, вопросы демона взбесили несказанно. – Вы оба достали со своими планами на меня!
Вот это меня накрыло… Чувства смешались, я резко отвернулась, прикусив губу и смаргивая слезы. Обхватила себя руками, отошла подальше, пытаясь сдержать дрожь. Так же быстро, как вспыхнули, раздражение и злость исчезли, оставив отчаяние и усталость.
– Домой хочу, – тихо произнесла я, не поворачиваясь. – Спасибо за ужин.
– Хорошо. – Голос Жаркова раздался совсем рядом, и я дернулась, собираясь отойти.
Но снова была поймана в объятия. От страха, что снова поцелует, я на несколько мгновений потеряла дар речи, но…
– Танюш, все, успокойся, не трону, – негромко произнес он, прижавшись ко мне щекой. – Не холодно, не мерзнешь? – вдруг с искренней заботой поинтересовался демон, опять уничтожив все мои шаблоны.
– Н-нет… – промямлила я, с удивлением поняв, что в руках Жаркова… тепло и уютно.
Слово он сдержал. Пока мы не вернулись к набережной около Вознесенского, Димка просто обнимал, и мы молчали. Мои мысли шевелились вяло, разрозненные и сумбурные. О чем думал демон, понятия не имею, но, несмотря ни на что, тишина не давила на уши. Не хотелось разбить ее, болтая на какую угодно тему, лишь бы не молчать, и это было странно. Странно и приятно. Кажется, впервые с момента знакомства я испытывала в присутствии Жаркова – близком присутствии – спокойствие. Нет, не совсем, конечно, спокойствие – по телу время от времени прокатывались волны тепла, дыхание сбивалось, и сердце то ускорялось, то замедлялось, но в остальном… Истерики как не бывало, отчаяние тоже отступило вглубь сознания, и, вспоминая слова Жаркова, я уже не так шарахалась от мысли, что… кажется, мы все же будем встречаться. Таня-а-а-а-а, по ходу вляпалась ты по самые помидоры…
Я бы предпочла доехать до дома на общественном транспорте или вообще прогуляться, благо время всего десять вечера и наступили белые ночи, однако Димка крепко держал за руку. Пришлось смириться с тем, что еще некоторое время проведу в его обществе. В машине я, откинувшись на спинку, задремала, утомленная переживаниями последних часов, а вот пробуждение вышло… неожиданным. Кто-то медленно, осторожно, водил по моему лицу той самой подаренной розой. Сон разом слетел с меня, я испуганно вздохнула и распахнула глаза.
Жарков, опершись локтем на спинку сиденья, наклонился, и мягкая, нежная улыбка на его лице мне совсем, совсем не понравилась. А стояли мы аккурат напротив моей общаги.

Глава 10

– Приехали, – мурлыкнул демон, будто я не видела.
– Угу. – Я осторожно пошевелилась, не сводя с него настороженного взгляда, нашарила ручку на двери и убедилась, что она заблокирована. – Дим…
– Да-а-а? – Роза скользнула по подбородку, и мягкие лепестки медленно провели по шее, рождая легкую дрожь по всему телу.
– Дим, выпусти, а? – Ценой невероятных усилий удалось взять под контроль голос, и он звучал ровно, хотя и очень напряженно.
– А попрощаться? – выдохнул Жарков, наклонившись еще ниже, завораживая мерцанием золотистых глаз, окутывая своим безумно приятным запахом…
Я поняла: от поцелуя не отвертеться, и целомудренный чмок в губы принят не будет. Коварный внутренний голос нашептывал: не стоит сопротивляться тому, что самой нравится, в поцелуе нет ничего страшного, и нас никто не видит. Стекла тонированные… Да, но у входа в общагу Светка стоит и так заинтересованно поглядывает в сторону машины Жаркова… Не обращая внимания на вампиршу, ничего она мне не сделает, иначе Димка ей житья не даст… Дальше мысли закончились, наглый демон, не дожидаясь моего ответа и воспользовавшись тем, что я слегка зависла, путаясь в эмоциях и суматошных размышлениях, прижался к моим губам. Пальцы одной руки он переплел с моими, прижав к сиденью рядом с головой, ладонь другой медленно провела вдоль тела и скользнула на талию, привлекая ближе. Роза осталась лежать на моих коленях, а я… я снова медленно тонула в восхитительно сладких ощущениях, таяла от нежных прикосновений языка, и в какой момент ответила на поцелуй, сказать не берусь. Просто… Просто моя рука вдруг оказалась на плече Димки, потом переползла дальше, на затылок, и я наконец получила возможность запустить нетерпеливые пальцы в огненно-золотистые, удивительно мягкие пряди. Кажется, против этого и предупреждал папа, да?.. Потому что меня накрыла волна восторга, и способность соображать отключилась окончательно. Я чуть подалась вперед, несильно сжав в кулак волосы Димки, не до конца понимая, что делаю и зачем. Он резко втянул носом воздух, не прерывая поцелуя, и последний вдруг разом перестал быть мягким и нежным.
Меня вжали в спинку сиденья, и я только успела испуганно вздохнуть. Димка чуть прикусил мою нижнюю губу, потом погладил языком, и я утонула в шквале эмоций и ощущений. Тело закололи сотни иголочек, кровь моментально испарилась, и вместо нее по венам потекла густая обжигающая патока… Ладонь Димки поползла выше по спине, забравшись под легкий пиджак, и я чувствовала, какая она горячая, даже через ткань сарафана. Словно со стороны услышала свой короткий, глухой стон, и это отрезвило, на меня как ведро колотого льда опрокинули. Я дернула головой, отвернувшись и тяжело дыша, в душе мешались спасительная злость, растерянность и смутное недовольство – инстинкты хотели большего, хотели продолжить поцелуй, чтобы Жарков и дальше прикасался ко мне… Мои пальцы разжались, выпустив волосы демона, и рука безвольно упала на сиденье, я боялась пошевелиться, чтобы невзначай не прижаться к Димке еще ближе.
– Такая нежная, – пробормотал он, и горячие губы прижались к моей шее, там, где бился пульс. Ай!.. Как… как волнительно и чувственно… – И страстная… Танюш…
Н-нет, хватит! Обжиматься в машине все же не хотелось – с риском зайти дальше поцелуев, судя по хриплому шепоту Димки, при полном попустительстве силы воли, которая мечтательно пересчитывала звездочки перед глазами и не собиралась мне помогать… К собственному тихому ужасу, напоминания, чем все может закончиться для меня, уже не особо действовали. Но я все-таки уперлась ладонями в грудь демона, настойчиво повторив:
– Дима! Выпусти меня, хватит уже!
Ругаться сил не осталось, они все ушли на успокоение бурливших эмоций. Жарков выпрямился, его пальцы коснулись моего подбородка, повернув голову и заставив смотреть ему в глаза. Они потемнели до цвета гречишного меда, и в глубине зрачков мерцал оранжевый огонек. А еще чертов демон довольно улыбался!!
– Я позвоню, – мягко произнес он, и от его голоса тело охватила слабость.
Господи!.. Да что происходит, я же совсем расклеилась! Нельзя так, Таня, ну нельзя же! Надо срочно что-то придумать, сотворить какую-нибудь мелкую пакость, чтобы Димка перестал вести себя так… так нежно и настойчиво, с непреодолимым обаянием…
– И напишу, – чуть тише добавил Жарков, его ладонь приласкала шею, и мой мучитель и соблазнитель отодвинулся.
К моему крайнему облегчению – смутное сожаление я запинала в самый дальний угол сознания, чтобы не отсвечивало и не портило настроение, – раздался долгожданный щелчок, и я ухватилась за ручку, чувствуя, как щеки горят от лихорадочного румянца, а тело потряхивает от пережитого.
– Спокойной ночи, – раздалось вслед, и я чуть нервно не огрызнулась, но сдержалась.
Сам понял, какую глупость сморозил?! Уснуть бы сегодня вообще, а у меня экзамен через день! Сволочь он, демон чертов… Хлопнув дверцей, я поспешила к общаге, эмоции бурлили, и я чуть не сломала розу, вертя ее в пальцах. Губы до сих пор хранили вкус поцелуя, их покалывало, и так и тянуло провести пальцами, проверить, не сильно ли припухли. На Светку даже не взглянула, хотя, когда проходила мимо ее компании, выразительная тишина резанула по ушам. Я только нахмурилась, упорно игнорируя недовольство вампирши, открыла дверь и юркнула в спасительный холл общаги. Все. До экзамена – ни ногой из комнаты!
Конечно, спокойного вечера не получилось. Катька, заинтересованно уставившись на меня, спросила, почему я такая растрепанная. При этом она так понятливо улыбалась, что захотелось выругаться, громко и смачно.
– Потому и растрепанная! – огрызнулась я, швырнув рюкзак на кровать и нервно пройдясь по комнате. – Надо с этим что-то делать!
– Целовались? – деловито спросила соседка, не собираясь отставать.
– Да! – выпалила я, и так жалобно вышло, что еще больше разозлилась на себя. – Не, Кать, так дело не пойдет. – Я села и посмотрела на нее. – Срочно нужна мелкая пакость. В ближайшее время.
– Эм… – Катька почесала в затылке. – У тебя экзамен на носу, какая пакость, Танюх, окстись?!
Ну… да. Но есть одно маленькое «но».
– Я после экзамена на очередную свиданку иду! – простонала с отчаянием, упав лицом в подушку.
– Снова с рыжим? – хихикнула Катька.
Я подняла голову и криво улыбнулась.
– Нет. С его другом.
– О-о-о-о-о-о, – протянула соседка, ее брови поднялись. – А ты времени не теряешь, я смотрю. Сравнивать будешь? И кто тебе больше нравится? – Она отложила книгу и подалась вперед, в глазах загорелся огонек.
Я растерянно моргнула, уставившись на нее. Как-то не задумывалась об этом, честно.
– Не знаю… – промямлила, запустив пальцы в волосы.
– Ну, подумай, время пока есть, – невозмутимо ответила Катька. – Вряд ли эти хлопцы потерпят соперничество. Кстати, твой рыжий знает, что ты с его другом встречаться будешь?
– Да плевать на это. – Я встала и поплелась к шкафу. – Все равно ни с кем из них не собираюсь никаких шашней заводить!
– Угу, угу, – ехидно откликнулась Катька. – Я вижу.
Ответить было нечего. Особенно вспомнив, что говорил Димка не так давно. Бли-и-и-и-ин! Попала… Интересно, получится ли протянуть до конца сессии и видеться с обоими как можно меньше, отмазываясь подготовкой? А там уже лето и отъезд. Надо ли говорить, ночь прошла далеко не так спокойно, как мне хотелось? Особенно учитывая сообщение от Димки о нежном поцелуе за ушком – у меня от одних только слов спину горячими искрами обсыпало! – и второе от Макса с обещанием позвонить завтра утром и напоминанием про среду. Р-р-р-р-р, ненавижу, обоих!!
А вот следующий день, который я собиралась просидеть дома, за конспектами, принес очередные сюрпризы, по сравнению с которыми волнительное свидание с Димкой накануне оказалось ничего не значащим происшествием.

Решив вопрос с нелепыми объявлениями на сайтах и потратив на это почти все воскресенье, Макс задумался о предстоящей встрече с Таней. Конечно, стоит немного проучить феечку за шалость, но… так, чтобы ей тоже понравилось и в ее светловолосой головке больше не возникало всяких ненужных мыслей. Например, о том, что от него надо держаться подальше. А еще рассуждения Димона показались очень верными, о них стоило подумать серьезнее. Таня действительно выбивается из образа легкомысленной феи, он прав. И прав в том, что, кроме нее, ни о ком не думается, и это немного раздражало. Почему-то все время тянуло сравнивать с Танюшей остальных женщин, и… те проигрывали. Вечером позвонил наблюдатель от Сашки, чтобы озадачить не слишком хорошими новостями.
– Она днем встречалась с двумя. Какой-то мужчина средних лет, кстати, под очень искусной иллюзией. Заметить заметил, а вот распознать, кто под ней, не получилось, – доложили по телефону. – И парнишка, водяной, кажется, из той компании, с которой она вчера ездила в Петергоф.
– Оп-па-а-а-а-а, – протянул Макс, прищурившись. – Что за парнишка? И что за мужик?
– Мужик на машине приехал, завтра можно номер пробить, проверить. Водяной просто знакомый, они посидели, попили кофе и разошлись.
– Угу. – Казанцев побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Угу, понятно. Хорошо спасибо, завтра отбой, я знаю, с кем она будет. – По губам Макса скользнула кривая улыбка, во взгляде мелькнуло легкое раздражение. – Займемся тем мужиком, и, пожалуй, еще в одно место съезжу.
Новости не обрадовали. Раздражения прибавил звонок от отца, заявившего, что в пятницу благотворительный вечер и там надо быть. Пусть на час-полтора, но появиться. Макс скривился: перспектива общаться с бомондом и гламурными барышнями, с которыми он раньше имел дело, не прельщала вообще. Хотелось провести это время с Таней… Грело только то, что Димку его родитель тоже обяжет присутствовать, а значит, около феечки он крутиться не будет.
На следующий день Макс с утра явился в офис и озадачил своего заместителя поисками владельца машины по номеру. Выяснили, что авто взяли напрокат, и Казанцев поехал разговаривать дальше лично. На обратном пути он собирался заскочить в деканат Таниного факультета, поговорить с секретарем про новую студентку – вдруг что интересное узнает. Макс старался не думать о том, что сегодня вечером Жарков встречается с девушкой. Вредная фантазия так и норовила подсунуть не самые приличные картинки, портя настроение. Казанцев едва удерживался от желания позвонить феечке, спросить, что за водяной, зачем она с ним встречалась и вообще, почему посторонние мужики вокруг нее крутятся?! Но в то же время Макс понимал: ревность только все испортит, Таня разозлится… Хорошо, он на светофоре стоял, иначе не миновать аварии. Макс уставился перед собой невидящим взглядом, на несколько секунд выпав из реальности. Неужели это на самом деле ревность? Тогда почему при мысли о том парнишке или мужике в груди жжет от приступа злости, а при мысли о свидании с Димкой всего лишь легкое недовольство? С чего вдруг такие разные эмоции? Казанцев тронулся с места, продолжая пребывать в задумчивости. Что же Танюша за фея такая неправильная, что из-за нее так крышу сорвало аж у двух демонов? Макс невольно усмехнулся и покачал головой. Интересная задачка намечается…
В прокате его ждали весьма любопытные сведения, вытеснившие даже мысли о предстоящем свидании Димки и Тани. Тот, кто встречался с феей, вернул машину через несколько часов, а потом уехал на своей. Макс подозревал: имя и фамилия, которую ему сказали, не настоящие, но на всякий случай записал, конечно. Девушку на ресепшене было легче легкого обаять, после двух улыбок она с готовностью разговорилась, то и дело краснея и смущенно отводя взгляд. Облокотившись на стойку, Макс, продолжая улыбаться и излучать обаяние, спросил:
– А вы случайно не заметили, какая у него была машина?
Мало ли, вдруг повезет. Потому что по личному авто можно узнать гораздо больше полезной информации.
– У нас камеры снаружи, можем посмотреть, если вам надо, – сразу ответила девушка – Оля, как значилось на бейдже.
А вот это просто отлично! На такую удачу Макс и не рассчитывал.
– Очень надо. – Казанцев вздохнул. – Друг мой, случайно встретились, а телефон его потерял, вот и ищу теперь, – выдал он наспех состряпанную историю. Все равно после ухода демон собирался аккуратно подчистить память девушки, на всякий случай.
Оля проводила его к охраннику, тот показал недавнюю запись, как знакомый Тани вышел из конторы и сел в машину на другой стороне улицы. Номер получилось рассмотреть только наполовину, но Максу и этого было достаточно. Сашка справится и вычислит владельца. Пусть не сегодня, но в ближайшее время – точно. Довольный поездкой, Казанцев вернулся в офис, вручил заместителю полученные сведения, и, пока Александр занимался номером машины, Макс отвлекся на текущие дела, скопившиеся за время его отсутствия.
– Шеф, вот, – вскоре к нему в кабинет заглянул заместитель с распечатанным списком. – Я исключил людей и тех из наших, у кого бы не хватило средств на подобный мощный артефакт, наводящий хорошую иллюзию.
– Отлично, – оживился Макс и, взяв список, пробежал его глазами. – Так. Так-так, – взгляд зацепился за имя, известное в деловых кругах. – Инкуб, значит. – Темные глаза демона нехорошо прищурились. – Так, Сань, собери-ка мне все на этого человека и адрес, где он живет, пробей.
– Ага, – помощник кивнул, взял список и вышел из кабинета.
От напряженных размышлений, зачем инкубу сдалась молоденькая феечка, и не в этом ли кроется секрет упрямства Тани, Макса отвлек звонок отца.
– Привет, ты завтра занят?
Казанцева-младшего насторожил вопрос родителя.
– А что такое?
Демон собирался на свидание с Таней, но отцу, конечно, сообщать о своих планах не торопился.
– Хочу, чтобы ты на переговорах поприсутствовал. Иностранные партнеры приедут, а ты английский лучше меня знаешь. – Предложение, конечно, не обрадовало, но с другой стороны, отец частенько привлекал его к делам в качестве переводчика.
– Это надолго? – уточнил Макс, уняв недовольство.
– Не думаю. У тебя планы?
– Да, – односложно ответил Макс, однако согласился. – Хорошо подъеду.
– Спасибо. Пообедаем после или у тебя совсем в обрез времени? – продолжил отец.
– Посмотрим, – уклончиво отозвался молодой демон. – В офис приезжать?
– Да, в офис, к одиннадцати.
– Договорились. До завтра. – Макс нажал отбой.
Насыщенный день предстоит, судя по всему. Макс еще немного посидел в офисе, просматривая текущие дела, потом отправился ужинать. Настроение опять упало, мысли все время возвращались к Тане и… Димке. Они сегодня вдвоем будут… Одному сидеть дома не хотелось, но с бывшими подружками тоже не тянуло встречаться. После недолгого раздумья Макс оставил машину у дома и отправился в ближайший бар, немного расслабиться. Раньше они с Димоном частенько по вечерам тут сидели, но сегодня друг с феечкой. Недовольство опять кольнуло в груди, и Макс поспешил созвониться с еще одним приятелем, правда, не таким близким, как Жарков.
– Ген? Привет, занят сегодня? Нет? Не желаешь посидеть, пивка попить? – Казанцеву категорически не хотелось проводить вечер в одиночестве, но еще больше – вариться в собственных безрадостных мыслях.
Инкуб еще откуда-то взялся! Извращенец, чтоб его, он же гораздо старше Тани, а туда же, на девственницу наверняка клюнул!! У этих тоже нюх на невинных.
– Отлично, подъезжай тогда… – Макс продиктовал адрес и отключился, заказав официанту пиво.
Вот и вечер нескучно пройдет, и мысли всякие не будут вертеться. Генка, знакомый по универу, весельчак и приколист, скучать не даст. Главное, чтобы сатир не притащил с собой знакомую или знакомых – с него станется. Типа сюрприз приятелю сделать. Обошлось, пришел один, к облегчению Макса. Однако Казанцев не удержался, съехидничал:
– У тебя сегодня выходной от личной жизни?
– Ну, должны у меня быть мужские разговоры и посиделки, не все же с бабами. – Генка весело ухмыльнулся и сел на свободный стул. – Тем более завтра предстоит семейный обед. – Он поморщился. – Дядя устраивает, заодно какую-то новость хочет сообщить. Наверняка опять о бизнесе своем будет заливать. – Генка закатил глаза. – Скукота, но присутствовать придется. Мама расстроится, если откажусь, а я маму люблю.
Ну еще бы не любил, у сатиров вообще отношение к женщинам трепетное и уважительное, несмотря на их любвеобильность. А уж мама для них действительно святое. Тем более у Генки мама – суккуба, судя по фоткам, потрясающе красивая женщина.
– Как сам-то? – Приятель Макса подвинул к себе стакан с пивом и сделал глоток, зажмурившись от удовольствия.
– Да потихоньку, – обтекаемо ответил Казанцев, раздумывая, говорить или нет о Тане.
– Димку где потерял? Или пашет на ниве своего бати? – хмыкнул Генка.
– Нет, он занят в другом месте, – не слишком охотно ответил Макс.
– Я тут странные слухи слышал, кстати. Жарик на какую-то первокурсницу крепко запал? – Генка вопросительно посмотрел на собеседника. – Да и ты охладел к дамам, пропадаешь в последние дни. Колись, что происходит? – Сатир весело ухмыльнулся.
– Кто тебе сказал про первокурсницу? – Макс пренебрежительно хмыкнул, постаравшись сохранить невозмутимость. – Димка обычно малолетками не интересуется.
– Да Ларкины подружки наболтали. Мы тут на днях сидели вместе, так они жаловались, на кого вы их покинули, – со смешком отозвался Генка. – И вообще, слухами земля полнится. – Сатир подмигнул.
Макс напрягся и вспомнил: Ларка, двоюродная сестра приятеля, та еще гламурная стервочка, из охотниц за положением и деньгами. Пару раз видел на тусовках, но ближе знакомиться не стал. Не привлекали его суккубы в силу своих особенностей. Гадать, какой он по списку в плотном расписании любовников, Макс не хотел. Он частенько встречался сразу с двумя девушками, но выбирал обычно таких, которые не претендовали на его верность, и были не прочь поэкспериментировать в постели.
– Ну, я за личной жизнью Димона не слежу, – лениво отозвался Макс. – Он просто сказал, что занят вечером. С кем и где, не отчитывался.
– Ну а ты? – Генка внимательно глянул на Казанцева. – Не, Макс, серьезно, ты что, нашел себе кого-то, что ли? Девчонки беспокоятся, – усмехнулся он. – Раньше вместе развлекались, а теперь мне одному отдуваться приходится.
– Ой, а то ты не рад, – расхохотался Макс. – Не бери в голову, дела просто навалились, госы, диплом, – отмахнулся он. – Как у тебя-то?
– Лучше всех. – Усмешка сатира стала шире. – Недавно с такой нимфой познакомился, закачаешься… – Генка закатил глаза и причмокнул.
Дальше вечер пошел легко, опасную тему личной жизни демонов они больше не затрагивали. Макс вернулся домой поздно, слегка навеселе, но мысли о Димкином свидании уже не лезли в голову. Желание позвонить другу и выпытать подробности, словно какая-нибудь кумушка, любительница сплетен, Макс подавил в зародыше. Незачем ему знать, вот незачем, как там все прошло. К своему надо готовиться, и так, чтобы Таня забыла о Жаркове. Кое-какие идеи у Макса уже появились – раз феечка любит романтику, будет ей таковая, Танюша довольна останется.
На следующий день, когда Казанцев собирался на встречу с отцом, позвонил Сашка и сообщил: есть досье на инкуба. Только получилось не слишком много, основные сведения, которые в свободном доступе. Если копать глубже, нужно больше времени.
– На почту скинь, почитаю, – кивнул Макс, прижав телефон плечом к уху и застегивая рубашку. – Адрес есть?
– Есть, и знаете, я вспомнил, по этому адресу просили наблюдателей поставить. Приходил запрос из одной конторы, частное предприятие какое-то, маленькое. Сказали, своих людей не хватает, а у нас репутация хорошая.
Макс подобрался – кто-то еще интересовался инкубом? Хотя немудрено, он директор банка, если Макс ничего не путал. Наверняка имеются недоброжелатели или конкуренты.
– Скинь, что за контора, гляну. Все, Сань, у меня дела, спасибо тебе большое. Наблюдение за Таней продолжай, если что, звони.
Переговоры прошли почти мимо сознания Макса, его мысли занимало предстоящее свидание и загадка отношений инкуба и Танюши. Как они познакомились? Что их связывает? Почему мужчина использовал иллюзию, понятно – не хотел светиться. С Димкой пока делиться сведениями Макс не торопился: сначала побольше узнает. Конечно, можно и самому во всем разобраться, но… они много лет дружат, и пусть теперь вышло так, что впервые стали соперниками, доходить до серьезного разлада из-за Тани Макс тоже не хотел. Димка предложил честно попытаться завоевать внимание феи, без подстав, и, пожалуй, такой подход Казанцеву нравился гораздо больше. Подставы и обманы по отношению к другу ему придумывать не улыбалось. Как и драться из-за Татьяны. Совсем детский сад, бить друг другу морды.
Хмыкнув, Макс покинул офис отца, отказавшись от совместного обеда, и поспешил на Петроградку – поест там где-нибудь. Именно там находилось место, куда он собирался привести завтра Таню. А еще хотелось почитать, что Сашка накопал и какая контора следила за домом инкуба. Поставив машину недалеко от Большого проспекта, Макс зашел в ближайший ресторан и достал планшет. Сделав заказ, углубился в изучение присланного. Сведений оказалось не так уж много. Ничего необычного: где работает, адрес, где проживает – коттеджный поселок, как отметил Макс, – о личном совсем кратко. Женат, но с женой не живет, она уехала за границу, есть дочь, но сколько лет, как зовут, Сашка ничего не написал. Казанцев задумался, побарабанил пальцами по столу. Скрытный тип, со всех сторон скрытный. Вот тут уже надо с Димкой говорить, у него больше возможностей добыть информацию. Вроде он упоминал – кто-то знакомый с Литейного есть. Пусть дальше и копает. Макс и так за два дня вон сколько всего успел сделать, пока Димон наслаждался свиданием.
Принесли заказ, однако, едва Казанцев приступил к еде, зазвонил телефон.
– Шеф, объект вышел из общежития, с какой-то девушкой, не соседкой и не подругой, – сообщил наблюдатель. – Наша, суккуба. Выглядит дорого, идут в кафе.
Брови Макса поползли вверх.
– Суккуба? Ладно, спасибо. Продолжай наблюдать.
Это что же за новая знакомая у Тани появилась?

Лариса подъехала к общежитию Тани, как раз чтобы увидеть, как девчонка спешит к себе, а машина Жаркова отъезжает. Суккуба подметила компанию девушек, куривших у входа, и острый глаз Лары увидел, каким взглядом проводила фею одна блондинка, судя по ауре, вампирша. Злым, ненавидящим. Ага, или воздыхательница Димки, на которую он не обращает внимания, или бывшая. Последнее, скорее всего, ближе к истине. Блондинка, как раз из тех, что нравятся парням: длинноногая, с пышной грудью, высокая. Все на уровне – макияж, одежда, обувь. Вот с ней, наверное, и стоит поговорить о незнакомке, на которую запал Жарков. Лара дождалась, пока демон уедет, и вышла из своей машины. Направилась к вампирше, на ходу доставая сигареты. Курила она редко, но в сумочке пачка лежала, на всякий случай.
– Привет, зажигалки не будет? – приветливо улыбнулась Лариса, остановившись рядом с девчонками.
– Да, конечно. – Вампирша покосилась на суккубу и протянула искомое.
– Спасибо. – Лариса прикурила и сразу, без паузы, спросила: – Знаешь эту девочку? – кивнула в сторону двери, куда не так давно ушла фея.
Вампирша поджала губы и кивнула.
– Ну так, немного, а что? – В глазах блондинки мелькнула неприязнь.
– И кто она? – Лариса не стала отвечать на вопрос собеседницы.
Та пожала плечами и выпустила дым.
– На филологии учится, вроде первый курс заканчивает. Знакомая, что ли?
– Можно и так сказать. – Лариса наклонила голову. – А как ее зовут?
– Таня, кажется. – Вампирша снова покосилась на Ларису. – Так зачем вам?
– Кое-что спросить надо, – небрежно ответила суккуба. – Спасибо.
Сделав еще пару затяжек, Лара выбросила окурок и подошла к двери в общежитие. Ей открыли, администратор на ресепшене, несмотря на поздний час, поддалась дружелюбной улыбке и очарованию, которое Лариса умела при желании излучать и на представительниц своего пола, и подсказала номер комнаты Тани, а также ее фамилию. Значит, Теренская Татьяна, действительно первокурсница, филфак университета. Как Жарков ухитрился пересечься с ней, интересно? Возвращаясь к машине, Лариса размышляла, стоит ли лично сводить знакомство с девицей, и если да, то под каким предлогом, чтобы не возбудить подозрений. Или, может, припугнуть фею, пусть не лезет, куда не надо? А вдруг эта Таня Димке ляпнет, что встречалась с ней? Лариса села в машину и положила руки на руль, не торопясь заводить. Хотя можно и без угроз обойтись, для начала хотя бы узнать, что сама Татьяна думает о Жаркове, как к нему относится. Только надо придумать подходящее объяснение, зачем Лариса решила встретиться с этой феей.
Суккуба испытывала какое-то болезненное желание посмотреть поближе на ту, которая сумела настолько заинтересовать демона, что он мечтательно улыбается. Ведь насколько успела увидеть Лара, эта фея совершенно невзрачная, с обычной сладенькой внешностью невинной девочки. Смотреть не на что, и одевается не пойми как. Тихо фыркнув, Лариса отъехала от общежития, решив завтра познакомиться с этой Татьяной поближе.
Собираясь на встречу с пассией Димки, Лариса решила не придумывать никаких сценариев заранее, а положиться на случай. Но свой вид продумала до мелочей: и шелковый короткий сарафан ярко-лимонного цвета, и шарфик сверху, и сумочку на тонком ремешке. Волосы гладко зачесала и убрала, заколов шпильками, босоножки на каблуке, легкий дневной макияж – все в целом составляло элегантный приятный образ. Рядом с ней фея будет смотреться бледно и невыразительно, чего Лариса и добивалась. Удовлетворенно кивнув, она улыбнулась своему отражению и поехала на встречу.

Я старалась не думать о завтрашнем дне, экзамене и встрече с Максом, погрузившись в учебу. Обложившись лекциями и учебниками, запихивала в себя знания, старательно подавляя мандраж – ведь в первый раз сдавать буду настоящий экзамен, раньше все на дому было! Ы-ы-ы-ы-ы… Воспоминания о вчерашнем тоже задвинула в дальний угол, ни к чему сейчас лишние волнения. Потом подумаю, что бы это все могло значить. Катька умотала – ей позвонил Сема, и она, радостная, поскакала на свиданку. Счастливая, ее не достают надоедливые поклонники… В обед ненадолго сделала перерыв, отвлекшись на телевизор, и очень удивилась, услышав стук в дверь. Соседи к нам редко заходили, по крайней мере, лично я ни с кем не знакомилась, хватало Катьки, Варьки и нашей общей теперь компании. Из комнаты нос высовывала редко.
Подошла, приоткрыла дверь и едва поймала челюсть, узрев шикарную блондинку, одетую с иголочки, смотревшую на меня с легкой улыбкой.
– Вы к кому? – удивленно спросила я, не торопясь впускать незваную гостью.
Чисто по привычке посмотрела внутренним зрением – суккуба. Больших трудов стоило не вздрогнуть и не захлопнуть перед ее носом дверь. Она могла учуять мою настоящую сущность, несмотря на экранирующий амулет, черт!
– Кати нет, если что, – на всякий случай добавила, надеясь, что это к соседке.
Хотя Катька вряд ли водила знакомство с такими гламурными фифами, да еще и стервозного толка. Это не пустышка Светочка, способная только на грубые провокации, у этой ум во взгляде светился. Мм, очередная бывшая Димки? Или Макса?..
– Я не к Кате. – Голос у суккубы оказался под стать, мягкий, переливчатый, мужчины от такого млеют. – Ты Таня, да?
Оп-па, приехали. Ко мне? Ну точно кто-то из прошлого демонов, или одного, или второго. Блин, откуда узнала про меня?! Или эти двое уже вовсю хвастаются в своей мужской компании очередной победой?! Интересно, что ей надо? Пришла убеждать, что я не пара демону? Ну так сама знаю, да только ни Макс, ни Димка так не считают…
– Да, а что? – спокойно ответила я.
Посмотрим, что скажет. Главное, если начнет в духе лучших мыльных опер рассказывать, какие демоны – или кто-то один из них – нехорошие и мне не стоит водить компанию с подобными сомнительными типами, громко не смеяться. А то я не знаю! Только объяснять суккубе все нюансы наших сложных отношений не собираюсь, не ее дело.
– Меня Лариса зовут. Предлагаю пообщаться где-нибудь на нейтральной территории. – Суккуба улыбнулась шире.
Кто бы сомневался, что она именно это предложит. Я пожала плечами.
– Можно, только недолго, у меня сессия и готовиться надо.
– Я не задержу, – успокоила гостья.
– Хорошо, сейчас, – прикрыла дверь, не став приглашать суккубу в комнату.
Я быстро переоделась в футболку и юбку, намеренно не став выряжаться, как эта дамочка, – ну и пусть на ее фоне совсем простушкой выглядела, мне удобно. Сунула ноги в балетки, взяла рюкзак и вышла. Подметила взгляд Ларисы, с легким пренебрежением прогулявшийся по мне, но никак не отреагировала.
– Здесь есть где посидеть? – поинтересовалась Лариса, когда мы вышли из общежития.
– Кафе около метро, – кивнула я. – Недалеко, минут десять пешком.
– Хорошо – согласилась она.
По улице шли молча, по крайней мере, я не собиралась заводить разговор первой. Это же ей хочется пообщаться, не мне.
– Вы давно знакомы с Димой? – спросила она.
Ага, еще одна Димкина, значит.
– Не очень, – кратко ответила, глядя перед собой.
– И где вы познакомились? Извини, просто вижу, вы с ним люди не одного круга. – Ага, стандартный ход, читала в книжках, намеренное принижение соперницы. Только и сама знаю, что это так. Потому на выпад Ларисы я не обратила внимания. – Мне интересно, как же вы пересеклись.
– Случайно, около общаги. – Я покосилась на невозмутимую суккубу. – А что?
– Вы с ним встречаетесь? – в лоб спросила она, и меня облило жаром от такого прямого вопроса.
– Я бы этого не стала утверждать, – осторожно ответила я. – По крайней мере, у меня таких намерений нет.
Лариса улыбнулась, и я заметила промелькнувшее облегчение в ее глазах. Интересненько, однако.
– То есть Дима тебе совсем не нравится? – весело уточнила Лариса.
Нет, я, конечно, все понимаю, но… Ай, ладно, ответить не жалко, если она так беспокоится о моем отношении к демону.
– Нет. – Я пожала плечами.
– Удивительно, обычно к Димке равнодушными не остаются, – продолжала сомневаться суккуба.
Ну… правильно, конечно, сомневается, но раскрывать ей душу не собираюсь.
– Мне смазливые красавчики не нравятся, да и взрослый он слишком, – терпеливо ответила Ларисе.
Мы добрались до «Идеальной чашки», зашли. Странная эта Лариса, что ей все-таки надо от меня? Просто прощупать почву? Пригрозить, чтобы не лезла к Димке? Да любая из его окружения знает: Жарков сам выбирает себе девушек, и зачастую их желание или нежелание не имеет для него никакого значения! Я тому яркий пример… Ну сказала уже, не нужен он мне. Толку-то? Я сходила к стойке и взяла себе горячий шоколад, потом вернулась к столику, и наш разговор продолжился.
Суккуба склонила голову, окинув меня внимательным взглядом.
– Не врешь, – задумчиво протянула она. – Надо же, первый раз вижу, чтобы фея не поддалась обаянию демона. – Лариса усмехнулась. – Еще и… девственница, – с паузой, насмешливо добавила она, и я едва удержалась от раздраженного взгляда.
А что, девственность это какой-то физический дефект, уродство, что ли?! Что такого в том, что я до сих пор не легла под первого встречного чисто из любопытства или желания быть «как все»?!
– Я не считаю мою невинность недостатком, – сухо произнесла, задетая тоном Ларисы. – И сама решу, кто станет моим первым. Можете быть спокойной, это точно не Жарков.
– Мм, что ж, радует, ты оказалась благоразумной. – Лариса в несколько глотков выпила эспрессо со сливками и поставила пустую чашку на блюдце. – Тогда не буду больше задерживать, удачно сдать сессию.
Угу, не нуждаюсь в твоих пожеланиях. Беги к своему Жаркову, я возражать не буду! Почему при мысли, что Димка может обратить внимание на суккубу, болезненно сжалось сердце, предпочла не думать. Я не ревную!!
– До свидания, – вежливо попрощалась я, надеясь, что больше наши дорожки не пересекутся.
Еще не хватало перед каждой бывшей демонов оправдываться и убеждать, что никаких планов на них не строю! Лариса вышла из кафе, я допила шоколад и чуть позже тоже отправилась обратно в общагу. Вот в следующую встречу и поговорю с Жарковым на предмет его девиц. Раз пытается убедить в серьезном настрое, пусть доходчиво объяснит всем своим, а то ходят тут всякие, достают расспросами, что да как!
Остаток дня прошел спокойно, если не считать звонка от Димки. Признаться, когда увидела номер, первым желанием было сбросить звонок. Но… С него станется приехать и нервировать меня своим присутствием. Лучше ответить.
– Привет, – постаралась, чтобы голос звучал ровно, хотя сердце сбилось с ритма, едва вспомнила нашу вчерашнюю встречу.
– Привет, Тань. – Мне почему-то показалось, Жарков улыбается, и чуть сама не улыбнулась.
Отвесила себе мысленный подзатыльник и как можно спокойнее ответила:
– У меня экзамен завтра, чего хотел?
– Голос твой услышать. Соскучился, Танюш. – Ответ слегка обескуражил.
– Дим, мы вчера виделись, – ответила с некоторым недоумением, рассеянно листая лекции.
– А я уже снова хочу тебя видеть, представляешь? – А вот эти бархатистые интонации совсем зря!
И… и нет, я не хочу его видеть! Честно-честно!
– Я занята до конца недели, – буркнула, разозлившись на собственные взбунтовавшиеся эмоции – они со мной были не согласны.
Мягкий смех в трубке всколыхнул волнение, срочно захотелось попить – горло пересохло.
– Танюш, я тоже, не ворчи, – весело сообщил Димка. – Но на выходные ничего не планируй, ладно?
Я вздохнула и пошла к кухне – пить хотелось все сильнее.
– Мой отказ не принимается? – спросила на всякий случай, хотя и так знала ответ.
– Мы же вчера вроде договорились, ты не шарахаешься больше, – последовало невозмутимое. – Тань, ну прекрати, правда. – Все мои дальнейшие возражения замерли на губах, я совсем не ожидала услышать столько нежности и вместе с тем непреклонности в его словах. – Ты себе противоречишь, тебе все нравилось вчера. И не этого ли хотела, нормальных отношений? Я тебе их предлагаю. А ты даже попробовать боишься.
Я чуть не поперхнулась водой – он действительно серьезно?!
– Д-дим… – аж заикаться начала, мне на самом деле не верилось!
Отношения? Ради девственницы?.. Не тупой напор и настойчивое соблазнение?..
– До выходных, Тань, я позвоню еще. – Жарков правильно понял мое замешательство, судя по довольному тону. – Мы же договорились, да?
Спросил, надо же, хотя подозреваю, скажи я «нет», меня бы не услышали. Ну и смысл в очередной раз скандалить, нервы портить? Обреченно вздохнула, махом выдула полстакана воды и выдавила:
– Д-да.
– Ну и отлично, хорошая моя. Удачно сдать завтра. Целую крепко твои сладкие губки, – со смешком добавил он, и я, тихо ахнув, нажала отбой.
Нахал!.. В голову тут же полезли воспоминания о нашем свидании, о поцелуях… От которых, признаться, внутри все обмирало, и уже хотелось, чтобы выходные побыстрее наступили… Сто-о-о-оп, какие выходные? С Димкой?! Вдвоем? Я уставилась в пустоту невидящим взглядом, с тоской понимая, что, даже если сбегу к той же Варьке на дачу, меня и там найдут. Присматривают же, оба, как сами и признались. Значит… Мне предстоят выходные в опасной и безумно притягательной компании демона, и хотя он сказал, что готов ждать, я не настолько наивна, чтобы думать, будто все два дня мы будем просто держаться за ручку. О-о-ох…
Макс ближе к вечеру прислал сообщение, пожелал удачной сдачи экзамена и обещал, позвонить завтра, уточнить, когда за мной приезжать. Я ничего не ответила, смирившись с происходящим в моей жизни. Изменить все равно уже ничего не изменишь, остается только… Тянуть до последнего, сопротивляться, как могу. Вдруг пронесет и за лето обо мне забудут? Катька, вернувшись ближе к вечеру, трепалась о встрече, я рассеянно вставляла, когда нужно, междометия, а мысли крутились вокруг демонов, таких разных и таких похожих. И моего отношения к ним. Тянет, вопреки всему – логике, предупреждениям, их репутации… Вчера я увидела другую сторону Жаркова, ту, которую наблюдали, наверное, только его домашние, самые близкие люди. И она мне понравилась, черт возьми!! Димка… может быть другим. Таким, каким бы мне, возможно, хотелось его видеть. Опасно, Тань, очень опасно, потому что ты начинаешь видеть в нем не обычного соблазнителя, любителя легких побед, а… личность. Мужчину. Который может быть нежным, внимательным, интересным собеседником. И что-то подсказывает: Макса я тоже увижу завтра с совершенно другой стороны. Знать бы еще, только ли это ради моей невинности или демонам с какой-то стати я понравилась и просто как девушка…
– Та-а-а-ань, ты подвисаешь, подруга. – Катька несильно пихнула меня в бок, и я обнаружила, что замерла посреди комнаты с недоеденным бутером в руке. – В чем проблема, амиго?
– Да песец полный, – вздохнула я, очнувшись и забравшись с ногами на кровать. – Бардак в голове, вот и пытаюсь разгрести.
Соседка подняла брови.
– Если паришься по поводу вчерашней свиданки, ну ты определись, нравится он тебе или нет. – Катька пожала плечами. – Чего сложного? Если да – вперед и с песней, мужик, по крайней мере внешне, пальчики оближешь. Если нет – ну так не млей от одних только мыслей. – Катька хитро улыбнулась.
Я почувствовала, как краснею. Ох, да если бы все так просто было! Начнем с того, что их двое, от мыслей о которых я млею…
– Ладно, забей. – Я махнула рукой. – Это мои тараканы.
Умная Катя в душу лезть не стала. Спала я плохо – это уже дурной привычкой становится, не радует ни разу. Подскочила за двадцать минут до будильника и валялась, созерцая потолок и вяло размышляя на тему, что вляпалась по самые уши. Папа не зря боялся. Я не хочу, не хочу думать о том, что могут значить мои… чувства! Ни к одному, ни ко второму. На этой невеселой ноте прозвенел будильник, и пришлось вставать, приходить в себя, вливать в сонный организм кофе. Одно хорошо: волноваться в полусонной коме он попросту не мог. Перед шкафом я слегка зависла, сегодня же еще встреча с Максом, что надеть? Глянула в окно – солнечно, но облачка и ветер. Потянулась к джинсам, потом сдернула с вешалки блузку с коротким рукавом, решив не выпендриваться. Если Максу не понравится – его проблемы. Единственный недостаток блузки – довольно глубокий вырез, но идти на экзамен, мой первый экзамен, в том, в чем по улице хожу, не хочу. Неизменный пиджак на случай прохлады, зонтик – в Питере возможно все, – и я вывалилась на улицу. Никаких нежелательных гостей, к своему облегчению, не заметила и поспешила в универ.
Ну, что могу сказать, сам экзамен прошел мимо меня, как ни удивительно, сдала на автопилоте, без мандража и нервяка. Забавно было наблюдать, как девчонки пытаются списать со шпор, опасливо косясь на преподшу, и у кого-то даже получилось. Получив свою законную пятерку, я дождалась, пока все сдадут, и, когда наша группа вышла из корпуса, наконец почувствовала себя человеком. В смысле навалилась радость, мир обрел краски, организм окончательно вышел из сонного состояния, и я готова была веселиться. О Максе старалась лишний раз не думать.
– Ну пойдем, за первый экзамен посидим, что ли! – с воодушевлением предложила Варя, блестя глазами.
Возражений не последовало, и мы отправились в наше любимое кафе. Погода радовала, хотя облачка и прохладный ветерок навевали на мысли, что к выходным погода может испортиться. В кафе наша староста предложила:
– Тань, поедешь с нами в выходные? Экзамен только во вторник, так что можно отдохнуть, ну и поучить тоже. – Она подмигнула. – Можем твою компанию взять, с которой в Петергоф ездили.
Ответить не успела – зазвонил телефон. Макс. И почему я покраснела?!
– Привет, – спокойно ответила, отойдя от столика, – очень уж ехидно и проницательно смотрела на меня Варвара. Хотя губы норовили расползтись в радостной улыбке от звука его голоса. – Я еще часок занята буду.
– Хорошо, к пяти подъеду, где тебя искать? – невозмутимо отозвался демон.
Я назвала адрес и не удержалась от вопроса:
– Куда поедем потом? Если что, я не при параде, – добавила на всякий случай.
Да и не хочу никаких пафосных ресторанов, не люблю их.
– Отлично, – оживился Макс. – Куда поедем – сюрприз, но тебе понравится, – почти слово в слово повторил он то, что говорил Димка.
Я фыркнула и закатила глаза.
– Блин, и откуда вы все знаете, что мне понравится?! – произнесла иронично, на что получила довольный смешок.
– Танюш, я вообще-то умею угадывать желания женщин, – весело сообщил Макс известную мне истину. – А что, Димон тоже угадал вчера?
Мне послышались нотки недовольства? Все равно, не собираюсь с ним обсуждать мое свидание с Жарковым!
– Прости, меня ждут, не могу больше разговаривать, – решительно закруглила разговор. – Пока, увидимся.
Я нажала отбой и вернулась за стол. Варька ничего спрашивать не стала, но смотрела очень выразительно. Чую, ждет меня в ближайшее время допрос с пристрастием.
– Потом расскажу, – махнула рукой. – С выхами посмотрим.
Да, два дня с Жарковым… Хотела бы с девчонками, но, увы, демон успел пригласить первым. Придется наскрести смелости и ехать с ним. Чую, выходные принесут много сюрпризов…

Глава 11

Время промчалось быстро, хотя я запрещала себе коситься на часы и усиленно делала вид, что все в порядке. Девчонки, спасибо им большое, темы меня и демонов не касались, и даже Варька молчала, хотя обычно любопытство не сдерживала. Когда пришло сообщение, что Макс ждет у кафе, я мужественно справилась с нахлынувшим волнением, улыбнулась всем и помахала рукой.
– Спасибо, девчонки, пошла я, – и встала, взяв рюкзак.
– Удачно провести время. – Варя хитро улыбнулась и подмигнула. – Позвонишь потом? – Она выразительно посмотрела на меня.
Ну понятно, допрос с пристрастием, теперь про два свидания. Эх, все равно ведь поделюсь, меня наверняка будут эмоции распирать, как после свиданки с Димкой. С Катей не обсуждала, боялась, вспоминая, сорваться и ляпну то, что она знать никак не должна, – что Жарков демон, и я тоже не человек.
– Хорошо – кивнула я и вышла из кафе.
М-да… Казанцев удивил, что уж сказать. Я привычно начала искать знакомый вишневый джип, но вдруг услышала веселый голос, от которого сердце начинало нервно выстукивать барабанную дробь, ускоряя пульс.
– Тань! Иди сюда!
Увидела Макса и приросла к асфальту, таращась на черный байк, блестевший хромированными деталями, и его хозяина, тоже в черном, с довольной ухмылкой во весь рот. Глаза Казанцева лучились удовольствием, он явно обрадовался моей реакции. Э-э-э… мы вот на этом поедем?! Честно говоря, Макс смотрелся просто сногсшибательно в кожаных штанах, белой футболке и черной косухе с заклепками. Прикид байкера ему подходил прямо вот идеально. Опасный, притягательный, неотразимый… Хана тебе, Танюха. Мои глаза медленно скользили по его лицу, собранным в низкий хвост волосам, широким плечам, застряли на груди – футболка обтягивала так, что четко виднелся рельеф мышц. Тут я смутилась, отчаянно покраснела и все-таки отвела взгляд. Неприлично так пялиться на него, подумает еще… невесть что! Макс снова махнул рукой, и я медленно двинулась к нему.
– Надеюсь, скорости не боишься? – спросил Макс, протянув шлем, и я поспешно помотала головой.
– Я никогда на байке не ездила, – выпалила, пытаясь справиться с дыханием.
Ветерок донес аромат какао с пряностями – я различила корицу и гвоздику, – и голова слегка закружилась от соблазнительного, вкусного запаха.
– Садись и держись крепче, – усмехнулся демон и тоже надел шлем. – Вожу аккуратно, не переживай. Рисковать здоровьем моей феечки не собираюсь.
– Я не твоя, – упрямо буркнула, чувствуя себя не слишком уверенно в непривычном шлеме. – Не наглей!
– Ну что ты, пока еще нет! – с негромким смешком отозвался Макс. – Садись, Танюш.
От того, как он назвал меня – ласково, нежно, дыхание перехватило, и по телу прокатилось тепло. Нет, нет! Не буду поддаваться! Выдохнула, порадовалась надетым джинсам и решительно уселась сзади на сиденье. При мысли, что сейчас придется его обнять, прижаться к широкой спине, меня охватила слабость. Черт. Так близко к нему!.. Ладно, ладно, он меня не видит, мысли не читает, так что… Буду наслаждаться запретным. Невольно зажмурилась, когда мои руки обхватили Макса за пояс, волнение взметнулось обжигающей волной и затаилось внизу живота уже знакомым потягиванием. Подавила обреченный вздох: кажется, моим инстинктам действительно наплевать на опасность, исходящую от Казанцева и Жаркова… И запах, запах какао с пряностями! Я прикрыла глаза и осторожно втянула соблазнительный парфюм, мелькнула совершенно неприличная мысль, что Макс такой же соблазнительный, вкусный и чуточку загадочный, как этот напиток. Убойная смесь, против которой невозможно устоять.
– Держись! – еще раз повторило это ездящее искушение, и его ладонь неожиданно легла на мои судорожно вцепившиеся пальцы.
Чуть не отдернула, но тут байк взревел и сорвался с места. Я тихо взвизгнула, благо не слышно было, и зажмурилась, сердце застучало в совершенно сумасшедшем ритме, и я крепче прижалась к Максу, прячась за его спиной от ветра. А губы сами разъезжались в довольной улыбке. Ощущение скорости и некоторой опасности бодрило и возбуждало, страх незаметно испарился. О да, мне понравилась безумная идея Макса прокатить меня на байке, даже не знаю, как ему в голову пришло! Я ведь до сих пор действительно только на машинах ездила. А еще понравилось прижиматься к нему, чувствовать это сильное тело, его тепло, и больших трудов стоило держать руки на месте, не блуждать ими бесстыдно под косухой, ощупывая рельефный торс и молча сглатывая слюну… Ай-й-й!! Таня!! Не помогло. Я млела от близкого присутствия Макса, и злиться на него не хотелось, как и бояться.
Чтобы отвлечься, осторожно огляделась, хотя сквозь темное стекло шлема видно было не очень хорошо. Мы выехали с Васьки и углубились в Петроградку, и снова завозился интерес – куда меня везут? Времени не так чтобы очень поздно, вовсю ранний летний вечер, и что-то подсказывало, вряд ли Макс задумал банальные посиделки в ресторане или кафе. Тогда что? Жалко, не спросить, любопытство уже поедом ело, и я с досадой подумала, надо было перед поездкой дожать вредного демона! Мимо продолжали проноситься дома Большой Пушкарской улицы, потом мы выехали на Каменноостровский, и я засмотрелась на фасады, витрины и спешащих мимо людей. Питер, мой любимый Питер. Почему-то именно сейчас, в этот момент, меня захлестнул могучий приступ любви к родному городу, особо ярко проступил его облик, в чем-то противоречивый, но удивительно гармоничный. Здесь, где две трети в году пасмурно, и затяжная осень с ноября по март, в солнечные дни Питер словно просыпался, спешил жить, насладиться солнышком и теплом. Улыбались люди, манекены в витринах, пропадала грязь с фасадов и лепнины – ее просто становилось незаметно. Даже деревья становились зеленее, а клумбы радовали причудливыми узорами из цветов и яркими красками. Люблю мой город!..
Между тем мы выехали с Аптекарского острова, и Макс свернул на Каменный, сплошной большой парк с разбросанными по нему особняками вип-персон. Завозилось беспокойство – куда меня везут?! Но спросить возможности по-прежнему не было. Мы проехали по тенистым аллеям и улочкам, и когда впереди показался Крестовский, меня вдруг осенило – впереди виднелось колесо обозрения в парке аттракционов. Я невольно расплылась в широкой улыбке: вот же… демон! Угадал! Карусели я обожала, жаль, редко получалось выбираться сюда вместе с папой, а одной не слишком интересно. Как-то само получилось, что я крепче прижалась к спине Макса, радость, волнение, предвкушение смешались в бодрящий коктейль, будоража кровь и наполняя нетерпением. Хочу, хочу! И горки, и прочие интересности, здорово! Желание сохранять отстраненность и спокойствие благополучно пропало, но беспокоиться по этому поводу тоже не стала – подумаю об этом потом, вряд ли Макс прямо вот при всех будет ко мне нагло приставать… Хотя этот может, мелькнула мысль, и почему-то от нее вдоль позвоночника сползла обжигающая змейка. Что-то внутри хотело, чтобы приставал…
Макс заехал на стоянку, заглушил мотор, и пришлось отлепиться от такой надежной и широкой спины – в поездке тело немного задеревенело, я с удовольствием потянулась, сняв большой и неудобный шлем. Улыбка не хотела пропадать, настроение упорно держалось на отметке «хорошо» и не думало сползать ниже. Я повернулась к Максу и наткнулась на его взгляд. Внимательный, пристальный, в темной глубине блестели золотистые звездочки, и светилась… нежность?.. Я забыла, как дышать, вдох замер на губах, тепло, с которым смотрел на меня демон, завораживало, а от легкой полуулыбки в животе сладко екнуло. Откуда в его взгляде нежность? Зачем?
– Понравился сюрприз? – негромко спросил он довольным голосом.
– Да, – пробормотала я честно, смутившись и отведя взгляд.
Я окончательно растерялась. Черт. Что-то происходит, опасное, непонятное мне, что-то, что меняет потихоньку и меня, и демонов, и мое к ним отношение. Сначала Димка с пугающими признаниями, слишком далекими от банального желания совратить. Теперь Макс со своими оригинальными идеями… Закончится вечер точно чем-то не совсем обычным, зуб даю.
– Тогда идем получать адреналин и радоваться жизни! – Казанцев весело ухмыльнулся, подмигнул и взял за руку, потянув за собой. – Высоты не боишься, надеюсь?
Я послушно пошла за ним, даже не попытавшись высвободить руку – широкая ладонь Макса сжимала мою аккуратно, но крепко. Да и… не хотела, если честно. Хотя здравый смысл настойчиво требовал не допускать сближения с демоном, я… я малодушно его не слушала. К Максу тянуло, сильно, и сопротивляться с каждой минутой становилось сложнее. А еще на первый план выходило желание просто наслаждаться происходящим, каруселями, прогулкой, хорошим днем и приятной компанией, не оглядываясь на страх. Не хочу быть здравомыслящей! Мне восемнадцать, я сто лет не была здесь и хочу веселиться! В приятной компании, да!
– Нет, не боюсь, но с парашютом прыгать не буду, – отозвалась я с легкой ехидцей в голосе.
– Пока и не прошу от тебя таких жертв, – со смешком произнес Макс и занял очередь в кассе. – Думай пока, куда пойдем сначала.
Думать нечего, конечно, русские горки! Один из любимейших аттракционов, причем и большие, и обычные! Мм, потом… Я прилипла взглядом к карте парка, высвободила руку и подошла, изучать. Конечно, на самые экстремальные не пойду – не настолько люблю адреналин. Пока составляла в голове список предстоящих развлечений, Макс заплатил за вход, и мы пошли щекотать нервы. Мои пальцы снова оказались в плену ладони демона, и сердце то и дело замирало от волнения, ноздри ловили долетавший запах какао со специями, и голова немного кружилась от ощущения романтики и какой-то бесшабашности, что ли. Вот уж кого-кого, а Макса никак не представляла на каруселях! Он в своем байкерском прикиде отлично вписывался, и… я чувствовала себя рядом легко и непринужденно. Казанцев не позволял никаких намеков, двусмысленностей, не пытался обнять или как-то еще обозначить свои намерения. Он… смотрел. Улыбался. Шутил, рассказывал о том, как ходил сюда со своими родителями и младшей сестрой – я удивилась, оказывается, у Макса сестра есть? – и как после первого раза на бустере у него коленки тряслись так, что пришлось на скамейке отсиживаться. Я сама не заметила, как расслабилась, перестала ожидать подвоха, даже поделилась ответными воспоминаниями, как первый раз сюда с папой пришла, и как после русских горок он меня почти силком утаскивал, я уходить не хотела. Ну а потом мы начали развлекаться…
С первой карусели выползла на полусогнутых, с трясущимися коленками и наполненная восторгом до краев. Как-то так очень естественно получилось, что рука Макса крепко обхватила меня за талию, поддерживая, и заботливо прижала. Тело само прильнуло ближе, дыхание сбилось, аромат его парфюма щекотал ноздри. Я сейчас ни о чем не думала, честно, ни о последствиях моего сближения с Максом, ни об опасности, грозящей рядом с этим демоном. Подняла голову, посмотрела на него и потерялась в теплой глубине взгляда.
– Ты такая девчонка, Танюш, – с мягкой улыбкой произнес он, и сердце бабочкой вспорхнуло куда-то за пределы грудной клетки.
– А-а… – сглотнула, растеряв от волнения все слова, и выпалила первое, что пришло в голову. – Пойдем дальше?
И мы пошли. Я забыла обо всем, честно, окунувшись с головой в эмоции, млея от того, что Макс рядом, что в его взгляде то и дело проскальзывало странное выражение, ничуть не похожее на обычное вожделение. Уже не шарахалась, когда обнимал, хотя время от времени появлялась суматошная мысль: «Таня!.. Что ты делаешь?!» Не знаю. Не хочу знать. Я наслаждаюсь красивым мужчиной рядом, восторгом, удовольствием от прогулки. Я… не хочу думать о том, что кроется за поведением Макса, только ли это тонкий расчет или случилось невероятное и он разглядел во мне что-то большее, чем объект для соблазнения. Не буду благоразумной, не сегодня.
Часа через три укатавшуюся меня увели подальше в парк, где поменьше людей и не так шумно, и усадили отдыхать. Распластавшись по скамейке, я с мечтательной улыбкой созерцала легкие облачка на небе, подсвеченные оранжевым закатным солнцем – время перевалило за восемь, и потихоньку наступали роскошные питерские сумерки с их мягким серо-сиреневым флером. Город становился другим, таинственным и непривычным, нашим, если можно так выразиться.
– Довольна? – Макс вернулся со стаканом сока и… букетиком полевых цветов, такие бабушки у метро обычно продают.
Мелькнула мысль, как же это свидание не похоже на то, первое, в Александровском, когда я измазала демона в вате и мороженом. Сейчас все выглядело так, как мне втайне хотелось: мило, ненавязчиво, но вместе с тем в груди все равно замирало от случайных прикосновений, взглядов, звука голоса Макса, запаха его туалетной воды, смеха. И эти цветы, пусть не роскошные розы, как раньше, но почему-то от этого букетика на душе стало подозрительно светло и тепло, и запоздало шевельнулся страх. Танька, осторожнее. Макс умеет соблазнять, помни, это его суть! И намерения Казанцева вряд ли сильно изменились с нашей последней встречи! Но взять себя в руки никак не получалось, я беспомощно барахталась в море эмоций, глядя на улыбавшегося демона, и понимала, что, кажется, окончательно пропала. Не хотелось отводить глаза, хотелось смотреть, тонуть в бархатной каштановой глубине и послать к черту все страхи и сомнения…
– Очень, – почти шепотом ответила я, и севший голос с головой выдал мои эмоции.
Смутилась, опустив голову, поспешно выхватила букет, сунув в цветы нос, только бы не видеть лица Макса.
– Спасибо, – пробормотала, взяв протянутый стакан, и отпила прохладный сок.
Макс сел рядом, вполоборота, и положил руку на спинку скамейки, опасно близко от моих плеч. Обнять не пытался, а я… не стала демонстративно отстраняться или выпрямляться. Не хотелось. Хотелось придвинуться ближе, прижаться, и чтобы все-таки обнял, понежиться в сильных руках… Подавила желание зажмуриться и потрясти головой, собственные порывы пугали и одновременно вызывали то самое сладкое замирание в животе, от которого здравые мысли растворялись, как в горячем сиропе. Я терялась, не понимала, что происходит, почему так реагирую на Макса, куда делись неприязнь и нежелание поддаваться… Упрямые эмоции и взбесившиеся от близости Макса желания чихать хотели на мои страхи. И это, пожалуй, пугало больше всего. Бороться с кем-то – одно дело, но, когда против тебя восстают собственное сознание и чувства, это почти безнадежно. Я не настолько сильна в сопротивлении соблазнам, и… и то, что пробудили во мне эти чертовы демоны, нравилось. Ощущения, эмоции – все было для меня внове, волнующе, необычно и притягательно. Правильно папа предупреждал! Ведь ни один мужчина до сих пор не вызывал ничего подобного, я всегда спокойно относилась к парням, даже самым привлекательным!
Между тем на парк опустился мягкий золотистый летний вечер, от прудов и реки потянуло прохладой, и я невольно поежилась, не подумав, как это истолкует Макс. А он без предупреждения все-таки обнял, притянул к себе, растерявшуюся и оттого не возразившую меня, прижал спиной к груди и положил подбородок на плечо. Сразу стало тепло, уютно, словно так и должно быть. Букетик упал на колени, я резко вздохнула, подавившись свежим воздухом, и замерла, боясь пошевелиться. Сердце гулко бухало в груди, дыхание Макса шевелило волосы около уха, и, чтобы чем-то занять руки, я начала нервно теребить стебли цветков, ожидая сама не зная чего.
– Тань… С тобой так хорошо… – Тихие слова, произнесенные слишком серьезно для дежурной фразы, всколыхнули еще большее волнение. Я сглотнула, пожалев о быстро выпитом соке.
Не знала, что ответить Максу на его откровенное признание, не ожидала услышать, если честно. Куда делись напористость, уверенность и наглость? Или Казанцев тоже решил показать мне другую сторону своей натуры? Ту, которая для своих? И все лишь для того, чтобы соблазнить?
– Максим… – попробовала заговорить я и поняла, не знаю, что сказать.
Невольно вспомнилось свидание с Димкой, и, конечно, я попыталась понять, сравнить, хоть немного отвлечься от волнующей близости демона. Не получилось. С Жарковым все по-другому. Не могу сказать, лучше или хуже, сильнее эмоции и ощущения или нет, они просто другие. Но не менее притягательные, чем то, что происходило со мной сейчас, рядом с его приятелем.
– Поехали ужинать? – как ни в чем не бывало, спросил Макс и слегка потерся о мое лицо щекой.
Уже немного шершавой, но эта маленькая деталь не вызывала раздражения. Захотелось прижаться и самой в ответ сделать то же самое. Я окончательно перестала понимать происходящее со мной. Хотя в глубине души ворочалось нехорошее предчувствие, что ответ лежит на поверхности, просто не даю себе мужества посмотреть правде в глаза. Ладно, к черту самоанализ, ничем он сейчас не поможет. Я прочистила горло и бодро ответила:
– Поехали! А куда?
– Увидишь, – усмехнулся Макс и отпустил.
Но тут же протянул руку, за которую я охотно ухватилась. Любопытство грызло, одновременно хотелось и выспросить Казанцева, и не портить сюрприз – я их любила, очень. И что-то подсказывало, судя по парку развлечений, банальным рестораном Макс не отделается. В голову ничего оригинальнее ужина на природе не приходило, но уверена, демон придумал что-то поинтереснее. Я пошла за ним, сжимая в руке букетик.
– А далеко ехать? – полюбопытствовала, хоть как-то пытаясь узнать, куда меня повезут.
– Не очень, – кратко ответил Макс, бросив веселый взгляд. – Все равно не скажу, Тань. Наберись терпения. – Он подмигнул и легонько коснулся пальцем кончика моего носа.
От этого совершенно неожиданного жеста я растерянно моргнула, чуть не отшатнувшись, и поймала себя на том, что неудержимо тянет улыбаться. Просто так. Потому что настроение хорошее, потому что предвкушение чего-то необычного щекочет живот мягким перышком, потому что рядом Макс. Мое искушение. Мое наваждение. Мой демон, от которого, похоже, мне не убежать. И почему эта мысль уже не пугает так, как при первых встречах?!
Мы сели на мотоцикл и поехали обратно, на Петроградку. Я без всякого стеснения прижималась к Максу, жмурясь от восторга, перемешанного с тревогой – восторг, однако, перевешивал. Кажется… кажется, я совершила фатальную ошибку?.. Или просто эмоции, инстинкты? Как понять? Разрозненные мысли кружились невесомыми лепестками, пока мы ехали, я так и не решила, что же делать дальше. Пытаться держаться на расстоянии, или… Нет, нет! «Или» не пойдет, я ведь на самом деле не нужна ни Максу, ни Димке всерьез! Только пока у меня есть тайна, а когда все выяснится, никаких чувств и азарта не останется. Папа не уставал предупреждать, что найдутся люди, которые захотят воспользоваться мной для своей выгоды, привязать, чтобы потом манипулировать. Но так хотелось поверить, что Макс возится со мной не только из-за моей девственности! Что бывают в жизни исключения и демоны в фею могут влюбиться… Я же на самом деле не фея, пусть Казанцев и не знает об этом.
Тем временем мы приехали на Петроградку, углубились в переплетение улочек и переулков между Большим и Средним проспектами, я отвлеклась от размышлений. Макс завел своего железного коня в тихий уютный дворик с небольшим зеленым газоном внутри, заглушил мотор и слез, сняв шлем. Я огляделась, недоумевая: эмм… и что, ужин состоится вот здесь, на скамейке?!
– Пойдем. – Казанцев снял шлем и протянул руку.
– Куда? – Я подняла брови, послушно спрыгнув на землю и вложив пальцы в теплую ладонь. – Макс, что ты задумал?..
В животе шевельнулся страх: я одна, в безлюдном месте, наедине с демоном, который имеет на меня конкретные виды… Да, да, про насилие помню, но ведь Димка тоже вроде как просто проявлял настойчивость! Против которой мне почти нечего поставить, ведь хочется подчиниться инстинктам!
– Ничего плохого, Танюша, не пугайся так, – с тихим смехом ответил он и потянул за собой.
– Ладно, – не слишком уверенно ответила и пошла за ним к парадной с домофоном.
Мы вошли. Широкая лестница, как во всех старых домах, большие окна с широкими подоконниками и цветами на них, чистые стены, хрустальные пепельницы – не переполненные окурками, вымытые. И двери, сплошь бронированные, двойные, явно тут не простые пенсионерки живут. Тихонько вздохнула про себя: вообще, конечно, дом, как у нас с папой, это хорошо, но хочется жить в своей квартире, и где-нибудь в центре. Да, Петроградка, Васька – мои любимые районы. Конечно, не сомневаюсь, папа купит квартиру, как мне двадцать один исполнится. Но так долго ждать!
Лифта в доме не было, да и всего семь этажей – мы поднимались на самый последний. Мм, в гости меня ведут, что ли?!
– Ма-а-а-акс, – настороженно протянула я, опять зашевелились сомнения и тревоги.
– Уже пришли. – Он остановился перед отделанной темным деревом дверью, достал ключи и открыл сначала одну, потом вторую, внутреннюю. – Проходи.
Берлога Казанцева? Мне казалось, он говорил, на Миллионной живет, нет? Интерес оказался сильнее смущения и беспокойства, я скинула обувь и с любопытством огляделась. Короткий коридор, рассеянный свет точечных светильников, паркет на полу и все тот же запах пряностей и какао. Дальше коридор расширялся в небольшой холл, из которого двери вели в другие комнаты, всего их оказалось пять, вместе с кухней. Ничего себе, хоромы, восхитилась я. Ремонт здесь делали очень бережно, никаких хай-теков, минимализма, хрома и стекла. Я как зачарованная бродила по комнатам, забыв про Макса, рассматривая мебель: хорошо отреставрированные антикварные круглый стол в гостиной, мягкий диван, обитый коричневым плюшем, резной буфет с хрусталем и фарфором. Плазма на стене в старинной деревянной раме практически не выбивалась из общей уютной обстановки. Винтовая лестница заинтриговала, взгляд скользнул еще по одной двери – куда ведет? Но подняться и посмотреть не рискнула. Потом. Следующая, столовая – опять круглый стол, что привело меня в восторг, я обожала такие столы, стулья с гнутыми спинками и широкие подоконники на двух окнах, застеленные мягкими матрасиками, около них стояли низкие деревянные столики. Я прямо представила, как сижу здесь с любимой книжкой, окунувшись с головой в перипетии сюжета, а рядом стоит ваза с фруктами или сладостями и что-нибудь вкусненькое попить…
Тряхнула головой, отогнала соблазнительные и опасные видения. Вряд ли в ближайшем будущем я появлюсь в этой квартире еще раз, не говоря уже о том, чтобы жить. Так что не стоит растравлять душу мечтаниями. За столовой располагалась спальня, и туда я не зашла – просто заглянула, смутилась вида широкой кровати с деревянным изголовьем и столбиками, и поспешила в следующую комнату. Библиотеку. Запах книг, шкафы со стеклянными дверцами, большое уютное кресло, стол – прямо как на картинках, взгляд невольно искал камин и тяжелый бронзовый подсвечник.
– Таня! – окликнул Макс, и я поспешно вернулась в холл. – Идем. Если хочешь, потом экскурсию проведу. – Он широко улыбнулся и подмигнул.
К моему тайному облегчению, стоял Казанцев на пороге гостиной. Ужин будет там? Но стол не накрыт… Ладно, Макс, удиви меня еще раз. Я неуверенно улыбнулась в ответ, подошла и направилась за ним, к той самой винтовой лестнице. И что же за дверью? Мы поднялись, демон галантно открыл ее и пропустил меня вперед. Я вышла… И обомлела. Такого точно не ожидала!
Открытая веранда, с которой открывался потрясающий вид на крыши Питера и переливающийся всеми оттенками оранжевого, розового, золотистого закат. Длинный низкий диван, перед ним – накрытый стол. Бутылка вина, ваза для моего букетика, тарелки с едой – салат, рыба в соусе с рисом, отдельно разложена на блюде нарезка, хлеб в корзинке. У меня слюнки потекли – я за день навпечатлялась и проголодалась, и на время отвлеклась от своих тревог.
– Садись. – Макс сделал приглашающий жест.
– Сам готовил? – полюбопытствовала я, устраиваясь на диване.
– Сам, – подтвердил демон.
И я снова удивилась – который раз за сегодняшний день. Он еще и готовить умеет?! Черт, представить Макса у плиты не смогла, фантазия спасовала. Какие, оказывается, эти демоны… разносторонние… На мою беду. Спрашивать, часто ли он готовит для своих девушек, не стала. Что-то подсказывало, ответ будет отрицательным. Как говорится, все для тебя, Танюша, наслаждайся и забудь про свои страхи… Я взяла вилку и попробовала творение Казанцева – оказалось очень вкусно! Некоторое время мы ели молча, я краем глаза замечала, как Макс поглядывает на меня, но это не помешало насладиться ужином. Я голодная, в конце концов!
– Вино будешь? Или что-то другое принести? – спросил он, когда я почти закончила.
Поколебавшись, решила все-таки обойтись без алкоголя сегодня. Мало ли что… Вон с Димкой как все вышло, не хотелось бы повторения с его приятелем.
– А сок есть? – отодвинула пустую тарелку, чувствуя блаженную сытость.
– Есть, тебе какой? – Макс встал и подошел к небольшому столу у стены, где стояли коробки с соком.
– Вишневый. – Я откинулась на спинку, любуясь панорамой.
Благодушие не желало уходить, даже несмотря на понимание – разговорами и держанием за ручку Макс не ограничится. И то, что мы одни в его квартире, тоже не пугало, а вызывало только замирание сердца. Таня, Таня, что же ты делаешь, а…
– Держи. – Макс вернулся с высоким стаканом.
– Спасибо. – Я сделала несколько глотков.
Казанцев расположился рядом, положив руку на спинку дивана и повернувшись ко мне. Ну кто бы сомневался, что будет спокойно сидеть рядом, соблюдая дистанцию.
– Тань, ты же природу любишь, да? – спросил Макс, осторожно убрав упавшую мне на лицо прядь.
При этом когда его палец коснулся моей щеки, кожу закололи сотни невидимых иголочек. Я несильно вздрогнула, порадовавшись, что половину сока уже выпила, и осторожно ответила:
– Ну, люблю, да.
– А с палатками когда-нибудь выбиралась в лес? – огорошил Макс вопросом.
Я моргнула, растерявшись от неожиданности.
– Н-нет, – честно призналась. – Только на дачу ездила.
– Поехали в эти выходные? Я знаю чудное место, там озеро, народу обычно мало. Если, конечно, тебя не пугает ночевка в палатке и отсутствие интернета, – с улыбкой добавил он.
Вообще, в походы до сих пор я не ходила, тем более с ночевкой и на несколько дней. Эмм… Два дня, с Максом, в лесу?.. Нет, ни комаров, ни отсутствия минимальных удобств я не боюсь, не привереда. Однако Казанцева ждет облом, к сожалению.
– На эти выходные уже Димка со мной договорился, – отвела глаза, чувствуя, как теплеют щеки.
Нет, ну ни в какие ворота не лезет, как я могу встречаться сразу с двумя, демонами, да еще и… по расписанию?!

Глава 12

Макс только слегка прищурился, в глубине взгляда мелькнуло недовольство.
– И куда вы с ним поедете? – небрежно поинтересовался он, придвинувшись ближе.
Я напряглась, за шиворот как кусочек льда засунули, а в животе, наоборот, жарко стало.
– Не знаю еще. – Как голос не дрогнул, понятия не имею, близость Казанцева и тонкий вкус шоколадного напитка волновали чем дальше, тем сильнее. – Он не сказал.
– Мм, тогда, может, на озеро съездим между твоими экзаменами? Пока погода хорошая? – Его ладонь спустилась на плечо, провела по руке, оставляя за собой шлейф мурашек. – Как ты на это смотришь, Танюш?
От ласковых ноток внутри все сладко обмерло, порыв отодвинуться завял на корню, а тело охватила слабость. Надо бы возразить, надо, но не могу!.. Глаза завораживали, романтическая обстановка… расслабляла, лишала сил к сопротивлению.
– Можно я подумаю? – пробормотала, не возразив, когда рука Казанцева скользнула на талию, обняла, привлекла к демону. Мои ладони тут же уперлись ему в грудь, правда, он даже внимания не обратил на мою слабую попытку избежать неизбежного. – Макс… – вырвалось у меня как-то ну очень жалобно.
– Думай, – милостиво разрешил он. – Когда у тебя следующий экзамен?
Соображала минуты две, что он спросил и что ответить, от переживаний расписание сессии вылетело из головы.
– В пон-недельник, – запнувшись, ответила, а Макс тем временем развернул меня и…
Я оказалась практически лежащей на его груди, он откинулся в угол дивана. Горло перехватило, я почувствовала неуверенность и беспокойство, потому что поза была, мягко говоря, волнующей. Спиной я ощущала быстрый стук сердца Казанцева, висок грело его дыхание, руки… обнимали так, что широкие ладони лежали на моем животе. А на мне блузка, тонкая, шелковая. И через нее очень хорошо чувствуется тепло этих ладоней…
– Давай во вторник поедем, мм? Хочешь, лекции возьми, повторишь. – Голос Макса стал глубоким, низким, завораживающим. – Погоду обещают хорошую, будний день, народу вряд ли много будет…
А пальцы между тем начали тихонько поглаживать живот, отчего внутри все поджималось, мысли путались, и волнение возросло. Я облизала пересохшие губы, боясь пошевелиться, от сладкого предвкушения кровь быстрее побежала по венам, и ее температура медленно, но верно повышалась. Губы Макса нежно прикоснулись к виску, скользнули по скуле, вызвав новую вспышку эмоций. Я вздрогнула и вцепилась в его руки, тело напряглось, страх мешался с совсем другими желаниями, которые выходили на первый план. Хотелось повернуть голову, поймать губы Макса своими, узнать, каковы его поцелуи на вкус и будет ли это похоже на то, как целовал меня Димка… Я задохнулась от могучего приступа смущения от таких откровенных мыслей.
– Ммакс… – почти шепотом выдохнула я, сходя с ума от этой мягкой нежности, от своих проснувшихся эмоций, и с отчаянием понимая, что не хочу сопротивляться.
– Ш-ш-ш-ш, Танюша, – прервал он, и его ладони тихонько двинулись вверх, а мои пальцы бессильно скользнули по предплечьям Макса, оставив попытки препятствовать действиям демона. – Подумай пока про озеро, не тороплю. Но надеюсь на твой положительный ответ. – В его голосе появились особые хрипловатые нотки, от которых в груди образовалась гулкая пустота, губы Казанцева приласкали край уха, вызвав вдоль позвоночника россыпь горячих мурашек. – А сейчас просто лежи… Я ничего плохого не сделаю… Наоборот, только приятное…
Этого я и боялась. И сильнее всего хотела. Глаза сами закрылись, я чуть выгнулась навстречу рукам Макса – а они уже добрались до груди и обхватили, нежно сжали. У меня вырвался прерывистый вздох, в лицо плеснула краска от таких откровенных прикосновений, смущение переплелось с удовольствием, и страх потонул в этом головокружительном коктейле опасных для меня чувств. Макс продолжал покрывать легкими поцелуями шею, и я откинула голову ему на плечо, не в силах сопротивляться могучей волне ощущений, открывая моему соблазнителю простор для действий. Его пальцы между тем нащупали уже сжавшиеся в горошины соски и начали осторожно поглаживать, и даже два слоя ткани не помешали в полной мере почувствовать наслаждение. О-о-о-о-х-х… Макс, Макс, что же ты делаешь!.. Мне бы оттолкнуть тебя, возмутиться нахальством, но как же сладко замирает все внутри от твоих смелых прикосновений, как от них жарко!.. Кружево белья стало раздражать ставшую слишком чувствительной кожу, мелькнуло шальное желание снять, избавиться от лишней вещи. Краем сознания поймала эту мысль за хвост, ужаснулась, но… Макс убрал одну руку с груди и его пальцы медленно расстегнули пуговичку на блузке. Я дернулась, глаза широко распахнулись, и мой взгляд встретился с практически черными глазами Казанцева. Все-таки перехватила его запястье, сердце заколотилось в горле от подскочившего волнения и совсем немножко – смущения. Страх затаился в самом дальнем углу.
– Ма-а-а-акс… – Шепот вышел тихий и томный, и я совсем смешалась и замолчала.
– Танюша… – Демон наклонился низко-низко. – Танечка, феечка моя нежная…
Все возражения и протесты замерли на губах, пальцы на запястье Макса ослабли, а, когда он мягко прижался к моему рту, тело моментально накрыла волна слабости, и я уже ни о чем не думала. Ни о том, что пуговички медленно, но неумолимо расстегиваются, и вот уже горячие подушечки гладят кожу совсем рядом с кружевным краем бюстика, рассыпая по ней обжигающие искры. Ни о том, что нельзя поддаваться на эти безумно приятные, настойчивые провокации. А потом меня с головой захлестнула бесконечная нежность поцелуя, Макс совсем не торопился превращать его в страстный и глубокий. Его язык ласково щекотал мои губы, пока их не начало покалывать, и я сама подалась навстречу, обхватив Макса за шею и притянув к себе. Инстинкты окончательно взяли верх над здравым смыслом, меня поглотила могучая волна наслаждения происходящим, восхитительными ощущениями, которые дарили губы Макса, его пальцы, уже уверенно проникшие под кружево белья. Тело само тянулось навстречу за новой порцией ласки, без всякого стыда и смущения. А поцелуй все длился, став глубже, чувственней, и тело плавилось в жаркой истоме, лишавшей даже тени мысли о сопротивлении.
Макс наконец оторвался от моих губ, но… я не попыталась встать. Я практически лежала на его руке совершенно без сил, а Казанцев склонился надо мной, проложил дорожку из едва ощутимых, как прикосновение пушинки, поцелуев до самого кружевного края. Когда горячие губы сомкнулись поверх белья на болезненно нывшей от недавних ласк вершинке, и Макс очень осторожно сжал ее зубами, меня как молния пронзила. Я всхлипнула, выгнувшись, перед глазами засверкали звезды, а руки сжались в кулаки от острого приступа наслаждения, смывшего последние остатки страха и здравого смысла. Казанцев разгладил влажную ткань, чуть отстранился и легонько подул – и снова волна удовольствия, мягче, чем предыдущая, но такая же сладкая. Я уже не соображала, что делаю, мои пальцы зарылись в волосы Макса, перебирая пряди, сердце металось в грудной клетке, мешая дышать, ну а мыслей давно никаких не осталось. А потом он аккуратно отодвинул ткань, и его язык лизнул напряженный шарик – я громко охнула, не сдержавшись, и пальцы сжали темные, мягкие пряди, притягивая голову Макса ближе. Бож-же, как же хорошо!..
Мне казалось, я плыву, тела совсем не чувствовала, только эмоции и ощущения, которые сосредоточились в двух местах: горевшей от смелых ласк груди и внизу живота, где знакомо, немного болезненно потягивало. И уже не казалось, будто Макс делает что-то запретное, страшное или недопустимое, все мое существо тянулось к нему, к этим восхитительным ощущениям. Казанцев слегка втянул твердую горошинку, ладонью нежно сжав вторую грудь, и я не сдержала короткого стона, захлебнувшись в медовой волне удовольствия. Где-то на самом краю сознания мелькнула шальная мысль, а так ли будет с Димкой, если он осмелеет настолько же, и одновременно пришло осознание, что ладонь Макса спустилась ниже, пальцы демона самым наглым образом уже проникли под пояс джинсов. Это отрезвило почище холодного душа, потому что одно дело – ласки выше талии, пусть не совсем приличные, но… допустимые, а другое дело – то, на что явно нацелился Макс. Нет! Наваждение схлынуло, и охватило оцепенение, едва до затуманенного сознания в полной мере дошло, что именно  происходит.
Вот тут мои пальцы вцепились в запястья Казанцева с риском оставить синяки, я вдохнула, а выдохнуть не смогла – накрыл страх, да такой сильный, что горло свело и все поплыло перед глазами. Я же… Господи, что я только что чуть не наделала?! И что я позволяла Максу?! Ладно бы просто целовались, как с Димкой, но… А-а-а-а-а-а!! От воспоминания, как млела и таяла под губами и руками Казанцева, лицо облил такой жаркий и густой румянец, что показалось, кожа сейчас сгорит, обнажив мышцы и кости. Макс почувствовал, как я напряглась, и выпрямился, посмотрев мне в глаза. Руку с живота не убрал.
– Тань… – глубоким, чувственным голосом произнес он с нотками легкого недоумения.
Этот голос отозвался дрожью на натянутых до предела нервах, и вдруг стало ужасно стыдно, что я лежу в распахнутой блузе в не очень пристойном виде, одна грудь обнажена и сосок вызывающе торчит… О-о-о-о-о-о-о. Да-а-а-а, Танька, и где твоя хваленая сила воли и здравый смысл?! И не надо оправдываться, что Макс спец по соблазнению – на тебя его штучки не должны по определению действовать! А ты тут… растеклась сиропной лужицей, как бы пошло ни звучало, и забыла совершенно, какая участь тебя ждет после всего одной жаркой ночки с Максом!
– Н-не надо, – выдавила я, заикаясь, не в силах отвести взгляд от манящей глубины глаз цвета жареного кофе.
– Тань, все хорошо, – Казанцев попытался мягко высвободиться из моих пальцев, чтобы продолжить опасные игры на грани, но я только крепче сжала его руки.
– Нет! – нервно повторила, повысив голос. – Макс, пожалуйста!..
В темном взгляде мелькнул багровый огонек, на мгновение показалось, черты лица Казанцева слегка поплыли, и мне стало еще страшнее – а ну как совсем с катушек слетел?! И… и чихал он на мои желания, точнее на нежелание! Сейчас я действительно хотела, чтобы он как можно быстрее убрал руки и отпустил. Я отвернулась, зажмурилась и сильно прикусила губу, глаза нещадно защипало, а в горле встал ком. Вот и сходила на свидание, Танечка, ага, поверила в то, что демоны могут быть нормальными. Как же.
– Танюш…
– Да пусти же! – Я дернулась, одновременно попытавшись оттолкнуть конечности Казанцева.
Срочно хотелось в ванную, пережить приступ слез и привести себя в порядок. Макс не отпустил. Вместо этого сердито фыркнул, перехватил мои запястья, и в следующий момент я оказалась в крепких объятиях, прижата к нему без возможности пошевелиться.
– Не пущу, – проворчал он. – Чтобы ты себе фигни всякой надумала? Вот уж нет.
– Фигня?! – тут же взвилась я, внутри как пружина распрямилась. Накопленное напряжение требовало выхода, пусть даже в банальной истерике. – Фигня, да?! То, что позволила нагло себя облапать, фигня?! – Я почти кричала, упорно пытаясь выбраться из рук Макса, но, к сожалению, безрезультатно.
А перед глазами уже все поплыло, позорная влага стекла по щекам двумя дорожками, отчего стало еще более неловко и стыдно за свое поведение.
– Танька, глупая, ну почему ты так это воспринимаешь? – В голосе Макса слышалась досада. – Тебе же понравилось, я видел и чувствовал. Зачем так грубо? Я не лапал тебя, я прикасался, целовал, ласкал…
Последние его слова послужили последней каплей. Ласкал он! А кто просил?! Воспользовался моей неопытностью и застал врасплох! У-у-у-у, демон! В крови еще бродили отголоски недавних эмоций и сладких переживаний, но здравый смысл ко мне уже вернулся. С новой силой накрыл стыд, и я сжалась в комочек, тихо всхлипывая и остро жалея, что не умею телепортироваться. Оказаться бы сейчас в своей комнате, подальше от всяких соблазнителей, как было бы чудесно! Макс молча гладил по голове, не разжимая рук и не выпуская, а я тихо плакала, орошая слезами его футболку – кажется, она уже промокла, и сильно.
– Танюш, ну прости, если напугал, – раздался его негромкий голос, и мне даже показалось – в нем звучат нотки раскаяния. – Я не думал, что ты так… резко отреагируешь. – Он запнулся и, расслышав искреннее недоумение, я чуть истерично не рассмеялась.
Это еще не резко, Макс, и, черт возьми, не будь я тем, кем являюсь, возможно, тебе бы и обломилось сладенькое сегодня. От этого стало еще хуже, и накатила новая волна отчаяния. Наверное, поэтому я не остановилась вовремя, и с губ сорвалось:
– Я не трусиха, я не могу-у-у! Мне нельзя!.. – сказала и испуганно затихла, желание реветь разом прошло.
Язык мой враг мой. Макс теперь точно как клещ вцепится, с безнадежностью поняла я. Конечно, тут же последовал закономерный вопрос:
– Почему нельзя? – удивленно так.
Конечно, я же фея. А феям все можно, и даже нужно в некоторой степени. Я пошевелилась, пряча взгляд, и тихо попросила:
– Можно мне в ванную? Я… умыться хочу.
И блузку застегнуть, в конце концов. Ну и мысли уложить, конечно. По-хорошему домой бы надо, но отпустит ли Макс?.. Сейчас руки разжал, дал подняться с его колен, но взгляд такой внимательный-внимательный. Пристальный. Ждущий. Да, вопроса не забудет, и у меня всего несколько минут, чтобы придумать на него ответ.
– Как к кухне идти, дверь увидишь, – пояснил он.
Я кивнула и поспешно вышла с веранды, почти бегом спустившись с лестницы. Попала ты, Танюха, между молотом и наковальней. И что теперь делать? На ходу застегиваясь, направилась к кухне, то и дело краснея от воспоминаний. Пальцы Макса, нежные и ласковые, его губы, горячие, настойчивые… Ай! Не думаю, не думаю об этом! И домой сама доберусь, без провожаний! Наверняка ведь будет настаивать. Надо сообразить, что Максу ответить, почему мне нельзя, а не смущенно улыбаться от картинок в голове. Я нашла ванную, плеснула прохладной водой в разгоряченное лицо, смывая следы слез и потихоньку успокаиваясь. Нет, хватит. Отстать от меня не отстанут, это точно, но позволять что-то больше поцелуев не собираюсь! Все, точка, и пусть думают, что хотят! Я вытерлась, глянула на себя в зеркало. Угу, глаза красные, губы слегка дрожат, на щеках румянец. Красотка просто. Поправила блузку, пригладила волосы и вышла.
Пока возвращалась на веранду, уже практически пришла в себя, дыхание успокоилось, и сердце билось всего лишь чуть быстрее обычного. Переступив порог, не дала Максу ничего сказать, храбро встретила его взгляд и произнесла как можно тверже:
– Мне домой пора. Спасибо за ужин, все было вкусно.
– Почему тебе нельзя, Таня? – спокойно повторил свой вопрос Макс и насмешливо добавил, подняв бровь: – Родители запрещают?
– Нет, – поджала губы, нахмурившись. – Какая разница? Я уже сказала, я не хочу торопиться. Ты готов ждать, пока я не соглашусь? – в лоб спросила, устав от недомолвок и оговорок. – Сколько бы это ни заняло времени?
Помнится, Димка обещал… Правда, предупредил, что всеми силами будет склонять к тому, чтобы я согласилась как можно быстрее, но это уже мелочи жизни. Макс развалился на диване, положив руки на спинку, на его губах появилась довольная улыбка.
– Ждать могу, но, как понимаешь, активно. – Он выразительно глянул на меня, в темных глазах засветился огонек предвкушения. – Мне понравилось, как ты отзывалась сегодня, Танюша. – Голос Казанцева приобрел бархатистые интонации, от которых я невольно вздрогнула.
От греха подальше отвернулась, остановившись у панорамного окна. Все то же самое, что с Димкой, мелькнула тоскливая мысль.
– Я домой пойду, – тихо повторила, не видя смысла уговаривать Макса.
Одолело почти нестерпимое желание выложить ему все, как есть про мою сущность, и посмотреть, как отреагирует. Согласится ли ждать два года или перспектива приобрести послушную игрушку перевесит? Демон он и есть демон. Сдержалась в последний момент, когда слова уже готовы были сорваться с моих губ. Нет уж. Я обещала папе молчать, да и не хочу его расстраивать.
– Я провожу, – последовал невозмутимый ответ Макса.
Кто бы сомневался.
– Спасибо, не надо, тут близко, пешком прогуляюсь, – сказала, с кривой улыбкой посмотрев на него через плечо.
– Тогда тем более провожу. – Казанцев встал и добавил прежде, чем успела возразить. – Таня, уже сумерки, время десятый час, никуда я тебя одну не отпущу.
И категорично так, будто мой папочка или брат! Наверняка еще и с поцелуями пристанет у общаги! Ну и что, что мне понравилось, не хватало при всех целоваться с Казанцевым… Поджала губы, раздраженно хмыкнула и сухо бросила:
– Хорошо.
После чего развернулась и поспешила к лестнице. Связно мыслить не получалось, в голове плавали обрывки воспоминаний и ощущений, и по телу то и дело пробегали волны дрожи, то горячей, то прохладной. Растерянность, страх, волнение и непонятная радость переплелись в тугой комок, ворочавшийся в животе неуютным посторонним предметом, и очень хотелось разобраться, что же все-таки происходит между нами троими. И как предотвратить неизбежное… Я прошла столовую, вышла в коридор, погруженная в невеселые мысли, и тут меня догнал Макс.
– Тань, – позвал он, ухватив за плечо, и мягко, но настойчиво развернул к себе, – подожди.
Я дернулась, чтобы высвободиться, сердце подскочило к горлу, однако Казанцев не дал мне ускользнуть. Миг – и моя спина прижата к стенке, пальцы демона держат запястья, аккуратно, но крепко. Я только и успела вздохнуть и отвернуться, не желая снова целоваться с Максом. Слишком… сладко и желанно, черт возьми!
– Танюш, я скучать буду, – выдохнул он на ухо, щекоча горячим дыханием шею. – Ты точно на все выходные с Жарковым?..
Да откуда я знаю! Я занервничала еще больше, губы демона словно невзначай скользнули чуть ниже уха, заставив тихо охнуть.
– Макс… – вышло хрипло, ну и фиг с ним. – Пожалуйста… оставь меня в покое хотя бы до следующей недели, а? У меня сессия, и… и твоего приятеля за глаза и за уши хватит!.. – Жалобно получилось, но я уже с трудом могла держать себя в руках, аромат какао и корицы снова щекотал ноздри, волнуя и сбивая с толку.
– А Димка тебе нравится? – тут же спросил Макс с таким живым интересом, что я чуть не захихикала.
– Ревнуешь? – выпалила я, с неудовольствием отметив, что дыхание начало сбиваться.
– Мм… немножко, – признался Макс, а я чуть не отвалила челюсть, если честно, не ожидая такого ответа.
Ведь если есть ревность, то… то тут что-то серьезнее мимолетного интереса. А такого просто не может быть у Макса!!
– Так что, Димон тебе нравится, Тань? – повторил он вопрос.
– Н-не знаю, – запнувшись, ответила и осторожно пошевелилась, упорно не поворачивая головы. – Макс… пойдем, а?
Еще одно касание шеи, и Казанцев наконец отпустил меня.
– Пойдем, – легко согласился он, я заметила довольную улыбку на его лице.
Чему радуется, спрашивается?! Или думает, я вот прямо сейчас выложу, что… меня тянет к ним обоим, причем с одинаковой силой? Я похожа на дуру? Мне бы самой обдумать все на трезвую голову, разложить по полочкам и понять, почему это произошло? Мелькнула нездоровая мысль провести эксперимент с тем же Пашкой, проверить, а как на меня его поцелуи подействуют? Ну а что, надо же разобраться! Я молча надела босоножки, стараясь не смотреть на Макса, он открыл мне дверь, и мы вышли. Казанцев тут же сграбастал мою ладонь, осторожно сжав в своей, и я подавила вздох: бесполезно пытаться высвободиться. Ладно. Пусть лучше так, чем обнимает.
– Ты вроде говорил, живешь на Миллионной? – Я решила завести разговор на нейтральную тему, тишина немного напрягала – в голову начинали лезть картинки случившегося на веранде.
– Да, там моя основная квартира, сюда сбегаю, когда отдохнуть хочу от всех, – ответил Макс. – Ту купил, потому что к работе ближе, а эта от бабушки досталась, она сама уехала во Францию, давно, а квартиру мне оставила. Иногда с Димоном тут зависаем, любуемся закатом, пьем вкусное вино и за жизнь говорим. – Он усмехнулся, покосившись на меня.
Страшно захотелось спросить, а водит ли он сюда своих подружек, но сдержалась. Мне это неинтересно, ни капельки!
– Понятно, – нейтрально отозвалась, выходя вслед за ним на улицу, окутанную мягкими сиреневыми сумерками. – Давно на байке катаешься?
Интересно все-таки, не слишком вязался образ лощеного Макса и отвязного байкера.
– Вообще, со школы еще, папин приятель, оборотень, прокатил разок, и все, я заболел. Ухитрялся совмещать учебу, работу в своей фирме, а по ночам гонял по улицам и за городом. В выходные, конечно, с палаткой старался удрать в лес, – разоткровенничался Макс, пока мы неторопливо шли по улицам Петроградки. – Предпочитаю активную жизнь, не люблю на месте сидеть.
Ну не удивлена в общем-то. Интересно, а Димка тоже с ним в походы ходил?
– А с Жарковым вы как познакомились? – спросила, не успев остановиться.
– В универе уже, когда учиться вместе начали. Оказалось, наши отцы немного знакомы, по бизнесу пересекались. С тех пор и дружим.
– И ни разу не ссорились? – недоверчиво переспросила я.
– Нет. – Он усмехнулся и бросил на меня веселый взгляд. – И, надеюсь, не поссоримся.
В воздухе повисло недоговоренное «даже из-за тебя», и я растерялась: ну вот… вот как они делить-то меня будут? Встречаться по расписанию? А… а если я все-таки кого-то одного выберу, что, другой послушно отойдет в сторонку?! Ну а если никого все-таки? Если решу с тем же Пашкой встречаться, потому что он точно не полезет ко мне под юбку против моего желания? Ох, вопросы, вопросы, и нет ответов.
– Ты на все лето уезжаешь? – спросил теперь Макс.
– Да, – кратко ответила, погруженная в свои мысли.
– С родителями? – зачем-то уточнил Казанцев, и я с легким недоумением посмотрела на него.
– А есть варианты? – насмешливо произнесла, поймав его внимательный взгляд.
Макс пару секунд молчал, и мне сделалось не по себе – эм, что за мысли у него в голове?!
– Нет, конечно, прости, – примирительно улыбнулся он. – Все время забываю, что тебе восемнадцать. А когда день рождения?
– Не скажу, – мстительно ответила я.
Пусть он и ранней осенью, праздновать я буду с папой! Ну, может, потом отдельно с девчонками посидим где-нибудь, или вообще к Варьке на дачу завалимся. Демонов точно приглашать не буду, ни одного, ни второго!
– Та-а-а-ань, – позвал Макс мягко, и я с опаской покосилась на него. – Танюш, я же узнаю.
– Тогда зачем спрашиваешь, – буркнула недовольно.
– Не хочу тебя обманывать, – спокойно признался Казанцев. – Но поскольку ты не ответила, считаю, теперь могу с чистой совестью узнать по своим каналам.
Тьфу, честный какой! Я молча поджала губы, глядя прямо перед собой, и даже чудный летний вечер не радовал. Не очень приятно чувствовать себя загоняемым зверем, а именно так и было. Неожиданно Макс тихонько погладил мою ладонь, зажатую в его пальцах, а потом выпустил, огляделся с ну очень хитрым видом и плавно повел рукой. При этом в темных глазах мелькнул красноватый отблеск, и я почувствовала легкое колебание воздуха, как будто ветерок подул. Дальше… Макс быстрым шагом подошел к роскошному кусту сирени и отломил пышную кисть густого фиолетового цвета. Ой, это мне, что ли? Чуть не улыбнулась от неожиданности – днем полевые цветочки, сейчас сирень. В Максе заговорил романтик? А то раньше розы да розы. Казанцев подошел, я уже приготовилась протянуть руку за веткой, но этот… хулиган вдруг с широкой ухмылкой пощекотал ароматной кистью мое лицо и тут же отдернул, когда я попыталась схватить!
– Танечка, улыбнись, – попросил Макс, и я от этой просьбы растеряла все недовольство. – Ты замечательно улыбаешься, пожалуйста.
И так посмотрел… Завораживающе. В темной глубине плавали золотистые звездочки, на которые я и загляделась, позабыв, что вроде как сержусь на демона, и улыбка сама появилась на лице. Макс же схватил меня, испуганно пискнувшую, в охапку и закружил по улице, аж сердце в пятки ускакало. Чего это он?! Удивительно, кстати, но прохожие не обратили никакого внимания ни на вопиющее обдирание куста – обычно ругаются, и сильно, – ни на выходку со мной. Я вцепилась в его плечи, хотя и знала, что не уронит, и просипела:
– Ма-а-акс! Пусти, сумасшедший!..
Он же тихо, довольно рассмеялся и поставил на ноги, однако не торопился отпускать. Меня окутал сладкий запах какао, пряностей и сирени, который сплелся в головокружительный коктейль, и я замерла в руках Макса, глядя на него и не в силах пошевелиться. Затопило странное, теплое чувство, подозрительно похожее на нежность, от волнения дыхание участилось, и в голову закрались странные мысли… Охватили странные, такие притягательные желания – медленно скользнуть ладонями по плечам, приподняться, потянуться к губам Макса… Захотелось снова почувствовать вкус его поцелуя, задохнуться от восторга, утонуть в восхитительной неге таких сладких ощущений…
– Таня… – выдохнул Казанцев, притянув меня ближе, в его взгляде мелькнуло странное выражение, но задуматься я не успела.
Рот Макса накрыл мой, мягко, нежно, настойчиво. Язык скользнул по губам, и они послушно приоткрылись. Не было такого напора, как там, на веранде, как с Димкой в первый раз. Глупый вопрос, кто же целуется лучше, в моей голове не задержался, хотя и мелькнул, но сравнивать, думать, анализировать буду дома. Когда приду в себя после этого удивительного и полного сюрпризов дня и вечера. Отстраненно отметила, что пальцы Макса зарылись в пряди на затылке и нежно поглаживают, мы стоим посреди улицы, но прохожие, которые могут нас видеть, не смутили ни разу. Меня захватили другие чувства, и я ими наслаждалась вовсю. Время остановилось…
Макс отстранился первым. Пока я пыталась отдышаться и собрать мысли в кучу, отпустил, вручил кисть сирени, и взял за руку. Мы пошли дальше и некоторое время молчали. Я потихоньку приходила в себя, пытаясь понять собственный порыв. Сердце еще билось быстрее обычного, на Казанцева избегала смотреть, и вместо страха меня охватили растерянность и задумчивость. Что происходит?
– А почему нас никто не замечал? – вырвался вопрос совсем не о том, о чем я думала.
– Потому что я сделал так, что нас никто не видел, – невозмутимо пояснил Макс. – Зачем нам свидетели? – усмехнулся он и совершенно хулигански подмигнул.
Щеки слегка потеплели от его замечания, но прежнее мрачное настроение растворилось, незаметно исчезло. Меня наполнила странная мечтательность. Не хотелось выискивать подвох, вспоминать, что на самом деле Максу нужно, насколько серьезны его намерения. Здравый смысл устал, уполз в дальний угол и затаился там, а мне… мне было просто хорошо. Идти вот так, держась за руку, время от времени вдыхая сладко-свежий аромат пушистой сирени, и улыбаться. Мы пошли вдоль набережной, до моста. Макс начал вспоминать забавные случаи из своего студенчества, как сбегал с друзьями-байкерами из города, порой на несколько дней, а отец его искал. Расписывал походы с палатками так вкусно, что немедленно захотелось тоже в лес, на природу, в тишину. Когда мы подошли к моему общежитию, произошедшее на веранде в квартире Макса, уже не казалось катастрофой. Воспоминания вызывали лишь смущение от собственной несдержанности. Возможно, потом осознание накатит с новой силой, но пока я об этом не думала. Стояла рядом с Казанцевым и с волнением ждала, что же он будет делать. Народу у крыльца почти не было, только двое старшекурсников что-то негромко обсуждали, не глядя в нашу сторону.
– Тань, – позвал демон, и я, поколебавшись, повернулась. Его ладонь коснулась моей щеки, провела, и захотелось прижаться, потянуться за новой порцией ласки. Сдержалась в последний момент, только сердце застучало сильнее, да дыхание сбилось, выдав мои чувства. – До понедельника?
– Н-наверное, – пробормотала я, смешавшись, и опустила взгляд.
Как так получилось, что я уже согласна на отношения, несмотря на опасность сближения с демоном?! И… и с его другом тоже все стремительно катится к тому же? Та-а-а-а-ань, где твоя голова? Наверное, там же, где здравый смысл, ехидно подсказал внутренний голос. Макс приподнял мою голову за подбородок, нежно коснулся губ легким поцелуем и отступил.
– Сладких снов, моя феечка, – вполголоса пожелал он и улыбнулся.
В груди все замерло от этой улыбки и негромкого, бархатного голоса, и я поспешно отвернулась, чтобы не наделать глупостей. И так уже достаточно на сегодня, свидание закончилось, наступают суровые будни сессии, Танюха. Тебе еще предстоят выходные с Жарковым, и очень хочется надеяться, что все-таки это будет один день! Я юркнула в дверь и поднялась к себе, находясь в рассеянно-растерянном состоянии. Эйфория схлынула, как и ожидалось, и навалилось осознание всего случившегося за этот длинный вечер. Ну и воспоминания о понедельничном свидании с Димкой, конечно. Как же не сравнить, черт возьми, когда за тобой ухлестывают два таких откровенно притягательных молодых человека, к которым тянет с одинаковой силой?! Я прерывисто вздохнула, скинула босоножки и прошла в комнату, плюхнувшись на кровать. Катька встретила любопытным взглядом и поднятыми бровями.
– И как оно? – задала соседка животрепещущий вопрос.
Что ответить? Что встречаюсь сразу с двумя? Что не знаю, что делать? Не понимаю, что со мной происходит?..
– Проблема выбора, кто круче целуется? – непринужденно спросила Катька, попав не в бровь, а в глаз.
Я легла на спину, молча кивнув и заложив руки за голову.
– Кинь монетку, если так не можешь определиться, кого выбрать. – Потрясающий совет, да. – И если мужики решили благородно свалить нелегкое бремя на твои хрупкие плечи.
Я криво улыбнулась. Умыли руки, да? А вот интересно, если я Димке в красках расскажу про свидание с Максом, они пойдут бить морду другу? У меня складывалось впечатление, что для них происходящее – игра. Ни один, ни второй всерьез не рассматривали вариант нормальных отношений. Ну правильно, а чего рассматривать, если все закончится постелью и парой-тройкой проведенных вместе ночей. А потом демоны найдут новую жертву и забудут о фее-студентке. Тихо застонав, перевернулась и уткнулась лицом в подушку.
– Та-а-а-а-ань, ну ты чего? – тут же всполошилась Катька. – Втюрилась, что ли, на полном серьезе? В двоих сразу?
– Кать! – Я подняла голову и посмотрела на соседку. – Не хочу я ничего ни с кем из них. Втюрилась, не втюрилась, дело десятое. Они просто переспать со мной хотят, из спортивного интереса. И играют в «кто быстрее уложит Таню в постель». Вот и все, – тихо, ровно ответила я. – Отсюда и красивые свидания, и цветы, и слова, тоже красивые. – Сейчас, когда рядом ни одного из искусителей не было, мозг работал хорошо, и лишние эмоции не мешали видеть ситуацию как она есть. – Они взрослые, опытные, – я снова скривила губы в невеселой улыбке, – и упрямые, к отказам не привыкли, судя по всему.
– Ох, Танька! – Соседка вздохнула и села на пол, положив руки на кровать и с сочувствием глядя на меня. – Как-то грустно все по твоим словам выходит. Нравится, не нравится, все равно будет по-нашему, – изрекла она. – Так, что ли?
– Именно. – Я легла на бок, обняв подушку. – А самое ужасное, что мне приятно и целоваться, и когда прикасаются. – Я снова тоскливо вздохнула. – Но не хочу быть еще одной соблазненной, черт возьми! Еще одной галочкой! – вырвалось у меня с обидой.
Ведь и правда, если отбросить запрет, и последствия первого секса до совершеннолетия, мне, как девушке, неприятно осознавать, что я привлекаю, только как сексуальный объект. Не верю всем этим красивым рассуждениям, не верю! Что, мол, тянет ко мне, что хочется быть рядом и даже типа готовы ждать. Ну-ну. Только на их условиях ждать-то, как предельно ясно выразились и один, и второй.
– Танюха, – прищурилась Катька, – а ты проверь их. Если твои ухажеры такие резвые и уверенные в себе, пусть придержат гормоны и ждут, пока ты сама не созреешь! При этом ничего, кроме поцелуев, – хитро она улыбнулась. – Рук не распускать. Кто первый позволит себе облапать тебя за задницу или грудь, штраф – сколько-то дней игнора. Как тебе вариант?
Я уставилась на Катьку с восторгом, идея показалась просто отличной! А ведь и правда, если утверждают, что готовы уважать мои  желания, пусть докажут!
– А-а-а-а-а-а, Ка-а-а-ать! Ты прелесть! – Я попыталась обнять соседку вместе с подушкой.
Катька захихикала и отодвинулась.
– Ну вот видишь, не так все плохо! – Она поднялась. – Озвучь свои условия и посмотри, как отреагируют. А еще закинь удочку, что будут делать, если выберешь кого-то одного. – Она скользнула по мне взглядом. – Тоже показатель. Если что-то серьезное, взбесятся и удвоят усилия, чтобы быть хорошими и не обидеть тебя. Если нет… – Катька пожала плечами. – Ну в общем, сама увидишь.
Засыпала я умиротворенная. Даже две эсэмэски на ночь, от Димки и Макса, не испортили настроение. Жарков хотел провести со мной выходные? Пожалуйста, но теперь условия буду выставлять я!
Димка был доволен: удалось договориться с Игнатом, чтобы тот изучил предложение и на благотворительном вечере дал окончательный ответ. Да, выяснилось, что в пятницу он приглашен. Отец, конечно, остался доволен тоже, и в связи со сдвинувшимися с мертвой точки переговорами работы навалилось много. Лариса присмирела, и Дима надеялся – больше дамочка не принесет неприятностей. Хотя стиль одежды не изменила, по-прежнему волнуя сотрудников фирмы полупрозрачными блузками и короткими юбками. Суккуба, что с нее взять. Они смирными становятся, только если свою истинную найдут. Тогда вся чувственность и страсть достаются единственному мужчине. Димка бы посмотрел, встреть Лариса свою пару, какой станет шелковой папина протеже, и как же хорошо, что его сия участь миновала! Хотя, может, для кого-то Лара и станет самой лучшей, самой желанной женщиной. Он-то видит только одну сторону ее натуры, которую суккуба активно демонстрирует. Отец тоже не давил на то, чтобы Димка встречался с Ларисой, – видимо, убедился: дела идут в нужную ему сторону и без этого.
Среда и четверг проскочили незаметно и быстро, в делах, в подготовке к госам и диплому, но о фее Жарков не забывал: время от времени отправлял сообщения, и Таня даже отвечала. Односложно, правда, явно не горя желанием переписываться, но Димка все равно улыбался: уже не игнорировала. К вечеру четверга он понял, что соскучился, что хочет увидеть, очень. От Макса тоже никаких вестей, и звонить ему Димка не собирался – ведь завтра встретятся, а до тех пор нездоровое желание выспросить, как прошло свидание с Таней, поутихнет. Как, как, наверняка весело, и наверняка Казанцев свое от феи урвал. Фея… да не фея. Ни разу. Димка отвлекся от компьютера, откинувшись на спинку кресла – рабочий день потихоньку катился к завершению, он сидел один в своем кабинете. Отец ушел раньше, на очередную деловую встречу. Лариса тоже ушла, предупредив, что завтра ее не будет, и Дмитрий догадывался, почему – посвятит день подготовке к вечеру. Салон красоты, парикмахерская, шмотки, что там еще нужно таким девушкам, как Лариса, чтобы выглядеть на все двести. А ему и проще – спокойнее работаться будет.
Да, Танюша. Сева уже должен что-нибудь интересное накопать. Димка достал мобильник и набрал номер.
– Алло? Приветик, – поздоровался он. – Что по моей просьбе, есть что-нибудь?
– Еще как, вот только собрался звонить, – ответили с той стороны. – Теренскими кто-то просто прикрылся, у них есть дочь, да, и тоже Таня, но она давно не студентка, хотя и фея, и живет в Англии уже года три.
Димка подобрался, золотистые глаза сузились, и на губах появилась хищная усмешка.
– Во-о-от как? – протянул он. – И кто же прикрылся Теренскими и зачем?
– Дим, меня вежливо попросили не лезть, – признался собеседник. – Там большие деньги замешаны, у кого-то крыша выше моей. Я не знаю, какая настоящая фамилия у твоей Тани, кто это для нее сделал и зачем.
Жарков помолчал, потом кивнул, хотя Сева его не видел.
– Ладно, старик, все равно спасибо. С меня причитается, – ответил он.
– Договорились. Удачи.
Закончив разговор, Димка некоторое время сидел, уставившись в одну точку и похлопывая пальцами по губам, прокручивая информацию. Показалось, он уже в одном шаге от догадки, от понимания всей интересной ситуации с Таней, но тут зазвонил телефон, сбивший с мысли. Жарков поджал губы, раздраженный помехой, глянул на номер, и его недовольство усилилось. Звонил Казанцев. Уж не похвастаться ли?..
– Да! – не слишком любезно ответил он. – Привет, Макс, чего хотел?
Раздался смешок.
– Ревнуешь, что ли, чего рычишь? Скажи мне, ты знаешь такого, Игната Астарского?
Димка недоверчиво покачал головой. Не бывает таких совпадений!
– Вообще, это директор банка, с которым мы переговоры сейчас ведем, а что? – осторожно ответил он.
– Ты в курсе: твой отец нанял следить за ним фирму, которую мы подрядили? – выдал приятель.
– Допустим, не удивлен. – Димка выпрямился. – Что-то еще?
– Он с Таней встречался, причем под иллюзией, – продолжил Макс. – А еще у него дочь есть. То, что мужик инкуб, думаю, для тебя уже не секрет.
Жарков помолчал несколько минут, потом медленно улыбнулся.
– Макс, ты же будешь завтра на вечере, да? – уточнил он.
– Буду, придется, – согласился Казанцев.
– Вот там и поговорим, есть о чем, – предложил Димка. – Я завтра до обеда в универе, потом в офис надо, сегодня вечером тоже не могу.
В трубке раздалось хмыканье.
– Тоже кусочки сложил, да? Ладно, давай завтра поговорим. И да, еще, в твоем окружении нет случайно бывших из суккуб? Я с ними не связывался потому что.
– Это ты о чем? – сразу насторожился Дмитрий. – При чем здесь суккубы?
– Одна из них с Таней встречалась на днях, уж не знаю, о чем они говорили, – просветил Макс. – Вот и думаю, ты всех своих предупредил?
– Я не предупреждаю, я заканчиваю отношения без возможности вернуться к ним, – поправил Димка, в прищуренных глазах мелькнул красноватый отблеск. – Я понял, хорошо, спасибо. Завтра обсудим все, Макс, пока.
Закончив разговор, Жарков потянулся, широко ухмыльнулся и с довольным видом посмотрел за окно. А ларчик-то просто открывался. Значит, вот какой секрет так тщательно бережет Танюша. Конечно, все это может быть обычным совпадением, и Игнат встречался с девушкой вовсе по другому поводу, а не потому, что он предположительно ее отец. Надо бы понять, какая именно защита на ауре Тани, на чем держится, и попробовать ее аккуратно снять так, чтобы девочка ничего не заподозрила. И проверить, кто же она на самом деле. Если действительно фея, только слишком умненькая, это одно. Если же нет… Димка перестал улыбаться и серьезно задумался. Минутная эйфория от разгадки Таниной тайны схлынула, и на первый план выступили совсем другие мысли. Таня – определенно девственница, в этом Жарков железно уверен, и влечение к ней тому прямое подтверждение. А вот то, что, кроме неправильной феечки, больше ни о ком не думается, наводило на… интересные выводы. В свете предполагаемого родства Тани с Игнатом все вставало на свои места. Димка прикрыл глаза, сердце пропустило удар, и в груди кольнуло от немного пугающей догадки.
Молодой демон не выдержал, вскочил с кресла и прошелся по кабинету, засунув руки в карманы. Что сказать, поворот, конечно, неожиданный. Диме казалось, в ближайшее время ему точно не грозит встреча со своей парой. Точнее, он особо не задумывался о такой возможности, да и не стремился к долгим и стабильным отношениям в общем-то. Хватало постоянных любовниц или случайных женщин. Заводить семью не тянуло. Таня… Мимолетная встреча на улице привела к непредсказуемым последствиям. Неужели она на самом деле его истинная? А как же тогда Макс? Жарков нахмурился, остановившись посреди кабинета и покачавшись с носка на пятку. Демоны всегда были собственниками в том, что касается женщин, это всем известно, но существовал единственный вид, исключение из правил, с которым возможны другие, не совсем стандартные отношения. И судя по тому, что интерес Макса к Тане не злил, не выводил из себя настолько, что хотелось спрятать ее ото всех, и от друга в том числе, а только раздражал немного, предположение о родстве Тани и Игната близко к правде.
Жарков тихо рассмеялся и взъерошил волосы, покачав головой. Вот уж шутка судьбы. Поистине он всю взрослую жизнь избегал суккуб именно из-за их непостоянства и слишком расширенных интересов к мужчинам. Не задумывался всерьез, что его пара может оказаться из них, ведь отец свою нашел среди демонов. И видя, как он нежно относится к маме, хотя по характеру жесткий и властный, Димка недоумевал: неужели встреча с истинной половинкой настолько меняет? Выходит, что да, и выходит, что… Таня, Танюша, несовершеннолетняя суккуба, да еще и дочь делового – Дмитрий надеялся, что так будет, – партнера, его пара? И… Макса тоже?
Хозяин кабинета шумно выдохнул, подошел к окну. Что ж. Казанцев имеет право знать, все-таки это он выяснил о встрече Тани и Игната, да и многолетнюю дружбу тоже не стоит сбрасывать со счетов. Зато теперь понятен Танин страх перед близкими отношениями, она же неинициированная. И, похоже, еще не понимает, что с ней происходит, почему ее так тянет к двум демонам, но боится уступить и стать игрушкой на всю жизнь. Димка знал одну такую, как раз дочь демона и суккубы, девушка поддалась соблазну всего за полгода до инициации, приняв проснувшуюся чувственность за влечение к истинной паре. А демон… Демону просто хотелось девственницу. Он ее получил. Теперь, уже встретив свою половинку, тот демон женился, и вроде даже ребенок у них есть, но суккуба у него вроде домашней зверушки. Он таскает ее на все общественные мероприятия, а жену прячет, как большинство демонов, ради развлечения играет на эту девушку в карты с друзьями и много чего еще делает, что Димка не одобрял. Но его чужая жизнь не касалась. А страх Тани теперь понятен, но… что она будет делать, когда поймет правду? Или ей рассказать?
– Не-э-э-эт, – негромко протянул Димка вслух в ответ на собственные мысли. – Не буду, пожалуй.
Если Таня станет встречаться с ним только из-за осознания истинной причины своих чувств, это будет слишком легко. А вот убедить милую упрямицу в своих серьезных намерениях, даже учитывая не слишком удачное начало знакомства, – задача поинтереснее. Что ему не просто ее девственность нужна, а она сама, целиком, со всеми мыслями и желаниями. И уж тем более Таня ни в коем случае не должна узнать про дела Жаркова с ее отцом. Тогда точно подумает, будто он из корыстного интереса действует. Кроме того, если так занимательно сложились обстоятельства, что им с Максом придется делить одну девушку на двоих… Причем не ради развлечения, а всю жизнь… Возникал главный вопрос: кто, черт возьми, все же будет первым?!
Посмеиваясь, Димка вышел из офиса. Как-нибудь решат вопрос, главное сейчас преодолеть страх Тани и доказать, что у демонов есть другая сторона, не только та, которую видят окружающие. И еще, у него будут целые выходные в обществе маленькой неправильной феи. Следовало подготовиться к ним, что и собирался сделать Жарков. Отправиться на дачу и проверить дом к приезду гостей. И отца еще уведомить, чтобы не планировал туда нагрянуть. Кстати, тоже важный момент: узнать, какого черта он следил за домом Игната, и настоятельно попросить больше этого не делать. Димка добьется заключения договора с его банком без крайних мер, на которые, похоже, был готов отец.
Ларисе он решил пока не говорить про Таню – еще не хватало, чтобы ушлая суккуба прознала про его серьезный интерес. Мало ли, что ей в голову взбредет. Хорошо, Макс присматривает за Таней и не позволит Ларисе напакостить.

Глава 13

Пятница настала как-то слишком быстро. Я нервничала – Жарков прислал сообщение, что заедет за мной в субботу утром. Если честно, отлегло немного, всего одну ночь в опасной близости от демона как-нибудь переживу. Да и предложение Катьки хорошее – проверить Димку на стойкость. Вот пусть и подержит свои шаловливые ручки при себе, а на поцелуи… Ну ладно, целоваться с ним мне нравилось. Да и вряд ли случится что-то страшное. Пока завтракала и слонялась по комнате, не зная, что с собой брать, мысли перескочили на Казанцева и наше в высшей степени занимательное свидание. Ушлому демону удалось продвинуться в соблазнении меня гораздо дальше, чем его приятелю, и то, как мне при этом было хорошо, снова вызвало скручивание внутренностей в тугой узел. Учиться не училось, в голову ничего толком не лезло, я плюнула, собралась и пошла в кафешку. Может, мозги проветрю, и перестанет так крутить от непонятного страха.
Устроилась за столиком, взяла какао, залезла в инет, рассеянно шаря по сайтам. И все-таки, с чего мои желания так распоясались? Неужели каждая девчонка так реагирует на подобные смелые ласки, да еще если парень нравится? У Катьки спросить? Но тогда придется делиться, что Макс как раз зашел дальше поцелуев, хотя и не слишком далеко. Что-то подсказывало: причина не только в умении Макса правильно прикоснуться к девушке, чтобы разбудить в ней страсть. Тут что-то еще… Что? Догадка мелькнула на самой границе сознания, я замерла, сглотнув, и вдоль спины змейкой спустился холодок. Втюрилась, Танька? Ладно, если так, это полбеды – за лето отдохнешь, придешь в себя и избавишься от ненужных чувств. Пусть даже эти… чувства сразу к двоим. Уф. Я взмокла, лицо опалило жаром, и я поспешно уткнулась в чашку с какао. Как так может быть? Ну почему, почему двое?! Почему я не могу остановить выбор на ком-то одном?
Тяжело вздохнула, настроение совсем ушло в грусть. Хотелось с папой поговорить, но мы и так недавно виделись, незачем слишком часто с ним связываться, мало ли что. Девчонки завтра к Варьке поедут… От телефонного звонка вздрогнула, метнув на экран испуганный взгляд, – к моему удивлению, звонил Пашка. Ах да, мы же с ним вроде договаривались о следующей встрече. И даже в кино собирались идти. Я взяла трубку.
– Привет. – На моих губах невольно появилась улыбка, звонок водяного отвлек от не слишком радостных мыслей, что и к лучшему.
Хандрить мне не нравилось. А прогулка с Пашкой поможет не думать о плохом.
– Привет, – отозвался он. – Не отвлекаю?
– Нет, я в кафешке сижу, – отозвалась я, и улыбка сама собой стала шире.
– Сходим куда-нибудь или у тебя планы? – поинтересовался Пашка.
– Сходим, конечно, мы же договаривались. – Я не думала ни единой минуты. – Подъедешь, или мне приехать?
– Смотря что будем делать. – Голос у Пашки повеселел. – Что предпочитаешь?
– Ты кино обещал. – Я тоже развеселилась, настроение стремительно поднималось. – А потом можно и погулять, погода вроде нормальная.
– Договорились, тогда давай на Невском, около «Художественного»? – согласился Пашка.
На том и сошлись. Я даже не вспомнила, что за мной приглядывают, как мне недавно любезно сообщили. Так хотелось ненадолго отвлечься от проблем, не думать о взбесившихся чувствах и инстинктах, о том, что это может значить… И я поехала на Невский, отдыхать и пытаться выкинуть двух демонов из головы.
Как же здорово, когда не надо контролировать каждый жест, взгляд, слово и шарахаться каждый раз, как парень подойдет слишком близко к тебе! С Пашкой оказалось весело и легко, и очень естественно получилось, что под конец нашей прогулки – мы забрели аж на Каменный остров, пройдя Петроградку по Каменноостровскому, – он держал меня за руку. При этом никаких неприятных ощущений я не испытывала. Впрочем, как и замирания сердца, и трепета в груди. Просто приятно и тепло от Пашкиной ладони. Обнять не пытался, прижимать к себе тоже, проникновенно заглядывать в глаза – тем более. Нет, я видела в его взгляде иногда мелькавшее восхищение, но сдержанное, без фанатизма. Оно не мешало нам весело проводить время, делиться интересными историями. Пашка увлекался дайвингом и так вкусно рассказывал про всякие подводные чудеса, что у меня аж слюнки потекли и самой так захотелось. Еще оказалось, мы оба любим литературу, мы всласть пообсуждали и новинки, и классику. В общем, когда на Питер опустились золотисто-лиловые сумерки, я почувствовала, что адски устала, но и отдохнула отлично. Никакие тяжелые мысли не мешали, и даже о демонах вспоминала постольку-поскольку. До общаги мы дошли вместе.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я, повернувшись к Пашке – мы остановились, не доходя до моего жилища, за углом. – Было здорово, мне понравилось. Отлично отдохнула.
– Я рад. – Пашка улыбнулся. – Как-нибудь увидимся?
– Ага, – кивнула я, однако не торопилась отпускать его руку.
Вспомнилась шальная мысль, мелькнувшая вчера, после свидания с Максом: а если с другим поцелуюсь, мне так же крышу сорвет, как от демонов?.. Потому что если нет… Тогда можно начинать паниковать всерьез. Это будет значить только одно. Но сначала надо проверить… теорию.
– Паш, поцелуй меня, – быстро, пока не передумала, произнесла я.
Щеки тут же жарко вспыхнули от его удивленного взгляда, я смешалась и отвела глаза, уже пожалев о своем порыве. Господи, Танька, ну вот что напридумывала, а! Проверять, как на тебя действуют поцелуи других парней! Ну глу-у-у-упая… Только Пашка переспрашивать не стал, а просто обхватил мое лицо ладонями и наклонился, мягко прижавшись к моим губам. Честно, в последнюю секунду я чуть не отшатнулась, неожиданно пронзил острый приступ неприятия происходящего. Однако деликатное, осторожное прикосновение языка Пашки, без всяких попыток проникнуть дальше, чем я позволила, крепко стиснув зубы, немного притушило взметнувшиеся эмоции. И… ничего больше. Просто ощущение его губ на моих, приятное поглаживание, легкий привкус недавно выпитого кофе. Все. Ни мурашек, ни звездочек в глазах, как с Димкой… Или Максом… М-да. Приехали. Пашка не стал затягивать, не получив никакого отклика, отстранился и посмотрел на меня с еле уловимой грустью во взгляде, но при этом улыбаясь.
– Зачем, Тань? – мягко спросил он. – Ты же сама не хотела, чтобы между нами что-то серьезное было.
Я смутилась, покраснела и отвернулась, чувствуя себя страшно неловко. Признаваться, что ставила эксперимент, не хотелось. Стыдно…
– Извини, Паш, – выдавила я. – Просто… Ну просто надо было. Честно. Не обижайся, ладно?
Смотреть ему в глаза тоже не хотела. Его ладонь коснулась плеча, я вздрогнула, но не обернулась.
– Ладно, раз надо, так надо, – легко ответил он без капли обиды. – Мы же будем дальше общаться?
Я рискнула оглянуться на него – что имеет в виду под общением? Лично я согласна на дружбу, вдруг… ну, если удастся от демонов отвязаться, дальше что-то и получится?.. Пашка хороший на самом деле. А у меня и так не очень много друзей, с которыми можно вот так запросто погулять где-то. Улыбнулась с облегчением, кивнула.
– Будем, – уже гораздо веселее ответила я и помахала ему. – Ну, все, я пошла, спасибо за прогулку! Звони, если что.
– Договорились. – Он тоже кивнул.
Ну и славно, что так вышло. Я вдохнула полной грудью свежий вечерний воздух и поспешила к общаге – хотелось пожевать чего-нибудь, в последний раз с Пашкой обедали около четырех, а сейчас уже девятый час. Катьки дома не оказалось, ускакала куда-то, наверное, погулять вечерком. Может, даже с лешим. Я успела сварганить нехитрый ужин, когда неожиданно ожил телефон. Отчего-то сердце екнуло, радостно подскочив, и когда взяла трубку, не удивилась, увидев знакомый номер. Димка. Разом всколыхнулись эмоции, которые дремали весь сегодняшний день, пока я отдыхала с Пашкой, стало жарко. Вспомнилось, как реагировала на поцелуи с демоном и как – с водяным… Ой, все не просто, Танька, не просто так!.. Поднесла трубку к уху и ответила:
– Слушаю.
Ну хоть голос не дрожит, слава богу. А то совсем было бы уже позорно так сдаться. Хватило и того, что оба знают, как действуют на меня их прикосновения и все остальное.
– Привет, ты чего такая мрачная? – Голос Димки звучал немного устало, но тем не менее радостно. А при следующих словах в нем прорезалось ехидство. – Скучала, Танюша?
– Нет! – нервно выпалила я, чуть не опрокинув сковородку с котлетами.
Скучала вообще-то. На самом деле. Но Жаркову об этом знать совсем не обязательно!
– Ладно, ладно, сделаю вид, что поверил, – еще ехиднее отозвался Жарков, но так необидно, мягко у него это получилось, что щекам стало тепло от проступившей краски. – Танечка, сколько тебе надо времени, чтобы собраться? – уже серьезно спросил он.
– К-куда? – Я растерялась, чуть не сев мимо стула.
Хорошо, сковороду уже поставила на подставку.
– Сегодня поедем, я освободился пораньше, – любезно известил демон, пока я хватала ртом воздух.
Н-нет… Две ночи с ним под одной крышей?! А-а-а-а… Хочу!.. Нет, не хочу! Нельзя мне!.. Мысли заметались испуганными стрекозами, я лихорадочно искала достойный предлог, чтобы отказаться и перенести поездку на завтра, но, как назло, мозг не выдавал никаких приличных идей. Приедет ведь за мной и будет под окнами стоять, нервируя и меня, и остальных… некоторых.
– Как, сегодня?.. – только и пробормотала, машинально расковыривая котлету и чувствуя, как аппетит совсем пропал.
К горлу подкатил комок, и от волнения вид еды вызвал легкую тошноту.
– Танюша-а-а-а-а-а, – протянул Димка. – Мы договаривались, помнишь, да? Просто мои планы немного изменились, чему я несказанно рад. Часа тебе хватит? Поедем ко мне на дачу, много не бери. Там озеро, так что купальник и полотенце обязательно захвати. Хотя… Можешь и не брать… – вроде как в задумчивости мурлыкнул наглый Жарков, и я не удержалась, возмущенно фыркнула в трубку.
– Разбежался, ага! – И на чистом автомате сунула в рот кусок котлеты, начав жевать. – Хватит часа, – уже спокойнее буркнула, поняв, что не получится отложить поездку до завтра.
Ладно. Вот озвучу Катькино предложение и посмотрю, что запоет Димка. И как себя поведет. Может, все пройдет не так уж плохо, как мне кажется.
– Отлично, тогда к десяти жди. Соскучился по твоим поцелуям, маленькая, – чуть тише добавил Жарков таким проникновенным, нежным голосом, что внутри все сладко затрепетало.
Я поспешно нажала отбой, пусть это и выглядело немного грубо прерывать разговор на полуслове. Но я не хотела встречать его заведенной, как часовая пружина! Наоборот, если буду хранить вселенское спокойствие, как сфинкс, то… может, озадачу Димку настолько, что он не станет сразу приставать с поцелуями?.. Пока собирала вещи – ну там джинсы на вечер, шорты, если днем гулять, пару футболок, естественно, купальник и полотенце, – потихоньку успокаивалась. И еще взяла джинсовую рубашку – вдруг прохладно будет. Давать лишний повод Жаркову обнять меня под предлогом согревания – будет жирно. Обойдется. Сложив все в городской рюкзак, доела ужин – волнение улеглось, притушенное сборами, и я смогла впихнуть в себя еду. Наверняка Димка предложит поужинать, но ведь нам еще ехать, пусть и не очень далеко, да и не думаю, что меня будут баловать какими-то кулинарными изысками. В общем, посмотрим. Добро жалко выкидывать, а за два дня в холодильнике котлеты станут невкусными.
Димка приехал даже чуть раньше, и хорошо: мне стоило больших трудов сидеть за компом и не коситься постоянно на часы. Получив от Жаркова краткую эсэмэс, что он ждет внизу, я подавила нервную дрожь, взяла рюкзак и вышла. Ну, надеюсь, выходные пройдут хорошо. Все же за городом, на природе, которую я действительно любила, пусть и в не очень приятной компании. Точнее, конечно, приятной, Танька, кого обманываешь, но… тревожной очень. Вот как-то так. Пока шла до первого этажа, слава богу, никого из нежелательных знакомых не встретила. Народ в пятницу вечером отправлялся развлекаться после трудовой недели, и на меня никто не обращал особого внимания. Даже несмотря на регулярное появление в компании демонов. Народ посудачил, да и забыл, других свежих новостей полно.
Я вышла, не дав себе малодушно придумать предлог, чтобы задержаться в холле, и сразу увидела тачку Жаркова, только с поднятым верхом. Ну да, уже вечер, прохладно, простыть совсем не улыбалось. Что интересно, около машины никто не ждал. Хм. Очередной сюрприз?.. Я выдохнула и твердым шагом направилась к авто. Спокойно, Таня, мы не волнуемся, не волнуемся, я сказала! И лицо попроще, физиономию невозмутимее. Едва подошла, дверь открылась, и на меня снизу вверх посмотрел Димка, с радостной улыбкой и блестящими глазами. Ой… Я чуть не растеряла все спокойствие, ответная радость мягко всколыхнулась, окатив теплом от шеи до кончиков пальцев на ногах.
– Привет, – негромко поздоровался он и подвинулся. – Садись.
Села, вдохнула знакомый аромат, но ответить ничего не успела. Димка наклонился, положив одну руку на спинку кресла, другой ухватил меня за подбородок и закрыл рот поцелуем. Долгим, сладким, нежным. Мои пальцы сами потянулись запутаться в медных прядях, притянуть ближе, тело прогнулось, утопая в мягкой неге и не желая выныривать из нее. Я снова поплыла, позабыв обо всех своих решениях, принятых во время разговора с Катькой. Подумаю о них потом… Неизвестно, чем бы все закончилось и как долго продолжалось это опасно притягательное сумасшествие, но неожиданно раздался еще один голос, знакомый, который я никак не ожидала услышать у Димки в машине!
– Кхм, прошу прощения, но мне завидно. Жарков, мы в неравных условиях, между прочим, а еще друг, называется!
Почему-то это было сказано весело, пусть и с едва уловимыми нотками раздражения. На меня словно кастрюлю ледяной воды опрокинули. Я отпрянула, моментально оттолкнув Жаркова и уставившись на него возмущенным и одновременно растерянным взглядом.
– Что за фигня?!
Мы же вдвоем ехать должны, что за подстава?!
– Ш-ш-ш-ш. – Димка тихо рассмеялся и прижал к моим губам палец. – Танюш, не кричи, все нормально. Просто мы с Максом на одном мероприятии вместе были и ушли с него тоже вместе. А по пути подумали, если ты с обоими встречаешься, почему бы ему не поехать с нами? – Жарков поднял брови и вопросительно посмотрел на меня.
И взгляд при этом честный-честный, такой прямо открытый и невинный… Да коне-э-эчно, поверила я, ага!
– Вы чем подумали, задницей, да?! – продолжала я возмущаться. – Встречаюсь, может, и с вами обоими. – При этих словах щеки вспыхнули, изнутри плеснуло горячим смущение, но я договорила, за возмущением пряча растерянность и… радость?.. Танька, ты с ума сошла. – Но по отдельности!!
– Тань, Тань, ну тише. – Димка обнял, несмотря на мое сопротивление, крепко прижал к себе. – Чего ты всполошилась? Просто классно проведем время на озере. Поскольку договаривались мы с тобой, а Макс к нам в довесок, – в его голосе проскользнули веселые нотки, – значит, будет изображать друга.
– Да сейчас, хитрый какой! – немедленно отозвался Казанцев. – Не буду я тихо стоять в сторонке и умиляться, глядя на вас!
У меня слегка закружилась голова от абсурдности происходящего, захотелось истерически рассмеяться. Жарков, видимо, каким-то образом почувствовал мое настроение, мягко отстранился, но взял мои запястья. Потом ухватил за подбородок снова, заставив смотреть себе в глаза.
– Танюш, давай доедем до дачи и там все обсудим, хорошо? – негромко произнес он, серьезно и без улыбки. – Не надо пугаться раньше времени. Плохого тебе точно не сделаем.
Я молча отвернулась, забившись в угол, обхватив себя руками и уставившись в окно. В груди тревожно екало, и в то же время так и тянуло оглянуться на Макса, поймать его взгляд, увидеть улыбку. Хотя вроде всего-то позавчера виделись. Напряжение не отпускало, я чувствовала себя взведенной пружиной – тронь, распрямлюсь и кого-нибудь щелкну по носу, больно очень. А может, и двоих сразу… Что они придумали, черт возьми? Зачем Макс с нами поехал?! Не понимаю их, совсем. А где же соперничество? Где, в конце концов, ревность, что другой обжимается с… с его девушкой? Значит, все-таки красивые слова? Мои губы скривила горькая улыбка: конечно, если расчет только на одну-две ночи, зачем спорить и ругаться? Бросить жребий, кто первый, и делов-то. А друг потом просто… ну, просто повеселится, если будет желание. Прикрыла глаза, глубоко вздохнула. Ладно. Ладно, мальчики, раз вы вот так решили, я тоже просто так не сдамся. Больше ваши приемчики не пройдут, не подпущу к себе ни одного, ни второго. Какие бы планы вы ни строили на эти выходные.
Ехали мы молча, я даже задремала немного. Никто не пытался меня растормошить, расспрашивать, развеселить. Тишина, сначала немного напряженная, превратилась в уютную – Димка включил тихонько радио, оно мурлыкало на границе сознания, убаюкивая и расслабляя. На наше счастье, в пробки мы не попали, или Димка знал дороги, где их нет, или нам просто повезло. Дрема совершенно незаметно для меня перешла в крепкий сон, а разбудило осторожное прикосновение губ к кончику носа.
– Таню-у-у-уш, приехали, – раздался тихий голос Жаркова над ухом.
Я встрепенулась, сонно проморгалась и посмотрела в окно: мы стояли в большом дворе, напротив трехэтажного дома с открытой верандой на втором этаже. Сердце на мгновение сжалось, а потом забилось снова, в чуть ускоренном темпе: что ж, теперь мне никуда не деться от двух демонов, по крайней мере, до конца выходных. Обреченно вздохнув, я выпрямилась, подождала, пока Макс откроет дверь, и вышла. Удачи мне в укрощении слишком резвых поклонников.

Димке катастрофически не хотелось ехать на этот благотворительный вечер, но внизу уже ждал лимузин отца, где еще находилась Лариса со своим родителем. А у Жаркова-младшего все мысли были о Тане, о предстоящих выходных. Он все приготовил: привез продукты, проверил, все ли работает, и вообще, по-хорошему, забрал бы маленькую суккубу сегодня и увез на дачу. Но кроме того, что отец хотел его присутствия на этом вечере, еще предстояло получить ответ от Таниного отца по сделке. Димка был уверен, что тот согласится. Не хотелось бы прибегать к шантажу, грязные игры он не любил и использовал их в самых крайних случаях. Ну и предстоял разговор с Максом по поводу Тани. Пожалуй, самое важное сегодня. Надо решить, как быть дальше. Жарков-младший поправил воротник, застегнул запонки на рукавах, прикрепил булавку к галстуку и вышел.
Внутри лимузина царила прохлада – работал кондиционер. Его отец и отец Ларисы – в костюмах, и Димка получил от бати недовольный взгляд. Он-то свой пиджак оставил дома, не желая потеть в неудобной одежде. Лариса – ну, ожидаемо, идеально уложенные светлые локоны, едва заметный макияж, только подчеркивавший естественную красоту суккубы. Платье из золотистой парчи, короткое, чуть ниже кружева чулок, которое виднелось из-под подола, пока она сидела. Судя по фасону, спина открытая, и под платьем, дай бог, только трусики. А то и вообще Ларочка решила обойтись без нижнего белья. Тонкий флер духов, призывный взгляд и улыбка, едва Димка сел напротив.
– Всем добрый вечер, – поздоровался молодой демон, скользнув равнодушным взглядом по Ларисе. – Хорошо выглядишь, – отвесил он дежурный комплимент и достал смартфон, углубившись в интернет.
Созерцать суккубу не хотелось. Все равно все мысли были о Тане. Димка тихо наслаждался, вспоминая минуты, проведенные со своей неправильной феей. Своей. Да, сладко звучало, он смаковал эту мысль и картинки, с удовольствием думая о том, что Танюша точно никуда от него не денется. Истинная пара все-таки. Теперь Димка был в этом уверен, еще и еще раз прокручивая в голове симптомы и полученные сведения. Все сходилось. И его такой поворот радовал все больше. Оказывается, найти свою половинку и понимать, что отныне до конца жизни привязан к одной девушке, так же, как и она к нему, очень приятно. Пусть это стало неожиданностью. Теперь надо озвучить Максу, если он еще сам не понял. Дима усмехнулся и тихонько покачал головой, прикрыв глаза и откинувшись на спинку. Надо же, как вышло. Для каждого из них Танюша – истинная пара. А для нее они оба половинки.
– Дмитрий, что по сделке? Как переговоры с Игнатом? – спросил отец, хотя и так знал: именно на этом вечере банкир должен дать окончательный ответ.
Но, если ему так хочется, Димка повторит еще раз.
– Сегодня узнаем, – отозвался он, не открывая глаз.
– Хорошо. – Отец ненадолго замолчал, потом снова заговорил: – Я хочу на следующие выходные коттедж снять, отдохнуть немного и отпраздновать удачное завершение дела. Когда у тебя диплом?
Димка приоткрыл глаза и глянул на родителя: тот явно не отступился от своей идеи свести с ним Ларису. Иначе к чему все эти приготовления, можно было бы просто в ресторане посидеть, чисто символически. А у Тани, кстати, через неделю сессия как раз заканчивается, и скорее всего, в следующие выходные или сразу после них вся компания будет праздновать.
Улыбка Жаркова-младшего стала шире. Он надеялся после ближайшего свидания его неправильная феечка уже не захочет оставаться со своей компанией. Ну или совсем ненадолго. Правда, Макс тоже, весьма возможно, пожелает насладиться вниманием Танюши…
– Дмитрий? – с едва заметными нотками раздражения напомнил о своем вопросе отец, и молодой демон вынырнул из сладких размышлений.
– У меня свои планы на следующие выходные, – невозмутимо ответил он, краем глаза заметив, как на лице Ларисы на доли секунды мелькнуло недовольство, а брови чуть-чуть нахмурились. – Отмечайте без меня.
А вот отец не стал скрывать своего отношения к ответу Димки.
– Это крайне невежливо с твоей стороны, – холодно обронил он.
– Правда? – лениво отозвался Жарков-младший, не думая уступать. – Почему? Я не обязан во всем тебя слушаться, папа, я давно совершеннолетний.
Николай хотел что-то сказать, но тут вмешалась Лариса.
– Давайте не будем ссориться, – с очаровательной улыбкой мурлыкнула она, наклонившись вперед и положив ладонь Димке на колено. – Дим, ты подумай, вдруг твои планы изменятся. – В синих глазах появился особый блеск, улыбка стала лукавой.
Жарков молча перевел взгляд на Ларису и смотрел до тех пор, пока она не выпрямилась и не убрала руку. Стойкая, ты смотри, остальные почти сразу понимали, наткнувшись на такой его взгляд, а она минуты две соображала.
– Посмотрим, – ровно ответил Димка, снова прикрыв глаза.
Остаток пути до роскошного ресторана, где праздновался вечер, они проделали молча. Лара после того, как молодой демон помог ей выбраться из лимузина, тут же попыталась пристроиться рядом и уцепиться за локоть, но Димка вовремя сделал шаг в сторону и достал телефон – у него еще одно важное дело не завершено. Он набрал номер инкуба.
– Добрый вечер, это Дмитрий Жарков, – поздоровался парень. – Вы уже подъехали?
– Через десять минут буду. – Судя по голосу, Игнат пребывал в благодушном настроении. – Я наберу вас, молодой человек.
– Спасибо, буду ждать. – Димка улыбнулся, прошел за отцом и компаньонами в ресторан и набрал другой номер. – Макс? Ты уже тут?
– Да, подожди на террасе, – отозвался друг.
Димка надеялся, десяти минут до приезда Игната им хватит, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию с Таней. Собственно, тут особо обсуждать нечего. Макс вряд ли откажется, как Жарков уже размышлял, он – тоже. Ведь, кроме истинной половинки, больше никто не нужен, и уже сейчас, в самом начале их отношений, ни к какой женщине больше не тянет. Они только раздражают своей настойчивостью, как та же Лариса. Кстати, о ней. Что-то Димке не понравилось, как она упомянула, что его планы на следующие выходные могут поменяться. Задумала гадость? Только против кого: против него или Тани? От последней мысли Жаркова моментально охватила злость, вспыхнула, как порох от спички, он даже мимолетно удивился. Никто  не смеет причинять вред Танюше, и уж тем более эта… Пальцы Димки сжались в кулак, он поймал пару косых взглядов и понял, что чуть не потерял контроль над собой.
Ого, вот его накрыло! Он сделал несколько глубоких вдохов, поздоровался с вежливой улыбкой с парой знакомых, подошел к столу и налил себе коньяка. Поможет прийти в себя, а то слишком уж нервно реагирует даже на теоретическую угрозу Таниному благополучию. Теперь понятно, почему. Демоны своих половинок тщательно прячут, например, отец маму никуда с собой не берет. Димка тихо улыбнулся, выйдя на террасу, и сделал маленький глоток крепкого напитка. Таня, похоже, сама чужда светских развлечений, она же совсем девчонка еще. С друзьями отпускать куда-то свою девочку он согласен, сверстников она при случае и сама окоротить сможет. А вот выставлять на обозрение светской тусовки… Нет уж.
– Ну, как настроение? – раздался веселый голос Макса, и он сам появился на веранде.
– Отличное. – Димка улыбнулся шире и повернулся к другу. – Ну, ты понял, Казанова, как влип, а? – Улыбка превратилась в ухмылку, Жарков подмигнул. – Догадался, кто Таня?
– Ну да. – Макс тоже усмехнулся и остановился рядом, у перил. – Собственно, я не слишком расстроен таким поворотом дел. – Казанцев покосился на Димку. – Только вот такой момент. Ты готов… делить Танюшу? – Он стал серьезным.
– А ты готов отказаться от нее? – тоже серьезно спросил Димка, посмотрев прямо в глаза другу. – Я – нет, сразу предупреждаю, и давно тебе об этом говорил. И она выбрать не сможет, отвечаю. Если уж сейчас ее тянет к нам обоим. – Он хмыкнул.
– Ой, а ты уверен, что она с радостью примет вариант, что мы оба – ее истинные? – Макс покачал головой. – Если сейчас шарахается от нас по отдельности!
– Значит, нужно потихоньку приучать к этому. – Димка нахмурился. – Только ни в коем случае не признаваться, что мы в курсе ее маленькой тайны. Тогда точно решит, будто для нас она всего лишь пикантное развлечение.
– А то сейчас так не думает, – проворчал Макс и вздохнул. – Начало знакомства вышло не слишком романтичным. Блин, она же уверена, что все наши усилия только ради того, чтобы лишить ее девственности! – В его голосе прорезалось раздражение. – Чертова демонская природа, а! Кажется, впервые жалею, что я такой.
– Вот и будем исправляться. – Димка пожал плечами. – Не так это и сложно. Таня уже почти поверила в серьезность наших намерений, осталось только аккуратно подвести ее к тому, что выбирать не нужно.
Они помолчали, потом Макс осторожно спросил:
– Дим… А ты действительно готов принять такой расклад? Ну, что твоя женщина будет не только твоей, но и… моей тоже?
Жарков ответил не сразу. Отпил еще глоток, подумал и спустя несколько минут ответил:
– С тобой я смириться готов. – Он говорил медленно, подбирая слова. – Я не в восторге, конечно, но как уже говорил раньше, устраивать с тобой разборки по поводу Тани желания тоже нет. – Димка посмотрел на друга. – Я не знаю, как буду себя чувствовать, если увижу, что ты с ней обнимаешься или целуешься. – Он вдруг усмехнулся, блеснув глазами. – Может, меня это будет жутко раздражать первое время. Может, нет. Но такая мысль слишком сильной неприязни не вызывает.
Ухмылка Макса стала шальной, он склонил голову к плечу, не сводя с собеседника взгляда.
– А проверим, Димон? В конце концов, нам вместе жить, и надо понять, нужна ли будет отдельная спальня для каждого или хватит одной на всех. – В последних словах промелькнуло ехидство.
Жарков негромко рассмеялся и допил остатки коньяка.
– Если спросишь Таню напрямую, получишь по физиономии, – добродушно отозвался он. – Поэтому поступим иначе. Поедешь сегодня с нами, а ей ничего не скажем.
– Обидится и возмущаться будет, – покачал головой Макс.
– Ну а что поделать, зато отказаться не сможет, – весело ответил Димка. – Повозмущается и успокоится. Мы же не собираемся хватать ее в охапку и вот прямо завтра тащить в кровать. – Жарков выразительно посмотрел на Максима.
Тот хмыкнул, не опустив взгляда.
– Я на дурака похож? – Он изогнул бровь. – Танюшка мне чуть истерику не закатила, когда я немного дальше поцелуев зашел. Думаешь, я не усвоил урок?
Димка загасил нездоровое любопытство насчет того, как далеко зашел Макс на свидании, что Таня напугалась. Потом как-нибудь.
– Тогда решили, едем все вместе. Там действуем по обстановке, – подвел Димка итог беседе. – Ладно, Макс, мне с ее отцом еще поговорить надо. Ты как, у меня останешься сегодня? Если завтра вместе едем? – спросил он Казанцева.
– Логично, – кивнул Макс. – Давай. К тебе на дачу?
– Да, – снова кивнул Жарков и направился к выходу с террасы.
Разговор с Игнатом прошел удачно – банкир все-таки согласился на сотрудничество. Правда, жестко оговорил, что дела вести будет только с Жарковым-младшим, раз за эту сделку отвечает он. Димка возражать не стал, конечно. Ему и самому не хотелось, чтобы Николай как-то притеснял Игната ради своих интересов. Теперь ведь есть Таня, не дай бог, отец узнает о ней и мало ли что ему в голову взбредет. А Игнат вроде согласен, так что все решилось благополучно. К девяти вечера Димка рассеянно подумывал, не свалить ли уже отсюда. Долг вежливости соблюден, деловой вопрос разрешился, и в общем больше ему здесь делать нечего. Ларисы Жарков-младший успешно избегал, передвигаясь по двум залам ресторана и отслеживая ее перемещения – суккуба, сверкая улыбкой и бриллиантами в ушах и на шее, общалась со знакомыми, вроде как не обращая на Димку никакого внимания. Но тем не менее он то и дело ловил на себе острые, нетерпеливые взгляды Лары, и пару раз она как бы невзначай оказывалась в опасной близости от него. Дмитрий отыскал глазами Макса, разговаривавшего с каким-то оборотнем средних лет и представительной наружности, и направился к нему. Друг увидел, попрощался с собеседником и подошел.
– Ну?
– Есть предложение покинуть это в высшей степени пафосное сборище, – произнес Жарков. – Завтра бы пораньше выехать, хотя Танюшка будет ворчать. – На губах Димки мелькнула нежная, мечтательная улыбка.
– В машине отоспится. – Голос Макса тоже смягчился. – Предложение поддерживаю, только зайду сначала в заведение. – Казанцев кивнул на табличку с мужскими и женскими фигурками у дальней стены. – На дорожку.
– Хорошее предложение, – согласился Димка. – Пожалуй, я тоже.
Никто из них не заметил, как Лариса, увидев, куда идут демоны, медленно улыбнулась и поспешила в ту же сторону, ловко лавируя на высоких шпильках между гостями.
В мужском туалете больше никого не оказалось. Димка и Макс уже вышли помыть руки, как вдруг дверь распахнулась, явив озадаченным взглядам друзей знакомую фигурку в откровенном золотистом платье. Лариса выглядела слегка навеселе, глаза ярко блестели, и она то и дело облизывала губы. Брови Казанцева и Жаркова синхронно поползли вверх – от суккубы явственно исходили волны желания, похоже, или она намеренно отпустила свою силу, или уже просто не контролировала ее. Неужели столько выпила?..
– О, мальчики! – Язык Лары слегка заплетался, но речь тем не менее звучала внятно. – Дим, друг твой, да? А познакомишь?
Суккуба под внимательными взглядами молчаливых демонов прошла еще несколько шагов и оперлась бедром о мраморную столешнику около раковин. Макс засунул руки в карманы, окинув девицу небрежным взглядом, и лениво улыбнулся.
– А ничего, что это мужской туалет? – заметил он, порадовавшись, что на него чары суккуб не действуют.
Кроме Танюшиных, но им он поддастся с гораздо большим удовольствием.
– Вас это смущает? – мурлыкнула Лариса, приподнялась и присела на край, так, что платье задралось, открыв кружево чулка и кожу над ним. – Меня нет, например. Так мы познакомимся? – Пальчик Ларисы накрутил белокурый локон, голос стал грудным, глубоким.
Макс покосился на Димку, поймал его ответный насмешливый взгляд.
– Ты ее знаешь? – вполголоса спросил Казанцев.
– Дочь папиного делового партнера, – кивнул тот. – Крайне самонадеянная и приставучая особа.
Кофейные глаза Максима прищурились, в них мелькнул недобрый огонек.
– Не она ли с Таней разговаривала? – совсем тихо уточнил он.
Димка снова кивнул, ему уже стало интересно, что сделает Лариса. Неужели грубо пойдет напролом? Ему казалось, Лара все же поумнее будет, ведь в делах она проявила себя неплохим специалистом. За эту неделю. Димка даже поверил, что диплом она не купила, а сама заработала. Почему же сейчас суккуба ведет себя так… глупо!
– Лариса, – негромко обратился к ней Димка, – ты чего хочешь от нас, а? Я неясно выразился недавно? Как девушка ты меня не интересуешь ни в каком ракурсе. Ни на один раз, ни на что-то большее. Ни на просто постель, ни на серьезные отношения.
Суккуба, ничуть не огорченная отповедью, слезла со столешницы, улыбнулась и плавной походкой подошла к Димке. По слегка отсутствующему взгляду и суженным до точки зрачкам он понял, Ларису переполняет ее же собственная сила и она действительно в слегка неадекватном состоянии. «Полнолуние, что ли?» – с досадой подумал Жарков, поморщившись от запаха духов Ларисы. Хоть и тонкие, но раздражающие.
– Ди-и-и-и-им, – томно протянула Лара, прижавшись к нему разгоряченным телом и проведя ноготком по пуговицам. – Ну что ты такой неприступный стал. – Она мягко рассмеялась, заглянув ему в глаза. – Раньше о тебе совсем другие слухи ходили…
Шустрая ладонь Ларисы скользнула вдоль тела Жаркова и оказалась там, где ей совсем не положено. Димка перехватил запястье слишком резвой девушки и отвел руку. Так, значит, Лара решила, он себе цену набивает. Ладно, будем жестко, раз по-хорошему она не понимает.
– Макс, может, трахнем ее разок, чисто для развлекухи? – обратился он к другу небрежным голосом. – Прямо тут, раз сама пришла? – Он похабно ухмыльнулся и подмигнул Ларисе.
От его слов она слегка растерялась, не ожидая услышать такой грубый и прямой ответ на свои действия. Рот суккубы открылся, она захлопала ресницами, уставившись на него уже чуть более осмысленным взглядом, чем несколько минут назад.
– Хм, идея. – Макс тут же подхватил игру, приблизился и чувствительно шлепнул Ларису по упругой попке, потом его ладонь легла на ягодицу и сжала. – Ничего так задница, – Казанцев по-хозяйски огладил пятую точку Ларисы. – Детка, любишь сзади, мм? Я так даже очень, – наклонившись к уху оторопевшей Лары, прошептал он ну очень чувственно.
Она наконец очнулась от оцепенения, издала возмущенный возглас и оттолкнула Макса, потом бросила раздраженный взгляд на Димку.
– А без грубостей можно как-нибудь? – огрызнулась Лариса, одернув платье. – Чего сразу тут? Почему бы в гостиницу не поехать, а? – тут же включила она снова медовый голосок, поправив прическу.
– Потому что таких, как ты, Лара, хочется только в сортире по-быстренькому трахнуть и не заморачиваться с гостиницей, – пожав плечами, равнодушно ответил Димка. – Больно дорого, еще на номер тратиться. Макс, пойдем, что-то мне тут скучно стало.
– Поддерживаю, – откликнулся Макс, демонстративно обошел Ларису и взялся за ручку двери.
Они вышли из туалета, отошли на несколько шагов и рассмеялись.
– Нет, ну какова, а! – Казанцев покачал головой. – Неужели ты ей не очень доходчиво сказал, что ничего не светит?
– Сказал, только она, видимо, не привыкла к отказам. – Димка хмыкнул и вдруг предложил: – Слушай, а давай сегодня поедем? Время не очень позднее, основные пробки уже закончились, к одиннадцати будем на месте. Я еще вчера все приготовил. Пока до Танюши доберемся, она тоже соберется.
– Поддерживаю, – согласился Макс. – Прощаться будем с кем-нибудь? – усмехнулся он, глянув на друга.
– Мне лично ни с кем не хочется, – вернул усмешку Димка. – Отец не сильно расстроится, если я не помашу ему ручкой на прощанье.
Они вышли из ресторана, сели каждый в свою машину, договорившись встретиться у Димки дома, и уехали.
…Лариса, покинувшая мужской туалет сразу после демонов, зашла в нужную дверь, чтобы немного прийти в себя и успокоить гнев, клокотавший в груди горячим гейзером. Нет, ну это надо, так  с ней обращаться! Будто… будто она девка какая! Трахнуть, в сортире, по-быстренькому! Вот сволочи, оба! Злость ее была так сильна, что Лариса не сразу вспомнила увиденное в аурах демонов и, только успокоившись немного, смогла проанализировать важную информацию. Для других она, может, не столь значимая, но вот для нее… Лариса гаденько усмехнулась, опершись на столешницу, и посмотрела на свое отражение. Интересно, а папа Жарков в курсе, что его сынок свою истинную нашел? Да еще и, судя по такой же метке у его друга, одну на двоих?! Значит, вот почему Димка стал таким неприступным и почему так увивается вокруг той феечки. Правда, каким образом получилось, что фея оказалась его парой, большой вопрос. Этого в принципе быть не может. Значит… Таня не та, за кого себя выдает. Впрочем, это мелочи. Сейчас это пока не важно. А вот то, как они оба с ней, Ларисой, только что себя повели, как унизили… Хорошо без свидетелей. Унижений Лара не прощала никому. Значит, эти двое должны быть наказаны.
Синие глаза прищурились. Соблазнить, даже шантажом, не выйдет, ни одного, ни второго. Пока есть эта Таня, плевали демоны на других женщин. Ну а если странной феи не будет… Вот тогда можно развернуться. Но для начала придется вызнать, кто такая Таня Теренская. Конечно, знакомых в ФСБ у нее нет, но… есть мужчины, у которых наверняка имеются связи. Не важно, сколько это займет времени, Лариса умела ждать и тщательно продумывать планы. Суккуба несколько раз глубоко вздохнула, окончательно успокоившись, и вернулась в зал ресторана. Пока стоит найти кого-нибудь, с кем можно сбросить лишнее напряжение. А может, даже и не одного. Побродив среди гостей, Лара отметила, что демонов нигде нет – значит, уехали. И наверняка к своей зазнобе. Ладно, ей тоже нет смысла здесь задерживаться. Тем более партнера на эту ночь она уже присмотрела – Ларисе давно хотелось попробовать заняться сексом с вампиром, вот и подвернулся случай.

Макс и Димка собрались быстро – собственно, они только переоделись да Казанцев взял необходимые вещи. Отправились, конечно, на машине Димки, чтобы у Тани не возникло подозрений раньше времени. Оба немного опасались, что их девочка не согласится поехать сегодня и придется ее долго уговаривать, но Танюша спорить не стала. Поворчала, как обычно, однако согласилась.
– Блин, никогда бы не подумал, что буду дергаться из-за того, что на меня, возможно, обидится девчонка, – вздохнул Макс, усевшись на заднее сиденье Димкиной машины. – Да еще потому, что сделал по-своему. И так теперь всегда будет? – Он посмотрел на друга в зеркало. – Ну, такое… – Казанцев замялся, подыскивая слово, – нежное отношение?..
– Сам как думаешь? – тихо отозвался Димка, выруливая со стоянки. – Пока Таня не примет ситуацию, будешь терпеть все ее психозы и капризы и переживать из-за каждого своего неверного шага, – продолжил он. – Такие вот дела. Еще одна причина, по которой демоны прячут свои половинки. Никому не хочется выглядеть слабым в глазах других.
– Это не слабость. – Макс покачал головой, задумчиво глядя в окно. – Это… не знаю, это что-то другое, точно. – Он помолчал, погладив пальцами губы. – Хотя с какой стороны посмотреть опять же. Да, пусть Таня моя пара, пусть я не могу рядом с ней ни о чем и ни о ком думать, но нет желания ради нее забросить все и не отходить ни на шаг. Если буду уверен, что она – моя, что никуда не исчезнет, не уйдет, жизнь станет только лучше. – Макс откинулся на спинку и мечтательно улыбнулся. – А я уже почти в этом уверен. Да и потом, Таньке учиться надо, какая ей семейная жизнь. – Казанцев тихо рассмеялся. – Сама девчонка еще.
Димка покосился на друга и усмехнулся в ответ.
– Умный такой, – весело заметил он. – Уверен он. Ты сначала приручи Танюшу. То, что она наша пара, еще не означает, будто все стало легко и просто.
– Приручу… – протянул Макс. – И вообще, что за выражения, она не зверек! – Казанцев недовольно посмотрел на собеседника.
Жарков ничего не ответил, только улыбка стала шире. До Таниной общаги они доехали молча, а когда девушка появилась из двери, их взгляды уже не отрывались от тоненькой фигурки в рубашке и джинсах, которая шла к машине.
– А вот сейчас и проверим, как ты прореагируешь, если я на твоих глазах с Таней целоваться буду, – вполголоса произнес вдруг Димка, положив руку на спинку сиденья, и открыл дверь.
Ответить Макс не успел – Таня уже села в машину, и коварный Жарков исполнил свое обещание. Казанцев замер, боясь пошевелиться и лишним звуком спугнуть момент: с каким-то нездоровым любопытством он наблюдал за тем, как Танюша млеет в объятиях друга и отвечает на его поцелуй, как тоненькие пальчики перебирают рыжие пряди. Недовольство мешалось со странным чувством… удовольствия, что ли, видеть, как хорошо Танюше, и хотелось ей сделать еще лучше… Например, приблизиться, обнять сзади, поцеловать в шею, которая у нее такая чувствительная… Макс удивился, тряхнул головой и решил все-таки обозначить свое присутствие – на первый план все же выходило легкое раздражение от того, что Таня целовалась не с ним. Казанцев громко откашлялся и произнес:
– Кхм, прошу прощения, но мне завидно. Жарков, мы в неравных условиях, между прочим, а еще друг, называется!
И ведь Таня сидела рядом с ним! «Обратно со мной поедет», – решил Макс, но вслух не сказал. Как и предполагал, Тане очень не понравилось, что на дачу она поедет с двумя демонами, а не с одним.

Глава 14

Честно признаться, толком дачу Димки я не разглядела. Вечер, перенервничала сильно, снова есть захотелось, а еще – узнать, какую комнату мне выделили, и спрятаться в ней, подальше от приятелей. Которые решили, что я почему-то обрадуюсь тому, что их двое. Раз с двумя встречаюсь, то и нечего свидания разделять, что ли?! Внутри опять заворочалось возмущение пополам со страхом: а ну как… решат, что не нужна мне отдельная комната?.. А-а-а-а-а-а, мама!! Как оказалась в просторной гостиной на первом этаже, с настоящим камином, не помню, честно. Из ступора вывел только голос Димки:
– Тань, голодная?
– А?.. – Я подняла на него растерянный взгляд и прислушалась к себе. Организм сказал, что перед сном употребил бы что-то не слишком тяжелое. – Н-не очень…
– Чай будешь? – отозвался Макс из кухни, уже чем-то там шумя.
– Б-буду, – пробормотала я, вцепившись в рюкзак и отстраненно наблюдая за тем, как Димка разводит огонь в камине.
– Тебе какой? Тут разный есть, – не отставал Макс.
Да черт возьми, какой угодно!.. Дай в себя прийти, а! Какой нальешь, такой и буду!
– Какой-нибудь, – ответила я, крепче сжав рюкзак.
– К чаю сладкое или что посущественнее?
Вот репей!
– Сделай горячие бутерброды, – обернулся Димка, не дав мне ответить. – Нарезка в холодильнике.
Уф. Я обвела взглядом гостиную. Уютная. Цветы в подставках и на окнах, камин отделан настоящим грубым камнем, обои на стенах приятного кофейного цвета. На полу – ламинат и сверху ковер с длинным ворсом. Перед камином диван, полукруглый, широкий, рядом столик с мозаичной столешницей, необычный и красивый. В углу – причудливая деревянная скульптура, на стене плоская плазма, дверей нет, и весь первый этаж по сути вместе с кухней одно большое пространство. На второй этаж вела винтовая лестница с резными перилами. Если отвлечься от того, что дача Димкина, мне тут нравилось. Нет ощущения чужого дома, как у меня иногда бывало в гостях. Точно так же я чувствовала себя у Макса, в его квартире на Петроградке. Интересно, а наверху что?..
Димка закончил с камином – дрова весело занялись, потрескивая, – подошел к дивану и сел. Да не просто рядом, а еще обнял и притянул к себе. Я тут же напряглась, горло сжал спазм, сердце пропустило пару ударов.
– Танюш, – тихо позвал Жарков, уткнувшись носом мне в шею – я сидела к нему вполоборота, боком. – Танечка, ну что ты такая хмурая?
– Не люблю, когда обманывают, – мрачно ответила я, а у самой волнение потихоньку набирало обороты – Димка прижимался слишком крепко, и еще его дыхание около уха, немного неровное, теплое, и аромат туалетной воды…
Черт. Да нет во мне уже такого возмущения, как в первые минуты. Настороженность, немножко беспокойства, смущение – мы же при Максе целовались!!! Но серьезной обиды нет. Я… рада была видеть их обоих. Как ни ужасно звучало. И внутри все радостно замирало при мысли о том, что мы проведем эти выходные. Таня-а-а-а-а-а! У меня вырвался тоскливый вздох, и я в который раз обреченно подумала, что вляпалась. Да еще эта фраза Макса тогда, в машине… Что ему завидно… Я зажмурилась, прикусив губу. С чувствами творилось что-то странное и непонятное, что пугало несказанно. Двое. Демоны. Самый опасный для меня вид нечисти. Чему я не так давно получила подтверждение на двух свиданиях.
– Почему ты не сказал про Макса? – продолжила я, пока желание поскандалить не исчезло совсем.
– А ты бы согласилась, если бы узнала заранее? – задал Димка провокационный вопрос.
Ответить было нечего. Конечно, я бы никуда не поехала, зная, что их двое будет.
– А целоваться зачем полез на его глазах? – отчаянно покраснев, буркнула я, по-прежнему напряженная как струна.
Жарков тихо рассмеялся, теплые губы коснулись изгиба шеи, заставив поежиться.
– Соскучился по тебе, – сказал Димка и добавил: – А почему тебя так волнует вопрос, что Макс видел наш поцелуй?
Дурак совсем, да?! Но, конечно, вслух я этого не сказала. Завозилась, настойчиво вывернулась из рук Димки – надо сказать, удерживать не стал, что приятно удивило, – и развернулась к нему.
– Знаешь, что, – выдохнула, снова вздохнула и решительно продолжила: – Раз такие умные оба, то в таком случае это будет просто отдых, никакой романтики, поцелуев и обнимашек, никому! – выпалила я, воспользовавшись идеей Катьки.
Конечно, снова покраснела и отвернулась, чтобы, не дай бог, Димка не прочитал чего-нибудь ненужного в моих глазах. Например, то, что собственное решение мне не кажется теперь таким уж умным. Но ни в какие ворота не лезет, простите, если я на глазах у одного буду… нежничать с другим!! Нет уж. Если сами не подумали о таком повороте, приехав вдвоем, пусть и получают. Размышлять о том, что… ну, можно и не по отдельности… с каждым… было ужасно стремно и неудобно, и я поспешно выкинула странные мысли из головы.
– О, как строго! – раздался веселый голос Макса, я оглянулась и увидела, что он подошел с широким круглым подносом, на котором стояли чашки, чайник, тарелки с едой. – А почему, Тань? Мы же все в курсе происходящего, все знаем, ты и со мной, и с Димкой встречаешься.
Я закатила глаза и фыркнула, эмоции снова скакнули, поменяв полярность. Нет, не буду ничего объяснять, если они такие толстокожие. Если… если никого из них не смущает и не раздражает, что… ну, что его девушка при нем же обжимается с другом… Черт. Я запуталась. Ведь выходит, я все же их общая девушка, пусть и хожу на свидания с каждым из них отдельно. А сейчас мы вместе!! Захотелось срочно побиться головой об стенку и придумать что-нибудь, чтобы унять сумбур в мыслях.
Макс, добавив мне переживаний, уселся с другой стороны, слишком близко, и нос щекотал вкусный аромат какао с пряностями… Отодвинуться не представлялось возможным, из-за Димки. Зажали, демоны! И… и мне это нравилось… Я совсем растерялась.
– Потому что, – ответила я, демонстрируя один из лучших образцов женской логики, и поспешно цапнула с тарелки бутерброд, занять рот и чтобы меня не спрашивали ни о чем провокационном.
– Давайте перекусим и спать. – Димка широко зевнул. – Не знаю, у кого как, а у меня день сегодня выдался сложным.
– Поддерживаю, – кивнул Макс, наливая мне чай. – А завтра с утра можно на озеро и шашлыков замариновать. К обеду будут готовы, как раз проголодаемся.
Я медленно жевала бутерброд и думала, что завтра народ у Варьки веселиться будет. А я… я тут. С двумя парнями. Которые… оба мне нравятся. И которым нравлюсь я. Кошма-а-а-ар.
– Тань, у тебя когда последний экзамен? – снова спросил Димка.
– В пятницу, – ответила, потом пожалела об этом, а потом успокоилась – все равно они и без меня смогли бы узнать.
Так что смысла отнекиваться и играть в партизана никакого. Но на всякий случай поспешно добавила:
– У меня уже планы на окончание сессии, и я говорила об этом. Вопрос не обсуждается.
Мы собирались в пятницу вечером в клуб пойти, а потом на выхи к Варьке на дачу. А потом… Потом я уеду с папой отдыхать, на целых два месяца!!! Ну, точнее, это я буду два месяца отдыхать. Папа, конечно, так долго от дел не может отрываться. Ну а мне не впервой одной где-то остаться. Главное, он будет приезжать ко мне. На пару дней, на недельку – все равно будем видеться. Удивительно, но от демонов возражений не последовало.
– Хорошо, как скажешь, – кротко отозвался Макс. – Уезжаешь сразу?
– Да! – отрезала я и отпила чай.
Нет, сегодня желания общаться у меня никакого. Слишком… неожиданно все. Поздний ужин закончили в молчании, немного напряженном и не слишком уютном.
– Ладно, завтра поговорим, – заявил Жарков и встал, протянув мне руку. – Пойдем, покажу твою комнату.
Все-таки отдельная будет. От сердца немного отлегло, на душе потеплело. Димка, конечно, вредный и наглый, но не до такой степени, как я опасалась. Хотя, может, это он на ходу перестроился, а изначально – кто знает, как бы он себя вел, не будь сейчас Макса… Ладно, Тань, не надо о грустном. Перспектива разговора слегка озадачила и встревожила, но я не стала сейчас допытываться, что Жарков хочет обсудить.
Поднялась за ними на второй этаж, мне показали дверь моей комнаты, но вот спокойно уйти я не успела.
– Спокойной ночи, Тань. – Димка развернул меня к себе, легко поцеловал в кончик носа и отпустил – я только ресницами хлопнула.
Открыл дверь в соседнюю комнату, одарил задумчивой, ласковой улыбкой и удалился. Макс не торопился уходить… Я отвернулась и взялась за ручку, буркнув:
– До завтра.
А в следующий момент оказалась в крепких объятиях Макса, прижатая к той самой двери, за которой так хотелось укрыться. Горячее дыхание Казанцева обожгло шею, я нервно вздрогнула и возмутилась, правда, шепотом – не хватало еще, чтобы Димка вернулся и… и увидел это безобразие…
– Макс, пус-с-сти!.. – буквально прошипела, упершись ладонями в деревянную поверхность.
– Танюша, Танечка, ну что ты, – мягко мурлыкнул он и прошелся теплыми губами по шее.
Я тихо охнула, не сдержавшись, – тело окатила волна мурашек. Тут же всплыли воспоминания о нашем свидании, и стало жарко. Возмущение резко перешло в волнение, а мое требование, высказанное чуть раньше внизу, перед ужином, показалось глупым и ненужным.
– Я просто пожелаю тебе спокойной ночи, и все, – еще один поцелуй, там, где суматошно билась жилка, выдавая мои эмоции. – Раз ты не хочешь, чтобы тебя целовали…
А-а-а-а-а… Я не хочу? Правда, что ли?.. Глаза сами закрылись, я выгнулась, чуть откинув голову, мысли начали путаться.
– Мма-а-акс… – Голос уже тоже не слушался, в нем слишком явно прозвучали те самые томные нотки, которые меня саму смущали ничуть не меньше, чем действия демона.
– Да, хорошая моя. – Казанцев продолжал издеваться над моей шеей, а нахальная ладонь потихоньку начала подниматься вверх, слишком явно указывая конечный пункт своего путешествия. – Что, передумала насчет поцелуев? – с тихим смешком добавил он. – Если нет, тогда спокойной ночи…
Пальцы Макса легко скользнули по моей груди, задев через ткань уже напрягшийся сосок, и я окончательно перестала соображать, что вытворяю. Издав невнятный возглас, больше похожий на мявк, развернулась… обняла за шею и потянулась к его губам, шалея от всплеска эмоций, окативших горячими брызгами. Танька, Танька, ну что ты делаешь, глупая… Ладони Макса спустились ниже талии, замерли на моей попке, чуть сжали, и он приподнял меня, буквально вдавив в дверь. Я же самым бесстыдным образом прильнула к нему всем телом, отчетливо ощущая бедрами твердую выпуклость. Вряд ли Казанцев носит в кармане пистолет, так что сомнений, что это такое, не осталось. Однако вместо смущения я получила очередной всплеск обжигающего удовольствия, поцелуй затянулся, став страстным, жгучим. Мне не хватало дыхания, мысли растворились, и остались только ощущения. Макс, черт возьми, да что ж ты со мной делаешь, а… На пару со своим приятелем… Почувствовав, как ладонь Казанцева медленно спускается по моему бедру, потихоньку поднимая ногу, да еще и вспомнив, что Димка тут рядышком и в любую минуту может выглянуть, я неохотно усмирила проснувшиеся инстинкты. Опомнившееся сознание завопило сиреной, я со всхлипом отдернула голову, тяжело дыша, как после стометровки. Макс уткнулся мне в шею, я чувствовала, как его сердце бьется неровно, тяжело. Ох…
– Танька, я с ума по тебе схожу, веришь, нет? – прошептал вдруг он, но что-то я не расслышала ни капли огорчения в его голосе. – Так тяжело сдерживаться, когда ты рядом, когда отвечаешь на мои поцелуи… Танюшка…
Еще одна минута, и я поверю. Невзирая ни на что, ни на какие запреты, ни на какие страхи. Казанцев, ты страшный человек, то есть демон. И что же у меня так крышу рвет, и от тебя, и от Димки?!
– Пусти, – тихо повторила я, обмякнув в его руках.
Ноги не держали, мне срочно требовалось уединиться и хоть как-то успокоиться. Макс вздохнул, молча разжал руки, одарил напоследок внимательным взглядом и скрылся в комнате. С дрожащими коленками буквально вползла в спальню, кое-как переоделась и отправилась в ванную. Не хочу, не буду думать о только что случившемся. Их двое, я одна. Втроем… Непривычно. Страшно. Немного стремно. И вместе с тем ой как привлекательно… Танька, капец тебе. Есть подозрения, что следующую ночь ты будешь спать уже не здесь. Шарахнулась от крамольной мысли, быстро умылась и вернулась в спальню. Навалилась усталость – я же еще с Пашкой полдня гуляла. Заползла под одеяло, вкусно пахнувшее свежестью и фиалками, свернулась калачиком и подумала, что не усну еще полночи, однако вырубилась буквально через несколько минут. Да уж, хапнула эмоций через край.
Утро встретило щекочущим лучиком солнца на щеке, отсутствием сумбура в душе и радостью, что я за городом. Открыла глаза, перевернулась на спину и некоторое время созерцала потолок, улыбаясь непонятно чему. Ну не умела я долго хандрить, что поделать. То, что вчера казалось катастрофой вселенского масштаба, теперь таковой не виделось. Справлюсь. Уж не знаю, как там у них раньше было, но приставать ко мне ни одному, ни второму не позволю. Фиг им. Как бы ни хотелось обратного…
– Танька, подъем, – вполголоса сказала себе и села, бодрая и готовая к отдыху.
Да и есть уже хотелось. Я глянула за окно – солнце вовсю, ветра нет, день обещает быть теплым. Отлично! Что надеть? Умылась и залезла в рюкзак, размышления мои длились недолго. Кто-то на озеро предлагал после завтрака? Значит, купальник и шорты. На фиг джинсы. При мысли о том, что демоны увидят меня в весьма фривольном облачении, щекам стало горячо, но я упрямо сжала губы и переоделась. Что ж теперь, в парандже ходить, что ли? Жариться в джинсах и рубашке с длинным рукавом, не позагорать? Да к черту. Пусть… пусть смотрят и облизываются, все равно ничего им не светит, в ближайшее время точно. Подбадривая себя воинственными мыслями, я застегнула потертые джинсовые шорты, поправила лямку купальника, посмотрела в зеркало… Надела рубашку, завязав узлом на животе и закатав рукава. Так лучше. Хватит им моих голых ног. Собрав волосы в хвост, подавила нервную дрожь, справилась с внезапно вспыхнувшим волнением и решительно открыла дверь.
Уже на лестнице меня настиг вкусный запах жареного хлеба и бекона и негромкие голоса. Рот тут же наполнился слюной, я почти сбежала вниз, чуть не захлебнувшись, и, узрев Жаркова и Казанцева у кухонного стола, замерла, хлопая глазами. Все ничего, конечно, но их вид… На обоих только шорты чуть ниже колен. У Макса неровно обрезанные, судя по всему, из старых джинсов, с обтрепанными краями, у Димки – обычные, темно-зеленые. Мой зачарованный взгляд медленно пропутешествовал вдоль спины сначала Жаркова, потом Казанцева, изучил рельеф мышц, замер на пояснице последнего. Шорты на Максе сидели низко, позволяя оценить ямочки, и я вдруг жутко смутилась, поняв, что очень хочется прикоснуться к ним и вообще пощупать и одного, и второго. Изучить татушку Казанцева поближе наконец. Они что, специально?! Искусители чертовы!! Щеголяют тут, смущают меня своими телесами, как не стыдно!
Я с некоторым трудом отвела взгляд, зачем-то поправила рубашку и громко кашлянула, привлекая к себе внимание.
– Всем привет! – получилось несколько наигранно, потому что при этом я смотрела в пол и боролась с желанием обнять себя руками и спрятаться за спинку дивана.
Собственные ноги смущали не меньше, чем голые спины демонов. Но стиснула зубы и подавила малодушный порыв. Татьяна, резко взяла себя в руки! Ничего страшного в твоем виде нет, а если кому-то взбредет в голову дурная мысль, что дразню, этот кто-то огребет по первое число! Крапива цветочками покажется…
– Привет, – почти хором ответили Жарков с Казанцевым. Продолжил Димка: – Что на завтрак будешь: омлет, гренки, яйцо вареное?
Обалдеть, блин, как в ресторане или гостинице. Неопределенно повела плечами, упорно не глядя в сторону кухни, подошла к дивану и плюхнулась на него. Положила руку на спинку и только тогда обернулась. Теперь меня не видят целиком!
– Гренки и чай, – уже более-менее нормальным голосом ответила я.
Правда, столкнувшись с взглядом Димки, в котором горел огонек восхищения, и заметив его улыбку, поспешно отвернулась. Вот не надо мне этого трепыхания сердца, не надо. Хорошо, на Жаркове фартук, прикрывавший тело спереди, а то бы точно слюну пустила. И вообще умерла бы от смущения. И Макс очень удачно занят, не смотрел на меня. Вспыхнули картинки нашего вчерашнего страстного прощания, и, несмотря на легкую одежду, стало жарко. В груди заворочалось беспокойство и некоторая неловкость – опять о двоих думаю! Не, ладно, думать можно. Что-то больше – не фига.
– Держи, – подошел Димка с подносом.
Я покосилась на него и чуть не захихикала. Больно уж забавное зрелище – рыжий в фартуке на голое тело. Кхм, почти голое, будем честными.
– Спасибо. – Я кивнула и потянулась за чашкой и гренком, но не успела взять ни то, ни другое.
Жарков бесцеремонно плюхнулся рядом, сграбастал меня и притянул к себе. Я только возмущенно пискнула, сердце испуганно метнулось к горлу, а взгляд – к стоявшему спиной к нам Максу.
– Пус-сти!.. – прошипела, донельзя взволнованная.
Кажется, за эти выходные это слово станет моим любимым.
– Танюш, не бузи, – с тихим смехом ответил наглый Жарков, легко убрал мои упершиеся ему в грудь ладони и наклонился еще ниже, прижав меня к спинке дивана. – Макс не видит, если тебя это волнует, – своим низким, безумно чувственным голосом добавил он.
Все, что успела, это набрать в грудь воздуха для отповеди. Дальше… Димка накрыл губами мой рот, и все возражения так и остались невысказанными. И уже стало все равно, увидит, не увидит Макс… Боже, с каждым разом я все острее реагирую на поцелуи и прикосновения, причем обоих. Все сложнее сопротивляться и помнить о том, что нельзя поддаваться! И то, что демонам нужна всего лишь моя девственность, отошло на второй план, потерялось в том ворохе ощущений, в котором я барахталась с момента свиданий, с одним и вторым. Где мне озвучили, что намерения обоих заходят чуть дальше, чем просто переспать и забыть. Губы горели от поцелуя, томительно-нежного, сладкого, бесконечного. Я не заметила, как мои пальцы зарылись в золотисто-рыжее великолепие, и с упоением перебирают мягкие пряди. Не заметила, что почти лежу, а Жарков – на мне, что прижимаюсь к нему всем телом, не желая прерывать восхитительный момент. И даже то, что ладонь Жаркова медленно провела вдоль тела, спустилась на бедро и дальше, ниже, обожгла прикосновением кожу, не смутило. Нога сама согнулась, а мои руки скользнули по спине Димки, пальчики с восторгом водили по мышцам, удовлетворяя наконец желание потрогать.
Не знаю, сколько бы все это длилось, до какой опасной черты бы мы дошли, но отвлекло появление Макса. Краем глаза заметила, как он уселся рядом, положив руки на спинку дивана – одна оказалась слишком близко к моим плечам, – и нагло уставился на нас! С таким нездоровым интересом… Разом проснулись стыд и смущение, я возмущенно пискнула и уперлась ладонями в плечи Димки, попытавшись оттолкнуть. Да, конечно, разбежалась, Танька. Жарков всего лишь отстранился, с тихим смехом обнял, развернул и прижал к себе спиной. Мои барахтанья в его руках не привели ни к какому результату, только рубашка распахнулась, явив нахальным зенкам Казанцева мой купальник. Блин… Ну это же его друг, черт возьми, и… и я тоже Максу нравлюсь. Ну что за фигня! Как так можно! Я вцепилась в руки Жаркова, отведя взгляд и чувствуя, как щеки пылают факелами. Макс же задумчиво прищурился, потом… придвинулся ближе, и мое беспокойство возросло, грозя перерасти в панику.
– Слушай, а ведь не слишком сильно раздражает, – произнес он странную фразу и осторожно убрал упавшую мне на лицо прядь. – Удивительно даже.
Так, не знаю, что за игры тут затеяли, но я хочу завтракать! Дернулась сильнее, молча выражая протест и желая оказаться как можно дальше от них обоих, да только бегать по комнате в поисках места, где можно спокойно поесть, бесполезно. Кроме дивана, в гостиной сесть было не на что. А-а-а-а!.. Придется между ними. У меня же кусок в горле застрянет! Димка, к моему облегчению, все же отпустил, и я вернулась к завтраку.
– Дим, ты шашлыки маринуешь? – как ни в чем не бывало спросил Макс, пока я жевала гренок с сыром, размышляя над его непонятными словами.
То есть выходка Димки была… проверкой? Чего?! Я чего-то не знаю?
– Да, мясо уже нарезано, его просто маринадом залить и все. – Жарков кивнул.
– Отлично, и потом на озеро. – Макс покосился на меня и улыбнулся. – Как спалось?
– Хорошо – настороженно отозвалась я и отхлебнула чая. Потом не выдержала и все же спросила: – Послушайте, что происходит? Я неясно вчера сказала?..
– Тань, – перебил меня Димка негромко, улыбка пропала с его лица. – Ты, конечно, можешь обижаться сколько угодно, но лично я держаться от тебя на расстоянии в эти выходные не буду. И вообще не буду. Не могу и не хочу. – Он пристально посмотрел мне в глаза. – Да и ты на самом деле не хочешь этого, – Жарков вдруг подмигнул и нахально ухмыльнулся. – Я же чувствую, это только твой страх говорит.
Не выдержала, отвела взгляд. Мне есть чего бояться. И Максу я чуть не сболтнула, погорячившись. Удивительно, как до сих пор до него не дошло, почему мне нельзя и что я неправильная фея. Хотя… может, и дошло, просто молчит и не говорит. Я не знаю, я уже ничего не знаю с этими демонами. Остаток завтрака прошел в молчании, но, к моему мимолетному удивлению, оно напряженным не казалось. Так, каждый пребывал в своих мыслях, но мы словно были вместе, а не по отдельности. За мной ухаживали – еще бутербродов, чая, взять ли на озеро перекусить, или до шашлыков потерплю, – и потихоньку я расслабилась, перестала гонять по кругу одни и те же мысли. Ну и не лез никто, слава богу, хотя оба сидели близко. Как закончили, Димка загрузил посуду в машину, быстро собрал легкий перекус, ибо на природе и при активных физических нагрузках аппетит просыпается будь здоров, и, когда я спустилась из своей комнаты с полотенцем, мы вышли на улицу.
Хорошо!.. Солнышко светило вовсю, и на моем лице сама собой появилась радостная улыбка. Я шла чуть позади Димки и Макса, глядя под ноги и выбросив из головы мысли о наших отношениях и моей неадекватной реакции на обоих. Потом подумаю. Пока отдыхать буду. Шли мы не очень долго, вдоль берега озера, и то и дело натыкались на шумные компании – выходные, все на дачах, естественно. Меня это несколько беспокоило, не хотелось бы с кем-нибудь делить место отдыха, еще успею на шумных пляжах с капризными детьми побывать. Но демоны и тут смогли удивить: мы пришли на симпатичную полянку с узкой полоской песчаного пляжа, где на наше счастье никого не было. Димка пояснил в ответ на мой удивленный взгляд:
– А сюда никто и не придет, Тань. Место зачаровано, другие его просто не видят. – Он улыбнулся и подмигнул. – Не хочу, чтобы нам мешали.
Ой. А вот эти слова взволновали. Я приготовилась, что придется отбиваться от обоих, но… Наш отдых на озере вышел очень милым, веселым и… таким уютным. Мы купались, дурачились в воде, брызгались, и я даже не замечала, как то и дело оказываюсь в объятиях то одного, то другого и никакой неловкости не испытываю. И маленькие нежности, случайные неслучайные прикосновения, легкие поцелуи то в шею, то в плечо, то в щеку вызывали лишь сладкое замирание в животе, и сердце трепыхалось в груди большой бабочкой, мешая нормально дышать. Мне… хорошо было, честно. Страх затаился на самом дне души, и, когда я распласталась на покрывале, пытаясь отдышаться и чувствуя приятную усталость, Димка и Макс расположились по обе стороны от меня. Я даже не стала возмущаться, что они почти прижимались. Томная нега растеклась до самых кончиков пальцев, шевелиться не хотелось, и глаза открывать тоже. Солнышко грело, птички чирикали, и в общем, все было чудесно. Даже когда спины коснулись чьи-то шаловливые пальцы, я не вздрогнула, не отстранилась. Едва ощутимые касания, складывавшиеся в замысловатые узоры, рождали колкие мурашки, хотелось ежиться и выгибаться, как кошке под ласкающей рукой. И не важно, чьи именно это пальцы, потому что… буквально через несколько минут к ним присоединились другие, и я готова была замурлыкать. Здравый смысл и страх осторожно просигнализировали, что пока все пристойно и целомудренно, и можно расслабиться. Я так и сделала.
Мне не хотелось думать ни о каких запретах и ограничениях, вообще ни о чем не хотелось думать. Мы перекусили, еще пару раз искупались и вернулись в дом, готовить шашлыки. Сидя в беседке и наблюдая, как Макс с Димкой хлопочут над мангалом, такие домашние и мирные, хоть и не похожие, но удивительно дополнявшие друг друга, поймала странное и немного пугающее чувство. Они как две половинки, оба не идеальны, конечно, со своими недостатками. Но вместе с тем я видела и достоинства, которые Казанцев и Жарков наверняка демонстрировали далеко не каждой девушке. Надежные, оба. Заботливые. Иногда чересчур, правда… Нежные… очень… Щекам стало тепло, едва вспомнила наши свидания, и невольно отвела взгляд от демонов – футболки ни один, ни второй надеть не удосужились. Да, не всегда слушают, что говорю, слишком уверены в себе, временами действуют, не спросив, хочу ли я… Черт. Будем честными, Таня, если бы не твой страх, тебя бы все устраивало. В обоих. Я беспокойно пошевелилась, облизала губы и отвернулась, ненадолго уйдя в размышления. Они по большей части вышли сумбурными и малопонятными даже мне, ибо к ним примешивалась изрядная доля эмоций. Как быть, стоит ли выбирать или… Тут мысль останавливалась, и на ее место приходили неуверенность и смущение. И вставал главный вопрос: подождут ли два года?.. Если смирюсь и приму ситуацию? Если… если расскажу все, как есть на самом деле, почему я такая неправильная фея?
– Тань, готово, иди есть! – Громкий голос Макса вырвал из тревожной задумчивости, и пришлось отложить сложные вопросы.
Лучше шашлыков поем, с вкусным вином из запасов Димки. Ну а после был отличный отдых в доме, на том самом диване. Жарков поставил фильм, названия не запомнила, но что-то ужасно романтичное и юморное. То, что каким-то незаметным образом я удобно устроилась между двумя демонами, положив на Казанцева ноги, а колени Димки использовав в качестве подушки, тоже не вызвало волнения. Может, я действительно привыкла за эти полдня к их присутствию, может, усыпило бдительность их примерное поведение, а может, свою роль сыграло все-таки вино. Я чувствовала расслабленность, умиротворение и покой. Кажется, даже задремать ухитрилась уже ближе к концу фильма… Отдых на природе плюс вкусные шашлыки сказались. Как же все изменилось всего за несколько часов!
Уснула я крепко, и снилось что-то очень приятное, видимо, потому и не сразу осознала, что происходит. Сначала сквозь сон пробилось ощущение, как кто-то осторожно, медленно гладил лодыжку, и от этих деликатных прикосновений кожа вспыхивала сотней искорок. Я длинно вздохнула, пошевелилась, но происходящее казалось продолжением сна, и глаза не открыла. Приятно-о-о-о… Чьи-то теплые пальцы тихонько, едва касаясь, провели по лицу, разгладили брови, обрисовали контур губ и спустились на шею. Ой, и так тоже приятно. Сонное сознание никак не отреагировало на вялую мысль, что, похоже, до меня сейчас дотрагиваются сразу двое. Ну и пусть… Лень выныривать из медовой неги полусна, лень включать соображалку и понимать, происходит ли все наяву или продолжается сон. Пусть будет последнее. Так проще… На мне оставались купальник, рубашка и шорты, причем рубашка расстегнута и завязана узлом на животе. Когда пальцы, кажется, Димки – у него ведь на коленях уснула, – обвели ключицы, погладили ямочку и начали выписывать замысловатые узоры на груди, подбираясь все ближе к трикотажному треугольнику, прикрывавшему упругий холмик, я только снова вздохнула, слегка выгнувшись. Губы дрогнули в мечтательной улыбке, внутри зрела странная уверенность, что происходящее – правильно и бояться не стоит. Почему, отчего такое ощущение, задумываться не хотелось. Хотелось наслаждаться нежной, осторожной лаской, медленно погружаться в удовольствие, разбуженное умелыми прикосновениями и постепенно проникавшее в каждую клеточку.
Глаза по-прежнему оставались закрытыми, под ними посверкивали разноцветные звездочки, а вместо пальцев к нежной коже чуть пониже косточки на щиколотке прижались горячие, мягкие губы. Язык игриво погладил, пощекотал, и тут я не сдержалась, охнула в голос, и глаза сами распахнулись. Вот теперь прикрываться восхитительно непристойным сном, в котором можно все, стало уже нельзя. В смотревших на меня золотистых глазах Димки мелькали красноватые всполохи, зрачки медленно расширялись, заполняя радужку. Однако что-то сказать или сделать я не успела: рот закрыл поцелуй, настойчивый, обжигающий, страстный. А нахальные пальцы, поверх ткани погладив собравшийся в тугой шарик сосок, ловко проникли под купальник, обвели вокруг, чуть сжали… От вершинки во все стороны брызнуло острым удовольствием, я выгнулась сильнее и не успела остановить руки, метнувшиеся к шее Димки. Обняла, притянула ближе, бесстыдно прижавшись к его ладони, требуя продолжения ласки. Инстинкты заглушили тревожный голосок, накрыли огромной волной, погребли под собой, и оставалось только отдаться на их волю, отвечая на поцелуй Жаркова, так же жадно и нетерпеливо.
Вторая его ладонь легла на живот, легонько поглаживая, и мышцы сжимались от этих прикосновений, кожа стала невероятно чувствительной. Отстраненно отметила, что Макс уже добрался до коленок, они были не так уж плотно сжаты… Его пальцы переместились на бедра, добравшись до края шорт, я сама не заметила, как мои ноги раздвинулись, а… поцелуи Казанцева перешли на внутреннюю сторону, зажигая огненные цветы и лишая способности думать, осознавать происходящее. Я плавилась в их руках, тонула в жаркой страсти, разбуженной умелыми ласками, захваченная врасплох решительными действиями обоих. Димка стянул с плеча рубашку, и следом за ней – лямку купальника, сдвинув мешавшую ткань – она раздражала тугую горошину, слишком болезненно реагировавшую на малейшее прикосновение. Сердце билось тяжело, неровно, дыхание со всхлипом вырывалось из приоткрытого рта, а губы, которые наконец Димка оставил в покое, горели после сумасшедшего поцелуя. Я крепко зажмурилась, вцепившись в волосы моего рыжего наваждения, а он… тихо засмеялся, наклонился, и его рот сомкнулся на напряженной вершинке, слегка ее втянув. В голову плеснуло волной удовольствия, я судорожно вздохнула, прикусив губу и запрокинув голову. Тань, Таня-а-а-а-а, что ты делаешь… Все это слишком… Слишком хорошо! Слишком сладко, черт возьми, слишком… правильно! Да что такое… Почему не могу остановить, почему голова кружится, а эмоции зашкаливают, кожа горит от прикосновений, а внизу живота ворочается жаркое солнышко, и между ног все болезненно ноет… Сумасшествие…
Не знаю, как далеко оба зашли, но дальше одновременно случилось несколько событий, позволивших отрезветь и вынырнуть из восхитительно сладкого, запретного, опасно притягательного удовольствия. Моих ушей коснулся тихий звук расстегиваемой на шортах молнии, а Димка, ненадолго оставив в покое грудь, хрипло прошептал, обжигая горячим дыханием шею:
– Тань, Танюша… нежная моя… А давай втроем встречаться, мм?..
Я как жидкого азота вдохнула, горло мгновенно сжал спазм, и воздух застрял ледяным, колючим комом. Замерла, буквально закаменела, и на меня со всей ясностью обрушилось понимание, в каком виде я изволю возлежать на диване в компании двух демонов, которые… Черт. Это уже не смешно, Тань, что у тебя так легко сносит крышу в их присутствии и не можешь остановиться вовремя! Это совсем, совсем не смешно! И… что значит, втроем?! Решили, так пикантнее будет, да?! Раз делить не хочется?! Да… Да пошли вы!! Стало жутко стыдно, за свой вид, за то, что полураздетая лежу под горящими взглядами Димки и Макса, и ладонь последнего – на расстегнутых шортах…
Рука метнулась к его наглой конечности, пальцы сжали запястье, хотя я прекрасно понимала – Казанцев легко высвободится и продолжит начатое. Если его, конечно, волнуют сейчас только собственные желания. А в глазах Макса те же красноватые всполохи, что и у его приятеля. Мне стало по-настоящему страшно, горло запершило, а глаза защипало.
– У-уб-бери… – прохрипела я, запинаясь и чувствуя себя ужасно.
– Та-а-а-а-ань, – протянул Макс, но я не дала ему договорить.
Крепче сжала его руку, тело застыло в напряжении, и только сердце суматошно металось в груди, отбивая ребра. Димка сообразил первым, что момент упущен и со мной сейчас бесполезно разговаривать. Потому аккуратно вернул рубашку на место, обнял за плечи и приподнял, усаживая прямо. Я уперлась ему в грудь, резко согнув колени, – Макс наконец убрал руку, и я поспешно застегнула молнию на шортах, сгорая от стыда. Потом настойчиво завозилась, не отрывая взгляда от ковра и пытаясь выбраться из рук Димки.
– Пусти!.. – огрызнулась, поняв, что уйти мне никто не даст. – Жарков, грабли убрал, я сказала!..
Ой нет, реветь не хочу, не хочу!
– Тань, тише, тише. – А он только крепче сжал, поймав мои запястья и лишив возможности сопротивляться. – Ну все, все, извини, что напугали, больше не будем.
Макс сел рядом, обхватил мои ступни ладонями, не обратив на мою попытку пнуть его никакого внимания.
– Не будете? Не будете?! – прошипела я, раздираемая противоречивыми эмоциями. – Да щас, так и поверила, ага! Не надо мне больше красивых слов, катитесь к черту со своими намерениями, ищите другую игрушку на двоих!.. – захлебнулась словами, комната поплыла, и с ресниц сорвались слезинки, прочертив мокрые дорожки на щеках.
О-о-о-о-ох, ну вот, вообще ни в какие ворота, второй раз уже реву в объятиях Жаркова. Хотя, может, ему надоест и отстанет наконец… Вместе со своим приятелем.
– Танюша, ну какая игрушка, что за ерунда, – отозвался Макс, погладив мои лодыжки – они слегка замерзли, и ладони демона казались ненормально горячими. И голос звучал сердито так, почти обиженно. – Извини, была бы игрушкой, ушла бы ты от меня только утром, Тань. Уж поверь.
М-да, верю, вот в это верю. Захоти Макс меня оставить в своей берлоге, никуда бы я не делась. Но мне-то не легче от этого!.. Я не выдержала, всхлипнула, уткнулась лицом в грудь Димке, невольно вдыхая аромат можжевельника с тонкими лимонными нотками. Сжалась в комочек, стараясь занимать как можно меньше места, смирившись с тем, что поплакать в одиночестве мне точно не дадут, и изо всех сил сдерживалась, чтобы не зареветь в голос. Судорожно сглатывала, слизывая с губ слезы, смутно чувствуя, как широкая ладонь Димки медленно гладит по спине и плечам, а теплые руки Казанцева согревают ноги, и… постепенно успокаивалась. В душе воцарялось опустошение после недавней бури эмоций, мышцы расслаблялись, наваливалась усталость, как всегда после истерики.
– Все? – тихо спросил Димка, когда я перестала дрожать от сдавленных рыданий. – Попить принести?
Я кивнула, ощутив, что ногам снова стало прохладно – Макс встал, видимо, – потом Жарков ухватил меня за подбородок и заставил поднять лицо. Серьезный взгляд, ни тени улыбки, и на дне золотистых, в коричневую крапинку глаз притаилось беспокойство. Настоящее, неподдельное. Я от удивления моргнула, растерявшись на пару мгновений.
– Продолжим разговор?
О-о-о-о. Ну да. Сейчас только и разговаривать… Я открыла рот, чтобы послать его с разговорами подальше, но Димка приложил палец к моим губам и покачал головой.
– Тань, тебе придется выслушать, – тем же негромким голосом произнес он. – Никто не собирается оставлять тебя в покое по многим причинам. И поверь, твоя невинность – не главная, – с усмешкой добавил он. – Уже не главная. – А вот от этих слов меня кольнуло нехорошее предчувствие.
Я прищурилась, выпрямилась, насколько позволяла его рука на моих плечах.
– Жарков… – начала было я с угрозой в голосе, но тут подошел Макс со стаканом сока.
– Держи, – невозмутимо сказал он, протянув мне. – Так как насчет предложения втроем видеться?
Вот хорошо, что я успела проглотить, а то поперхнулась бы точно.
– Даже не думайте, ни один, ни второй, – категорично заявила я, покачав головой. – И вообще, знаете что?..
– Тих-х-хо, – снова прервал меня Димка. – Танюша, тебе нечего бояться с нами. – Он пристально посмотрел мне в глаза. – Ведь было сейчас хорошо, да? Только честно?
Ну… Хорошо, хорошо было. И оба это чувствовали, естественно, поэтому пришлось кивнуть. Макс придвинулся ближе, обнял мои колени, и я опять начала нервничать.
– Н-не трогай! – вырвалось у меня, волнение и страх пробежались по телу бодрящими мурашками.
– Я просто обнял, ничего больше не буду делать, – терпеливо произнес Макс, и не думая отодвигаться. – Таня, хорошо. Если тебя так пугает, ничего, кроме поцелуев, не будет. Честно. Но по отдельности встречаться не будем, – твердо заявил он. – Ты нравишься и мне, и Димке, мы оба это знаем. Не вижу смысла в отдельных свиданиях.
– Ну ты, может, и не видишь, – проворчал Димка, попытавшись обнять меня крепче, но я воспротивилась.
– Жарков! – огрызнулась, моментально напрягшись.
Хватает и того, что они слишком близко. А страх и не думает покидать, не давая расслабиться.
– Но не имею ничего против видеться втроем, – закончил Димка мысль.
А мне снова как льда за шиворот сунули. Потому что внутри все радостно встрепенулось, и я чуть не согласилась, поддавшись всплеску неконтролируемых эмоций. Нет, да нет же!..
– Я имею, – отвернулась, лишь бы не смотреть ни на одного, ни на второго. – Так неправильно, это не должно быть так! – сумбурно выразила мысли. – Уж лучше вообще ни с кем!
Ответом стал тихий смех обоих демонов.
– Тань, – Димка осторожно заправил за ухо прядь, я дернулась от неожиданности, – Танечка, не надейся. Просто перестань бояться, пожалуйста.
Я прерывисто вздохнула, осторожно посмотрела на Димку. Легко говорить, да сложно сделать. Как я могу поверить, если мне с самого начала нашего знакомства оба заявили, что их привлекает только моя девственность?! Это уже потом пошли и красивые слова, и красивые действия… Но я же знаю, как оно на самом деле. Как там Катька советовала? По-моему, самое время сейчас применить совет на практике.
– В таком случае, – как можно решительнее заявила я, – раз у вас серьезные намерения, как утверждаете, – не удержалась от кривой улыбки, – мои условия следующие. Никаких распусканий рук, никаких убеждений в том, что не знаю, от чего отказываюсь. Просто встречи. – Я посмотрела прямо в золотистые глаза. – Без попыток принудить меня к чему-то.
– Чего ты сама не хочешь, – подхватил Димка, в углах его губ мелькнула тень улыбки.
Я чуть прищурилась и решила проверить, насколько он честен.
– Тогда отпусти.
Ну надо же! Жарков сразу убрал руки и откинулся на спинку дивана, в глазах светилась мягкая насмешка. Щеки потеплели, я посмотрела на Макса. Он усмехнулся, перестал обнимать мои колени и тоже отстранился. Я была свободна. Молча сползла с колен Димки, обхватила себя руками и зябко поежилась.
– Я к себе, – ни на кого не глядя, бросила в пространство и поспешила к лестнице.
Надо посидеть одной, подумать, успокоиться. И залезть в инет, вай-фай тут имелся, и пароль от него Димка мне выдал, когда вернулись с озера. Подозрения, крутившиеся в голове с некоторых пор, почти превратились в уверенность, и я не знала, хорошо это или плохо. Не хватало сведений, и где их искать, как не в Сети. Мне жизненно необходимо знать, как же точно понять, что испытываешь, когда встречаешь свою истинную пару. По спине пробежал холодок, я передернула плечами, поспешно задвинув мысли подальше. Они пугали, честно, неизвестностью и непредсказуемостью. Ведь… ведь все начиналось так банально и просто, господи! Почему же стало сложно! Почему вместо нормальной, обычной учебы я барахтаюсь в непонятной ситуации с двумя демонами, путаясь в эмоциях и желаниях, не понимая себя, не понимая их! Интуиция шептала, их словам можно верить, все действительно так – их тянет ко мне не только из-за девственности, и они на самом деле многое готовы для меня сделать. И сейчас я вижу их настоящих, таких, как для близких людей. Не маски, а суть. Что, захоти Макс или Димка на полном серьезе уложить меня в кровать, я бы не вернулась ни с одного свидания в целости и сохранности, и история нашего знакомства быстро бы закончилась. Но… Они пытались ухаживать, пусть порой слишком напористо, проявляли своеобразную заботу – вспомнить тот дождь, когда меня подвез Жарков, или оборотней, – и вообще, сегодня бы их не остановили мои требования, будь все не столь серьезно.
Бли-и-и-и-ин. Неужели я влипла?! Зашла к себе, достала планшет и углубилась в Сеть. Все, что можно, по истинным парам, не важно, у какого вида нечисти, я хочу знать точно! А потом уже займемся частностями, суккубами и демонами. По ним меньше всего сведений, но хоть что-то я узнаю. Не спрашивать же папу! Он никогда не простит, что не сказала ему сразу, однако… если все как есть, за мной бы пришли. Нашли и забрали себе, без вариантов. Пока мое спасение в том, что ни Жарков, ни Казанцев не в курсе, кто же я на самом деле, кто мой отец и какое это может иметь значение. Остается маленький шанс, что они действительно не врут, и… и происходящее – не обычный изощренный план по соблазнению упрямой девственницы. Или тайные намерения заполучить в безраздельное пользование дочь крупного бизнесмена, чтобы влиять на него в своих интересах.
Я нервно вздохнула, отогнала плохие мысли и снова углубилась в поиски. Ну, по истинным парам все достаточно просто: главным признаком оказалось равнодушие к вниманию других особей противоположного пола. Даже раздражение, если это внимание слишком настойчиво. Я вспомнила свои ощущения от розы, подаренной Пашкой, и скисла. Мне действительно было все равно. Как и от поцелуя. Даже в первые минуты… неприятно, очень. Слюна стала вязкой, я с трудом сглотнула, но продолжила читать. Еще, чем чаще и ближе физический контакт – поцелуи, прикосновения, объятия, – тем сильнее и крепче связь, половинки начинают чувствовать эмоции друг друга, угадывать желания, настроение. Появляется стремление заботиться, делать так, чтобы пара чувствовала себя хорошо, всегда улыбалась и не грустила. Так вот почему истинные никогда не ссорятся. Поводов нет.
Я зевнула и протерла глаза, мельком глянув в окно – сумерки стали гуще, – потом перевела взгляд на часы. Ого, двенадцать практически. Это сколько же я сидела? Но еще не все до конца узнала. Так, значит, из перечисленного… да, все признаки есть. Откинулась на подушки, прикусила губу, чувствуя, как внутри тревожно и радостно замирает сердце. Этого не может быть. Нет, не может!! Зачем мне два демона? Взрослых  демона, прошу заметить! Мне всего восемнадцать, девятнадцать будет через пару месяцев, еще учиться, и вообще, столько интересного впереди, какая к черту семейная жизнь?! И самый главный вопрос: придется ли и в этом случае ждать до совершеннолетия или при появлении истинной пары… или пар… закон привязки для суккубов не действует?

Глава 15

Удивительно, но я нашла и эту информацию, хотя про мой вид в Сети прискорбно мало написано – все больше расхожие байки, бродившие среди людей. Какой-то ученый проводил исследование, и вот его результаты, как реферат, я и нашла на ресурсе для студентов. Да уж, нашла, прочитала и порадовалась за себя. Привязка действительно не действовала, но четко понять, твоя ли истинная пара демон, можно только после первой ночи. А до нее – исключительно по косвенным признакам. То есть если я ошибаюсь и все происходящее – всего лишь обычное влечение, которое до обряда могут разбудить в суккубе только демоны, то первая ночь с одним из них станет моей самой большой ошибкой в жизни. Я отложила планшет и вытянулась на кровати, прикрыв локтем лицо. Душу затопила грусть с отчетливой примесью страха. Не хочу рисковать, нет. Истинные они там мои или нет, время покажет, если да – значит, подождут два года и… ну, обряд все равно с ними будет, никуда не деться. На других женщин ни Жарков, ни Казанцев уже не посмотрят, да и не смотрят, если верить слухам и намекам девчонок. Каково им будет все это время, взрослым мужчинам, привыкшим не отказывать себе в удовольствии, я предпочитала не думать. Нет, я, конечно, теоретически девочка не совсем наивная. Но, доходя в размышлениях до того, что спать вместе нам точно можно и прикосновения не возбраняются, даже, наоборот, приветствуются, фантазия, сдавленно пискнув, сворачивалась в клубочек и уползала в дальний угол сознания. А я отчаянно краснела.
В общем, Танюха, нерадостно все, совсем нерадостно. И за оставшуюся до конца сессии неделю тебе надо решить, рассказать ли все честно папе, и пусть он поможет, или пока попытаться справиться своими силами. Расстраивать папу ужасно не хотелось, а с другой стороны, вдруг он знает, как точно определить, истинная или не истинная пара? Ох, у меня их чисто в теории аж две!.. Ма-а-а-амочки! Я тихо застонала, перевернулась на бок и подтянула коленки к подбородку. Мысль в голове никак не желала укладываться, и хотя меня воспитывали не в таких уж строгих моральных рамках, все равно я всегда считала, что у меня будет, как у всех. Один парень, возможно даже моя истинная пара, и все у нас сложится красиво и ладно. А-а-а-а-а!.. Ох, Танька, и как теперь жить? Несмотря на покладистость Димки и Макса сегодня вечером, я сильно сомневалась, что они вот так на раз станут паиньками. Во-первых, притяжение моей невинности для демонов слишком сладко, и во-вторых, если нас троих угораздило вляпаться в истинный треугольник… Они не станут сдерживаться, ведь им в случае ошибки ничего не грозит. Ну, получат еще одну игрушку, так мало ли их у обоих. При любых раскладах Жарков и Казанцев в выигрыше. Я же…
Вздохнула, выпрямилась и поняла, что сна ни в одном глазу и очень хочется есть – я же не ужинала, кроме шашлыков, с обеда больше ничего не ела. Уснула, а потом случилось… Ну, случилось то, что случилось. В гостиной. При воспоминании о ласковых пальцах, скользивших по телу, нежных поцелуях это самое тело вспыхнуло как спичка, жар окатил с головы до ног, и я мысленно охнула – живот залила приятная, ноющая тяжесть. Слишком явный показатель проснувшегося желания, пусть я толком и не знала, что это такое. Зато очень хорошо чувствовала… Вскочив с кровати, быстро переоделась в свободные спортивные штаны и футболку – специально захватила, по дому ходить, – и спустилась вниз. Так, мысленно скрестить пальцы, что демонов в гостиной уже нет, быстренько перекусить чем найду и обратно, попытаться все-таки уснуть. Будет день, будет пища. Если оба сумеют неделю удержаться в рамках и выполнить мое требование, там буду решать. У меня целых два месяца впереди, чтобы понять, истинные они мои или нет.
С лестницы спускалась на цыпочках, чутко прислушиваясь, есть ли кто внизу или нет, – на первом этаже, к моему облегчению, царила тишина. Только догорали в камине дрова. Ура! Можно спокойно поохотиться, кусок в горле не застрянет. Я расправила плечи и уже увереннее направилась к холодильнику, желудок отозвался тихим урчанием. Да, проголодалась за весь день. Достала нарезки, хлеба, сока, сварганила роскошный бутерброд и, зажмурившись, откусила большой кусок. Вкуснятина!.. Сомнения и переживания на время отошли, я отложила сложные размышления на утро, когда высплюсь и окончательно приду в себя. Может, все мои догадки и предположения яйца выеденного не стоят, и я зря беспокоюсь.
Когда талию неожиданно обняли чьи-то сильные руки, я чуть не поперхнулась куском бутерброда, закашлялась и с трудом прожевала.
– Не спится, Танюш? – Тихий, ласковый голос Макса всколыхнул только что улегшиеся эмоции, а вместе с ним и раздражение, что мне никак не дадут отдохнуть, хоть немного!

Едва Таня поднялась к себе наверх, Димка встал, бросил в камин дрова, небрежным касанием зажег – сумбур в эмоциях требовал успокоения, и излишки Жарков скинул в магию, – и подошел к мини-бару в углу.
– Коньяк, виски? – оглянулся на расслабленного Макса.
– Коньяк, – кивнул друг и встал приготовить закусь.
Только что случившееся требовало обсуждения, и серьезного, а также следовало обдумать дальнейшие действия. Причем активного времени в запасе у них всего неделя, потом Таня на два месяца будет предоставлена сама себе, и неизвестно, что надумает к началу учебного года. Макс тонко нарезал лимон, сыр, отнес тарелку к столу, Димка уже разлил ароматную темную жидкость по толстым стаканам.
– Ну, за изменения в жизни, – усмехнулся Жарков, коснувшись края максовского стакана. – Надеюсь, положительные.
– Это как посмотреть, – задумчиво ответил Казанцев, сделав глоток и заев кусочком сыра. – Таня не хочет слушать внутренний голос и боится ошибиться. Не верит до конца нам, отсюда все эти условия.
– Согласен. – Димка подошел к камину и оперся рукой, потом посмотрел на друга. – Может, не стоило торопиться с предложением о встречах втроем?
Макс прищурился.
– Ревнуешь? – Он поднял бровь. – Димон, делить не получится, ты же знаешь. Или вместе, или никак.
– Никак не получится, – буркнул Жарков, отвернувшись к огню. – Не откажусь я от нее ни при каких обстоятельствах, Макс.
– Тогда чем раньше Таня привыкнет, тем лучше, – спокойно проговорил Казанцев. – И мы тоже, кстати. Да, меня слегка дергает, когда вижу ее рядом с тобой, но морду бить не тянет, – с усмешкой добавил он. – Как дальше будем?
– Я с отцом поговорю, когда вернемся, – негромко ответил Димка. – Мама его истинная, пусть и демоница, вдруг он что ценное подскажет.
– Не боишься, что батя твой гадость какую задумает с Таней? – усомнился Макс. – Особенно если узнает, кто она на самом деле?
– Партнерское соглашение с Игнатом подписываем на следующей неделе, что ему еще надо? – Димка пожал плечами. – А тронет Таню или ее семью – в асфальт закатаю, и не посмотрю, что отец, – добавил он жестко. – Мне всего лишь нужно знать, как точно понять, истинная или нет. И как убедить Таню, не раскрывая всех карт, что нам можно верить.
– Выполнить ее просьбу в первую очередь, – хмыкнул Макс. – И не лезть к ней больше чем с поцелуями. Устроить ей романтику, Димон. Она же девчонка, как ты правильно сказал, ей только девятнадцать будет. И с парнями она никогда не встречалась.
Жарков глотнул еще коньяка и зажмурился, длинно вздохнув.
– Боже, Макс, ты бы знал, как это сложно! Я не могу спокойно сидеть рядом с ней, инстинкты рвут крышу! – Он повернулся к другу и плюхнулся на диван рядом. – От ее запаха голова кругом идет, с трудом держу себя в руках. – Димка откинулся на спинку и прикрыл глаза. – Ох, Танюшка…
– Понимаю, – тихо откликнулся Макс. – У самого так же. Но, Димон, ты видел, как она напугалась сегодня? Нельзя нахрапом, иначе точно два года воздержания нам гарантировано. – Он криво улыбнулся. – Раньше Танька не подпустит к себе.
– Зато как хорошо ей было, пока мозг не включился… – мечтательно протянул Жарков. – Так, ладно, вариант вижу один. – Он отпил из стакана и заел лимоном. – Не давать ей возможности за эту неделю слишком много себе напридумывать, видеться как можно чаще, и втроем, ну и, – Димка усмехнулся, – можно обойтись и поцелуями, не заходя далеко. Целовать ведь можно по-всякому…
– Я тогда со своим батей тоже поговорю. – Макс допил коньяк. – Вдруг подскажет, как убедить Таню, что ей ничего не грозит. И как точно убедиться, что она наша истинная.
– А есть сомнения? – Димка покосился на друга. – Тебе за эти две недели хоть одна баба приглянулась, Макс? Хоть на одну посмотрел?
Казанцев вздохнул и покачал головой.
– Последними русалки были, да и то уже как-то через силу, что ли, – мрачно ответил он. – Только Таня в голове, остальные мимо.
– Ну и я о том же. – Димка поставил пустой стакан на стол. – Все, ладно, давай по койкам, устал я что-то. – Он широко зевнул. – Надеюсь, Танюха не вообразит всяких ужасов, и завтра день проведем нормально.
– Шарахаться будет, – вполголоса произнес Макс, встав. – Стопроцентно.
– Успокоим, – уверенно ответил Димка, убрав бутылку. – Пошли спать.
Они поднялись на второй этаж, не сговариваясь, на несколько секунд замерли у двери Таниной комнаты – она не спала, по их ощущениям. Демоны отчетливо улавливали волны неуверенности и беспокойства, исходившие от девушки. Однако стучаться никто не стал, хотя очень хотелось войти и успокоить Танюшу, что ничего страшного не происходит, даже наоборот. Макс и Димка молча разошлись по своим комнатам, но, как и сама драгоценная гостья, засыпать не спешили.
Казанцев, оставшись в одном белье, лежал поверх одеяла и невольно прислушивался к происходящему за стеной – его спальня примыкала к Таниной. Тишина тишиной, но вот эмоции маленькой суккубы он чувствовал отлично. Она переживала, волновалась и тревожилась. И еще немножко грустила. Макс перевернулся на бок, глядя в стену и борясь с желанием все-таки зайти к Тане – внутри что-то дергало, не давало успокоиться, требовало пойти и обнять, утешить, поцеловать в маленькое ушко, шепнуть, что все будет хорошо. Макс тихо, невесело рассмеялся, уткнувшись в сгиб локтя. М-да, узнай кто из приятелей, что Казанова влюбился, как последний мальчишка, засмеяли бы. Но такова суровая правда жизни, он действительно влюбился. В нежную и милую Танечку, ничуть не похожую на прежние увлечения, немного наивную, романтичную и непосредственную. Кто бы мог подумать…
Однако никакого сожаления Макс не чувствовал, нет. Скорее радость и нетерпение, когда же Таня перестанет шарахаться, и можно будет не только романтикой обходиться. Хотелось, очень хотелось открыть Танюше чувственный мир, научить всему и самому наслаждаться, но, черт возьми, угораздило же, что его истинная пара – суккуба! Да еще и несовершеннолетняя! Ну что стоило им встретиться не сейчас, а через два года, когда у Тани никаких запретов и страхов не будет… Макс тихо хмыкнул. Ладно уж, случилось, как случилось, чего теперь. Да еще начало знакомства не слишком удачное, ведь повело-то на ее девственность сначала и Димку и самого Казанцева. Вот уж ирония судьбы. Они, никогда не делившие девчонок (ну если знакомство не предполагало длительных встреч), развлекавшиеся все вместе – как с русалками, например, – теперь вот одну на двоих истинную получили. Димон же собственник, он не терпел соперников и, едва узнавал о флирте своих любовниц на стороне, сразу разрывал все отношения, без вариантов. А тут вместе, да еще и жить…
Размышления Макса прервались – в коридоре раздались тихие шаги, Таня куда-то пошла. Особо не задумываясь, Казанцев встал, натянул штаны и бесшумно выскользнул за гостьей. Обнаружив, что Танюша всего лишь поесть захотела, Макс улыбнулся, еще несколько минут полюбовался ее довольным личиком и понял, что не сможет сейчас вернуться к себе и уснуть. Без нее – нет. Казанцев на мгновение прикрыл глаза, решая трудный вопрос: что сложнее – пролежать всю ночь рядом с желанной девушкой и держать инстинкты в узде – или вернуться к себе и до утра прислушиваться к происходящему за стенкой. Первое оказалось гораздо привлекательнее – главное, Таня будет рядом, он сможет ее обнять и прижать к себе, а там… там видно будет. И Макс решительно направился к девушке.
Я вцепилась свободной рукой в предплечье Казанцева, выпалив раздраженно и немного взволнованно:
– Макс!..
– Ш-ш-ш, Тань, успокойся. – Я почувствовала, как его губы прижались к шее чуть пониже затылка и вдоль позвоночника словно горячая капля скатилась, оставив огненную дорожку. – Мне тоже не спится. – Он помолчал, пока я дожевывала с некоторым трудом бутерброд. – Без тебя.
Сердце глухо бухнулось в груди, лицу стало жарко – это на что это он намекает?!
– Казанцев… – начала было я, но закончить мне не дали.
– Танюш, я тебя услышал, – перебил он. – Не буду приставать, честно-честно. Если сама не захочешь, – коварно добавил он, а у меня от его голоса спину обсыпало колкими мурашками.
И этот аромат какао и пряностей, от него кружилась голова и мысли путались.
– Просто поспи сегодня со мной, а?
Ушам не верю – Макс просит?! И… А где Димка? Учитывая их заявление вечером…
– Только с тобой? – с подозрением спросила я, запоздало осознав, что почти согласилась на его предложение.
Угу, не ждет ли Жарков в спальне?! Может, сговорились?
– Да, со мной, – легко ответил Макс.
Вроде не врал, но кто его знает? Уснуть с ним, чтобы обнимал, на его плече… Ох, как заманчиво, Танька, как заманчиво и… страшно, да. Вдруг понравится и вдруг захочу, чтобы поприставал. Совсем немножко, так, без перегибов. Навалилась усталость, и возражать не осталось сил.
– Пойдем, – сдалась я, стряхнув крошки с рук, и допила сок.
– Спасибо, – шепнул Казанцев с искренней благодарностью в голосе и легко поцеловал в изгиб шеи.
Ай! Н-не надо, там оказалось все так чувствительно!.. Макс отстранился, взял за руку, и я пошла за ним, нервно размышляя, а не совершаю ли ошибку в длинной череде уже сделанных. Мы молча поднялись по лестнице, у меня от волнения воздух застревал в горле, не давая нормально дышать, но вместе с тем откуда-то изнутри поднималась тихая радость. Несмотря на все мои страхи, зрело ощущение правильности происходящего. И бояться нечего. Я облизала пересохшие губы, покосившись на Макса. Правда, что ли, не будет руки распускать? Пока верилось с трудом. Однако дойти до его комнаты не успели: свернув в короткий коридор, Казанцев остановился, и я тоже. Впереди, опираясь на косяк, стоял Димка и смотрел на нас с непроницаемым выражением. Сердце испуганно сжалось и скатилось в пятки, я замерла, не в силах отвести взгляд. Попала, Танюха. Теперь точно попала.
– Тоже не спится? – негромко спросил Жарков, и по его голосу невозможно было понять, злится он или нет.
Я только кивнула, невольно крепче вцепившись в ладонь Макса. В горло как песка насыпали, волнение перемешалось со страхом, однако оно медленно, но верно выступало на первый план. Димка тихо хмыкнул, толкнул дверь своей комнаты и кратко сказал:
– Заходите.
Сердце из пяток скакнуло обратно и заметалось в груди, мысли разлетелись вспугнутыми бабочками.
– Дим… – вырвалось у меня, но слишком жалобно, поэтому я предпочла заткнуться.
Откуда-то пришла уверенность: никто сейчас моих возражений слушать не будет. Это демоны, и какими бы душками они ни были глубоко внутри, привычка получать, что хотят, никуда не делась. А хотят они сегодня спать не одни. Собственно, как и я, где-то совсем глубоко в душе. Конечно, мне никто не ответил. Пришлось молча зайти за Казанцевым в комнату Димки. Там царил густой полумрак, только немного света из окна разгоняло темноту, и мой взгляд, конечно, сразу упал на кровать. Широкую, двуспальную, расстеленную. Жарков спать собирался, но, видимо, бессонница заразна. Я споткнулась, густо покраснела, поспешно отведя от нее взгляд, и чуть не сделала шаг назад – не дала рука Макса, оказавшаяся на талии. Я услышала щелчок закрывшейся двери, занервничала сильнее, особенно когда с другой стороны появился Жарков, тоже в одних штанах, как и его друг. Ну хоть это хорошо, а то моя скромность, боюсь, не выдержала бы близкого нахождения рядом с практически голыми демонами… Хватило интересных видов сегодня на озере. Щекам стало еще жарче, хотя, казалось, куда уж больше.
Димка откинул одеяло, обернулся и посмотрел на меня.
– Забирайся.
Поспешно юркнула на мягкую постель, с трудом сдержав дрожь, сонливость боролась с волнением, и я совершенно не знала, как себя вести. Что делать, как говорить. Я же ни разу в жизни не попадала в подобные ситуации, да я даже с парнями особо близко не общалась! Свернулась клубочком, зажмурившись и с внутренним трепетом ожидая, что будут делать Жарков с Казанцевым. Просто лягут рядом и дадут мне уснуть? Даже не попытавшись поцеловать на ночь?.. Э-э-э-э, Танюха, о чем думаем, испорченная моя? Лучше бы держать нейтралитет, самый лучший выход. С небрежным видом выставлять ультиматумы и пытаться командовать обоими у меня явно не хватит способностей, да и не думаю, что Димкой и Максом вообще можно командовать. Даже истинной паре. Услышать услышат, но вот послушают ли – большой вопрос.
Послышался шорох, матрас слегка прогнулся под ними, а я невольно задержала дыхание. Сердце заткнуло горло, попытавшись покинуть предназначенное природой место совсем неэстетичным образом. Кто-то осторожно обнял сзади, прижался к спине, и стало сразу тепло и уютно, непонятный озноб, охвативший тело, отступил, растворился. Судя по запаху какао с корицей, это Макс. Значит, Димка с другой стороны… Буквально через пару мгновений мои озябшие ладони обхватили его пальцы, и я почувствовала, как мягкие губы осторожно коснулись, подули, согревая.
– Замерзла? – тихо спросил Димка с искренней заботой в голосе.
– Н-немного, – почти шепотом ответила я, упорно не открывая глаза.
Если увижу его лицо слишком близко, боюсь, не удержусь от глупостей. А их я натворила достаточно. И еще, смогу ли уснуть в такой волнующей компании, черт возьми?!
– Грейся, – выдохнул Жарков, придвинувшись еще ближе.
– Спокойной ночи, Танюш, – раздался около уха голос Макса, и я почувствовала прикосновение к основанию шеи, чуть пониже затылка, прямо над воротом футболки.
Прия-а-а-а-а-атно, я аж чуть не мурлыкнула от неожиданности. Спокойной, ага. Для кого спокойной, а для кого и не очень, между прочим! Но… чья-то рука, не знаю чья, начала тихонько перебирать мои волосы, поглаживать, мягко массировать голову, и постепенно переживания и эмоции улеглись, навалилась сонливость. Я расслабилась, пригрелась окончательно и незаметно для себя уснула, убаюканная тихим, размеренным дыханием Димки и Макса. Последняя мысль, мелькнувшая перед тем, как сознание выключилось, была о том, а наблюдали ли за мной сегодня и видели ли меня с Пашкой. Про поцелуй уже не додумала, спала.

И Димка, и Макс боялись пошевелиться, чтобы ненароком не нарушить сон Тани. Она уснула быстро, к их облегчению, а вот к ним, несмотря на близость такой желанной гостьи, сон не шел, точнее даже, именно из-за этой близости. Димка, тихо перебирая золотисто-рыжие пряди, выбившиеся из косы, смотрел на умиротворенное лицо их неправильной феи и улыбался, разглядывая милые черты. Он готов был до утра лежать и любоваться, и бог с ним, со сном, главное, она наконец-то здесь, рядом. Макс приподнялся на локте, глянув на друга. Грудь чуть царапнуло, но несильно – как это Димка вовремя почувствовал, что Тани нет в комнате и Макса тоже!
– Димон, извини, но я просто не мог один оставаться, – тихо произнес Казанцев. – И она очень удачно из комнаты вышла.
Жарков едва слышно хмыкнул и проворчал:
– Будешь пытаться за моей спиной с ней вдвоем что-то провернуть, заберу Танюху к себе, и покатятся все приличия к чертям!
Его друг так же тихо рассмеялся.
– Она тебе глаза выцарапает, Димон, даже не пытайся. Ладно, хорошо, в следующий раз поставлю в известность, – с легкой ехидцей ответил он. – Я просто думал, ты спишь уже. Ну и не хотел лишний раз нервировать Танюшку.
– Уснула. – Димка с нежностью провел по чуть растрепанным волосам спящей девушки. – Черт, я себя каким-то маньяком чувствую, все время хочется знать, где она и с кем, что с ней все в порядке, голос ее слышать, прикасаться… – Он вздохнул. – Реально сумасшествие.
Макс снова издал смешок и лег.
– Это любовь, приятель, – прошептал он. – С чем тебя и поздравляю.
– Как она день провела сегодня? – Пальцы Димки невесомо проскользили по тонкому носу, коснулись губ. Таня пошевелилась, слегка поморщилась, но не проснулась. – Я убрал своих, вчера еще, как догадался, кто она. Вдруг и батя ее присматривает за дочкой, не хотел рисковать.
– Ну, мои мне только сказали, Таня с тем водяным гулять пошла. – Макс помолчал. – Я не стал их гонять по всему городу, Сашке и так людей не хватает для текущих дел. Снял до понедельника. Все равно она с нами сейчас.
Димка нахмурился.
– Водяной? Зачем он рядом с Танюхой увивается? – напряженно спросил он.
– Уймись, ревнивец, – отозвался Макс. – Они с ней еще на неделе договаривались, он из их студенческой тусовки. Или ты собираешься запретить ей вообще видеться со всеми своими приятелями? – Казанцев прищурился. – Димон, не дури. Ни с кем другим Танюшка сама не захочет встречаться, а общение ей нужно.
Жарков прикрыл глаза и длинно вздохнул.
– Ладно, постараюсь, – буркнул он не слишком охотно.
Да, Макс в точку попал: хотелось разогнать всех потенциальных ухажеров Тани, чтобы они даже смотреть в ее сторону не смели. Маленькая суккуба только его! Ну, еще Макса, на это он согласен.
– Я надеюсь, ты не собираешься без моего ведома куда-то с ней вдвоем уходить? – вроде как небрежно осведомился Казанцев, но в его голосе проскользнули предупреждающие нотки.
Димка улыбнулся в темноте, улегся на спину и осторожно обнял Таню, уложив себе на грудь. Удивительно, но она и сейчас не проснулась, только пробормотала что-то неразборчиво, закинула на него колено, вытянула руку поперек груди Димки и снова затихла. Макс молча придвинулся ближе, не желая выпускать Танюшу из объятий, и Димка еле слышно усмехнулся. Оба собственники, да уж, и хорошо, что их дружбе много лет, научились сглаживать острые углы и разрешать конфликтные ситуации миром. Лучше уж близкий друг, чем кто-то совершенно незнакомый, а ведь могло случиться и так.
– Не буду, Макс, – ответил он на вопрос Казанцева. – Если что, позвоню и предупрежу. Кстати, может, попробуем вычислить, что за артефакт на ней? Ауру посмотреть, вдруг мы ошиблись?
– Да не ошиблись, иначе не шарахалась бы, – тихо проворчал Макс, но снова приподнялся, окинув спящую Таню взглядом. – Скорее всего, украшение, то, что она постоянно носит. Или часы.
– Сейчас она без них. – Димка посмотрел на тонкое девичье запястье на его груди. – А выглядит как фея.
– И не кольца, Таня их не носит, пока. – По губам Макса скользнула мимолетная улыбка. – Цепочка?
– Сдернуть могут, и тоже нет. – Димка покачал головой и тут увидел маленькие аккуратные сережки.
Пожалуй, вариант. Незаметные, не обращают на себя никакого внимания и все время на Тане.
– Макс, – шепотом позвал он, – попробуй аккуратно снять одну. Если парные, связь разорвется и защита перестанет действовать.
Казанцев спорить не стал: осторожно расстегнул замочек и вынул украшение из маленького ушка. И снова Таня только пошевелилась, потерлась щекой о Димкину грудь и затихла. Оба демона замерли с колотящимися сердцами – если маленькая суккуба застукает их за подобными действиями, точно не простит. Но нет, обошлось, Танюша не проснулась и в этот раз. Медленно выдохнув, Макс убрал руку с сережкой, глянул на простенькое украшение и присвистнул.
– Ничего себе, экранирующий артефакт с пониженным фоном! Действует только в паре и в контакте с носителем. – Его взгляд переместился на Таню. – Димон, – тихо позвал он, и выражение в его голосе заставило Жаркова напрячься. – Посмотри сам.
Хорошо, Таня удобно лежала, и теперь, когда защитный артефакт не действовал, Димка отчетливо видел переливающуюся мягким оранжевым светом ауру суккубы. После инициации она станет красной. А еще по ней то и дело вспыхивали разноцветные звездочки – странное явление, обычно ауры одноцветные, без всяких лишних вкраплений. Брови Димки поползли вверх.
– Ну насчет ее вида мы не ошиблись, это радует, – озадаченно протянул он. – А что это за искорки, ты не в курсе, Макс?
– Без понятия. – Димка покачал головой.
– Кстати, у тебя они тоже есть, – огорошил вдруг Казанцев, внимательно посмотрев на друга.
Димка чуть прищурился, в голове тут же зашевелились догадки, что это может быть. Проверка ауры Макса подтвердила их, и они почти превратились в уверенность. Жарков улыбнулся, осторожно обняв Таню и не сводя с друга взгляда.
– Кажется, я знаю, что это такое, но у отца уточню, когда вернемся, – вполголоса произнес он. – Надевай обратно. – Димка кивнул на сережку. – Что ж, тогда все вообще отлично складывается.
– Ага. – Послышался зевок, Макс склонился над спящей девушкой и вернул украшение на место – ее аура снова стала как у обычной феи. Потом он лег, обвив талию Тани рукой. – Все, я спать. Танюха так уютно это делает, что мой организм согласен последовать примеру. Посмотрю лучше сны всякие… интересные…
Макс затих. Димка еще некоторое время лежал, глядя в потолок и рассеянно размышляя о переменах в его жизни, а потом тоже уснул.

Признаться, утром глаза открывать было страшно – в первую очередь потому, что так и не решила, как себя вести дальше. Судя по запаху можжевельника и свежести, спала я на плече Жаркова, хотя убей, не помню, как там оказалась, а Макс так и прижимался сзади. На удивление, сон мой был крепок и безмятежен, без волнующих и смущающих покой сновидений. «Надо же, и не приставали ведь оба!» – мелькнула мысль, и я все-таки наскребла смелости поднять веки. Хотелось есть, и желудок грозился выдать меня с головой, если не прекращу прислушиваться к спокойному дыханию демонов в попытке дождаться, вдруг они обо мне разговаривать начнут. Не начали. Интересно: спят или нет? Я осторожно пошевелилась, желая выбраться из жарких объятий, и тут же поняла, что не получится. Рука Макса сжалась на талии крепче, а Димка погладил большим пальцем мое плечо.
– Проснулась? – услышала его ласковый голос.
Ну дальше притворяться смысла нет. Открыла глаза, приподняла голову, настороженно посмотрев на Жаркова.
– Вроде да, – кратко ответила и тут же отвела взгляд.
Смотрел он… слишком уж нежно, с такой же улыбкой, причем смотрел не на мое лицо, а на губы. Красноречиво очень. А сзади, между прочим, Макс сопел! Нет, ребята, обойдетесь. Мне еще стремно все то, что происходит между нами, поэтому никаких вольностей в присутствии друг друга.
– Тогда идем завтракать. – А это уже Макс, и от его щекотного дыхания по шее мурашки прокатились до самых пяток.
– Сначала умываться, – не согласилась я, предприняв еще одну попытку выбраться из рук Жаркова и Казанцева.
Слишком уж… здорово было вот так лежать, прижимаясь к одному и чувствуя тепло тела другого, и я не хотела поддаваться этой сладкой утренней неге. Сегодня мы возвращаемся обратно в город, у меня еще два экзамена и в конце недели вечеринка в клубе, как планировали с Варькой и девочками. Демоны… Подумаю об этом позже. Много позже.
Меня не слишком охотно, но отпустили, пришлось выбираться из кровати через Димку. Казалось, к щекам прилила половина всей крови, циркулировавшей по венам, я глаз не смела поднять, хотя их взгляды, веселые и пристальные, отлично чувствовала. Хорошо, на мне штаны и футболка, не слишком провокационная одежка. Когда я уже взялась за ручку двери, вслед раздалось:
– Есть пожелания к завтраку?
– Н-нет особо, – откликнулась я и поспешно юркнула за дверь в коридор.
Сумбур в мыслях продолжался, с чувствами и эмоциями творилось странное. Беспокойство перемешивалось с волнением и радостью, и чуть-чуть неясного, непонятного предвкушения бодрило, как стакан ледяной газировки в жаркий день. Что будет, когда вернемся? Я в общагу, они к себе. В покое меня не оставят, это я уже уяснила, особенно если мои подозрения правы. Мне-то что делать? Ответа на этот вопрос я так и не нашла. Почти не отдавая отчета в своих действиях, умылась, переоделась в другую футболку и шорты подлиннее. Переплела косу и спустилась вниз. Ощущение дежавю: опять оба у кухонного стола в фартуках, по гостиной витают вкусные запахи, и хочется улыбаться, а не вздрагивать от любого громкого звука.
Села на диван, включила телик, щелкая по каналам, – тишина давила на уши. Судя по вкусным запахам, сегодня снова гренки, против чего не имела возражений, любила их очень, особенно с сыром. Подошел Димка, поставил блюдо с готовыми гренками на стол, к ним чайник.
– Часиков в пять поедем, к семи-восьми будешь дома, если в пробки не попадем, – как ни в чем не бывало произнес он, скользнув по мне мимолетным взглядом.
– Хорошо – кратко ответила я, краем глаза наблюдая за ним.
Напряженность не желала проходить, и я не знала, что с ней делать. Неуютное чувство в душе становилось сильнее, я едва могла сидеть спокойно, нервно дергая край футболки и затылком ощущая присутствие двух демонов. Да что такое!.. Поднялась волна глухого раздражения, захотелось вдруг сотворить что-нибудь назло, наперекор нелепой ситуации, доказать всем, и себе в первую очередь, что… правда не в том, будто оба они – мои истинные половинки, нет! Что у меня еще есть шанс завести нормальные отношения с хорошим парнем. Я нахмурилась, стянув жареный гренок с сыром, и откусила кусок. Ведь, по сути, мне даже выбора никто не дал. Поставили перед фактом, и теперь выходит, не отверчусь. Нет уж, я попробую! Вот прямо на той вечеринке и начну пробовать! На неделе никаких развлечений, у меня два экзамена, и хочется сдать их без троек, так что лекции и учебники – наше все. А вот потом… И два месяца свободы, отдыха, пусть даже и под присмотром папиного охранника – конечно, одну меня он никогда не оставлял. За исключением последних нескольких недель.
– О чем задумалась? – раздался веселый голос Макса, и он уселся рядом, положив руку на спинку дивана, почти касаясь моих плеч.
– О жизни, – не слишком любезно ответила я и осторожненько так попробовала отодвинуться, чтобы Макс не заметил.
Сейчас, с разбегу. Ладонь Казанцева тут же оказалась на моем плече, и демон самым наглым образом подгреб меня к себе. Я выставила руки, упершись ему в грудь, и возмущенно выпалила:
– Макс!..
– Таня, перестань, – мягко произнес он, чуть наклонившись ко мне. – Я просто обниму, ничего больше. Ну, может, поцелую еще, – понизив голос, добавил наглый Казанцев с улыбкой. – Ты же не против?
Против! Только вот сказать об этом не успела. Слабенькая преграда в виде моих рук Макса не остановила, и через несколько мгновений меня уже целовали, ласково, безумно нежно, томительно долго, пока в голове не осталось ни единой мысли. Черт… Не знаю, сколько это длилось, в какой момент я сама начала отвечать, но, когда Макс отстранился, дыхания катастрофически не хватало, воздух с трудом проталкивался в легкие.
– Вот теперь с добрым утром, Танечка, – довольный, как обожравшийся сливок кот, произнес Казанцев, чуть ослабив объятия, но не отпустив совсем.
– А мое утро пока не очень доброе, – раздалось за спиной ворчание Димки, и…
Меня самым возмутительным образом дернули назад за плечи. Макс с тихим смехом разжал руки, в глазах цвета кофе плясали золотистые искорки. Так, мне это решительно надоело, я не плюшевая игрушка, и вчера, кажется, сказала!..
– Жарков, – как можно тверже произнесла я и попыталась встать. – Прекрати! Мы же договорились!
– Ничего, кроме поцелуев, Танюш, я помню, – мурлыкнул Димка и уткнулся носом в изгиб шеи. – Так я и не прошу больше. Повернись, а, Та-а-а-а-ань, – ох, от того, как тягуче, низко он произнес мое имя, нервы завибрировали.
Если сейчас скажу, что при Максе не буду, мм, выйдет глупо и нелепо. Просить второго демона отвернуться – еще глупее. Не говоря о том, чтобы выйти за дверь. Бли-и-и-ин, дурацкая ситуация! А Макс, словно специально, развалился на диване с легкой улыбкой, не сводя с нас блестевшего весельем взгляда. Не дожидаясь моего ответа, Димка сам развернул меня и… я только успела испуганно вздохнуть, да лицо обожгла краска смущения. И я получила свой второй поцелуй, чуть более долгий, чуть-чуть жарче, и в общем, забылась, да. Сама не поняла, как мои руки оказались на шее Димки и когда потянулась к нему, позволив обнять крепче. Точно, отшибает соображалку напрочь в их присутствии! Я первая отстранилась, поймав себя на воспоминаниях о вчерашнем вечере, и поняв, что к замешательству от присутствия Макса прибавилось удовольствие от осознания, что он видит, как я целуюсь с его другом. Так, пора прекращать все эти вольности, я не такая, нет!
Отвернулась, напряженно замерев в руках Димки.
– Не надо больше, – произнесла тихим, ровным голосом.
Сердце колотилось в горле, и по телу прокатывались волны жара, но поддаваться проснувшимся эмоциям очень не хотелось. Димка словно почувствовал, сразу отпустил, но отстраниться не дал. И Макс тоже придвинулся почти вплотную, с невозмутимым видом взял чайник и налил чай мне в кружку. Дежавю какое-то, честное слово.
– Тань, привыкай, – вдруг негромко и серьезно сказал Жарков. – По-другому не будет, мы же тебе сказали вчера.
Я промолчала, упрямо сжав губы. Это мы еще посмотрим, будет или нет по-другому.
До самого отъезда демоны больше не устраивали провокаций, и я немного оттаяла, даже улыбнулась пару раз. Мы еще позагорали, доели шашлыки и к пяти собрались обратно. Заминка вышла, когда садились в машину – я чисто по привычке взялась за ручку передней двери, но Макс перехватил мою руку, приобняв, и тихо сказал:
– Со мной поедешь, Танюш.
Не вопрос, утверждение. Проглотив раздраженный ответ, пожала плечами, кивнула и села на заднее сиденье. Организм, словно устав бороться и возмущаться, впал в какое-то оцепенение, даже не пытаясь сопротивляться. Так и вышло, что всю обратную дорогу я продремала в объятиях Казанцева, убаюканная ровным стуком его сердца и размеренным дыханием. И мне было хорошо, никакие тревожные мысли не мешали, не дергали и не выносили мозг… Увы, к сожалению, как только мы приехали в город, краткая передышка закончилась. Меня доставили к общежитию и, к мимолетному удивлению, приставать с прощальными поцелуями не стали.
– Когда у тебя экзамены? – спросил Димка, когда я взялась за ручку двери.
– Во вторник и пятницу. Я учить буду, так что никаких свиданок и развлечений! – категорично заявила, собираясь именно этим и заниматься.
Даже Пашке ничего не обломится, хотя вот с ним бы я погуляла еще разок.
– А пообедать выбраться? Или поужинать? В людном месте, – добавил Макс с улыбкой.
– Н-не знаю, – вот прямо тут на месте соглашаться не собиралась.
И вообще по возможности не хочу видеться с ними. Страшно…
– Спасибо за выходные, пока-пока! – немного поспешно попрощалась и вышла из машины.
Откуда знаю, до каких пор простирается великодушие и хорошее настроение демонов, может, они передумают и дальше продолжат… приучать к своему присутствию. К тому, что их у меня теперь двое. Или не у меня… Так, все, ужин, немножко почитать перед сном, отвлечься и баиньки. Неделя, Танюш, всего неделя, и этот кошмар закончится. По крайней мере, у меня будет два месяца, чтобы отдохнуть, а за это время многое может измениться.
Если, конечно, не угораздило на самом деле найти своих истинных половинок…
Димка не стал откладывать разговор с отцом, благо жил он не так далеко, и было еще не слишком поздно. А тема серьезная, очень, затягивать с выяснением подробностей не стоит. Достав телефон, Жарков набрал нужный номер.
– Привет, пап, не занят? – Он остановился у окна, рассеянно глядя на улицу. – Обсудить кое-что надо. Нет, не по работе. – Димка улыбнулся уголком губ. – Да, давай через полчаса. Хорошо, подъеду.
Отец ждал его в уютном ресторане на Большом проспекте, на Петроградке – недалеко от запасной квартиры Макса, кстати, подумалось Димке. Друг сегодня остался на Миллионной, они договорились во вторник после экзамена взять Таню и где-нибудь все вместе пообедать. Правда, Танюша пока об этом не знает, но Жарков был уверен, возражать не станет. Да, все воскресенье она выглядела настороженно и напряженно, но они с Максом старались вести себя прилично. В ее понимании. Хотя сдерживаться удавалось с большим трудом. К Тане тянуло как магнитом, и этому почти невозможно было сопротивляться. Димка коротко вздохнул и вышел из машины. Ладно, если до отъезда не получится успокоить Таню и приручить, хотя бы на уровне совместных встреч, придется в конце недели открыть ей глаза на происходящее. О том, что в ближайшее время Димке придется два месяца прожить без маленькой суккубы, Жарков старался не думать. Внутри все восставало, хотелось немедленно, каким угодно способом узнать, куда она уезжает отдыхать, и последовать за ней. Однако Димка не мог позволить себе на два месяца покинуть работу, да и заканчивать магистратуру надо, там госы позже, чем у Тани сессия.
Молодой демон зашел в полутемное помещение и сразу увидел отца.
– Привет, – кивнул Димка, устроившись на стуле.
– Что за срочный разговор? – небрежно поинтересовался старший демон.
Младший Жарков, прежде чем заговорить, глянул на ауру родителя – на густо-синем фоне красивые радужные разводы. Мысленно усмехнулся. Так вот как это будет выглядеть со временем.
– Как ты понял, что мама – твоя истинная? – в лоб задал он вопрос.
Ходить вокруг да около нет желания и времени, собственно, тоже. Брови Николая поднялись, он окинул сына внимательным взглядом.
– Просто меня перестали интересовать другие женщины, кроме нее, – помедлив, все же ответил он. – Почему ты спрашиваешь, Дмитрий?
Его сын тоже помолчал, побарабанил пальцами по столу.
– Эти разводы в ауре, они поэтому, да? – все-таки спросил он.
Николай прищурился, остро глянул на сына. В его глазах мелькнуло неподдельное удивление, потом он медленно улыбнулся.
– Кто она, Дим?
Его голос стал мягче, и впервые за очень долгое время он назвал сына коротким именем. Младший Жарков покосился на собеседника.
– Что ты о суккубах знаешь? – вместо ответа снова спросил он.
Старший склонил голову, опять внимательно посмотрел на Димку.
– Не Лариса, – протянул он задумчиво, а потом вдруг замер, не сводя взгляда с Дмитрия. – Подожди, неужели… Ты когда с дочкой Астарского познакомиться успел и где? – требовательно спросил он.
Молодой демон подобрался, в глубине янтарных глаз мелькнули багровые всполохи, черты лица заострились, стали хищными.
– Тронешь ее или ее отца – закопаю, – ровно произнес он. – Когда встретились, тогда встретились. Меня интересует, запрет для суккубов на секс до инициации действует на истинные пары или нет?
Николай откинулся на спинку стула, усмехнулся, покачав головой.
– Я за твою мать тоже готов был горло перегрызть любому, – вполголоса произнес он, с нотками задумчивости. – Не трону, теперь нет, не переживай. Запрет не действует, привязки не будет, она и так никуда от тебя не денется. Когда познакомишь? – осведомился Николай, его голос звучал довольно.
– Позже. – Димка встал. – Спасибо, я понял. И больше никаких ларис мне не подкладывай, – на всякий случай предупредил он, бросив на отца быстрый взгляд.
– Да уж не буду, – снова усмехнулся Николай. – Теперь бесполезно, сам знаю. Ладно, удачи тебе с твоей суккубой. Учти, уговаривать долго придется, – со смешком добавил он. – Ей же восемнадцать, если не ошибаюсь?
– Девятнадцать скоро будет, – сухо поправил Димка. – Я пошел, спасибо. И, пап, я не шутил. – Его голос стал тише. – Не трогай Таню и Игната.
– Таня, значит. Запомню, – непринужденно отозвался старший Жарков. – Обрадую маму о скором появлении невестки.
И не только, мысленно добавил Димка. Он не стал извещать отца о том, что у Танюши две истинные половинки, хватит пока и того, что Димон сейчас сказал. Вот перестанет девушка шарахаться от них с Максом, тогда можно думать дальше и действовать тоже. Сейчас… сейчас пока все идет как идет. Димка доехал до дома, отправил Тане сообщение с пожеланием спокойных снов и к своей радости получил ответ – всего лишь краткое «спасибо», но она ответила. Уже хорошо. Засыпал Димка с улыбкой на лице, чувствуя себя шестнадцатилетним мальчишкой: тянуло на романтичные шалости, вроде того чтобы прислать завтра Танюшке в общагу большой букет с курьером или вытащить ее в обеденный перерыв ненадолго и свозить куда-нибудь в интересное место, куда она захочет.
Да уж, Макс прав, диагноз ясен. Но Жарков не жалел, нет. Теперь бы еще унять страх маленькой суккубы, не раскрывая по возможности всех карт… На этой мысли Димка уснул.

Глава 16

Неделя пролетела для меня хоть и быстро, но сложно. Я с головой ушла в учебу, однако полностью отрешиться от реальности мне не дали: время от времени приходили сообщения то от Макса, то от Димки со всякими нежностями. Я читала, краснела, смущалась и злилась на себя за это смущение. И никаких пошлостей или непристойностей – ну разве про поцелуи говорили, что соскучились по ним. А я… тоже соскучилась. В понедельник учеба далась не слишком легко, мысли возвращались в выходные, которые мы провели втроем. Сейчас, оглядываясь назад, страшно уже не было, было пугающе-сладко, когда сердце замирало от воспоминаний. Становилось жарко, вредная фантазия распоясалась и рисовала не совсем приличные картинки того, что могло случиться дальше. А инстинкты, они просто кричали о том, как здорово было бы это самое дальше, если бы я не остановила демонов.
И когда вечером в понедельник позвонил Димка и предложил пару часиков провести вместе, я не нашла в себе сил отказаться. Мозг уже пух от лекций и знаний, время перевалило за восемь, и хотелось отвлечься. Другое дело, что я собиралась почитать книжку или фильм какой посмотреть… Но Жарков все решил за меня. Врать себе, что не хочу его видеть, бесполезно. И Макса тоже… Танька, Танька, что ж ты делаешь, а? Сама же хотела держать дистанцию, да еще и проверить, насколько сведения по истинным правильны. М-да, никакой силы воли нет у меня, правда. Вечер понедельника я провела… на крыше одного из домов на Петроградке, в компании Димки и Макса. Мы просто сидели и смотрели на Питер, почти не разговаривая, демоны пили пиво, я – лимонад. Ко мне никто не лез, Казанцев держал за руку, а Жарков обнимал за талию. Стыдно сказать, но мне было хорошо, я чувствовала себя почти счастливой. Как так вышло?! Не знаю и знать не хочу. Когда меня отвозили обратно, от поцелуев отвертеться не получилось: сначала Макс пристал в машине – за рулем Димка был, и я сзади ехала, с Казанцевым, – а потом, когда вышла, Жарков проводил до общаги. Сделав так, что никто нас не видел, и самым наглым образом, прижав меня к стене, минут пять не отпускал, пока мои коленки не ослабли настолько, что пришлось вцепиться в его плечи. Тело расплавилось от жаркого, страстного поцелуя, дыхание стало неровным. Черт. И Макс наверняка видел…
Спала я в эту ночь не слишком спокойно, признаться, и сны снились совсем не с бабочками и котятками. Потом был экзамен, и после него совместный обед, уже без всяких приставаний, хотя я поймала себя на том, что напряженно ожидаю этих самых приставаний. Слегка разозлилась на себя, за подобные мысли, и домой вернулась раздраженная и в расстроенных чувствах. Да что ж такое, а? До вечера смотрела фильмы, упорно стараясь не думать о демонах, и твердо решила на вечеринке в пятницу оторваться по полной. Не буду подчиняться обстоятельствам, тем более когда эти самые обстоятельства вообще неясные и непонятные! И все же, все же, мягкая настойчивость Димки и Макса медленно, но верно продавливала мое сопротивление. Наши краткие встречи вызывали больше радость и меньше страх и раздражение или неловкость. Их невинные прикосновения, целомудренные объятия и чуть менее приличные поцелуи заставляли волнение вспыхивать каждый раз, как это случалось. Я потом долго успокаивалась после этих встреч. А пятница все ближе, и выходные тоже, и подозрительное молчание Казанцева и Жаркова насчет планов начинало нервировать.
Звонил папа, мы договорились, что я приеду в понедельник днем, сказал, взял билеты на среду – в этот раз поедем в Испанию. Недельку проведет со мной, а потом снова в Питер, работать. Обещал, что найдет время еще приехать ко мне. Из Испании я собиралась в Грецию, мне там понравилось в прошлый раз, ну и дальше еще не решила. Мысли о путешествии помогли отвлечься, я занялась поисками в Сети, куда бы мне хотелось поехать. Пашка звонил пару раз, но звать никуда не торопился, помнил, что у меня конец сессии. Обещал приехать вместе со всеми в клуб, куда наша группа собиралась. Ну и хорошо, против Пашки я ничего не имела. Будет защищать меня, если что, от настойчивого Виталя. Пятница наступила неожиданно, экзамен я сдавала почти на автомате – не давало покоя проснувшееся предчувствие чего-то очень важного, что произойдет сегодня вечером. И перевернет мою жизнь очень круто. Меня это предчувствие пугало, честно. С демонами я не виделась со среды, только звонили и сообщения посылали. С одной стороны, хорошо – мне свободнее дышится. С другой, воспоминания постоянно возвращались к ним, к нашим встречам, к тем выходным… Я скучала. Но признаваться в этом даже в мыслях было откровенно не по себе. После экзамена мы немного посидели в кафешке, и я поймала себя на том, что то и дело кошусь на телефон – не пришло ли сообщение? Одернула, поймала насмешливый взгляд Варьки и покраснела. Так, все, никаких больше размышлений, ни о рыжем, ни о Максе! Сегодня я отдыхаю, сегодня только мой вечер!
В общаге Катька серьезно взялась за мою подготовку к походу в клуб. Кстати, первому такому мероприятию в моей жизни. Последняя вечеринка была в школе, на выпускном.
– Никаких штанов или джинсов! – категорично заявила соседка, бесцеремонно распахнув мой шкаф и с воодушевлением копаясь в нем. – Что-нибудь короткое, открытое и эффектное! Во! – Катюха вынырнула с вешалкой в руках. – То, что надо.
Я узрела шелковый сарафан с короткой юбкой-воланом, на широких лямках, перекрещивавшихся на спине, а спереди декоративная шнуровка.
– Эм… – протянула я, с сомнением глядя на наряд.
Ни разу не надевала еще, а купила его, когда с Катюхой по магазинам бродили. Она уговорила взять – мне же показалось, сарафан… слишком откровенный и открытый. Я девушка скромная.
– Танька, надевай, – решительно заявила Катя. – Сама же собиралась оттянуться по полной, – напомнила она мои собственные слова, сказанные не так давно.
Эх, ладно, почему нет. Вдруг проснулось желание выйти за рамки привычного образа, хотя бы на один вечер стать немного другой. Никто же не увидит, кроме своих, правда? А от чужих как-нибудь отмашусь, нас ведь будет целая компания.
– Хорошо – согласилась я и взяла вешалку из рук Катьки.
Через полчаса я была готова. Сарафан сидел отлично, босоножки на довольно высоком каблучке оказались на удивление удобными, волосы я собрала в высокий хвост – чтобы не жарко было. Мы договорились встретиться в десять около одной из центральных станций и пойти в выбранный Варькой, заядлой тусовщицей, клуб. Я немного волновалась, от предвкушения натянутые нервы, казалось, вот-вот зазвенят как струны. Все будет хорошо, Танюха, расслабься, все будет хорошо. Просто отдохнешь, переночуешь у Варьки, и утром поедете к ней на дачу. Никаких приключений.
Староста мой вид одобрила, довольно улыбнувшись и показав большой палец, и мы всей толпой пошли отдыхать и расслабляться. Варька по пути сказала, что там большой выбор коктейлей и их отлично делают, без всяких левых добавок – я наслушалась о таких не слишком приятных сюрпризах. Ну… гулять так гулять. Коктейли мне нравились.
Когда я вошла в шумное, полутемное и накуренное помещение, то слегка растерялась и вцепилась в руку Варвары – не дай бог, потеряюсь!! Она повела вглубь, где, по ее словам, располагались удобные диванчики вокруг столиков, и можно устроиться большой компанией. Там и музыка не так бухала по ушам. Мы посидели, выпили, меня отпустило немного, и я перестала выискивать в толпе отдыхающей молодежи знакомые фигуры. Не придут они, Танька, что ты. Ты же всю неделю из общаги не выходила, вряд ли Жарков и Казанцев продолжали… присматривать. Когда я допивала второй коктейль, ярко-оранжевого цвета, с клубничкой на краю, Варька дернула меня за руку.
– Танюх, пойдем танцевать? – прокричала она в ухо, и… я согласилась.
Наверное, благодаря тому, что в коктейле было намешано много чего-то крепкого, после второго бокала в голове слегка шумело, а в теле появилась легкость. А еще охватило шаловливое, игривое настроение, и я ему поддалась. Вот и оторвусь по полной, как и хотела. И я пошла за Варькой на танцпол… Как оказалось позже, именно в этом заключалась моя самая большая ошибка за этот вечер. Не говоря об остальных мелких оплошностях, которые привели к совершенно непредсказуемым последствиям. А пока мы с Варварой пристроились на свободном месте, с краю, и я окунулась в зажигательные ритмы, отдавшись музыке и движению. И все было хорошо, ровно до того момента, как почувствовала чужие руки на своей талии. Я ведь первый раз была в клубе и понятия не имела, какие тут царят нравы. И к тому, что вот так запросто могут подойти и обнять, оказалась не готова. Но… Что-то во мне проснулось в тот вечер, хмельное, бесшабашное, опасно-авантюрное. Не хотелось держаться в тени и быть незаметной. Поэтому я повернулась, встретилась взглядом с молодым человеком, в глазах которого горело неприкрытое восхищение, и продолжила танцевать… Правда, отступив на шаг и все-таки разорвав его почти объятия. Поймала краем глаза Варьку, она улыбалась и качала головой, но лицо выражало одобрение. Ну я и продолжила…
Несмотря на тесноту, я ухитрялась танцевать так, что неизвестному удавалось только слегка касаться меня, не обнять, не прижать к себе. Я играла, дразнила, мимолетно удивляясь, откуда во мне это, не умела же флиртовать, и уж тем более… так. Тело охватила невиданная легкость. Я двигалась плавно, и откровенное удовольствие в глазах случайного партнера, да и некоторых окружающих парней дарило непередаваемое наслаждение. Я купалась в этих невидимых волнах интереса, впитывала, и эмоции пьянили не хуже крепких коктейлей. А вот когда быстрая музыка сменилась медленной, удрать к остальным не успела… Неизвестный оказался шустрее, и в следующий момент я оказалась крепко прижата к нему, наши лица разделяли считаные сантиметры.
– Ты такая классная, – выдохнул он с улыбкой и…
Я действительно не ожидала, что он нагнется и коснется моих губ в настойчивом поцелуе. Не думала, что люди могут быть такими решительными. Уловила слабый аромат алкоголя и сигарет, и в первые мгновения, на чистом автомате, на той хмельной волне непонятного веселья и желания ощущать восхищение окружающих мужчин, ответила. Мои ладони сначала оказались на его плечах, я чуть подалась вперед, и неизвестно, чем бы все закончилось. Отрезвили две вещи: нечто твердое, что недвусмысленно почувствовала низом живота, и четкое ощущение взгляда, пронзившее спину электрическим разрядом. Недоброго такого взгляда, злого. И… кажется, знаю, кто это смотрит. Буквально сразу накрыло такое могучее возмущение и отвращение, я аж задохнулась, растеряв все слова, и смогла оттолкнуть настойчивого кавалера. На его лице мелькнуло удивление, но я уже отступила на шаг назад, медленно-медленно повернула голову, чтобы наткнуться на знакомую фигуру. Даже две.
Жарков стоял, засунув руки в карманы, и смотрел прямо на меня, и хотя лицо его оставалось непроницаемым, в глазах рдели багровые огоньки. Не знаю, сколько он тут, видел ли, как я танцевала, но поцелуй точно не прошел мимо его внимания. Посетители словно не замечали ни его, ни стоявшего на шаг дальше Казанцева, но вокруг демонов оставалось свободное пространство. Ой. Кажется, не стоило поддаваться непонятным желаниям, проснувшимся инстинктам, Танюха… Общаться со злым Димкой совершенно не хотелось, как и оправдываться перед ним или его приятелем. Макс стоял в тени, поэтому я не видела его лица, но и не горела желанием, признаться. И я предприняла отчаянную попытку избежать общения с моими персональными кошмарами, и одним, и вторым. Ну почему просто не могут оставить меня в покое, в конце-то концов!.. Я развернулась и юркнула в толпу, ловко пробираясь между танцующими, благо ввиду медленной музыки их было не так много. Сердце колотилось в горле, страх молоточками стучал в висках, дыхание со всхлипом вырывалось из груди, пока я лихорадочно думала о путях отступления. Туалет – не вариант, достанут оттуда, да и помещения с одним выходом не вдохновляли. Выход в той стороне, где демоны, а есть ли тут запасной, я не знала. Наверняка есть, но где? И потом, я умела только простенькие иллюзии накладывать, если очень надо, полноценные способности к магии проснутся только после инициации. Ну или после того, как стану женщиной…
Я забежала на второй этаж, всем существом чувствуя – демоны идут за мной и толпа не помешала им продолжить преследование. Самое ужасное, эйфория схлынула, и стало стыдно за свое поведение. Я же… я же не такая, я не умею флиртовать, мне на фиг не нужно мужское внимание, да еще от малознакомых парней! Я просто пришла отдохнуть, потанцевать! Что со мной случилось? Глаза защипало от внезапно нахлынувших слез, в горле застрял ком, и я сдавленно всхлипнула от приступа жалости к себе. И поговорить не с кем, поделиться бедами, и к папе страшно и стремно идти, и… и учиться дальше надо как-то. А эти двое не дадут же, будут за каждым шагом следить, если окажется, что нас связывает нечто большее, чем просто влечение демонов к девственнице. Удивительно, как за прогулку с Пашкой мне не влетело, неужели не следили в тот день?! Занятая своими мыслями я машинально толкнула какую-то дверь справа, в длинном коридоре, и зашла в полутемную комнату, освещенную только торшером в углу. Выдержанная в серо-графитовых тонах, очень уютная, с низким мягким диваном и столиком, она явно предназначена для отдыха. Сюда и музыка с первого этажа почти не долетала, так, только приглушенные звуки. И дверь одна… Выйти не успела: за спиной раздался тихий щелчок замка, и пришлось повернуться лицом к преследователям. Что ж, поговорим.
Они вошли бесшумно, молча и остановились у двери, не сводя с меня взглядов, в которых тлели багровые огоньки. Злые, да. Казалось, на кончиках волос Димки посверкивают искорки, а Макса окутывает полупрозрачная дымка, смазывая очертания. Да еще темная одежда на нем, и фигура Казанцева почти сливалась с полумраком. Я сжала кулаки и выпрямилась, стиснув зубы. Чтобы не стучали. Ну, в конце концов, что они мне сделают? Ну наорут. Ударить вряд ли ударят. Насилие тоже исключено. В самом деле, не станут же доходить до крайностей из-за случайного поцелуя! Однако сказать мне ничего не дали.
– Таня, Танюшка, ну что же ты творишь, хулиганка маленькая? – обманчиво ласковым голосом произнес Жарков, медленно подходя ко мне. – Ты зачем устроила внизу это представление, а?
Я так же медленно пятилась назад, не сводя с Димки настороженного взгляда.
– Я вообще отдыхать сюда пришла, и вас никто не звал! – с вызовом ответила, и – ура! – голос не дрожал. – Я тут с друзьями! И я вам ничего не обещала, между прочим!
– То есть ты до сих пор считаешь, что просто приятно проводишь с нами время? – вкрадчиво спросил Макс, и от бархатистых ноток в его голосе вдоль позвоночника прокатилась волна горячей дрожи. – Танечка, не ври ни себе, ни нам. Ты наша девушка и ни с кем другим встречаться не будешь. Вообще, после сегодняшнего у меня есть большое желание запретить тебе общаться со своими приятелями, кроме группы в универе.
Сердце сладко замерло, но страх пересилил, и я выкрикнула:
– Не ваша! Я ничья, только собственная! А запрещать ты мне не вправе, я сама решаю, с кем дружить и общаться!
Адреналин зашкаливал, и держать себя в руках становилось все труднее. Я балансировала на грани истерики, и с каждой минутой желание оказаться где угодно, только бы подальше отсюда, росло. Да только кто ж меня выпустит-то…
– Сами хороши, мне диктуете, а за собой не следите! – Я коротко рассмеялась, но оборвала смех, – слишком близок он был к истеричному. – Какое вам дело до того, чем занимается ваша игрушка в свободное время? И не надо убеждать меня в якобы серьезности ваших намерений, я прекрасно помню, с чего началось наше знакомство, и знаю, насколько упорны демоны, стремясь получить то, чего хотят!
Остапа, то бишь меня, уже несло. Накопившееся за последнее время напряжение и страх оказаться в полной власти этих двоих сорвали все предохранительные клапаны. И я вываливала на головы Казанцева и Жаркова все тлевшее на дне души, не дававшее покоя и лишавшее нормального сна.
– Оставьте уже меня в покое, а?.. – немного устало закончила обличительную речь. Тело охватил непонятный озноб, и я обняла себя руками. – Ни за что не поверю, что у таких, как вы, могут быть серьезные намерения в отношении обычной студентки. Я же для вас маленькая слишком, – криво улыбнулась, забывшись в своих мыслях и упустив момент, что Казанцев и Жарков и не думали останавливаться.
А комната не такая уж большая, и я уже практически упиралась в стену – окон тут, конечно, не было, только картина с нейтральным пейзажем. Осознала я сей факт поздно, когда вдруг узрела Димку слишком близко, и в нос ударил аромат можжевельника и свежести.
– Как же мне надоело это, – с изрядным раздражением выдохнул он и стремительным движением преодолел оставшееся между нами расстояние. – Иди сюда.
Я сдавленно пискнула и попыталась юркнуть в сторону, избежать его загребущих рук, но совсем позабыла о Максе. Он-то и поймал меня… Крепко прижав к груди и не обращая никакого внимания на попытки выбраться из стальных объятий. Вот теперь стало по-настоящему страшно. Кажется, насчет насилия я погорячилась…
– Пусти, пусти-и-и-и-и!.. – Я попыталась пнуть Макса, но…
По ногам скользнул прохладный сквознячок, и я не смогла пошевелить даже пальцем! Я запнулась, замерла и испуганно посмотрела в лицо Максу. Красивое лицо, даже когда он злился. Черты заострились, стали хищными, глаза совсем потемнели, зрачки слились с радужкой, а в самой глубине рдели багровые огоньки. И распущенные волосы. Создавалось впечатление, что вместо них перетекает, клубится антрацитово-черный туман. И все это пахло какао и пряностями… Мамочки.
– Макс, – тихо всхлипнула я, понимая, что попала по-крупному.
Отпускать меня явно не собираются.
– Танечка, – проникновенным низким голосом ответил Казанцев, и не думая разжимать рук. – Ты себя очень плохо вела, милая. Не стоило идти на поводу у своих инстинктов и поддаваться минутным желаниям.
На плечи легли горячие ладони Жаркова, и я оказалась зажата между телами демонов. Ой. Ой-ой-ой… Пряная смесь волнения и страха ударила в голову, перед глазами поплыли серебристые круги. Страха все же было больше… Тело оцепенело, и воздух с трудом проталкивался в легкие, наверное, поэтому стены комнаты слегка колебались перед глазами.
– Я н-не специально! – вырвалось у меня слишком жалобно, мысли трусливо попрятались по углам, оставив наедине с эмоциями. – Пожалуйста, пусти!..
– Нет, – выдохнул одно-единственное слово Димка, и его жаркое дыхание обожгло ухо.
Ладони с плеч переместились на грудь, попутно стянув лямки сарафана, и я поняла: шутки закончились. Оба демона на полном серьезе собирались… что они собирались сделать? Неужели пойти до конца прямо здесь, в этой комнате, на втором этаже какого-то молодежного клуба?! Господи, нет! А Макс еще и начал нежно, мягко целовать мои глаза, щеки, нос…
– Таня… Танечка… Никто, слышишь, никто не смеет к тебе прикасаться! – Уже немного хриплый шепот Димки не оставлял сомнений: он приложит все усилия, чтобы так и было. А его ладони между тем мягко сжали грудь, губы провели по шее, родив россыпь огненных искорок по слишком чувствительной коже. – Ну что ж ты такая вредная и упрямая, а…
Живот подводило от страха, в горле застрял ком, и вместе с тем по венам растекался жаркий огонь предвкушения чего-то чудесного, пусть и запретного. После чего я уже не буду прежней.
– Я покажу тебе, каким может быть удовольствие, Танюша, от которого ты так упорно отказываешься, – продолжил Жарков, и в следующий момент Макс меня развернул так, что я оказалась лицом к лицу с его приятелем.
– Мы  покажем, – поправил Казанцев с едва заметными нотками недовольства.

Если бы ситуация не была столь серьезной, я бы рассмеялась, честное слово. Оба собственники, это видно, и тяжко же им приходится делить одну девушку на двоих! Особенно учитывая, что девушка яростно сопротивляется их напору… Но не сейчас. Силы покинули окончательно, я обмякла в руках Макса, завороженно глядя в золотистые глаза Димки, на дне которых тяжело перетекала огненная лава проснувшихся чувств и желаний. Он обхватил мое лицо ладонями и медленно наклонился, коснулся губ, приласкал их языком, отстранился, пощекотал уголок рта. Против воли я откликнулась, чуть откинула голову, прикрыв глаза – да, папа прав на все сто, демонам невозможно сопротивляться. Особенно суккубам. Черт!.. Ну почему, почему я такая… испорченная… почему вместо того, чтобы вырываться, бороться за свободу до последнего, таю в их руках, покорно позволяю прикасаться к себе, целовать, делать, что вздумается! Таня, Таня, где твоя сила воли!
Не знаю, как далеко бы оба зашли, чем закончилось все это, но мне несказанно повезло: в комнату вломилась полупьяная парочка, страстно целующаяся и на ходу раздевавшая друг друга. Видимо, злые демоны забыли в порыве эмоций обезопасить себя от вторжения, а я несказанно обрадовалась. Их замешательства на несколько секунд хватило, чтобы я с силой оттолкнула Димку – да, пусть и произвожу впечатление хрупкой девушки, но, когда надо, просыпаются способности, – дернулась, вырвавшись из рук Макса, и дала деру, не оглядываясь. Нет, все, никаких развлечений больше, завтра же домой, к папе, и до отъезда не высовывать нос! Думаю, Варька простит… Не помня себя, каждую минуту опасаясь окрика за спиной и того, что меня схватят за руку, я промчалась через первый этаж клуба, чудом не врезавшись ни в кого из отдыхающей молодежи. Выскочила на улицу, торопливо нашарила телефон в маленькой сумочке и позвонила.
– Варь? Я домой, – проговорила, не дав дриаде рта открыть. – Со мной все нормально, но я не поеду с вами завтра, извини, – криво улыбнулась, на глаза снова навернулись слезы.
Вот же гады, сорвали мне отдых! А такими душками были всю неделю, я уж было почти поверила! Нет, ну надо так слететь с катушек от какого-то случайного поцелуя! Не разобравшись толком, что к чему? И да, я не обещала, не обещала никому и ничего! И откуда знала, что этот тип полезет целоваться?!
– Да, все, давай, пока-пока, до осени. – Я попрощалась со старостой и поспешила углубиться в переплетение улочек, очень надеясь, что демоны не успеют выйти и устроить на меня охоту.
Чтобы обошлось без приключений, накинула на себя иллюзию и торопливо зашагала домой, тихонько всхлипывая. Все, завтра утром соберусь, и к папе. Надеюсь, он не будет спрашивать, что к чему, я же не умею ему врать. А рассказывать не хотелось, очень. Папа меня слишком сильно любит и рисковать не станет, независимо от происходившего на самом деле между мной, Казанцевым и Жарковым. До совершеннолетия носа не высуну из дома без сопровождения. И плакала моя мечта учиться, как все студенты. Эх! Ладно, два месяца отдохну, а там… там посмотрим.
Честно, как добралась до общаги, не помню. Все силы уходили на то, чтобы не разреветься в голос. Кажется, звонил телефон, но я не брала трубку. Не хочу ни с кем говорить, Варьку я предупредила, а… а демонов и слышать не хочу. Ни оправданий, ни обвинений. Все. Точка. В комнате разделась, забралась под одеяло, но уснуть еще долго не могла, ворочаясь и старательно подавляя желание подойти к окну и посмотреть, нет ли там кого на улице. Что-то подсказывало: увижу одну из знакомых машин и это добавит переживаний. Хотят торчать под окнами – ради бога. Телефон я вообще вырубила до утра.
Спала, конечно, плохо, проснулась рано. Кое-как позавтракала, собралась, предупредила администратора о своем отъезде на два месяца, и вышла. Конечно, предварительно убедилась, что меня никто не караулит внизу. По крайней мере, ни Жаркова, ни Казанцева не увидела. А даже если за мной следят их люди… Да ради бога! В папином доме до меня никто не доберется. Вспоминая вчерашнее, я то и дело ежилась, по спине катались мурашки. Черт. Злые демоны – это страшно, на самом деле. Даже не буду думать, что могло случиться, не прерви нас та парочка. Пока ехала, позвонила папе, сказала о смене планов и скором возвращении, он слегка удивился, но и обрадовался. Только предупредил, что сегодня после обеда у него деловая встреча. Да пожалуйста, я же понимаю, он занятой человек.
В общем, когда добралась до дома, почти окончательно пришла в себя и надеялась, папа не заметит, что со мной что-то не так. Когда показались знакомые стены, поняла, как соскучилась и по папе, и по дому нашему, и с радостью задвинула всякие грустные и опасные мысли в самый дальний угол. Скоро мы с папой уезжаем отдыхать, и пусть эти демоны катятся к черту, их ближайшему родственнику!

За окном потихоньку занимался рассвет, небо серело, на улицах появились первые уборочные машины и дворники. Судя по отсутствию облаков, день обещал быть жарким и солнечным. Хотя это еще не показатель для Питера, погода здесь могла поменяться в считаные часы. Однако Макса и Димку красота утреннего города не волновала. Они сидели в небольшом баре недалеко от дома. Оба хмурые, перед каждым стояла кружка с пивом.
– Ну и что дальше? – мрачно поинтересовался у приятеля Макс. – Танюха уезжает через три дня. И с такими раскладами неизвестно, что будет творить в отъезде.
Димка длинно вздохнул и потер переносицу, прикрыв глаза.
– Да ничего не будет творить, – устало ответил он. – Аура врать не может. Не знаю, что вчера было, и знать не хочу, но уверен, такого больше не повторится. Но, черт, Макс, я готов был порвать того типа, честно! Он же откровенно клеился к Таньке, а она…
– Ей восемнадцать, Димон, и она ни фига не смыслит в отношениях и парнях, – оборвал Макс. – И наверняка в клуб пришла в первый раз. Если до этого батя держал ее дома, можешь представить, какая у девочки жизнь была? Она наивная во всем, что касается отношений.
– Раз такой умный, почему вчера не остановил меня? – огрызнулся Жарков. – Я же… Блин, если бы не та парочка, не знаю, до чего бы дошло! Я вообще себя почти не контролировал. – Он сердито нахмурился и откинулся на спинку стула. – Жесть, не думал, что так крышу снесет…
– Да я тоже, – в тон ему отозвался Макс. – Вот умом понимаю, а инстинкты бесятся.
Димка отхлебнул пива, покосился на друга.
– Заканчивать надо все эти игры, когда Танька осенью приедет, – негромко произнес он. – Просто забрать ее из общаги, и все. Пусть привыкает. Зато я буду уверен, что ни во что не вляпается по незнанию или наивности.
– Ага, и терпеть ее психозы? – Макс тихо фыркнул. – Если ты даже заикнешься о своей осведомленности, представь, сколько потом потратишь времени, убеждая, что твой интерес не строится ни на сотрудничестве с ее отцом, ни на ее девственности?
– Пусть ауру посмотрит, – буркнул Димка. – Раз так не поверит.
Макс чуть прищурился.
– Тебе приятно будет, если Таня останется с тобой только потому, что у нее нет выбора? Пока ее тянет к нам исключительно из-за натуры. Суккубы чуют свои половинки, а разумом Танька еще не осознает масштабы подставы. – Казанцев широко улыбнулся. – Что, так быстро сдашься? – ехидно поддел он.
Жарков поджал губы и посмотрел на собеседника.
– Я с ее отцом поговорю, – вдруг ответил он. – Расскажу все честно, тем более сегодня у нас встреча, предварительное обсуждение деталей сотрудничества.
– Не рано? – усомнился Макс.
– Боюсь, как бы потом поздно не стало, – покачал головой Димка. – У тебя есть дела на сегодня? После обеда?
– Думаешь вот так сразу заявить, что нас двое? – Макс поднял брови.
Димка усмехнулся.
– Ма-а-а-а-акс, Игнат – инкуб, – протянул он чуть насмешливо. – Его такими раскладами не удивишь.
– Даже по отношению к дочери? – Казанцев не торопился соглашаться.
Его друг развел руками.
– Ну если так вышло, чего теперь? Так природа распорядилась, что у его дочери сразу двое истинных. Значит, темперамент о-го-го заложен. – Он хулигански подмигнул и ухмыльнулся. – Один никак с ней не справится.
Макс тихо засмеялся.
– Ладно, хорошо. Давай поговорим с Игнатом. Надеюсь, ты прав, и Таню у нас не отберут. Позвони, когда и куда подъехать.
– Договорились. – Димка кивнул и широко зевнул. – Все, давай по домам. Ночка насыщенной выдалась.
Уже засыпая, Жарков мысленно скрестил пальцы, чтобы Игнат спокойно воспринял новость по поводу его дочери и не стал чинить препятствий.

Лариса пребывала в легком раздражении: мало того что ей неаккуратно маникюр сделали, оцарапав, так еще и про эту Таню толком не удалось ничего узнать. Жила в Сосновом Бору, родители сейчас в отъезде, ничего интересного. И всю неделю она просидела в своей общаге, выходя из нее только когда за ней приезжали Димка с Максом! Причем оба сразу, что бесило Лару несказанно. Почему этой мелкой девчонке, какой-то фее, должны достаться сразу два таких экземпляра?! Что любопытно, аура феи не пестрела радужными точками, как у демонов, и тем не менее оба от Тани не отлипали. Хотя если их истинная другая, должны потерять к ней всякий интерес. Ситуация становилась нелепой до безобразия, но близко подобраться к Тане не представлялось возможным. Если она не фея, значит, маскируется, однако действующих артефактов на ней Лариса не ощущала. Или очень хорошего качества вещь, или… или Татьяна все же фея. С неохотой суккуба вынуждена была признать, что придется отложить все на осень. Как удалось узнать, на лето Таня уезжала. Что ж, до сентября месть как раз успеет остыть до нужной температуры, чтобы сполна ею насладиться.
Лариса потянулась, небрежно запахнула атласный халатик, под которым ничего не было, и взяла телефон. Проводить выходные в одиночестве не хотелось, а тот вампирчик оказался очень даже ничего… Лара набрала номер и с предвкушением улыбнулась, облизав пухлые губы.
– Привет, – мурлыкнула она в трубку. – Помнишь меня?
Димка остался доволен: с делами они покончили быстро, по подготовленным документам у Игната вопросов не возникло. Конечно, Жарков просмотрел их лично, чтобы папочка не добавил чего без его ведома. Ну а когда с бумагами разобрались, молодой демон предложил:
– Не хотите кофе выпить где-нибудь? Или, может, что покрепче?
Игнат поднял брови, смерил собеседника взглядом.
– У вас есть какие-то вопросы, молодой человек? – осведомился он нейтрально.
– Хочу с вами еще кое-что обсудить. – Димка не отводил взгляда.
– Ладно, – поколебавшись, ответил Игнат. – Пойдемте.
По пути Жарков позвонил Максу, как договаривались, поймал косой взгляд Игната, но ничего не ответил. Они выбрали кафе недалеко от бизнес-центра. Макс появился буквально через несколько минут, он как раз неподалеку ждал звонка.
– Ну, что обсудить хотите? – спросил отец Тани, с любопытством поглядывая на молодых людей.
– Игнат, давайте только вы сначала выслушаете, – предупредил Димка.
– О как. – Банкир поднял брови. – Настораживает ваше заявление.
– Речь пойдет о вашей дочери, – негромко продолжил Жарков. – О Тане. Дело в том, что мы с Максом с ней знакомы.
На лице Игната не дрогнул ни один мускул, не отразилась ни одна эмоция, но в глубине глаз загорелся опасный огонек.
– О моей дочери? – ровно переспросил он. – Когда вы познакомиться успели?
– Случайно и не так давно. – Димка улыбнулся и добавил: – Посмотрите на ауры, мою и Макса. И Танину при случае.
Игнат едва заметно вздрогнул, в глубине зеленых глаз мелькнула настороженность. Несколько напряженных минут за столиком царила тишина, взгляд инкуба медленно перемещался от Димки к Максу и обратно, и на лице постепенно проступало изумление.
– Не может быть, – пробормотал он.
Жарков молча развел руками, а Макс тихо произнес:
– Этого не сделать никакой иллюзией, вы же знаете. Так уж вышло.
Игнат ответил не сразу.
– Таня знает? – кратко спросил он и тут же сам себе ответил: – Вряд ли, я ей про истинные пары не рассказывал ничего. Думал, после совершеннолетия. – Он хмыкнул. – А случилось вон как… Это она от вас сбежала, что ли? – насмешливо переспросил Игнат. – Вместо того чтобы с подружками поехать куда-то на выходные?
– Ну… да, – признался Димка и кивнул. – Таня боится своего влечения к нам.
– К обоим сразу? – уточнил на всякий случай банкир, чуть сузив глаза.
– К обоим, – подтвердил Макс.
– Ох! – Игнат поморщился и потер переносицу. – Вот как знал, не стоит поддаваться на ее уговоры и отпускать учиться, – тихонько проворчал он. – Ладно, от меня-то чего хотите?
– Не мешайте, – озвучил Димка просьбу. – Вы же понимаете, ничего не изменить уже.
– Да понимаю, не маленький. Но помогать тоже не буду. – Игнат откинулся на спинку и скрестил руки на груди. – Таня мне до конца жизни не простит, – усмехнулся он. – Разбирайтесь сами в таком случае. Подозреваю, вы уже наломали с ней дров. – Под внимательным взглядом собеседника Димке стало слегка не по себе. – Это все, что вы хотели обсудить?
– Да. – Жарков снова кивнул.
– Тогда удачи, мне идти надо. – Игнат поднялся. – Еще в дорогу собираться.
Когда банкир ушел, Макс посмотрел ему вслед и одобрительно произнес:
– Нормальный мужик. Не психовал, не брызгал слюной.
– А толку? – Жарков пожал плечами. – Против природы ничего не сделаешь. Танюшка ни на кого теперь и не посмотрит больше, ни до совершеннолетия, ни после. Ты своему, кстати, сказал уже, нет?
– Завтра обрадую, мы встречаемся. – Макс вздохнул и взъерошил волосы. – Блин, Димон, два месяца без нее!.. Я же рехнусь!
– Вот поэтому к осени надо что-то придумать, чтобы Таня уже никуда не делась. – Димка решительно выпрямился. – И, черт возьми, лишить ее возможности обжиматься неизвестно с кем по всяким злачным местам! – В золотистой глубине глаз мелькнули алые сполохи.
Макс негромко рассмеялся.
– Да остынь уже, Димон. Ну было и было. Больше не повторится.
– Надеюсь, – проворчал Жарков и встал. – Ну что, пойдем?
Два месяца без Тани. Насколько было бы все проще, имей они возможность общаться с ней, да в том же скайпе! Но после вчерашнего, если она на звонки не отвечала, об остальном можно забыть. До осени. Что за упрямая девчонка, вот угораздило же!

Оставшиеся дни до отъезда я занималась сборами, запрещая себе думать о демонах. Признаваться, что скучаю, тоже не собиралась. То, что все время смотрела на молчавший телефон, раздражало несказанно – оказывается, я уже привыкла к их сообщениям и подсознательно ждала их каждую минуту. Наваждение какое-то! Папа был занят большую часть времени, готовясь к отпуску и утрясая все дела, так что я была предоставлена сама себе. За пределы дома не выходила, только в сад разве – посидеть, позагорать, почитать. Очень хотелось верить – в путешествиях голова очистится от всяких ненужных мыслей.
Вечером накануне отъезда, за ужином, я все-таки отважилась спросить папу, надеясь, мой голос звучит непринужденно:
– Пап, а ты знаешь что-нибудь про истинные пары?
– Мм? – Он вопросительно глянул на меня. – А что именно тебя интересует, Танюш?
– Ну хотя бы как можно понять, что встретил свою половинку. – Я помахала вилкой в воздухе.
– Я сам не так много знаю, – признался отец. – Но по словам тех, кто нашел, после того, как встретишься, другие тебя перестают интересовать вообще, – сказал он то, что я и так знала из интернета.
– Больше никак? – постаравшись убрать из голоса грустные нотки, переспросила на всякий случай.
– Ну по крайней мере, мне не говорили. – Папа пожал плечами. – Ты собралась уже, Танюш? Нам завтра в семь утра вставать, в половине одиннадцатого самолет.
– Да, готова, – рассеянно ответила я.
Ладно, все, настраиваюсь на отдых. Два месяца впереди, наполненных эмоциями и впечатлениями! Не буду думать о всяких демонах, не умеющих себя контролировать и пугающих меня порой до дрожи! И скучать, назло им, не буду.
На следующий день мы улетели, и я ни сном ни духом не подозревала, какой сюрприз меня ждет по возвращении. Не скажу, что слишком приятный…

Приехала я на пару дней раньше, и признаться, побаивалась возвращаться в общагу. Вдруг там меня караулят?.. Но делать нечего, не из дома же ездить. Прежде чем перебираться, позвонила Катьке – где она, как? Я ей привезла всяких сувениров из путешествия, и Варьке тоже, да и соскучилась по девчонкам, хотя мы все время общались в Сети. Катька месяц пропадала в деревне, вместе с лешим, чем меня немного удивила, а вот когда она весело сообщила, что они решили жить вместе, я выпала в осадок. Я к ней уже привыкла как-то. Неизвестно еще, кого подселят вместо нее! И тут в голову пришла гениальная идея. Зачем продолжать жить в общаге, когда можно снять квартиру? Не думаю, что папа будет сильно против, да и мне уже не столько вольницы хотелось, сколько спокойно учиться. Ну и… Жарков с Казанцевым наверняка у общаги ошиваться станут. При воспоминании о демонах в груди привычно кольнуло, я подавила нежелательное чувство, которое портило мне отдых в последние несколько недель. Очень хотелось их увидеть, пальцы то и дело тянулись к мобилке, набрать заветный номер одного или второго, и каждый раз я останавливалась в последний момент. Нет уж. Даже сообщения оставляла без ответа. На расстоянии оказалось, сила воли у меня все-таки есть, особенно если вспомнить тот вечер в клубе. Сразу отшибало все желание томно вздыхать и скучать.
Идею со съемной квартирой я не стала откладывать в долгий ящик, вечером, на следующий день, как прилетела, озвучила папе. На вопрос, где хочу жить, не задумываясь, выпалила:
– Петроградка!
А потом запоздало сообразила, что где-то там и берлога Макса. Ну и пусть, район большой, домов много, появляется он там редко, так что вероятность случайной встречи почти нулевая.
– Хорошо, завтра к вечеру снимем тебе, – кивнул папа, и мне послышались нотки грусти в его голосе.
Я тут же сорвалась с места и подошла к нему, крепко обняла за шею и прижалась.
– Пап, ну это не навсегда, ты же сам говорил, лучше не светить наше родство, – торопливо произнесла я. – А мне на занятия ходить надо, и оттуда ближе до Васьки! Я буду приезжать к тебе на выходные, хочешь? Или ты можешь в гости заглядывать, это же квартира, не общежитие.
– Танюшка. – Папа обнял меня в ответ, вздохнул. – Все в порядке, милая. Просто… ты взрослеешь. – А вот теперь отчетливо слышалась печаль. – Конечно, тебе хочется отдельно жить, понимаю. Это нормально, Тань.
– Пап, ну я вернусь к тебе, когда закончу, – пробормотала я, в горле вдруг встал ком. – Я же никуда не ухожу насовсем.
Мысли о том, что, возможно, возвращаться не будет причин, если демоны меня опять найдут, гнала прочь. Я не сдамся им! Не сдамся, и точка!
– Ладно, все, хватит тут мокроту разводить. – Папа похлопал меня по спине. – Ничего страшного не происходит, в конце концов. Я просто очень привык к тебе, Танюш, вот и капризничаю, как все старики. – Он отстранил меня и тепло улыбнулся.
– Какой старик, побойся Бога! – искренне возмутилась я. – Пап, ну что за глупости! Ты у меня хоть куда еще!
В общем, к следующему вечеру мне вручили ключи от квартиры. Конечно, я упросила папу отвезти меня туда сразу, посмотреть – терпения дождаться завтра не хватало. Квартира оказалась уютная, чистенькая, однокомнатная. Да мне больше и не надо. В старом доме, с высоким потолком и лепниной, с паркетом – отреставрированным, конечно. Чем-то, кстати, напоминала хату Макса, с такой же старинной отреставрированной мебелью. Мне сразу там понравилось. Воспоминание о Казанцеве отогнала от греха подальше. Сообщения от обоих перестали приходить несколько недель назад, и… это слегка напрягало. Все казалось, кто-то за мной наблюдает, а приятели просто выжидают удобного момента… Папа сказал, что с общагой тоже сам все решит. Вот и славно. Хорошо, я оттуда почти все вещи забрала, остальное по мелочи завтра захвачу. И надеюсь, никто не будет поджидать у входа…
Все же за вещами я отправилась, предварительно навертев на себя иллюзию и мысленно скрестив пальцы, что, если Казанцева и Жаркова понесет меня там караулить, они не будут слишком пристально присматриваться к студентам. Внешность я себе сделала самую заурядную, незаметную. Жаль, ауру скрыть не удастся, но тут уж ничего не поделаешь, да и благодаря амулету папы она у меня стандартная, как у всех фей. К некоторому удивлению, путь в мое бывшее жилище оказался свободен, никаких знакомых машин в окрестностях не наблюдалось. Я быстренько закончила с формальностями, сдала ключ и с большим облегчением покинула опасную зону, отправившись обживать новую квартиру. Папа обещал вечером подъехать, помочь с переездом, и еще сказал, на днях уезжает в командировку, ориентировочно на неделю, а как на самом деле выйдет, не знает. Новость немного расстроила, но он и раньше мог надолго по делам куда-нибудь поехать.
В последний день перед первым сентября я получила сообщение. От Жаркова. «Тань, возьми трубку, пожалуйста». Даже почудился его голос, серьезный и с нотками предупреждения, я аж нервно вздрогнула, чуть не метнувшись к окну. Посмотрела на сообщение… И удалила, не ответив, хотя палец дернулся на мгновение. Нет, хватит. Не хочу. Снова переживания, снова мучиться: мое или нет и почему сразу двое… На фиг. Жарков оказался настойчивым. «Таня, перестань вести себя как ребенок. Я очень соскучился». А я – нет. Ну и пусть вру… Димка об этом не узнает. Сообщение тоже отправилось в никуда. Я пошла чистить зубы и умываться, время уже позднее, а завтра первый день учебы. Когда вернулась, обнаружила, что Макс тоже подключился к уговорам меня любимой, снять игнор. «Танюшка, не капризничай. Не молчи, пожалуйста». Спасибо. Хочу и буду молчать. Поставила телефон на беззвучный режим, включила будильник, легла. Усну назло всем, и спать буду спокойно. Почти… Последней мелькнула мысль – что делать, если меня завтра будут встречать около факультета. Ну, иллюзия, что еще. Тем более народу там будет не в пример больше, чем в общаге, и я точно затеряюсь, с другой внешностью. Только Варьку предупредить, чтобы не удивлялась, если что.
Однако когда я, сильно нервничая, несмотря на иллюзию, пришла на следующий день к универу, то и дело оглядываясь и вздрагивая, меня ждал сюрприз. Демонов не наблюдалось. Варька, конечно, поржала надо мной, что я за иллюзией прячусь, но мне было не до смеха. Однако когда и после окончания пар перед корпусом никого не обнаружилось, признаться… немного даже обиделась. Я тут, понимаешь, в шпионов играю, изо всех сил стараюсь, меня вчера эсэмэсками закидывали, а тут ни один, ни второй не соизволили явиться! Ну, значит, так нужна в самом деле. И все эти байки и сказки про серьезные отношения – ерунда. Наверняка давно нашли девственницу посговорчивее.
Мне же легче. Постаралась не обращать внимания на царапавшие сердце ноготки обиды, что так быстро забыли. Хорошо, не поддалась, удержалась, и все мои догадки насчет того, что они – мои истинные, не подтвердились. Значит, было просто влияние демонов на мою сущность, не более. Все, что ни делается, к лучшему. И я, продолжая успокаивать себя такими мыслями, вернулась в свою квартирку. Несмотря на хорошую погоду, не тянуло гулять, меня охватила непонятная грусть-тоска.
Так, не хандрить, Танюха. Все будет хорошо. И у тебя тоже, просто чуть позже. И с кем-нибудь поприличнее, чем два озабоченных демона, учитывающие только свои интересы. Я с почти спокойным сердцем постаралась окончательно выкинуть их из головы. Как оказалось несколькими днями позже, ой зря… Они же упрямые. И обидчивые, не меньше чем я.

Глава 17

Несколько дней прошли спокойно, и я, признаться, расслабилась. Иллюзию не снимала, от греха подальше, но по сторонам перестала оглядываться. На поселившуюся в груди тоску старалась не обращать внимания и даже удалила номера, к которым палец тянулся то и дело, из записной книжки. Забуду, забуду, честно! И я старалась. Отвлекалась, гуляла одна по вечерам, разведывая окрестности вокруг нового жилища. Один раз с Катькой пересеклись, попили кофе, пообщались – она с восторгом рассказывала про свою жизнь с лешим. Я даже немножко позавидовала. На вопрос, что у меня с моими ухажерами, кратко ответила: ничего и вряд ли что-то будет. Понятливая Катюха в подробности вдаваться не стала.
Ну а на третий день… Все началось как обычно. Я приехала к первой паре под привычной иллюзией, взгляд скользнул вдоль набережной, не заметила ни вишневого джипа, ни темно-синего кабриолета. Тоже ожидаемо в общем-то. Я заканчивала сегодня в четыре, последним для нашей группы шел семинар по растениеводству. Папа накануне уехал, по его словам, на неделю, и я уже начинала скучать, хотя вроде совсем недавно вечером заезжал на пару часов. В пять Пашка звал в кино, и я не отказалась. По нему тоже немножко соскучилась, да и приятно находиться в обществе человека, который не норовит залезть к тебе под юбку или приставать при каждом удобном случае. Как некоторые. И еще грело душу, что никто не следит и не будет звонить и на мозг капать, где я и с кем, и чем занимаюсь. Вот. Так что с чистым сердцем после последней пары отправилась на встречу с водяным.
Мы отлично провели время, и фильм посмотрели, и потом посидели немного в суши-баре. Пашка рассказал, как он ездил на Красное море, фотки показывал, и потом еще из Австралии, с Большого Барьерного рифа – тоже красотень. Я поделилась рассказами о своем летнем путешествии – Испания произвела неизгладимое впечатление, я влюбилась в эту страну. Несколько часов пролетели незаметно, и домой я возвращалась уже в мягких питерских сумерках. Вечер был еще теплым, несмотря на сентябрь, осень не торопилась приходить в мой город. Настроение в кои-то веки не болталось на уровне плинтуса, встреча с Пашкой встряхнула, помогла взбодриться, и я поймала себя на том, что улыбаюсь. Демонов почти не вспоминала, и я посчитала это хорошим знаком – выздоравливаю от пугающего влечения, значит. К дому подошла часов в девять, предвкушая, как сейчас залягу в горячей ванне с любимой книжкой, вкусным какао – не думать о Максе, не думать! – и обожаемым тирамису. А через пару дней уже выходные, и Варька опять звала к себе на дачу. А поеду, черт возьми, чего в городе скучать! Компания там наверняка веселая будет, шашлычков поедим, на природе опять же. Углубившись в приятные мысли о предстоящем отдыхе, я свернула в арку, за которой располагались мой дворик и подъезд, но успела сделать всего несколько шагов, мимолетно удивившись, что не горит лампочка. Густая тень вдруг шевельнулась, я подавилась криком, а ноги приросли к асфальту. Страх облил ледяной волной, сковал тело, и перед глазами замелькали серебристые искорки. Рассмотреть, кто скрывался в тени, не успела, только заметила красноватые огоньки глаз.
– Попалась, – раздался около самого уха вкрадчивый, донельзя довольный и очень знакомый голос, и я оказалась в железных объятиях… Жаркова?!
Сознание не перенесло такой нагрузки, мигнуло и погасло от переизбытка эмоций, я первый раз в жизни упала в обморок. Или мне помогли?

Димка не просто злился, он был в бешенстве. Упорное молчание Тани все эти два месяца сначала веселило, потом настораживало, а потом уже откровенно раздражало. Не может же она так долго обижаться за ту выходку в клубе? Ну погорячились, ладно, но она тоже хороша! Сейчас, за несколько дней до начала занятий – у него они, к счастью, закончились вообще, – Танечка уже в Питере, Жарков знал, чувствовал это. Как и Макс. Только вот незадача, в общежитии сказали, что Теренская съехала, сдала ключи. Ее соседка – тоже. Соседку умельцы из конторы Макса обнаружили быстро, только не с подружкой, а с парнем. Танюши не оказалось и дома, как показало скрытое наблюдение, она ухитрилась почти сразу после возвращения… исчезнуть. Вот просто исчезнуть, и все. Звонить Игнату и спрашивать бесполезно, он ведь сказал – помогать не будет. Оставалось только попробовать выловить упрямую суккубу около универа. Только… самому там светиться не хотелось. Во-первых, с утра дела в офисе, и отец настоятельно просил быть вовремя – переговоры очередные, – а во-вторых, Жаркову не улыбалось выглядеть посмешищем. Он набрал Макса.
– Привет, ты чем завтра утром занят? – сразу спросил друга.
– Вообще, отчеты разбираю, как всегда в конце месяца, а что? – ответил Казанцев. – Таню нашел? – оживился он.
– Если бы! – Димка раздраженно хмыкнул. – Надо около универа ждать, на занятия-то она всяко придет.
– А думаешь, увидев тебя или меня, не сбежит? – насмешливо отозвался Макс. – И да, Димон, я серьезно не могу. Дела горят.
– Своих кого-нибудь можешь поставить? – не растерялся Димка. – Их она точно не узнает и не шарахнется. Пусть проследят, где Танька теперь, потом подумаем, как быть.
– Договорились, – легко согласился Макс. – Меня тоже вся эта ситуация бесит несказанно, – со злостью добавил он. – Чувствую себя маньяком каким-то, честное слово!
– Отцу-то сказал? – Димон перевел тему, отвлекая Казанцева.
– Да он сам заметил, когда мы встречались. Он знал, что у меня кто-то появился, я же всех своих подружек разогнал. – В трубке раздался смешок. – Ну и догадался на ауру глянуть. Все лето пристает, когда познакомлю. Кстати, про тебя тоже сказал.
– И как? – Димка невольно заинтересовался реакцией Казанцева-старшего на такую новость.
– Ржал долго. – Макс снова хмыкнул. – Но, в общем, принял нормально.
– Ясно. Ладно, тогда как только что-то будет завтра, звони.
– Договорились. – Друг Жаркова отключился.
А Димка пошел готовиться к еще одной почти бессонной ночи… Мысли о Тане не давали покоя не только днем. Утром, не совсем выспавшийся и хмурый, Жарков настолько задумался, что чуть не поехал вместо офиса к филфаку. Опомнился на светофоре у Дворцового, дал себе мысленно подзатыльник и вполголоса выругался. Вот же вредина мелкая! Ладно, ничего, Димка был уверен: умельцы Макса не оплошают и в ближайшие дни станет известно, где же теперь живет Таня.
В офисе дела немного отвлекли от мыслей о маленькой суккубе. После переговоров Димон сразу позвонил Максу, чтобы услышать, что его люди дочки Игната не видели. Ни до занятий, ни после. Однако, как показала беседа с преподавателями, Теренская на занятиях присутствовала. Жарков до хруста стиснул зубы, потом медленно выдохнул, унимая волну раздражения.
– Димон, думаю, она иллюзией воспользовалась, – уверенно заявил Макс. – Чтобы уж наверняка мы ее не заметили. Я уже дал указания, завтра утром мои люди еще раз к универу сгоняют, только с нужным артефактом. – Димка готов был спорить на что угодно – друг сейчас довольно улыбается. – Он сквозь иллюзии позволяет видеть. Думаю, завтра к вечеру будем знать, где наша Таня, и тогда можно что-то думать.
– Хорошо жду вестей, – кратко ответил Жарков, чуть успокоившись.
Действительно, стоило подумать. Если Таня настолько не хочет их видеть, что даже съехала из общаги, то позаботится, чтобы и около универа ее не поймали. Только вот в магии она понимает еще не очень много, маленькая ведь. Жарков улыбнулся, и, несмотря на мрачное настроение, связанное с упрямой суккубой, улыбка вышла мечтательной. Соскучился он, сильно, хотя преподать Танюшке урок следует, и как можно быстрее. А потом можно уже и показать, насколько Димка скучал. Осталось дождаться нужных сведений от людей Макса.
К вечеру следующего дня у Жаркова и Казанцева уже был новый адрес Тани, и демонов несказанно обрадовало то, что она перебралась на Петроградку. С трудом переборов желание тут же поехать к несносной девчонке, Димка предложил Максу встретиться и подумать, как подобраться к Тане так, чтобы она не сбежала от них. Друг с готовностью согласился.
– Ну какие идеи, Димон? – Макс расположился на низеньком диванчике напротив Жаркова. – Может, все-таки расскажем, что к чему? Всем проще будет.
– Танька теперь не поверит ни тебе, ни мне, даже если правду говорить будем, – хмыкнул Димка. – Придумает кучу отговорок. Сначала к ней вообще подойти надо.
– Давай завтра после универа, у ее дома? – Макс вопросительно глянул на друга. – Она нас там не ждет и не успеет сбежать. Попробуем просто поговорить для начала, выяснить, точно ли Танюха еще обижается за то происшествие летом или что-то другое.
– Давай, – кивнул Димка. – Согласен.
На том и порешили. Однако следующий день принес неприятный сюрприз. Когда Максовы наблюдатели сообщили, что Таня пошла гулять с водяным, Павлом, насколько помнил Димка, ревность наложилась на еще не совсем остывшее раздражение, и демон чуть не рванул прямо из офиса, за два часа до конца рабочего дня, за несносной суккубой, и так вымотавшей ему все нервы своим поведением. Остановило то, что без скандала Таню забрать не удастся, а значит, отношения с ней совсем испортятся.
– Дим, Дим, остынь, подожди. – Макс дождался, пока друг закончит ругаться. – Пусть гуляет, все равно прямо сейчас ни ты, ни я с работы не сможем уйти. Мои приглядывают, пока там все вполне невинно, они в кино пошли.
– Конечно, на последний ряд, – ядовито отозвался Жарков, понимая, что ведет себя как импульсивный подросток, но ничего не мог поделать. Мысль о том, что рядом с ней кто-то другой, выводила из себя несказанно. – Он явно запал на Таньку, Макс!
– Да не полезет он к ней! – рыкнул Макс с явным раздражением. – Он такой же романтичный мальчик, Жарков, как сама Танька! Будет смотреть, вздыхать и розы дарить!
– Розы ей дарить буду только я, – отрезал злой демон и нехотя добавил: – Ну ты еще, если захочешь. А больше никто, ясно?!
– Не ори на меня, – ровно отозвался Казанцев. – Твои предложения? Только реальные, Димон, а не такие, чтобы за волосы и в пещеру, – иронично добавил он.
– Мне надо подумать, – буркнул Димка. – Перезвоню через полчаса.
Следующие полчаса Жарков провел, неподвижно сидя в кресле и уставившись перед собой невидящим взглядом. Идея, которая пришла ему в голову, с одной стороны, не оставляла Тане выбора, с другой… так она точно никуда не денется ни от него, ни от Макса. Пообижается, пофыркает, да остынет, она же умная девочка. Ну а чуть позже он обязательно расскажет ей про изменения в ауре и про то, что их троих теперь связывает. Димка удовлетворенно улыбнулся, кивнул своим мыслям и перезвонил Максу.
– Собирайся, едем к Тане, – заявил он другу.
– Что ты придумал? – тут же спросил Казанцев.
– Договор, – кратко ответил Жарков, взяв со спинки кресла пиджак и направившись к выходу из кабинета. – Детали по пути, Макс. Едем на моей машине, потом ко мне сразу, с Таней вместе.
– О как, – крякнул демон. – Ответ настоящего бизнесмена. Ладно, тогда встречаемся у твоего дома, захватишь меня.
– Угу. – Димка уже входил в лифт.
Все пройдет как надо, он был уверен. Ну а то, что Игната сейчас не было в городе и Тане не к кому бежать за помощью, вообще отлично. В янтарных глазах демона блеснул золотистый огонек, а по губам скользнула предвкушающая улыбка: как же он соскучился по Танюше!.. Но сначала следовало озвучить ей условия их дальнейшего общения… А потом все остальное, приятное.

– Ну что, Танечка, добегалась? – ласково произнес наглый похититель невинных дев тихим рокочущим голосом и довольно ухмыльнулся.
Я мрачно созерцала Жаркова, жалея, что взглядом нельзя убить. Мы сидели в кабинете его хаты на Миллионной, в центре Питера. Учитывая, что пришла в себя я тоже здесь, на кожаном диванчике у стены, и первое, что увидела, – это физиономия склонившегося надо мной Димки, возможности проверить, заперта ли дверь, не было. Но, думаю, да. Заперта. А ключ мне вряд ли любезно вручат. Обидно, черт… Страх от того, что я в полной его власти, перекрывала злость. Украл, зараза такая! Прямо около дома!! И вычислил ведь, куда я переехала из общаги. Сволочь! Гад! А папа в командировке, далеко…
– Итак, Танюша, – тем же ласковым голосом продолжил Жарков, переплетя пальцы и не сводя с меня своих проклятущих глаз цвета старого янтаря, в которых затаился красноватый огонек. – Я просил по-хорошему, ты заупрямилась. – Я невольно вздрогнула, с таким предвкушением это прозвучало, а от следующих слов пробрал мороз до самых костей. – Теперь условия диктую я. Будешь моей девушкой, и мы это пропишем в договоре. И никуда ты не сбежишь от меня больше.
– Разбежался! – тут же взвилась я, скрыв под возмущением отчаяние и новую волну страха. – Жарков, ты охренел, что ли?!
Нет, нет, не хочу, не буду, инстинкты, заткнитесь, эмоции, пошли на фиг, я не хочу  встречаться с ним!.. Ведь только успокоилась, только пришла в себя!
– Тань, твое упрямство мне надоело. – Жарков пропустил мимо ушей мои слова. – Я сказал, будет так, как я решил, раз упорно шарахаешься и не хочешь слушать, что говорю, – негромко продолжил он, не сводя с меня пристального взгляда, пока я хватала ртом воздух, онемев от беспредельной наглости и уверенности этого… демона волосатого! – Родителей твоих все равно нет, я проверял, они уехали. И не делай такого возмущенного личика. – Он снова улыбнулся, а я подавилась очередным воплем, испуганно уставившись на него. Улыбка вышла мечтательной и нежной. – Я помню, как ты реагировала на мои поцелуи, Танюша. И не только, – выразительно так намекнул он, а у меня спину как ледяной крупой обсыпало. – Ну а если ты до сих пор дуешься за тот маленький срыв в клубе… – Димка на мгновение замолчал и продолжил: – Сама понимаешь, я не люблю, когда кто-то чужой трогает мою девушку. И уж тем более так нагло ее лапает. – В золотистых глазах блеснули багровые сполохи. – У тебя час на сбор вещей, Танюша. Я подвезу и помогу, – продолжил он, ухмылка стала шире.
– Я никуда не перееду и ничего собирать не буду! – выкрикнула, стиснув подлокотники. – И да, знаешь ли, в том клубе вы со своим приятелем показали свою истинную натуру! Кстати, где его потерял, а? – язвительно добавила, черпая в злости хоть какое-то спасение от страха.
Он… он так уверенно себя вел, и отчаяние во мне поднялось с новой силой. Закралось подозрение, что у Жаркова припрятан козырь, который не позволит мне противиться его наглым действиям. Что там демон про договор упоминал?..
– Ты дружишь с Катей, да? – Тот же ласковый тон, от которого тело против воли наполнялось сладкой истомой, а мысли сворачивали совсем не в ту сторону.
Танька, очнись!! Но в глазах Димки горел мрачный огонек решимости. Рубинового цвета. На слова о друге он не обратил никакого внимания.
– А она простой человек. Думаю, тебе не слишком понравится, если с ней что-то случится, да? Или этот, как его, водяной? Мне, знаешь ли, не нравится, если моя девушка предпочитает общество какого-то пацана моему. – Жарков чуть сузил глаза. – Но ты же хочешь дальше с ним… дружить, Танюша?
Вот эта пауза перед последним словом взбесила несказанно. На что он намекает?! Мы с Пашкой действительно дружим, он вообще ни разу ничего такого по отношению ко мне не позволил! Маньяк, придурок озабоченный! Я скрипнула зубами, злость бушевала внутри, успешно подавляя тихую радость от того, что вот этот конкретно зарвавшийся индивид все-таки здесь, рядом, протяни руку – дотронешься. И пусть сейчас он вел себя, как последняя сволочь, я… черт, я скучала. Сильно. И, как с ужасом поняла, не только по нему. Хотя… Димка умел быть разным. Стоп, не буду вспоминать о наших свиданиях! Сейчас он зашел слишком далеко! Шантаж – это уже перебор, как и похищение, как и выставление мне условий. Но с другой стороны, я слишком ясно понимала: Димка не отступится. Да еще и приятеля своего подключит наверняка, а с ним я тем более не хотела встречаться! Вот про Катьку это Жарков зря, подставлять бывшую соседку не хотелось, она же ни сном ни духом, кто я такая на самом деле. А она – просто человек, хоть и живет теперь с лешим.
– Это подло, Жарков, – глухо отозвалась я, стиснув подлокотники кресла, в котором сидела. – Слышишь, подло! Не трогай их!..
Раздражение мешалось с отчаянием и… радостью… Ненавижу, ненавижу!!!
– Умница моя, значит, согласна? – мурлыкнул Жарков.
– Да, – сухо бросила я. – Где договор?
Не сомневаюсь, демон уже подготовил его. Кошмар какой, встречаться с ним по договору! Заключить… сделку, будто куплю-продажу обсуждаем! Моей невинности, ага.
– Пожалуйста, моя девочка, – весело ответил Димка и подвинул ноут. – Там просто и понятно.
Вопреки всему, от того, как он назвал меня, тело затопила жаркая истома, загубив на корню намерение ругаться дальше. Демон, тьфу! Вот когда я пожалела о своей сущности и неспособности сопротивляться обаянию Жаркова! Я вцепилась в мышку, но… обнаружила, что файл защищен от исправлений и открыт только для чтения. Точно, подготовился. Начала читать… Действительно все предельно просто:

«1. Спальня общая, спим вместе.
2. Обязательно отвечать на звонки и сообщения.
3. Ставить в известность, если куда-то отлучаюсь без сопровождения.
4. Не находиться в обществе незнакомых мужчин дольше пяти минут.
5. Быть послушной девочкой».

Ну и все. Кратко, лаконично, внизу моя фамилия и фамилия демона. Блин. Блин, блин блинский. Попадос!!! Я не буду с ним спать, на фиг, ни просто так, ни… никак вообще! Мне нельзя, черт возьми! Я не хочу, не хочу, не хочу-у-у!.. И плевать, что при мысли о том, что мы с ним окажемся в одной постели, внутри все радостно обмирает и становится невыносимо жарко! Вспомнились те выходные на даче, когда я все-таки оказалась в этой постели… Подняла на Жаркова взгляд и решила уточнить некоторые моменты. Уже все равно, что он там подумает.
– Секса не будет. – Я смело встретилась с его глазами, в которых мелькали рубиновые сполохи.
– Без твоего желания, – тут же подхватил он с похабной ухмылочкой.
Только открыла рот, чтобы согласиться, но тут же его захлопнула, с подозрением прищурившись. В чем подвох? Я и так не соглашусь, ни за что и никогда! Даже несмотря на то, как реагировала на Жаркова и его поцелуи!
– Его и не будет, – осторожно ответила, напряженно глядя на собеседника.
– Танюша, – вкрадчиво произнес хозяин кабинета, и меня как в теплый сироп окунули. Стало жарко и сладко, и снова страшно. – Я буду к тебе прикасаться, вредная моя, и целовать тоже буду. И я знаю, тебе это понравится.
Мало ли что знаешь! Я сглотнула сухим горлом, ладошки вспотели от нервного волнения. Памятуя, как плавлюсь от поцелуев и… и остального, да уж, секс будет, и в ближайшее время. И… есть большая вероятность, что после моей первой ночи с демоном Жарков получит персональную игрушку, а я… я навсегда потеряю себя как личность. Не хочу-у-у-у! Я прикусила губу, едва сдерживаясь, чтобы не всхлипнуть от отчаяния.
– Жарков… – прохрипела, но он перебил:
– Танечка… – И голос мягкий такой, нежный. И… глаза… тоже так нежно смотрят, ругаться как-то совсем расхотелось. – Я не отпущу тебя. Никуда. Поняла? Даже не надейся.
Я откинулась на спинку стула, растерянно моргнула, облизала губы. Он не шутил. Он на полном серьезе говорил! Слова резко позабылись, что сказать в ответ, я понятия не имела. Демон же вернул себе ноут, подключил его к принтеру, пару раз щелкнул мышкой, и через несколько минут передо мной лежал экземпляр договора. Ну… подпишу его, и что? Что мешает нарушить?..
– Кровью, Танюша.
У меня похолодели пальцы. Кровью – это серьезно, это значит, придется соблюдать! Каждый пункт. Глаза защипало, лист расплылся перед глазами, и пришлось пару раз моргнуть, чтобы прогнать ненужную сейчас влагу. Без истерик, Танюха, только не хватало тут раскисать перед подлым шантажистом!
– Ты… я тебя ненавижу, демон, – пробормотала, слизнув соленую влагу с губ, – пара слезинок все же скатились по щекам. – Тебя и твоего приятеля.
Ответом стали преувеличенно печальный вздох и невозмутимые слова:
– Да кто ж виноват, Танечка, ты сама отказывалась разговаривать со мной. Пришлось идти на крайние меры. А с договором я придумал, – усмехнулся он.
– Не сомневалась, – зло огрызнулась я. – Шантаж тоже, уверена!
Меня одарили прищуренным взглядом, потом хозяин кабинета откинулся на спинку кресла, потянулся, демонстрируя подчеркнутые рукавами футболки рельефные бицепсы. Невольно отвела взгляд, чтобы не дразнить себя привлекательным зрелищем и не провоцировать лишний раз слюноотделение. Красив, зараза такая. И самое поганое, я знаю, он может быть другим! Нежным, внимательным, заботливым… Нет, нет, не хочу с ним встречаться! Ни на каких условиях!! Потому что и другую сторону его увидела, в том же клубе, например. Не прерви нас тогда… Оборвала мысль – и так не по себе, нечего нагнетать обстановку.
– Девочка моя, я буду долго и тщательно вымаливать твое прощение, – проникновенно сказал Димка, и такой неприличный подтекст мне послышался в его словах, что щеки как огнем опалило от вспыхнувшего румянца. – Но только после того, как подпишешь.
В кабинете воцарилась тишина. Я хмуро уставилась на листок, не видя написанного – строчки прыгали перед глазами, от волнения опять сжало горло. Не знаю, как далеко он готов зайти в стремлении заполучить меня, правда ли что-то сделает Пашке и Катьке, и не хочу проверять. Черт. Припер к стенке, зараза такая! И самое печальное, где-то ну очень в глубине души я этому даже рада…
– Тут… тут срок действия договора не указан, – тихо произнесла я, голос позорно дрогнул.
– А он без срока, Танечка, – последовал ответ.
Я недоверчиво прищурилась, уставившись на него. Эм, мне послышалось?
– Это как? – вырвалось у меня.
– Не отпущу, – тихо, внушительно так повторил Жарков. – Сказал же, Таня.
– А… а как же приятель твой? – рискнула спросить, памятуя его заявление в выходные на его даче.
– Мы договорились, – спокойно произнес Димка. – Еще вопросы, Танюша? Или подписываем?
Вот как. Ну что ж, уже легче, одного демона я… как-нибудь переживу. И подумаю, как справиться с ситуацией. Может, папа, когда вернется, что подскажет – сразу во всем ему повинюсь, честное слово! Жарков подождал возражений, которых не последовало – дар речи опять мне временно отказал, – молча достал из ящика стола упаковку с иголками и надорвал. Я кусала губы, отчаянно не желая становиться девушкой этого демона, у которого бездна эгоизма, непомерное самомнение, непробиваемая уверенность, что есть его мнение и неправильное, и еще куча недостатков, бесивших несказанно. И… и который может быть нежным, заботливым, безумно обаятельным, и только для меня одной… Нет, нет! Не-э-эт, не буду вспоминать! Мой рыжий кошмар так же без слов поманил, пришлось встать, подойти и протянуть руку. Жарков сграбастал мою ладошку своей лапищей, и от этого прикосновения по телу легкой волной пробежала колкая дрожь. Теплые, мягкие пальцы аккуратно сжали мою кисть, быстрый укол иглой, я прикусила язык, чтобы не ойкнуть. Красная капля шлепнулась на лист с договором, потом Димка отпустил мою ладонь и точно так же уколол свой палец – вторая капля упала на бумагу.
Его кровь смешалась с моей, мягко засветилась бледно-розовым и погасла, мгновенно высохнув. Меня на мгновение пронзило странное ощущение, как будто сотни иголочек закололи тело, и я невольно передернулась – магия сработала. Осталось последнее – чистая формальность, потому что кровь скрепила договор крепче подписей. Жарков протянул ручку, по-прежнему не говоря ни слова, но вот во взгляде плескалась радость, и… слишком довольно он улыбался.
– Давай, Тань, – поторопил он, и я заподозрила подвох.
Опустила взгляд на лист бумаги, где следовало поставить подпись. Моргнула, не поверив глазам. Содержимое договора слегка изменилось. Черт, когда, как?! Нет, все пункты остались на месте, только вот…
– Жарков!!! Это как понимать?! – прошипела, толкнув ему листок. – Откуда здесь это ?! – Мой палец обвиняюще ткнулся в самый низ.
– Я же сказал, мы договорились, – широко ухмыльнулся Димка, ничуть не смущенный, и кивнул. – Подписывай, Танюш, у тебя выбора нет. Кровь уже на договоре.
Пока я хватала ртом воздух, подбирая цензурные слова, зазвонил Димкин телефон. Не сводя с меня веселого взгляда, он ответил:
– Да? Да, все нормально, заходи, – и отключился.
Я застыла, уже догадываясь, с кем Жарков разговаривал и кого сейчас увижу, если повернусь. Дверь за спиной тихо скрипнула, мое сердце скатилось в пятки и там затаилось, а воздух в легких резко закончился.
– Та-а-а-ань, – позвал Димка и подтолкнул договор обратно. – Не тяни время, бесполезно.
На плечи легли ладони, ноздрей коснулся знакомый аромат, а около уха раздались тихие слова:
– Все, Танюша.
Действительно все. Меня охватило оцепенение, я отстраненно наблюдала, как Димка поставил размашистую подпись, видя, что я не тороплюсь, и в третий раз вернул договор мне. Пальцы сжали ручку, которая ощутимо дрожала, кое-как накорябали мои инициалы… Боже, что будет со мной дальше?!
Макс обошел, наклонился над столом и поставил под договором свою, третью подпись. Потому что договор был не двусторонним, а трехсторонним. И по нему выходило, что… я девушка не только Димки, но и его друга. Черт. Но почему?! Почему, если демоны собственники?! Почему эти двое так оригинально решили проблему выбора?! И, похоже, ничуть не расстраиваются, судя по довольным физиономиям!
– Почему? – тихо спросила я, чувствуя апатию и заторможенность. – Почему двое?.. – несколько сумбурно высказала мысль.
– Танюш, а давай мы съездим за твоими вещами и потом поговорим подробнее, хорошо?
Теперь голос Димки звучал не в пример мягче и ласковее, из глаз пропали багровые огоньки, и весь он как-то расслабился, что ли. Макс сидел на краешке стола, скрестив руки на груди, и смотрел на меня очень нежно и… и вообще, они на себя не похожи оба были. Неуютное чувство усилилось в разы, захотелось обнять себя, спрятаться от их взглядов.
– Я… – запнулась, сглотнула и продолжила: – Я теперь тут жить буду?..
Окончание фразы «с вами» повисло в воздухе, договорить его элементарно не хватило духа.
– Вообще, мы собирались ко мне перебраться, – негромко сообщил Казанцев и улыбнулся. – Тебе же понравилось там в прошлый раз, Танюш?
Ну… понравилось. Ох! Не могу я сейчас ни о чем думать, устала очень, и слишком много всего случилось за короткий промежуток времени. Силы окончательно покинули меня, я длинно вздохнула и обмякла в кресле.
– Хорошо, поехали, – пробормотала, не желая больше спорить.
Даже страх притупился, и отчаяние отступило на задний план. Мне завтра в универ еще, к первой паре, а времени уже десятый час. Отстраненно заметила, как демоны переглянулись, и у обоих на лицах мелькнуло что-то подозрительно похожее на беспокойство. Ну и пусть подергаются, им полезно. За мои убитые нервные клетки… Димка подошел ко мне, присел и взял мои холодные ладони в свои теплые руки.
– Танечка, – тихо, настойчиво, и его губы коснулись моих пальцев. – Танюша-а-а-а, – еще касание, показавшееся мне обжигающим. Я вздрогнула и подняла на него взгляд. – Я не мог по-другому, пойми, пожалуйста, – произнес он, глядя мне в глаза. – Вернемся, все расскажем, честно. Не пугайся раньше времени, ладно, Тань?
Я смогла криво улыбнуться, но ничего не ответила. Иди ты… лесом, Жарков.
– Тань, ты голодная? – спросил Макс и тоже встал. – Я пока поеду к себе, ужинать будешь?
Заботливый какой, скажите пожалуйста. Да мне сейчас кусок поперек горла встанет, от одной мысли о еде подташнивать начинает!
– Будет, будет, – ответил за меня Димка, и от краткой вспышки раздражения я чуть не выдернула руки, которые чесались заехать ему по физиономии.
Только вот Жарков держал мои пальцы крепко, хоть и аккуратно.
– Поехали, а то совсем поздно будет. – Он поднялся и потянул меня за собой – пришлось тоже встать.
Так мы и вышли, трогательно держать за руки, только вот особой радости я пока не испытывала. Эмоции как замороженные были после недавнего всплеска. Мы втроем спустились вниз, я села в машину к Димке, Макс – в своего вишневого монстра. Однако Жарков не торопился отъезжать, хотя авто завел. Повернулся ко мне, наклонился и, несмотря на мои тут же выставленные ладони, обнял, прижав к себе.
– Танюха, ну сама виновата, нечего было игнорить, – прошептал он, уткнувшись носом мне в ухо.
Щекотно… А еще неожиданно приятно. Я замерла с колотящимся сердцем, близость демона, да еще и этот его аромат, всколыхнули апатию, она затрещала по швам, выпуская наружу целый фонтан чувств. У меня вырвался беззвучный всхлип, я вцепилась в футболку Жаркова, сильно прикусив губу, и зажмурилась, прислонившись лбом к его плечу. Ну, блин, демон, зараза такая рыжая, почему я не могу на тебя долго злиться? Почему, вопреки всему, вопреки твоей наглой выходке с этим договором, так хочется прижаться, вдохнуть поглубже умопомрачительный аромат и расслабиться уже, смирившись с положением дел? По-моему, то, что наворотили демоны, чтобы меня заполучить, не очень тянет на мимолетное развлечение с вкусной девственницей, черт возьми. Моя бедная душа не выдержала, и я всхлипнула уже в голос, не в силах сдерживаться.
– Жарко-о-о-о-ов!.. – Получилось слишком жалобно, но плевать. – Ну что же ты… Какой же ты…
На этом мысли закончились, и начались слезы. Облегчения ли, тихого отчаяния, радости – я не разбиралась. Они просто текли, орошая футболку Димки, а он прижимал меня, гладил по волосам, целовал мокрые щеки, ресницы, губы, что-то бормотал успокаивающее. Не знаю, сколько длилась истерика, но, когда наконец я затихла, опустошенная, но со странным чувством облегчения, неожиданно для самой себя проговорила, немного запинаясь:
– П-папа… моему папе не понравится…
– Как-нибудь решим, – уверенно заявил Димка и отстранился, обхватив мое лицо ладонями и убрав большими пальцами со щек последние мокрые следы. – Поехали? Макс ждет. – Он улыбнулся, а я вдруг покраснела.
Да, блин. Может, ну к черту эти тайны, а? Расскажу как есть, и пусть подавятся моей тайной. Если… если все серьезно и если им на самом деле я дорога, подождут два года, никуда не денутся. Они же не дураки и, по-моему, давно не верят в то, что я действительно фея. Демоны на фей так не западают, чтобы два месяца терпеливо ждать моего возвращения, а потом свистнуть меня практически на пороге родного дома. И поставить перед фактом, что… что я теперь с ними. Буду жить. С двумя. Ой, е-о-о-о… Я отстранилась, отвернулась к окну, пробормотав в ответ:
– Поехали…
Машина мягко тронулась с места, и Жарков спросил:
– Не дуешься, Танюш?
Ну… Почти нет, но повредничать не мешает. Я поджала губы, рассеянно глядя в окно, и ответила:
– Ты обещал извиняться долго и тщательно. – Голос звучал язвительно.
– Буду, – невозмутимо отозвался Жарков. – Как только вернемся, сразу и начну.
Звучало… заманчиво и пугающе. Я поежилась, но, как оказалось, Димка еще не закончил мысль.
– Но сначала поговорим, Тань. Есть о чем.
Ох, какой тон серьезный. Конечно, есть о чем, кто б сомневался. Я тихонько вздохнула и замолчала. Вопреки всей ситуации, тишина в машине уютно обволакивала, негромко мурлыкало радио, и напряжения я не чувствовала. Наоборот, вихрь эмоций постепенно успокаивался, и меня охватывало умиротворение. Все, Тань, трепыхайся, не трепыхайся – никуда не уйти уже. Договор держит даже крепче, чем привязка после секса до совершеннолетия. Вряд ли оба демона пошли на такое только потому, что им девственницу захотелось, опять мелькнула мысль. Давно могли другую себе найти за эти два месяца, пока меня не было. Ладно. Ладно… Сейчас приедем и расставим все точки. Я прикрыла глаза и уплыла в дрему.
Сборы не затянулись – я же недавно перебралась, и вещи не успели расползтись по всей хате. Окинула взглядом квартиру, с сожалением вздохнула: мне здесь нравилось. Хотя а что мешает иногда сбегать сюда? Не постоянно же проводить время с… с ними! Мне тоже нужно личное пространство! С той же Катькой посидеть, в конце концов, или с Варькой, ну или… или с папой опять же. При мысли о предстоящем разговоре с родителем внутри екало и по позвоночнику как кусочком льда водили. Эх, ладно. Может, все не так страшно, и на самом деле меня угораздило встретить своих истинных. Уф! Звучало немного дико и страшно непривычно, но деваться некуда, если так. С природой не поспоришь. Обговорю этот момент, обязательно. Вообще, то, с какой относительной легкостью я приняла всю ситуацию, наводило на определенные размышления, но я предпочла пока не ломать мозг, а дождаться возвращения в квартиру Макса.
К десяти вечера мы уже были там, и, едва я переступила порог – у Жаркова, оказывается, тоже ключи имелись, – нос уловил божественный запах пиццы. Ум-м-м-м, итальянскую кухню я любила. О том, что после всех переживаний не захочу есть, и не вспомнила. Даже наоборот, желудок громко заявил о том, что он очень даже рад предстоящему ужину. Я слегка смутилась, поймала веселый, изрядно приправленный нежностью, взгляд Димки, и поспешно скинула туфли, углубившись в квартиру. Макс ждал в столовой, и да, там лежала большая, горячая пицца на блюде, пара салатов уже домашнего приготовления и бутылка красного вина. Ого, ничего себе ужин. Я невольно запнулась на пороге, но Димка мягко подтолкнул, и пришлось войти. Макс уже сидел за столом, смотрел телевизор, но при нашем появлении встал, вышел из-за стола и в несколько шагов оказался рядом. Крепко обнял – я, прижатая к его груди, только беспомощно пискнула, опасаясь за свои ребра. Нос защекотал запах какао и корицы, и я невольно вдохнула, наслаждаясь.
– Танюшка, я соскучился, – прошептал Казанцев, и я не смогла возмутиться.
Я ведь тоже скучала, действительно. И… рада его видеть, несмотря ни на что. Макс отпустил не сразу, но все же отпустил. Я молча села, ощущая себя… странно. С одной стороны, внутри росло то самое чувство, что происходящее – правильно , все происходит так, как должно быть, а с другой… Ну не укладывалось в голове, никак. Ладно, пока ужин, я действительно голодная. Димка разлил по бокалам вино, поднял свой и посмотрел на меня. Макс повторил его движение, и под прицелом взглядов двух демонов я чуть не передернула плечами. Смотрят, будто… будто я их величайшее сокровище. Черт, приятно и одновременно страшновато все-таки.
– За тебя, Танюш, – негромко произнес он.
Я сделала несколько глотков и признала, что вино хорошее, вкусное – не кислое, так, слегка терпкое, как раз к мясной пицце. Разговор протекал мирно: демоны расспрашивали про путешествие, я разговорилась, оживилась и позабыла на время про переживания. Незаметно для себя схомячила аж два куска и нацелилась на третий, но поймала взгляд Макса, светящийся мягкой насмешкой, стушевалась и отдернула руку.
– Да ешь, ешь, – со смешком произнес Казанцев. – Что еще интересного видела?..
Как все хорошее, ужин слишком быстро закончился, и пришла пора серьезного разговора. Начать решила первой, пока храбрость не покинула окончательно, прежде всего прояснить один важный вопрос.
– Слушайте, а вас не смущает, что… вы демоны, а я – ф-фея? – Голос предательски дрогнул, а щеки потеплели.
Макс откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди, Димка развалился, крутя в пальцах почти пустой бокал. И оба улыбались почти одинаковыми улыбками.
– В жизни всякое бывает, – невозмутимо отозвался Жарков.
А в золотистых глазах плясали смешинки, будто он знал что-то, чего не знаю я.
– Хорошо не фея, – я выпалила, как в ледяную прорубь нырнула, и уставилась на свои руки.
Страшно, аж сердце замирает.
– Да ладно, Танюш? – протянул Макс, с таким непередаваемым выражением, что я вскинулась и уставилась на него, начиная подозревать, что меня водят за нос.
Улыбки демонов стали шире, и я почувствовала себя, мягко говоря, глупо.
– В смысле? – осторожно переспросила, теребя скатерть.
– Знаем, что не фея, – любезно просветил Димка.
Вопрос «а кто?» незримо витал в воздухе, но задавать его мне, по всей видимости, не собирались. Ждали, пока сама признаюсь? Ну меня-то они уже заполучили. Только вот не пожалеют ли?
– Я же… я же не такая, как ваши прошлые девушки, – начала издалека, не решаясь вот так прямо заявить, кто я на самом деле. – Совсем не такая.
– Оно и к лучшему, – невозмутимо откликнулся Димка. – Еще не хватало, чтобы ты была похожа на этих гламурных стервочек. Даже не думай, Танюша.
– Я никогда не встречалась ни с кем! – нервно выпалила, чуть не дернув от волнения скатерть, но вовремя остановилась.
– Тань, ты в аурах разбираешься? – огорошил вдруг вопросом Макс.
Я моргнула, растерялась и настороженно покосилась на него. К чему это он?
– Ну… а что? – осторожно спросила.
– Посмотри на наши, – предложил он.
Я ауры демонов не видела, что ли? Пожала плечами и глянула… И обомлела. На темно-багровом с золотистой каймой фоне у обоих мерцали разноцветные точки, и много так, красиво. Это что еще такое?
– Эм, вы болеете? – ляпнула, не подумав, и, услышав в ответ тихий смех обоих, смутилась. – Ну, я не знаю, что это за штуки такие! Не слышала никогда, – попыталась оправдаться. – Нечего ржать!
– Иди сюда, – Макс встал и протянул мне руку.
Я с некоторой опаской поднялась и вложила пальцы в его ладонь. Казанцев повел меня в коридор, к большому зеркалу, и Димка пошел за нами.
– Посмотри на себя, – попросил Макс и встал за моей спиной, обняв за талию и положив подбородок на плечо.
Ой, что-то не нравится мне все это. Но послушно посмотрела на отражение, да так и замерла, не в силах поверить увиденному. В моей ярко-оранжевой ауре наблюдались точно такие же разноцветные точки…
– Да, Танечка, болеем, тобой, – шепнул Макс, легонько коснувшись губами уха. – А ты – нами.
– Что?.. – вышло сипло, будто колотого льда наглоталась в коктейле.
– То, Танюша, – негромко и серьезно ответил Димка, прислонившись к стене и засунув руки в карманы. Его пристальный взгляд не отрывался от моего, в отражении. – Это связь. Какая, сама догадаешься или озвучить?
Ой. Ой-ой-ой. А вдруг врут?! Вдруг это какая-то хитрая уловка? Как-то не хотелось, чтобы вот так просто все разрешилось… Все равно боюсь!
– Не веришь нам, спроси у кого-нибудь из своих подружек, – продолжил Макс, и его теплое дыхание щекотало шею, вызывая волны мурашек по телу. – Тань, ну сама подумай, зачем нам врать? Вот честно? Изменения в ауре подделать невозможно, тем более такие.
Да, ауру можно только прикрыть с помощью артефакта. Я свою видела как есть, потому что мои сережки действовали на всех, кроме меня. А… а вот они откуда знают?! Они же должны видеть обычную, бледно-зеленую, феину! На моем лице отразилось замешательство пополам с возмущением, но сказать ничего не успела.
– Да знаем мы про твой амулет и про то, кто ты на самом деле, – выдохнул Макс, крепче обняв и подарив еще один легкий поцелуй, в шею. – Давно знаем, Тань. Все, хватит тайн. Вещи завтра разложишь или сейчас?
Вот так, буднично перешел от важной темы к обычным таким делам.
– Нет, подожди, откуда знаете? Как давно?! – не поддалась я на попытки спустить все на тормозах.
– Еще с лета. – Макс наконец отпустил и отступил на шаг. – Откуда знаем, – усмехнулся он и подмигнул. – Пусть останется нашим маленьким секретом. Знаем и знаем, этого достаточно. Скажу только, никто тебя не выдал. Сами все нашли.
У меня даже голова немного закружилась от вороха впечатлений сегодняшнего вечера, удивляться уже устала, если честно. Несмотря на не слишком позднее время, навалилась сонливость, но… Перспектива снова оказаться в одной кровати с Жарковым и Казанцевым и радовала, и пугала. Особенно вспомнив те самые совместные выходные… Ну вот, ничего не могу с собой поделать, черт! Только у папы я могла точно узнать, стоит ли бояться дальше или все, можно расслабиться и наслаждаться жизнью, не дожидаясь совершеннолетия. Ибо да, тянуло меня и к одному, и ко второму. Отрицать бесполезно, врать себе – тоже. Держалась я на чистом упрямстве да на пресловутом страхе. Поэтому с независимым видом кивнула и потопала вглубь квартиры, разбираться с вещами. Боже мой, кто бы мне пару дней назад сказал, что… буду обживать квартиру, в которой предстоит жить с двумя демонами… Блин. Нет-нет да накрывало ощущение, что я сплю, проснусь на своем раскладном диванчике, в уютной однокомнатной квартире. И пойду утром в универ. Но реальность никуда не желала исчезать, и настал тот самый момент, когда организм настойчиво намекнул, что пора бы и баиньки, а то первый час ночи. Да и Жарков с Казанцевым, во время моих перемещений по квартире не отсвечивавшие рядом – они в гостиной сидели, – вдруг нарисовались в коридоре. А я как раз шла из кухни, где пристраивала любимую чашку на полку.
– Предлагаю спать, – как ни в чем не бывало предложил Жарков, но при этом смотрел на меня, чуть прикрыв глаза. – Нам завтра на работу, тебе в универ. И вечер выдался волнующий, отдохнуть надо. – Он слегка улыбнулся.
– А-а… Д-да, – запнувшись, ответила я.
Кажется, Танюха, подкрался твой тот самый, который северная лисичка. Сдается, спокойно уснуть мне никто не даст. Но я боюсь, черт возьми!!

Глава 18

Кажется, по моему лицу Димка все понял, потому что совсем необидно, мягко рассмеялся и весело заметил:
– Тань, ну что ты такая пугливая, а? Я себя прямо монстром чувствую. Просто спать сегодня будем, хватит с тебя переживаний. Иди умывайся.
И преспокойно направился мимо меня в спальню. Макс подмигнул, ухмыльнулся и пошел за ним. Вот… демоны!!! Сами при каждом удобном случае норовили облапать, а теперь, видите ли, я пугливая! Тьфу! Слегка раздраженная, но взбодренная, я пошла чистить зубы. Переодевалась тоже в ванной, предусмотрительно оставив там любимую пижамку – короткие штанишки и маечку на тонких лямках. Никаких трогательных мишек или котяток на ней, слава богу, не было. Обычный мелкий рисунок в цветочек. Переплела на ночь косу, покосилась на себя в зеркало и с некоторым колебанием вышла из ванной, в спальню. Усталость чувствовалась, сонливость тоже, и я очень надеялась, что действительно просто усну, без всяких… нежностей на ночь глядя. Я сначала привыкну к ним обоим, а потом… ну, потом можно будет подумать о чем-то большем. Вот так прямо сразу не могу, черт! Да даже целоваться стремно было с одним в присутствии другого, чего говорить об остальном. Не берем в расчет те моменты, когда у меня отшибало соображалку от настойчивых прикосновений. Надеюсь, сейчас их не будет.
Дверь в спальню была приоткрыта, и, к моему облегчению, свет там уже не горел. Вот и хорошо. Я зашла, пытаясь унять застучавшее сердце, глаза быстро привыкли к полумраку, и мой взгляд остановился на темных фигурах на кровати. Между ними свободное место, понятно для кого. Уф. Ладно. Спать так спать. И я, сделав морду кирпичом, полезла в серединку. Снова вспомнилась та ночевка, уютное чувство, с которым уснула рядом с ними. Как ни странно, волнение чуть-чуть улеглось, уже хотелось свить гнездо и вырубиться. По запаху различила, что справа лежит Макс, а слева – Димка. Немного смутилась, забравшись под одеяло – спать они предпочитали, мм, в одном белье. В прошлый раз были все-таки штаны… Нет уж. Они могут спать в чем хотят, провокаторы чертовы, я со своей пижамой расставаться не собираюсь в ближайшее время! Я девушка скромная, пусть и суккуба. Такой, как та же Лариса, вряд ли когда-нибудь стану. Да и, если эти самые искорки действительно признак того, что мы трое связаны до конца жизни, значит, никаких других мужчин у меня больше не будет, кроме демонов. Хм, я-то переживу, а вот каково будет им? С их-то опытом?
Мои размышления прервались тем, что Макс нежно сграбастал в охапку и прижал к себе, легко коснувшись губами моих губ.
– Спокойной ночи, Танюшка, – шепнул он, и так уютно вдруг стало от этих слов, что остатки волнения разом улеглись, как и беспокойство по поводу намерений демонов.
Димка молча обнял сзади, уткнулся носом в затылок и тихо засопел. Мр-р-р… Сама не заметила, как моя рука оказалась поперек груди Казанцева, ногу тоже закинула на него, и мягко скользнула в теплые объятия сна. Этот длинный и полный сюрпризов день наконец-то закончился.

Они уснули не сразу – настолько непривычно было, что Таня, их Танюшка, упрямая суккуба, спит наконец рядом после мучительных двух месяцев без нее. И так теперь будет всегда, каждый день. От осознания этого простого факта и Макс, и Димка чувствовали, как изнутри поднимается тихая радость, которая щекочет грудь и раздвигает губы в довольной улыбке.
– Я думал, будет дольше злиться, – еле слышно прошептал Макс, уверившись, что Таня действительно уснула. – Ты рисковал, Димон, с этим шантажом.
– Господи, да ничего бы я не сделал, – с легкой досадой откликнулся Жарков. – Что ж я, изверг какой, что ли. Но по-другому бы она не согласилась. – Он вздохнул. – Танюшка наивная и сказкам всяким верит. Зато теперь точно никуда уже не денется. – Он нежно-нежно, едва ощутимо коснулся губами шеи девушки чуть пониже затылка.
– Димон, – снова шепотом позвал Макс. – Слушай, такое дело. Может, это, не будем к ней сразу вдвоем приставать? Боится она еще, вряд ли сразу согласится.
Димка приподнялся, одарил друга хмурым взглядом.
– Разбежался, я вас двоих не оставлю, – проворчал он. – Привыкнет, никуда не денется. Я же не собираюсь набрасываться на нее прямо сейчас, взрослый мальчик и способен держать желания в узде. – Жарков немного криво улыбнулся. – Хотя сложно, черт…
– Блин, не дури! – почти прошипел Макс. – Все равно кому-то придется быть первым, Танюшка, хоть и суккуба, но девчонка еще! До первого раза в ней все инстинкты спят!
– Не ори, – одернул его Димка, – разбудишь. Нет, Макс, извини, но только втроем. Не позволю в одиночку наслаждаться Танюхой!
Макс едва слышно фыркнул с явным раздражением.
– Собственник на мою голову! Тогда уж проще дождаться совершеннолетия! – Шепот вышел язвительным. – Оно через два года, кстати. Ну, так, если ты не забыл. А через неделю у Тани день рождения.
– Помню, – невозмутимо отозвался Димка, оставив без внимания шпильку друга. – Не кипи, все нормально будет. Привыкнет она, и все сложится. Спи давай, птица говорун. – Жарков смачно зевнул и улегся, почти уткнувшись носом в Танину косу.
Она слабо пахла чем-то цветочным, и пальцы просто чесались распустить волосы и зарыться в них, но Димка удержался. Успеется еще, а Тане отдохнуть надо, действительно. Макс длинно вздохнул и ничего не ответил, и вскоре в спальне воцарилась тишина, нарушаемая только ровным дыханием спящих.

Утро… началось с легкого ощущения дежавю, потому как первое, что почувствовала, еще не открыв толком глаза, это запах гренок. Рот тут же наполнился слюной, и я разулыбалась, сон потихоньку отступал. По ощущениям, лежу в кровати одна, и, судя по тому, что проснулась без посторонней помощи, организм вполне отдохнул и готов к учебе. Неужели Димка и Макс встали раньше только для того, чтобы сделать мне завтрак?.. Не верю, черт. Решение идти умываться и появление Макса – нос учуял знакомый аромат какао и пряностей, – совпали.
– Та-а-а-ань. – Кровать прогнулась, и моих волос коснулась ладонь. – Танюш, вставай, завтрак готов.
Я разлепила глаза и уставилась на Казанцева, уже одетого в темно-синюю футболку и штаны, с волосами, собранными в хвостик. Выглядел он… ну, я как-то не сразу вспомнила о том, что они провернули, чтобы заполучить меня, засмотревшись на демона. Хорош, зараза, ничего не скажешь.
– Привет, – тихо произнес он и улыбнулся, нежно так.
Наверное, веду себя как дурочка, но… я утонула в теплой кофейной глубине его взгляда, и когда Макс наклонился ко мне, не стала отворачиваться, позволив коснуться губ в ласковом поцелуе. Довольно целомудренном, к моему удивлению, Казанцев почти сразу отстранился и напомнил про завтрак. Черт, им же на работу, а я, наверное, задерживаю! Вскочила, помчалась в ванную приводить себя в порядок, и в процессе умывания вдруг поняла: вчерашних напрягов как не бывало! Ну вот совсем, ни капли. Все воспринималось естественно, как и должно быть, будто я тут живу уже давно, а не только вчера переехала. Неужели так подействовала одна ночь, проведенная в компании демонов, пусть и без всяких излишеств? И… неужели правда, они – мои истинные? И те точки разноцветные не иллюзия, не какая-то изощренная шутка? Магию договора тоже никто не отменял. И вообще, ночь прошла спокойно, никто на меня не покушался, что тоже говорит о серьезности намерений. Значит, действительно не только моя девственность нужна. И… они способны подождать, пока я совсем привыкну.
Вернулась из ванной, краем глаза заметив, что Димка и Макс уже в столовой, быстренько переоделась в джинсы и тонкий свитер – все же на улице сентябрь и довольно свежо. И зашла в столовую, завязывая волосы в хвост. Взгляд невольно зацепился за Димку – я впервые видела его в деловом костюме, и, признаться, тот шел ему безумно. Жарков выглядел представительно, серьезно, и вообще, я бы не отказалась поработать у такого шефа. Увидев меня, Димка тут же улыбнулся, в янтарных глазах загорелся теплый огонек.
– Привет. – Он встал, дождался, пока я подойду к столу, и отодвинул стул. – Я отвезу тебя в универ, а Макс заберет после обеда. Ты же домой собираешься?
Просто вопрос, без всякого подтекста и намека на какие-то там запреты.
– Ну, пока вроде да. – Я села, цапнув гренок с расплавленным сыром. Чай мне уже налили. – Если что, перезвоню.
Только Димка не торопился возвращаться на свое место. Его ладонь так и осталась на спинке моего стула, а пальцы другой руки скользнули по подбородку, приподняв голову и заставив посмотреть на него. Я заметила улыбку, такую же нежную, как недавно у Макса, и в следующий момент меня одарили еще одним поцелуем. Мягким, нежным и совсем не сносящим крышу, как все предыдущие. Просто… со мной поздоровались. Вот таким вот оригинальным образом.
– Договорились, – как ни в чем не бывало произнес Димка и вернулся на свое место.
Я моргнула, машинально откусила гренок, поступок Жаркова неожиданно взволновал, вызвав теплую волну от макушки до пяток.
– Может, в выходные куда-нибудь съездим? Ты в Выборге была, Тань? – спросил Макс, пока я пыталась справиться с замешательством.
Все-таки такой, можно сказать, семейный завтрак… ну пока не очень укладывался в голове, да.
– Один раз, на пару часов приезжали с папой, – ответила я.
За неспешным обсуждением планов на выходные мы поели, я взяла сумку и вышла за демонами из дома. Ключи мне, кстати, вручили от прежней квартиры, никто их требовать назад не стал. Значит, при случае могу и туда наведаться… Но пока не хочу. Я села к Димке в машину, и меня повезли в универ. Конечно, мое появление около факультета произвело впечатление, но я, к собственному удивлению, восприняла нездоровый интерес к своей особе почти равнодушно. Ну увидят, ну и что. Я не очередное увлечение, я теперь единственная и последняя. Варька устроила допрос, едва мы вошли в здание, ну я и раскололась, что помирилась с демонами. С обоими. Конечно, краснела и смущалась, но врать Варваре – смысл? Все равно днем Макс за мной заедет. Дриада поохала, выслушав мой сбивчивый рассказ о похищении – про договор я умолчала, все же это личное, – потом закатила глаза и мечтательно улыбнулась, прощебетав что-то о романтике. Ну… может быть, да. Еще все-таки решилась спросить у Варьки про изменения в ауре истинных пар, знает ли она про это что-нибудь?
Дриада, как выяснилось, знала – ее родители были такими. И да, про точки – правда, со временем они разрастались до радужных всполохов, и, по словам Варьки, выглядело это очень красиво. Что ж, старосте нет резона врать мне, значит, демоны и вправду ничего не делали ни с моей, ни со своими аурами. Конечно, Варвара сразу прицепилась, как это так получилось, что демоны связались с феей и не боюсь ли остаться с разбитым сердцем? Пришлось признаться, кто я на самом деле и почему мне пока нельзя ни с кем ничего серьезного. Округлившиеся Варькины глаза развеселили. Ну а потом занятия пошли своим чередом. К концу позвонила Катька, предложила посидеть, пообщаться после пар, и мы договорились на четыре часа, на Петроградке. Если Варька не очень удивилась аж двум моим ухажерам, то следовало хорошенько подумать, что и как сказать бывшей соседке. Правду-матку ей не стоило вываливать, она все-таки человек и для нее более традиционны отношения двоих. Для меня, правда, наш тройственный союз пока тоже непривычен, но ничего, думаю, ненадолго. О чем-то серьезнее чем поцелуи старалась не думать. Страшновато и вместе с тем… волнительно, завлекательно. Инстинкты начинали шевелиться вместе с желаниями, коварно нашептывая поддаться и махнуть рукой на все предосторожности и боязнь. Но… я сначала уточню у папы, когда тот вернется, можно ли или все же придется ждать до совершеннолетия даже в случае с истинными.
После последней пары позвонила Максу, предупредила, что встречаюсь с Катькой на Петроградке и в общем могу сама добраться до дома. Казанцев все равно сказал, что заберет. Мм, ладно, спорить не стала. Такая забота умиляла, если честно, теперь подобная настойчивость не раздражала, вовсе нет. После учебы я поехала на встречу с Катькой в самом радужном настроении, улыбаясь во весь рот и чувствуя себя просто отлично. Неужели все мои метания наконец прекратятся?.. И… неужели мне так повезло, сразу, с двумя демонами? Ответ один – время покажет.

Лариса терпеливо дождалась осени, не забывая о своем плане. Она не считала себя злопамятной, но вот наглости и пренебрежения по отношению к себе не прощала никому. Про Таню узнать ничего принципиально нового не удалось, кроме места ее проживания и того, что Теренские вечно в разъездах, и только перечисляли дочери деньги на житье. К первому сентября Лариса наведалась к общежитию, естественно, не под своей настоящей личиной, слишком заметной, и с разочарованием узнала, что Таня Теренская съехала, а куда – неизвестно. Два дня послонявшись около филфака и не увидев подружки демонов, Лариса тем не менее ничуть не расстроилась. Она сделала по-другому: Казанцев и Жарков наверняка знают, где фея, значит, проще последить за ними. Но светиться рядом с демонами Лариса не собиралась. Для слежки за ними у нее есть один отличный вариант…
Лежа в ванне с душистой пеной, Лара поставила бокал с мартини на широкий бортик и взяла изящный, дорогой телефон, нашла нужный номер.
– Ало-о-о-о, Гришаня? – томно протянула она в трубку. – Это Лариса, помнишь? Да, да, – суккуба улыбнулась, намотав на палец светлый локон. – Встретимся? Отлично, да, через часик нормально будет.
Когда надо было, Лариса умела собираться очень быстро, а сейчас очень надо. Так что в десять вечера она уже сидела в уютном кафе и излагала собеседнику просьбу, подкрепленную внушительной суммой. Ну и ослепительной улыбкой, естественно. Лариса не прочь была провести эту ночь вне дома, тем более мужчина симпатичный и в его способностях любовника она имела удовольствие убедиться. Оставалось еще продумать, как подобраться к Тане, чтобы не насторожить демонов, – наверняка они где-то рядом с ней крутятся. Но сначала узнать, где именно сейчас находится Теренская. А потом все остальное. И вообще, иногда импровизация приносила очень даже неплохие результаты.
Только Лариса не подумала, что демоны далеко не дураки, и, если с Таней что-то случится, в первую очередь они проверят именно ее, даже несмотря на то что в последние месяцы Лара не пересекалась с Димкой даже по работе. И она не знала, что оба в курсе ее единственной встречи с Таней.

Катьке явно пошла на пользу личная жизнь, выглядела она отлично. Из всех видов нечисти лешие чаще других заводили отношения с людьми, им главное, чтобы человек хороший. Бывшая соседка щебетала с восторгом, какая у Семы классная дача, на ней даже грибы растут, а вокруг полно ягод, рай для ее мамы, любительницы домашних закруток и закаток. Я радовалась за нее, стараясь не думать, правду ли сказал вчера Димка, когда вроде как угрожал сделать что-то с Катькой, если заупрямлюсь. Готов ли он был пойти на крайние меры? Все в прошлом, и незачем придумывать себе всяких страхов.
– Ну ты сама-то как? – Катюха наконец выдохлась и теперь жаждала подробностей о моей жизни.
Ну… Я их и рассказала, правда, сильно отцензурила. Поскольку за мной должен приехать Макс, ему выпало быть моим парнем в глазах подруги. Надеюсь, Димка простит. Не могла я ей сразу признаться во всем, не уверена, что у Кати такие уж прогрессивные взгляды на жизнь. Все-таки она человек. Может, когда-нибудь, со временем. Если, конечно, судьба нас не разведет слишком далеко друг от друга. Мы еще немного посидели, потом Катька засобиралась домой – они с Семеном жили на Техноложке. Я же решила заскочить в дамскую комнату, попутно позвонив Максу о готовности возвращаться домой. Договорились, что минут через пятнадцать он подъедет. Димка прислал сообщение, что задержится на работе, у них там какое-то важное совещание. И еще что помнит о своем обещании просить прощения долго и тщательно… Я покраснела, разулыбалась, замечтавшись, и чуть не снесла официанта. Танька, возьми себя в руки! Доедешь до дома, будешь мечтать. И куда только страх подевался, спрашивается? Ну… бояться вроде уже особо нечего, наверное. Надо просто подождать, пока папа приедет, чтобы уж наверняка у него узнать, можно ли мне вступать в отношения до совершеннолетия, если пара истинная. Так он неизвестно, когда приедет, а по телефону такие вопросы не решаются. Наверное, я все-таки готова рискнуть. Довериться интуиции, подсказывавшей – все правильно и все хорошо. Ну а то, что демонов двое… Мм… Черт, ну монетку кинем, что ли…
Осознав, куда свернули мысли, ахнула про себя и окончательно смутилась, об щеки спички можно было зажигать. Юркнула в кабинку, сердце колотилось так, что казалось, на ребрах синяки останутся. Ох, Танюха, а ведь не так давно приходила в ужас от одной только мысли, что тебе нравятся сразу двое! Но тогда, летом, на даче Димки, пока у меня мозг не включился, ведь все здорово было. Классно. Значит, и сейчас хорошо будет, я же суккуба все-таки. И мне нужно больше, чем обычной женщине, если верить рассказам папы, когда мы с ним о сексе говорили. А после моей первой ночи с мужчиной инстинкты вступят в полную силу, и…. ну, в общем, их придется учиться контролировать, если не хочу получить репутацию девушки легкого поведения. Думаю, с двумя демонами мне не придется думать о таких мелочах, все будут довольны и счастливы.
Понимая, что пикантная тема никак не хочет выходить из головы, и уже догадываясь, к чему это приведет сегодня вечером, я тихонько вздохнула, смиряясь с положением вещей, привела себя в порядок и вышла из кабинки. Только сделать успела всего один шаг: мой взгляд встретился со смутно знакомыми синими глазами, наполненными злой радостью, и в лицо мне полетела струя едкой жидкости. Заслониться я не успела, глаза нещадно защипало, и мой вскрик утонул в глухом, надсадном кашле. А потом голова взорвалась болью, перед глазами замелькали кометы, и сознание благополучно ушло в аут.
Пришла в себя от довольно чувствительного шлепка по лицу, щеку обожгло, и голова дернулась. Я не сдержала короткого стона: виски заломило, боль усилилась – видимо, последствия недавнего удара.
– Пришла в себя, отлично, – раздался знакомый голос.
Лариса. Девица, приходившая ко мне летом, которая допытывалась, что у меня с Димкой. Вот же!.. Почему Жарков связывается с такими… неумными девицами? Хотя скорее всего, как раз не захотел связываться, а дамочка почувствовала себя уязвленной. Интересно, когда их дорожки с Димкой пересеклись? Неужели летом? Впрочем, не знаю и знать не хочу. Сомневаться в том, что демоны летом развлекались, пока я отдыхала, не стала – искорки в ауре не могут врать.
Я осторожно открыла глаза, стараясь не шевелить головой: она нещадно болела, и мысли ворочались там с трудом. Отстраненно отметила, что руки и ноги привязаны, скосив глаза, узрела железное изножье кровати. Медленно огляделась вокруг и отметила, что нахожусь в слегка захламленной комнате, судя по высокому потолку и облупившейся лепнине, не в спальном районе, а где-то или в центре, или недалеко от центра. За окном сумерки, в комнате полумрак разгонял тусклый светильник на тумбочке. Лариса сидела рядом с кроватью, в безупречном темно-синем деловом костюме, чулках – из-под короткой юбки выглядывал край кружева, – туфлях на высоких шпильках. Прямо бизнес-леди, черт возьми. Только очень неумная бизнес-леди. Несмотря на свое плачевное положение, страха я не испытывала. Далеко меня увезти она не могла, и я не сомневаюсь – скоро меня найдут. А вот когда найдут, этой дамочке очень и очень не поздоровится… Поэтому я молча смотрела на нее, не торопясь заговаривать. Больно надо, меня не интересовали ни ее прошлые дела с Димкой, ни планы в отношении меня. Она все равно ничего не успеет сделать.
– Суккубочка, значит, – продолжила Лариса тем же ядовитым голосом, и мне с большим трудом удалось не выдать беспокойство, сохранив непроницаемое выражение лица. – Я нашла твои сережки, – криво улыбнулась она. – Зачем же ты высунула свой любопытный носик из-под крылышка родителей, Танечка? Или не знаешь, что до совершеннолетия тебе лучше нигде не светиться? – насмешливо поинтересовалась Лариса. – Ну, теперь понятно, почему на тебя запали демоны.
Ага, значит, с Максом она тоже знакома. Интересно, почему вдруг такой говорливой стала? И почему позволила мне увидеть себя? Считает… считает, что я никому уже ничего не смогу рассказать?.. В груди шевельнулся страх, но я усилием воли не дала ему перерасти в панику. Меня найдут. Вполне возможно, уже ищут. Лариса ничего не успеет сделать.
– Маленькая дрянь, захапала себе аж двух!! – Суккуба вскочила, прошлась перед кроватью, сжимая и разжимая кулаки, потом остановилась и резко повернулась ко мне, наставив палец и сузив глаза. – Знаешь, я вообще не злопамятная, но вот унижения не прощаю никому, – прошипела она, в синих глазах мелькнули молнии. – Если бы не ты, мальчики не стали бы кочевряжиться и отказываться от отличного предложения!
Понятно. Попыталась подкатить, получила от ворот поворот, причем, зная натуру Казанцева и Жаркова, наверняка в жесткой форме – последний особенно не любит навязчивых девиц. Угу, и решила отомстить… Глупая, реально.
– В общем, так, мне пора, – закончила она будничным тоном, посмотрев на изящные часы на запястье. – Сюда скоро приедет хозяин квартиры. – Гаденькая улыбочка на ее лице мне очень не понравилась, вдоль спины пробежал холодок страха. Танька, держись! Не дрейфь! – У него есть такое милое увлечение – ему суккубочки нравятся, как раз несовершеннолетние, у него их целый гарем. – Лариса издала смешок, от которого меня передернуло. – Только вот незадача, долго они не живут. – Она с притворным сожалением вздохнула и покачала головой. – И ты не проживешь, милочка. А я буду утешать твоих демонов, – проворковала она, склонив голову и одарив меня торжествующим взглядом. – Я умею, поверь. И они оценят.
Трель мобильника заставила Ларису вздрогнуть. Она достала телефон, глянула на номер и едва заметно поморщилась.
– Да, – сухо отозвалась и отошла к окну, так, что я не могла видеть выражение ее лица. – Что случилось? Нет, не могу прямо сейчас! – раздраженно ответила она. – Позже никак? Пап, ну черт, у меня планы! – Она помолчала, выслушивая ответ. – Вот почему у тебя вечно так?! Ладно, сейчас буду, – отрывисто ответила суккуба и снова повернулась ко мне. – В общем, наслаждайся, милая, твои красавцы же еще не успели тебя трахнуть, да? – От похабной ухмылочки меня снова передернуло. – Я чувствую, да, ты еще девственница. Ну вот и узнаешь перед смертью, что такое настоящий мужик. Счастливо оставаться! – почти пропела она и вышла из комнаты.
Я осталась одна. Тишина давила на уши, посторонние звуки остро вгрызались в мозг, даже самые тихие, и болезненно там отдавались. Хорошо меня шарахнула эта тварь, однако, шишка наверняка где-нибудь внушительная. Вот последние ее слова очень не понравились, про хозяина квартиры. Как скоро он приедет? Успеют ли меня вытащить отсюда? И… черт, вот теперь да, страх стал потихоньку наползать, то и дело обсыпая ледяными мурашками уже начавшее затекать от неудобной позы морской звезды тело. Я почти не могла пошевелиться, веревка впивалась в запястья и лодыжки, причиняя дополнительное неудобство. Не знаю, сколько прошло времени, оно тянулось неимоверно долго, я никак не могла его отслеживать. Вариант покричать отмела сразу: вряд ли кто-то из соседей побежит узнавать, что за вопли за стеной, я не настолько наивная, чтобы надеяться на благородство и смелость людей. Да и потом уверена, если Лариса додумалась проверить меня на наличие артефактов, то наверняка и защита у комнаты хорошая, тем более если… если у этого хозяина такие пугающие и странные увлечения. Я даже думать не хотела, что он творит с суккубами, если те долго не живут. И это ж каким подонком надо быть, чтобы насиловать не прошедших инициацию и делать их своими рабынями, по сути… Мразь! Убивать таких надо, без суда и следствия.
Я ухитрилась задремать, несмотря на отчаянное положение – организм включил внутренние резервы и решил, что лучше всего расслабиться и не тратить силы на бесполезные метания и истерики. Они мне могут еще ой как понадобиться… А проснулась от тихого скрипа открывающейся двери. Распахнула глаза и испуганно уставилась на того, кто остановился на пороге комнаты. Совершенно невзрачный мужчина средних лет, с всклокоченными волосами и слегка рассеянным взглядом, в футболке и джинсах. Такие сотнями ходят по улицам, вслед ему вряд ли обернешься. Только маленький нюанс: он оборотнем был. И, судя по вертикальным зрачкам и слегка удлинившимся клыкам – неизвестный улыбался, глядя на меня, – не совсем в адекватном состоянии. Я не сдержалась, сглотнула, чувствуя, как страх перерастает в ужас. Кажется, явился тот самый хозяин. Мамочки. Димка, Макс, блин, где вас носит? Меня тут насиловать вот-вот начнут!!
– Привет, – тихим, неожиданно приятным голосом произнес оборотень и шагнул в комнату, аккуратно прикрыв дверь. Его взгляд жадно шарил по мне, и хорошо, что я сегодня скромно оделась. – Красивая такая… – почти шепотом добавил он и сделал еще шаг.
Тело застыло, только сердце сумасшедше колотилось в груди, голова кружилась все сильнее, и, кажется, я сейчас потеряю сознание второй раз в жизни. Останавливало то, что беспамятство этому придурку только на руку и не помешает сделать со мной что угодно. Где мои спасатели, черт?! А этот озабоченный уже сел на край кровати, и его ладонь легла на мою коленку.
– Не бойся, больно только в первый раз, – вкрадчиво сообщил он совсем не обрадовавшую меня новость. – Потом тебе будет о-о-о-очень хорошо… понра-а-а-авится…
Тут выдержка мне изменила, я дернулась и завизжала, пронзительно и громко.

Когда Макс не нашел Таню в кафе, где договаривались, и ее телефон тоже не ответил, он, пожалуй, впервые за очень долгое время не на шутку перепугался. Куда могла исчезнуть девушка всего за пятнадцать минут, пока он добирался от офиса до Петроградки? Они же буквально только что созванивались! Персонал в кафе ничего не мог толком сказать, кроме того, что Таня вроде как выходила в туалет, а больше ее никто не видел. Макс, воспользовавшись отведением глаз, чуть ли не обнюхал заведение, морщась от едва заметного для других, но для его обострившегося обоняния слишком резкого запаха моющего средства. Да, Таня здесь была, точно, и совсем недавно. И… еще кто-то, пахнувший сладковато, приторно, смутно знакомо. Где-то этот запах уже мелькал в жизни Макса, осталось только выудить нужную информацию и понять, кто и куда увел Таню. Стараясь сдержать ненужную сейчас панику и не давая злости окончательно лишить возможности соображать, Макс вышел, сел в машину и откинулся на сиденье, прикрыв глаза и замерев. Кто же, кто с таким запахом попадался на его пути? Причем не так чтобы очень давно? И мимоходом, судя по тому, что в памяти образ четко не отложился. Стараясь не думать, что теряет драгоценные минуты, Макс сидел… вспоминал… Пока вдруг перед глазами не всплыл довольно давний эпизод, неожиданно связавшийся с запахом духов.
Казанцев выпрямился, уставившись перед собой невидящим взглядом, его глаза постепенно темнели, в них разгорался багровый огонек. Он вынул мобильник из кармана, набрал номер Димки.
– Макс, я немного занят…
– Таня у Ларисы, – перебил его демон. – Не знаю, что затеяла эта сучка, но, когда найду, живой она не останется, – неестественно ровным голосом добавил Макс.
Димка молчал недолго.
– Езжай в мой офис, – отрывисто сказал он и отключился.
Переспрашивать да уточнять Казанцев не стал. Счет шел на минуты. Вжав педаль газа в пол, он поспешил к Жаркову на работу.
…Димка, едва услышав слова Макса, прямо посреди совещания, прервав заведующего отделом на полуслове, негромко обратился к отцу:
– Пап, выйдем.
Николай нахмурился было, но, заметив, как вытянулись в щель зрачки сына, отчитывать не стал, просто кивнул и встал.
– Прошу прощения, господа, – все же счел нужным извиниться Димка. – Форс-мажор.
Они вышли из переговорной, где обычно проводили совещания, и старший Жарков спросил:
– Что случилось?
– Телефон отца Ларисы, быстро, – не вдаваясь в подробности, напряженно ответил Димка.
Николай поднял брови, но, видя, как наливаются рубиновым светом глаза Димки, молча достал мобильник и нашел нужный номер.
– Держи, – кратко произнес он.
Жарков-младший набрал, позвонил.
– Алексей? Добрый вечер. – Его голос звучал ровно, не выдавая эмоций, обуревавших молодого демона. – У меня срочное дело, не могли бы вы подъехать в офис как можно быстрее? Да, очень важно. Спасибо, благодарю. – Он отключился.
– Теперь ты мне объяснишь, что происходит? – несколько недовольно поинтересовался Николай.
– Макс звонил, сказал, что Таня у Ларисы, – отвернувшись к окну и засунув руки в карманы, ответил Димка. – Он ее из кафе должен был забирать, но, видимо, не встретил.
В коридоре воцарилось тяжелое молчание.
– Я закончу совещание, – отрывисто ответил наконец Николай. – Иди в мой кабинет, сейчас буду.
Он как никто понимал, что сейчас испытывает сын. Ведь связь между Дмитрием и Таней еще не настолько окрепла, чтобы тот мог чувствовать свою половинку где угодно. Вскоре в кабинете Жаркова-старшего собрались Димка, подъехавший Макс и собственно хозяин холдинга. Отец Ларисы еще не пришел.
– А ты мне предлагал сделать ее своей любовницей, – не скрывая насмешки, произнес Димка, глядя на хмурого отца. – Если еще ее папаша в этом замешан…
– Вряд ли, – сразу оборвал его Николай. – Подозреваю, о делишках дочурки Алексей ни сном ни духом. Откуда я знал, что она такая дурная, – с досадой вздохнул Николай. – С виду нормальная баба, с мозгами.
– Которые она, по ходу, применяет исключительно в бизнесе, а не в жизни, – буркнул Макс – он сидел на краешке стола, скрестив руки на груди.
– Так, без паники, – нахмурился старший Жарков. – Убить не убьет, руки марать не станет, немного времени у нас есть. Дима, что ты ей такого сделал? – прищурился он и взглянул на сына. – Просто за отказ Лариса бы не стала мстить.
– Она клеилась ко мне и Максу на том благотворительном вечере. – Димка пожал плечами. – Я отшил в доступной для нее форме. Ей, видимо, не понравилось.
– Понятно, – ровно отозвался Николай и замолчал.
Димка уже снова вынул телефон, позвонить, где там застрял Алексей, но в дверь кабинета постучали и вошел тот, кого они ждали.
– Дмитрий?.. – Инкуб запнулся, обведя недоуменным взглядом собрание. – Добрый вечер, – поздоровался со всеми Алексей. – А что случилось?
– Где сейчас ваша дочь? – вместо ответа жестко спросил Николай.
– Понятия не имею, она давно отдельно живет. – Гость пожал плечами. – Лара что-то натворила? – проявил он сообразительность.
– Звоните ей, – тихо произнес Димка, но от его тона Алексей вздрогнул. – И пусть немедленно приезжает сюда. Ваша дочь украла мою девушку.
Сказать, что деловой партнер холдинга удивился, – ничего не сказать. На его лице отразился настоящий шок.
– Она… что? – тихо переспросил Алексей, и, судя по голосу, Ларису не ожидало ничего хорошего.
– Украла мою девушку, – любезно повторил Димка. – Звоните.
Без лишних напоминаний Алексей достал телефон и набрал номер дочери.
– Лара?
Закончив краткий разговор, инкуб посмотрел на Николая.
– Она сказала, будет минут через десять. Если едет оттуда, куда увезла эту девушку, значит, это где-то недалеко.
– Отлично. – Старший Жарков скупо кивнул и перевел взгляд на сына. – Сам будешь разговаривать?
– Да, – Димка оскалился в усмешке.
Все понимали, официально давать делу ход никто не будет – справятся своими силами.
– На наши деловые отношения это никак не повлияет. Но вы понимаете, дальнейшее пребывание вашей дочери на должности старшего экономиста в вашей компании поставит под вопрос наше сотрудничество. – Николай не сводил внимательного взгляда с Алексея.
Тот кивнул, в глазах гостя мелькнул мрачный огонек.
– Я… – Он запнулся, прочистил горло и уже твердым голосом продолжил: – Я больше не желаю иметь с ней ничего общего, пусть живет как знает. Не думал, что Лариса способна на подобные… неумные поступки, – холодно закончил Алексей.
– Куда вы ей приехать сказали? – уточнил Димка, глядя в окно вниз, на парковку.
– Ох да, – спохватился инкуб. – Здесь рядом кафе есть, я сказал ей туда подойти. Чтобы она раньше времени не сообразила ничего и удрать не успела.
Буквально через несколько минут кабинет опустел. Чтобы Лариса наверняка никуда не делась, решили: с ней будет сидеть только Алексей, а Димка, Макс и Николай подождут в соседнем зале. Говорить с зарвавшейся суккубой собирался Жарков-младший один. И Лариса наконец появилась, не скрывая недовольства, с поджатыми губами и нахмуренными бровями.
– Пап, давай быстрее, я тороплюсь… – Она остановилась у столика, но отец ее прервал.
– Сядь, – бросил он резко.
Лара немного растерялась, моргнула, потом фыркнула, пожала плечами и опустилась на диванчик, положив ногу на ногу.
– Что за тон? – обронила она. – На работе проблемы?
И тут на плечо Ларисы легла чья-то ладонь, ненормально горячая – она даже через ткань пиджака чувствовала, – и сильно сжала его.
– Нет, это у тебя проблемы, – вкрадчиво сказал тихий, знакомый голос с рокочущими нотками.
Отец же, одарив презрительным взглядом, бросил одно слово:
– Дура.
Лариса вздрогнула, во рту вдруг сделалось сухо. Тот, кто стоял за спиной и двигался совершенно бесшумно – она не заметила, как собеседник подошел, – сделал несколько шагов, и она смогла рассмотреть Жаркова. Очень злого Жаркова, глаза которого в полумраке кафе были похожи на озера расплавленной лавы.
– Я думал, ты умная, а оказывается, просто озабоченная стерва, – добил отец и поднялся. – Разбирайся сама теперь.
Не прощаясь, он ушел, а Лариса в оцепенении смотрела, как демон занимает его место. Черты лица стали резкими, в глазах – вертикальные щелочки зрачков, а сквозь огненные пряди Лара увидела… к своему тихому ужасу… кончики заостренных ушей. Частичная трансформация? Да, Жарков действительно  злой. Очень. Как узнал?! Самым умным с ее стороны было бы сейчас вскочить и бежать без оглядки, да вот беда, она не могла пошевелиться, тело одеревенело. И взгляд отвести от его завораживающих, пугающих до дрожи глаз тоже не могла. Димка положил ногу на ногу, переплел пальцы и негромко произнес:
– У тебя два варианта. Первый, ты сообщаешь, где сейчас Таня, и уходишь на своих двоих, а завтра днем чтобы духу твоего в городе не было. Второй, если решишь упрямиться, я прямо здесь располосую тебя так, что до конца жизни мужиков сможешь привлечь только своей силой. И никакая иллюзия не поможет, потому что ты ею тоже не сможешь воспользоваться. – Все это он говорил ровным, страшным в своей бесстрастности голосом.
Он не врал и не пугал. Он просто ставил в известность. Лариса попыталась сглотнуть, не получилось, и она закашлялась.
– У тебя минута на размышления, время пошло, – не меняя интонации, добавил Жарков и поднял руку с часами.
На ней резко выделялись отросшие… когти темно-багрового цвета, будто в запекшейся крови. У Ларисы не осталось в голове никаких мыслей, кроме одной: дать ему, что он хочет, и поскорее вернуться в свою теплую, уютную квартирку.
– Я скажу, скажу, – торопливо ответила она, стараясь не слишком громко стучать зубами.
Так страшно Ларисе еще никогда не было. Суккуба, заикаясь, продиктовала адрес внешне невозмутимому Жаркову, он выслушал, кивнул.
– Завтра утром на почту мне номер и время рейса, – произнес он и поднялся. – Не улетишь, к вечеру за тобой придут, будет суд и тюрьма. – Димка раздвинул губы в ухмылке. – Там таких, как ты, Ларочка, любят, очень. Во все места и во всех позах, и не по одному разу. Только без красивых ухаживаний, брюликов и ресторанов. – В его взгляде полыхнул огонь. – И если узнаю, что в ближайшую сотню лет ты посмела сунуть сюда нос, живой не уедешь, – добавил он, развернулся и направился к выходу.
Лариса отмерла только через несколько минут, ее била крупная дрожь. Уже ни о какой мести не думая, она с трудом поднялась с диванчика и побрела к двери, не обращая ни малейшего внимания на окружающих. А ведь как хорошо все складывалось… Откуда ей было знать, что этот… демон так быстро вычислит виновника похищения?! У него же наверняка полно недоброжелателей, почему он сразу на нее подумал?..
Впрочем, уже не важно. Ее ждали сборы и срочное решение, куда поехать, где начинать новую жизнь. Можно пока в Москву, а там, там посмотрит. Из кафе Лара выходила уже чуть более уверенная, чем несколько минут назад. Ладно, ошиблась, с кем не бывает. Впредь будет действовать осторожнее, если что, и учитывать ошибки прошлого.
…Макс и Жарков-старший уже ждали Димку на улице, около его машины. Димка опустил верх, запрыгнул на водительское сиденье и бросил устроившемуся рядом другу:
– Менты на тебе. Это в районе «Маяковской».
На Николая, молча севшего на заднее сиденье, Димка даже не посмотрел. Вдавил педаль газа в пол, и машина, взвизгнув шинами, рванула с места. По пути не разговаривали, да и не о чем, собственно. Про Ларису никто не спрашивал, до нее уже никому дела не было, мысли сосредоточились на одном: успеть. До маленькой тихой улочки добрались в рекордные сроки, и, едва Димка затормозил, Макс и Николай выскочили из машины. Жарков-младший заглушил мотор, подошел к двери с домофоном и одним касанием открыл дверь.
– Этаж? – отрывисто спросил Макс.
– Третий, – отозвался Димка, перепрыгивая через ступеньку.
Они успели миновать полтора этажа, когда раздался приглушенный, но тем не менее хорошо слышный девичий визг. Не сговариваясь, трое мужчин бегом рванули наверх.

Мой крик оборвался не слишком приятно – невменяемый оборотень ударил по лицу, скула взорвалась болью. Хозяин квартиры сжал мое горло, почти лишив возможности дышать, и наклонился, сверля звериным взглядом.
– Не ори, – рыкнул он, а дальше… дальше мой мучитель сделать ничего не успел.
В коридоре послышался грохот, оборотень вздрогнул и выпрямился, обернувшись к двери. Я жадно глотала сладкий воздух, разглядывая красные круги, мелькавшие перед глазами. Эмоции по-прежнему пребывали в заторможенном состоянии, запоздало реагируя на происходящее.
– Что за… – пробормотал мужик.
Дверь в комнату отлетела к стенке, ударилась и соскочила с одной петли, и на пороге появились три фигуры, две из которых я отлично знала. Накатила такая волна облегчения, что надо мной опять нависла угроза лишиться сознания, в третий раз за сегодня. Успели… Оборотень дернулся было, но Димка произнес всего одно слово:
– С-с-с-сидеть.
Точнее даже прошипел, как змея. Ох… Видок у него, конечно, был тот еще: глаза рдели в полумраке багровыми угольками, по волосам то и дело искры пробегали. Я бы на месте оборотня добровольно выпрыгнула из окна. Очень сильно постаравшись разбиться сразу и насмерть. Чтобы не мучиться. И хотя ярость Жаркова была направлена вовсе не на меня, все равно стало сильно не по себе. Мой несостоявшийся насильник замер соляной статуей, а Димка чуть повернул голову и сказал:
– Макс, унеси ее отсюда. Подождите в машине, я скоро.
А голос напряженный, будто он еле сдерживается… Макс неслышной тенью скользнул к моей кровати, не обращая никакого внимания на застывшего оборотня, присел и одним движением длинного острого когтя разрезал веревки на руках. Ой. И у этого глаза – две черные бездны, скулы резко выступают, и, по-моему, сейчас клыки уже полезут. Злые… оба. До чертиков.
– Танюш, – тихонько позвал Макс, и столько тревоги, столько заботы слышалось в слегка хриплом, не совсем похожем на человеческий, голосе, что глаза немедленно защипало, и я чуть позорно не разревелась прямо тут.
Руки слушались плохо, затекли от долгого нахождения в неудобной позе, я ощущала их, как разваренные сосиски. Макс расправился с веревками на ногах и осторожно взял на руки, нежно прижав к себе. Он был такой теплый, даже горячий, и сердце билось слишком быстро, неровно. Я прильнула к нему, прикрыв глаза, и попыталась сжаться в компактный комочек. Разом навалилось все, накопившееся в эти последние кошмарные часы, и меня начало трясти мелкой дрожью.
– Ш-ш-ш-ш, маленькая, все, все, – успокаивающе прошептал Макс, коснувшись губами макушки. – Все уже закончилось. Скоро дома будем.
Мы прошли мимо молчаливого Димки, все так же не сводившего взгляда с оборотня – тот сидел с остекленевшими глазами, приоткрыв рот, и из уголка тянулась нитка слюны. Фу. А вот третий, кто пришел с ними, был мне незнаком, и он прятался в тени. Ладно, потом спрошу, кто это, все равно видела мельком. Макс вынес меня из квартиры – остатки входной двери щепками рассыпались по полу. Руки и ноги начали отходить, их неприятно покалывало сотнями невидимых иголочек, и я отвлеклась от нахлынувших эмоций, желание поистерить отошло на задний план. Но дрожь никуда не делась, зубы приходилось стискивать изо всех сил, чтобы не стучали. Макс легко сбежал по ступенькам, вышел на улицу и посадил меня в Димкину машину, на заднее сиденье. Потом поднял крышу, придвинулся ко мне совсем близко, снова обнял и замер, уткнувшись в макушку.
Потихоньку, постепенно дрожь затихала, рыдания, сдавливавшие горло, отступали, и я сумела сдержаться от слез. Вцепилась в Макса, будто боялась, что он исчезнет, и мы так и сидели молча, слушая дыхание друг друга. Я неожиданно обратила внимание, что в привычный и уже ставший таким родным запах какао с корицей вплетаются новые, острые нотки. Необычно, но все равно приятно. Скула слегка ныла, наверняка завтра там синяк будет – как в универ с таким идти?! А может, и не ходить никуда под благовидным предлогом? Посидеть денек дома… Макс аккуратно отстранил, внимательно вгляделся, обхватив мое лицо ладонями, а потом начал осторожно, мягко целовать пострадавшее место. Тоже молча. Удивительно, слова не требовались сейчас, я чувствовала Казанцева каждой клеточкой, и по телу растекалась слабость. Я прикрыла глаза, обмякнув, и, кажется, по щеке все-таки сползла одинокая слезинка.
– Танюша, Танечка… Хорошая моя… любимая…
А вот тут я уже не выдержала, нервы сдали. Всхлипнула, прикусила губу и уткнулась лицом в грудь Максу, давая волю пережитому страху и напряжению. Смутно слышала, как открылась дверь, ощутила, как кто-то еще сел рядом, обнял сзади, и, кажется, машина плавно тронулась с места. Сколько так просидела, не знаю, согреваемая теплом моих демонов, и именно в этот самый момент вдруг поняла, что – все. Никаких старых страхов больше не осталось. Как-то вот сразу приняла происходящее между нами серьезнее некуда, и в моей жизни других мужчин не будет никогда. И не хочу никого больше…
Слезы незаметно прекратились, я затихла, успокоенная и согретая, и даже успела немного задремать. Смутно ощущала, как мою косу распустили и кто-то аккуратно перебирает пряди, но не открыла глаз, пошевелилась, поймав себя на том, что улыбаюсь, и снова затихла. Приятно – осторожные, такие нежные прикосновения к волосам, я словно медленно погружалась в мягкое облако, в котором растворялись остатки напряжения сегодняшнего вечера. Хотелось поскорее домой, в горячую ванну, смыть с себя пережитое – этот оборотень прикасался ко мне! Спрашивать, что с ним стало, не рискнула. Не надо мне знать подробностей. Сколько ехали, не знаю, и, когда машина остановилась, пришлось выныривать из восхитительной дремы в реальность.
– Приехали, – тихо шепнул Димка, осторожно отвел волосы с шеи и коснулся губами изгиба. – Танюш, не уснула?
– Не-а. – Я встрепенулась и подняла голову от груди Макса.
– Тогда пойдем.
Мне почему-то показалось, Димка улыбается.
Он отстранился, и сразу стало прохладнее.
– Спасибо, пап. – От этих слов Жаркова я чуть не отвалила челюсть, уставившись на затылок водителя.
Э-э-э-э… Папа?! Вот это папа Димки?! К моему облегчению, Жарков-старший не стал оборачиваться и почти сразу вышел из машины, словно почувствовав мое замешательство. Не готова я сейчас к столь значительному знакомству. С синяком на половину лица, всклокоченная и слегка зареванная. Димка тоже вышел, и я краем глаза заметила, что рубашки на нем нет. Почему, спрашивать не стала.
– Пойдем? – тихонько позвал Макс.
Мы выбрались с другой стороны, Казанцев потянул меня за собой к подъезду, пока Димка прощался с отцом. Старший демон лишь мельком глянул в мою сторону и отвернулся, я же поспешила за Максом. Он обнял, пропустил вперед, и до пятого этажа я снова путешествовала на его руках. Мр-р-р…
Потом был тихий уютный вечер, пока я отмокала в ванне, Макс и Димка хлопотали на кухне. Мы поужинали, по молчаливому согласию не касаясь того, что случилось совсем недавно. Мой синяк на лице, естественно, не понравился ни одному, ни второму, и, как только я отодвинула от себя пустую тарелку, меня усадили на диван и занялись лечением. А я и не знала, что они умеют! Точнее, умел Макс. Через несколько минут осторожных, нежных поглаживаний синяк перестал ныть, а вскоре и совсем исчез – в этом я убедилась, посмотрев в зеркало.
С завтрашним днем мои демоны решили категорично и единогласно: я никуда не иду, остаюсь дома. И носа не высовываю на улицу. Ну… спорить не стала. Дома так дома, фильмы посмотрю, книжки почитаю. Не страшно, если в начале семестра пропущу. Но как бы ни было уютно сидеть на диване в гостиной, в обнимку с планшетом, прислонившись к теплому Димке и положив ноги на Макса, пришла пора ложиться спать. Меня отправили в спальню первой, не став ломиться следом и дав время переодеться – учитывая прошлые попытки при каждом удобном случае поприставать, это вообще не похоже на Казанцева и Жаркова. Я удивилась, умилилась и почему-то засмущалась, пока переодевалась в свою пижаму. Потом забралась под одеяло, свернулась калачиком, дожидаясь демонов. Сон не шел, несмотря на полный переживаний вечер. Видимо, мои нервы оказались крепче, чем я думала, ну или до конца все же не верила, что со мной случится что-то плохое. Сейчас… проснулось волнение, сердце застучало часто-часто, и во рту стало сухо, то и дело тянуло облизать губы. Подушка рядом пахла Димкой, и к аромату можжевельника и свежести примешивалась тонкая сладковатая нотка какао и корицы. Блин… Я неровно вздохнула, перевернулась на живот, обняв свою подушку. Прислушивалась к малейшему шороху за дверью и все равно не услышала, как к ней подошли, только увидела, как она открывается. Глаза уже привыкли к густому полумраку, и я их не закрыла, даже узрев, что на Димке, кроме собственно нижнего белья, больше ничего нет.
Да, рассматривала, хоть и смущалась. Тогда, на озере, позволяла себе только взгляды украдкой, ибо собственные желания еще пугали и вызывали замешательство. Теперь – нет. Димка вошел один, бесшумно ступая, приблизился к кровати и забрался под одеяло.
– Не спишь еще? – тихо шепнул он, когда я с готовностью прижалась к нему, удобно устроившись на плече.
– Мм, – неопределенно промычала я, а у самой сердце бухало, как кузнечный молот, и дыхание норовило сорваться.
Пальцы сами, безо всякого участия мозга, начали медленно скользить по гладкой коже на Димкиной груди, выписывая узоры. Честно, я не думала, что и зачем делаю. Я следовала инстинктам, которые разбудил во мне этот вот рыжий демон, и на сей раз не собиралась останавливаться или давать волю страху. Он затаился где-то в глубине души, посылая настороженные сигналы, но я не обращала на них внимания.
– Та-а-ань, – протянул Димка и аккуратно перехватил мою шаловливую ручку. – Не хулигань.
Наверное, он не ожидал, что я приподнимусь и задам такой простой вопрос:
– Почему?
Жарков растерялся на мгновение, а я воспользовалась и прижалась к его губам, не дав ничего ответить. Тело медленно наливалось жаром, от волнения слегка кружилась голова, и мной руководили желания, от которых я не так давно шарахалась. Сейчас это было правильно, так, как нужно. И я с упоением отдалась на волю сладкой истоме, проникшей в каждую клеточку, сделавшей меня смелой и уверенной. Наверное, во мне просыпалась та самая сила, присущая моему виду… Но принадлежавшая теперь без остатка Димке и Максу. Несколько мгновений рыжий соображал, что, собственно, происходит, а я дразнила, легко скользя языком по его губам, но не торопясь углублять поцелуй. Мои ладони мягко касались груди, гладили плечи, я отводила наконец душу, с восторгом ощущая его под пальцами. Мой… Весь, целиком. Проснулся дремучий собственнический инстинкт, я и не думала, что такая… Под стать моим демонам. Кстати, а где Макс, интересно? Спросить не успела, потому как Жарков глухо рыкнул мне в губы, и в следующий момент я оказалась крепко прижата к кровати, а инициатива перешла к Димке. Ура, сообразил!
Я слегка выгнулась, высвободила руки и обняла за шею, запустив пальчики в теплые пряди волос, перебирая, наслаждаясь их мягкостью. Поцелуй затягивался, лишая дыхания, губы уже горели, а мне… мне стало жарко и неудобно в пижаме.
– Танюша… – хрипло выдохнул Димка, отстранившись и посмотрев мне в глаза.
– Да, – поспешно шепнула я таким же хриплым голосом, утопая в расплавленном золоте его взгляда. – Дим, да…
Следующий поцелуй, горячий, нетерпеливый, жадный. И такие же горячие руки, скользнувшие под маечку, погладившие грудь – от прикосновений по коже рассыпались обжигающие искры. Я тихо мурлыкнула, прижимаясь еще крепче, хотя, казалось бы, куда ближе. Голова закружилась сильнее, появилось нетерпение и некоторая растерянность: как, черт возьми, избавиться от пижамы, если я категорически не хочу, чтобы Димка меня отпускал?! Противоречивые желания чуть не заставили рассмеяться, но рот по-прежнему был занят. Целовался Жарков сладко, это я знала и по прежним разам… И все-таки пришлось на время обрести способность дышать самостоятельно – хотя бы для того, чтобы Димка стащил с меня наконец неудобную маечку.
– Танечка… девочка моя нежная… любимая… Как я раньше без тебя жил…
Я задыхалась от легких поцелуев, которыми он покрывал мое лицо, шею, грудь, спускаясь все ниже.
Я млела от слов моего демона, горло щекотал тихий, ликующий смех. Да, да!! Он любит… черт, кто бы мог подумать в самом начале нашего знакомства, что я когда-нибудь услышу от Жаркова эти слова! Реальность отступила, растворилась, все мои обостренные чувства сосредоточились на прикосновениях Димки, на том, как чутко реагировало тело на малейшую ласку. Я не слышала, когда вошел Макс, занятая исключительно своими ощущениями, купаясь в мягких волнах удовольствия. Просто в какой-то момент поняла, что в постели нас явно больше, чем двое, и пока Димка занимался моими штанами, стягивая их вместе с трусиками, еще одна пара рук легла на грудь, накрыв ноющие вершинки. И снова поцелуй, тягучий, неторопливый, как горячий шоколад. Макс… Все смешалось в калейдоскопе ярких, сильных ощущений, я с готовностью и без всякого лишнего стеснения отдалась в умелые руки моих демонов. И не только руки… Кровь горела огнем, кожа вспыхивала от легчайших ласк, я судорожно стискивала простыню, выгибаясь навстречу, не сдерживая коротких стонов. Перед глазами плавали серебристые круги и расцветали узоры, я почти не чувствовала тела, оно растворилось в жарком мареве желания, охватившем меня до кончиков пальцев.
Вопрос, кто же первый, решился как-то сам собой: мне, если честно, он был уже не особо важен. Отбросив всякую скромность, призналась себе, что в общем-то каждый из демонов будет первым. Просто… с разных сторон. Щеки на мгновение обожгло румянцем, смущение плеснуло в кровь острой приправой, но проснувшаяся суть взяла свое, и смущение переросло в предвкушение. Я хотела, хотела этого удовольствия, хотела узнать, как это. И знала, что понравится. В какой-то момент мир снова перевернулся, и я оказалась сидящей верхом на Димке, его ладони крепко обхватили мою попку. Да, он. Все же наша с ним встреча произошла раньше, чем с Максом, ну и… вообще, рыжие мне нравились. Чуть-чуть, самую капельку больше, чем брюнеты. Казанцев не обидится, я знаю, чувствую. Мерцающие в темноте глаза Димки встретились с моими, завораживая, затягивая в оранжевую глубину. Макс прижался к спине, и его пальцы медленно провели по груди, погладили собравшиеся в тугие шарики соски, вызвав всплеск болезненно-сладкого удовольствия. Низ живота отозвался тягучим ощущением, и между ног жарко запульсировало. Я замерла, ловя драгоценные моменты, наслаждаясь этим нетерпеливым ожиданием, совсем немного приправленным легким беспокойством. Пальцы Макса между тем добрались до низа живота… прошлись по внутренней стороне раздвинутых бедер вниз-вверх…
Мир взорвался яркой вспышкой, я крепко зажмурилась, подавшись навстречу смелой ласке, вцепилась в плечи Димки, а в следующий момент он приподнял меня и опустил, рывком притянув к себе. Невольный вскрик заглушил долгий, мягкий поцелуй, Димка замер, давая мне время привыкнуть, переждать неприятные ощущения. Этому очень способствовали умелые пальчики Макса, его теплые губы, покрывавшие затылок и плечи нежными, как прикосновение лепестка, поцелуями. Тело плавилось, очень быстро легкая боль утихла, и я, повинуясь инстинктам, сделала первое, медленное и осторожное движение вперед. Внутри все задрожало от волны чистого, обжигающего восторга, вихрь наслаждения закружил, отрезал от реальности, оставил наедине с моими демонами. Никакого страха, только волшебные ощущения, нараставшие с каждой минутой, становившиеся сильнее с каждым новым движением. Я… я не помню точно, в какой момент пальцы Макса оказались совсем в другом месте, не слишком привычном, его прерывистый шепот смутно долетал до затуманенного сознания:
– Тань… Танюш… Можем повременить… если не хочешь…
Хочу. Прямо сейчас, никаких «повременить». Вместо крови уже давно расплавленная лава, неутоленное желание грызло изнутри, ему мало было одного Димки. Я изогнулась, закинув руку назад, обняла Макса, притянула к себе и нашла его губы.
– Сейчас… – ответила требовательным, хриплым шепотом и впилась голодным, жадным поцелуем.
Мышцы сжались, и негромкое шипение Жаркова музыкой отозвалось в ушах, я хмелела, впитывая эмоции обоих, чувствуя их страсть, купаясь в ней. Все вместе с моими ощущениями слилось в фантастический коктейль, опьяняющий, невероятно вкусный. Тихий смех Макса, и он мягко отстранил меня, обняв и наклонив так, что пришлось упереться ладонями в Димкину грудь.
– Танюшка… суккубочка моя ненасытная…
О да, с готовностью согласилась я, теряясь в ворохе ощущений, теперь понимаю, о чем папа говорил!.. Мне было мало того, что чувствовала, хотелось больше, полнее, сильнее… И очень скоро я все это получила, задыхаясь от восторга в сильных руках моих демонов, полностью отдавшись на волю окончательно проснувшихся желаний и эмоций. Каждая клеточка вспыхивала маленьким солнцем, жар внизу живота разгорался все сильнее, росло сладкое напряжение, стремительно приближая меня к желанной разрядке. Мы двигались как единое целое, чувствуя друг друга, чутко реагируя на каждое прикосновение, стремясь дать как можно больше, и получая взамен не меньше. Я растворялась, наполнялась волшебными ощущениями, из груди рвались стоны, становясь громче, и наконец долгожданный миг настал. Бархатная темнота перед глазами вспыхнула сотней звезд, тело превратилось в сплошной сгусток наслаждения, и, кажется, все соседи услышали, как мне сейчас хорошо… Непередаваемо хорошо!.. И не мне одной – когда над ухом раздался сдавленный стон Макса, больше похожий на рычание, я задохнулась от новой яркой волны, выгнулась в его руках, хватая ртом воздух, впитывая остро-сладкий всплеск его удовольствия. Казалось, лучше уже не может быть, я едва успела перевести дух, но Димка, мой несносный рыжий демон, рывком притянул к себе, прижался к губам. Еще несколько сильных, резких движений, и новый взрыв восторга, и мои, и его эмоции смешались в один восхитительно свежий, пряный, яркий водоворот, накрыв с головой. Я перестала существовать, оставшись наедине с наслаждением…
Некоторое время спустя совсем обессиленная, но довольная донельзя, я уютно устроилась на привычном месте, под боком Димки, чувствуя, как к спине прижался Макс, и губы неудержимо разъезжались в счастливой, глупой улыбке. Говорить не хотелось, да и не нужно слов. Лучше них говорили чувства. Быстрый стук сердца рыжего под ладонью, осторожные, легкие поцелуи Макса чуть ниже затылка… Совсем не для того, чтобы разбудить страсть, нет. Я медленно погружалась в дрему, млея от этих маленьких нежностей, твердо уверенная – теперь все будет хорошо. Ведь у меня есть целых два любимых, которые не предадут, не бросят, не обманут. Которые всегда будут рядом, несмотря ни на что. И которые всегда придут на помощь. Пусть я имею весьма смутное представление, как это, когда живешь с кем-то, тем более с мужчиной, да не с одним, но научусь. Со временем.
Я сладко зевнула, прижалась к Димке, и нырнула в теплые объятия сна, успокоенная и умиротворенная. Завтра будет утро, новый день и новая жизнь.

Эпилог

Четыре года спустя 
Я, наверное, какая-то неправильная невеста. Во-первых, даже несмотря на красноречивые радужные полоски в ауре, замуж я не спешила. Мне неплохо жилось, без всяких церемоний и штампов. Хватало красивого колечка из белого золота с дорожкой из трех камней: редкого оранжевого сапфира, темно-вишневого, насыщенного граната и моего камня, изумруда. Не совсем обычное сочетание, но для меня оно много значило. Во-вторых, когда меня уломали общими усилиями трех семей, уже на выпускном курсе, я заявила, что… не хочу платье. Не знаю, что мне стукнуло в голову, но после просмотра чудовищного количества сайтов и каталогов, полюбовавшись на себя в самых разных моделях, поняла: не хочу. Вот просто не хочу, и все. И все эти торжественные заседания в банкетных залах на полсотни человек – тоже. С последним, кстати, никто и не спорил. Несмотря на высокое положение в деловых кругах и моего отца, и родителей Макса и Димки, пышное празднество устраивать не собирались. По словам мамы Жаркова, ее свадьба тоже отличалась скромностью: только свои, близкие. Да, меня ограждали от общественной и деловой жизни, а я и не жаловалась. Хватало своей, студенческой тусовки, с которой мои ревнивцы смирились, и даже иногда или Макс, или Димка ходили со мной на какие-нибудь наши совместные мероприятия.
В общем, в качестве наряда я выбрала обычный белый костюм, хоть и простенький, но элегантный. Пикантным моментом было в нем то, что… я не надела под пиджак ничего, кроме тонкого кружевного бюстгальтера. К нему прилагались крошечные трусики, чулки и пояс. Оба моих демона, как выяснилось, оказались настоящими фетишистами, а во мне вдруг проснулась страсть к красивому и сексуальному белью – вскоре после той упоительной ночи. Да, мои вкусы резко переменились, быть женщиной мне нравилось все больше с каждым днем. Ну и одеваться соответственно. Первая ночь действительно многое изменила в лучшую сторону. Я ни о чем не жалела. Все то, что обычно среди людей называлось бытовухой и притиркой, нас счастливо миновало, наша связь позволяла чувствовать любые оттенки настроения друг друга. Конечно, не обходилось без казусов, особенно на первых порах, когда я куда-нибудь собиралась с Варькой и компанией или с Катькой. Ворчали, пытались настаивать на звонках каждые полчаса. Но стоило напомнить, что теперь они меня смогут найти без карт и навигаторов, и, если лишат свободы передвижения, я взвою со скуки и начну планомерно портить обоим жизнь, Димке и Максу пришлось смирить свою паранойю.
С семьей Макса мне нравилось общаться больше, чем с Димкиной – по крайней мере, с его отцом старалась пересекаться как можно реже. А вот Марина, мама Жаркова, оказалась приятной женщиной. Папа… эх, когда шла на встречу с ним, жутко дрейфила, а выяснилось, про демонов он знал еще с лета. Они сами к нему пришли и выложили про истинную пару. Позлилась немного да махнула рукой. Чего уж теперь, вышло-то все равно лучше не придумаешь.
– Та-а-ань. – В спальню заглянул Макс и окинул меня выразительным взглядом, в глубине кофейных глаз мелькнул хищный огонек. – Мм, ты готова?
Вот почему в обычных словах мне слышится неприличный подтекст?! Испортили меня оба, в край вообще. Я тряхнула распущенными волосами – оба моих демона любили, когда те свободно лежали на спине, без заколок, – и улыбнулась.
– Готова, готова, пойдем.
Кстати, как мне любезно объяснили, в ЗАГСе тоже свои сидели, так что проблем с регистрацией нашего не совсем обычного по людским меркам союза не будет. В паспорте просто укажут вместо одного двух… мужей. Вот фамилию, чтобы никому обидно не было и не пришлось морочиться с двойной, оставила свою. Как сказал папа, обычно так и делали в подобных семьях, а детям давали отцовскую, естественно. Мм, так, о детях вообще рановато, я пока не чувствовала в себе сильного желания возиться с памперсами и не спать по ночам, хотя вот Катька пару месяцев назад уже родила крепенького парнишку. Да, у них с ее лешим все серьезно вышло, он затащил Катюху в ЗАГС уже через полгода их совместной жизни. Решительный малый, но я за них рада: Семен мужик основательный, верный, надежный.
До ЗАГСа нас вез папа на своей машине – мы сидели сзади. Все скромно, как я и хотела, недорогой ресторан для родственников, ну и на следующее утро мы улетали на две недели в Бразилию, на Амазонку. Моя голубая мечта с некоторых пор. Вообще, меня, конечно, баловали, что сказать. Что Макс, что Димка умели делать приятные сюрпризы, и я поражалась неиссякаемости фантазии моих демонов. Оглядываясь на эти четыре года, прожитых вместе, я с уверенностью могла сказать: я счастлива. Абсолютно. И, вспоминая порой историю нашего знакомства, не уставала удивляться, как же причудливо все получилось. Ведь не реши я тем летом пойти учиться, как все нормальные студенты, неизвестно, встретились бы мы или нет…
Отогнала ненужные мысли, усмирила неуместный холодок вдоль спины. Сегодня такой приятный день, Танька, а ты опять о ерунде думаешь. Рядом Макс, держит за руку и легонько поглаживает пальцы, под щекой – плечо Димки. Очень скоро на пальце рядом с колечком из белого золота появится простой ободок из обычного, без всяких излишеств. И… я стану женой. Внутри все отозвалось сладкой дрожью, я улыбнулась и чуть потерлась о плечо Димки. Люблю… И моего рыжего, и Макса. А тот договор, кстати, которым эти провокаторы так ловко приперли меня к стенке, висит теперь в спальне, в рамочке над нашей кроватью. Для нас эта бумага значит гораздо больше, чем свидетельство о браке, ведь, не будь ее, неизвестно, сколько еще демонам пришлось бы побегать за мной.
В ЗАГСе все прошло быстро и буднично, признаться, особого волнения я не испытывала. Говорю же, неправильная я невеста. Я и так знаю, что мы будем вместе, независимо от штампа в паспорте, так чего волноваться? После поехали гулять и фотографироваться, потом посиделки в ресторане… Ну и, конечно, вечер и ночь, такая же фантастическая и волшебная, как все предыдущие. Белье мои мальчики оценили… Хорошо, оно целое осталось, хватило выдержки нормально его снять. Ну, за некоторым исключением. Наличие на мне хоть какой-то тряпочки заводило демонов несказанно. И еще много чего их заводило, как и меня. Из них вышли отличные учителя, а из меня – прилежная ученица. Благодаря моей сущности я очень быстро распрощалась со скромностью и застенчивостью. Они в личной жизни совершенно лишние, как выяснилось. И я знаю, скучно мне не будет с моими уже мужьями, точно.